Борьба с терроризмом во Франции в период президентства Н. Саркози (к вопросу о возвращении Франции в структуры военного командования НАТО)

Организация Североатлантического договора (далее – НАТО, Североатлантический альянс, Альянс) играет решающую роль в обеспечении региональной безопасности в Европе, защищая стран-участниц от внутренних и внешних угроз. Сегодня одним из приоритетных направлений работы НАТО является противодействие терроризму. Именно аргумент о противодействии международному терроризму особенно часто применялся для обоснования возвращения Франции в Объединенное военное командование НАТО. Николя Саркози сумел убедить в этом и Национальную ассамблею, и народ Франции. 17 марта 2009 г. парламент страны проголосовал за возвращение в военные структуры НАТО.

Важно указать, что Франция является одной из основательниц НАТО. Хотя Париж вышел из Объединенного военного командования Альянсом, Франция принимала участие в основных военных операциях НАТО, в том числе в гуманитарных интервенциях (Босния, Косово, Афганистан) [1]. Официально страна вернулась в Объединенное командование Альянсом в 2009 г., с тем чтобы сохранить и усилить свое влияние в структуре НАТО, а также способствовать установлению «единого европейского оборонительного пространства» [2]. Примечательно, что вскоре Франция заняла третье место в Европе по размеру отчислений в бюджет НАТО, уступая только США и Германии и опережая Великобританию и Италию.

На первый взгляд в стремлении Франции полноформатно вернуться в структуры Альянса прослеживается некий дуализм. Однако если учитывать такие факторы, как либеральность политической культуры, историческое стремление к лидерству в Европе, опыт сохранения членства в НАТО при выходе из структур командования Альянсом в середине XX в. и, наконец, обладание ядерным оружием, то статус Франции как «верного союзника» НАТО, инкорпорированного во все механизмы Альянса, с одной стороны, и сохраняющего автономность участника – с другой, не покажется парадоксальным.

Франция самостоятельно принимает решения об участии в операциях НАТО, не делает взносы по ряду статей расходов, утвержденных до ее возвращения в структуры командования Альянса (т. е. до 2009 г.), не держит военных в составе сил НАТО в мирное время и не входит в группу ядерного планирования Альянса. Независимость контроля Франции над собственными запасами ядерного оружия закреплена в п. 18 статьи «Оборона и сдерживание» Стратегической концепции обороны и обеспечения безопасности членов Организации Североатлантического договора 2010 г., гласящей, что «независимые стратегические ядерные силы Соединенного Королевства и Франции, имея собственную сдерживающую роль, вносят вклад в общую функцию сдерживания и в обеспечение безопасности стран НАТО» [3].

Французское правительство объясняет такое особое положение Франции в Альянсе необходимостью сохранить собственное лицо и быть генератором новых идей и предложений. И действительно, Париж всегда стремился к политической и военной самостоятельности, но в то же время не желал упустить выгоды от сотрудничества с НАТО, не всегда обладая нужными оборонными мощностями для защиты от внешних угроз, особенно учитывая прозрачность европейских границ. Данные принципы применимы и в сфере противодействия терроризму.

Ключевое значение здесь имеет статья 5 Вашингтонского договора о коллективной защите и обороне территорий и населения стран НАТО. Единственный раз в истории существования Альянса данная статья была применена после терактов 11 сентября 2001 г. [4]. Тогда США, флагман НАТО, впервые объявили международный терроризм свои официальным врагом, и все страны – партнеры по Альянсу, включая Францию, предложили США помощь, обязавшись «предпринять все возможные усилия по борьбе со злом терроризма» [5]. Франция присоединилась к пакету помощи США по линии НАТО, интенсифицировав обмен разведданными и взаимодействие спецслужб, обязавшись заменять силы и средства для участия в антитеррористических операциях за рубежом «в зоне ответственности», предоставлять доступ к транспортной инфраструктуре, участвовать в развертывании авиации и морских сил. В свою очередь Франция рассчитывает на поддержку союзников, если сама в какой-то момент решит прибегнуть к ст. 5 договора.

После саммита НАТО в Лиссабоне в 2010 г. Франция имеет на вооружении новую Стратегическую концепцию НАТО, которая предполагает более широкие консультации с партнерами по Альянсу, усовершенствование анализа и прогнозирования угроз, создание военных сил и средств, в том числе для помощи и обучения вооруженных сил в очагах напряженности, откуда поступают террористы.

Из вышесказанного следует, что Франция полностью интегрирована в механизмы НАТО по противодействию терроризму. Тем не менее, как показала ситуация с терактами в марте 2012 г., сотрудничество французской государственной антитеррористической системы с институтами Альянса происходило не по оперативному, а, скорее, по профилактическому и консультативно-регулятивному треку. Конечно, были проведены новые трансатлантические консультации и партнеры по НАТО пообещали поддержку, но конкретной активизации сил обороны НАТО в плане контртеррористической работы (ликвидации последствий терактов во Франции, отслеживания и поимки террористов, поддержания экстренных мер для обеспечения внутреннего правопорядка и т. д.) напрямую не произошло.

Возможно, ответ на данный вопрос можно найти в подходах НАТО к антитеррористической борьбе как таковой. Доктрины и стратегические концепции Альянса детерминирует глобальный нарратив: вместо реакций на местном уровне предполагается борьба с терроризмом в очагах напряженности – т. е. тех нестабильных районах, где базируются террористические движения. НАТО исповедует принцип проведения контртеррористических операций в так называемых «зонах ответственности» за рубежом [6]. Подобная концепция «экспедиционной войны» означает развертывание мобильных военных группировок НАТО в горячих точках, где служащие Альянса вступают в бой с террористами напрямую, разрушая их инфраструктуру, и/или осуществляют подготовку местных вооруженных сил. Так, Франция размещала военнослужащих в составе Международных сил содействия безопасности (ИСАФ) в Афганистане [7]. Хотя это не являлось в строгом смысле антитеррористической спецоперацией, официально ИСАФ позиционировался Западом как средство сдерживания террористической угрозы (от «Аль-Каиды» и «Талибана») в Афганистане и «оказания поддержки афганскому народу». Кроме того, французский воинский контингент участвовал в контртеррористической спецоперации НАТО «Стойкая свобода» (Enduring Freedom) под руководством США, также проводившейся в Афганистане. Французский контингент был четвертым по размеру среди стран НАТО, его максимальная численность достигала 4 000 чел. [8]. 3 850 французских военных и 150 жандармов были вовлечены в действия в воздухе и акватории Индийского океана в рамках подопераций «Памир», «Геркулес» и «Арес» [9].

Тем не менее, после интервенции в Ливию в 2011 г., Франция стала предпочитать участие в спецоперациях за рубежом (в том числе антитеррористических) не по линии НАТО, а в составе так называемых «коалиций доброй воли». Такие коалиции обычно состоят из нескольких стран и могут не ограничиваться только членами Альянса. Кроме того, они более мобильны, не скованы формальными военными протоколами и бюрократическими процедурами, с которыми сопряжена мобилизация сил НАТО. Важно отметить, что сам принцип консенсуса, требующий единогласного одобрения решения всеми 28 странами – участницами Альянса, не позволяет обращаться к НАТО в тех случаях, когда необходимо оперативно реагировать на кризисную ситуацию (что верно для террористических атак). Практика «коалиций доброй воли» более предпочтительна для политиков, военных, представителей силовых ведомств и спецслужб Франции, поскольку лучше коррелирует с французской стратегической культурой, нежели необходимость мобилизации поддержки огромной военной машины НАТО.

Говоря о противодействии терроризму государственных институтов Франции по линии НАТО, отдельно отметим взаимодействие с Соединенными Штатами Америки, ведь именно США являются лидером Североатлантического альянса, объявив после самых разрушительных в истории терактов 11 сентября глобальную войну с терроризмом. Безусловно, при создании нормативно-правовой базы, регулирующей деятельность госорганов по борьбе с терроризмом, организации профилактической и оперативной деятельности во Франции (и ЕС) опирались именно на американский опыт, американские образцы.

При президенте Саркози в Париже функционировал разведывательный центр «База Альянс» (открыт в 2002 г. при непосредственном участии тогда еще министра внутренних дел Н. Саркози), главными задачами которого являлись обмен разведданными и координация усилий по противодействию терроризму (включая планирование операций) между ЦРУ США с одной стороны и рядом европейских стран – с другой. (Первоначально правительства США и Франции отказывались признавать существование центра в силу неудобных политических и юридических вопросов, но после публикации репортажа Д. Прист в газете Washington Post информация о «Базе Альянс» постепенно вышла в широкий доступ [10].) Хотя в центре действовали представительства разведок Великобритании, Германии, Испании, Канады и Австралии, основное сотрудничество осуществлялось именно между спецслужбами США и Франции. Французское анти-террористическое законодательство в силу своей жесткости создавало максимально благоприятные условия для успешной работы «Базы Альянс».

Итак, проанализировав характер сотрудничества государственных институтов Франции в области противодействия терроризму по линии НАТО, можем прийти к выводу о его своеобразности. Хотя Франция интегрирована во все механизмы обороны и обеспечения безопасности НАТО, она продолжает занимать особое положение в Североатлантическом альянсе. С учетом особенностей политического развития и специфики стратегической культуры, а также функционирования НАТО на основе принципа консенсуса Париж прежде всего опирается на Альянс как на площадку для трансатлантических консультаций с западными партнерами, как на механизм выработки и согласования единого стратегического видения борьбы с терроризмом, «точку сборки» коллективной обороны в Европе. Однако в том, что касается прикладных антитеррори-стических мероприятий, французское правительство предпочло нейтрализацию террористов «на дальних рубежах» в рамках спецопераций в нестабильных зонах мира (что позже, уже при Ф. Олланде будет подтверждено операциями «Сервал» и «Бархан»). Такие спецоперации проводятся так называемыми «коалициями доброй воли», в которых преимущественно участвуют партнеры по НАТО, прежде всего – США. Конечно, подобные «спецоперации безопасности» коррелируют с доктриной НАТО и работают на предупреждение терроризма, так как позволяют уничтожать боевиков в районах их базирования. Тем не менее активное участие Франции в таких спецопе-рациях не определялось первоочередной задачей нейтрализации террористической угрозы в «очагах напряженности». Ведущую роль здесь играл фактор геополитической целесообразности (установления контроля в регионе, смены режимов).

Ссылки:

• 1.    France Diplomatie [Электронный ресурс]. URL: https://www.diplomatie.gouv.fr/fr/ (дата обращения: 01.09.2019).

• 2.    Ibid.

• 3.    Стратегическая концепция обороны и обеспечения безопасности членов Организации Североатлантического договора [Электронный ресурс] : утв. главами государств и правительств в Лиссабоне // Организация Североатлантического договора. 2010. 19 нояб. URL: http://www.nato.int/cps/ru/natolive/official_texts_68580.htm#ct (дата обращения: 11.11.2019).

• 4.    Countering Terrorism [Электронный ресурс] // Organisation du traité de l'Atlantique nord. 2018. July 17. URL: https://www.nato.int/cps/fr/natohq/topics_77646.htm?selectedLocale=en (дата обращения: 11.11.2019).

• 5.   Там же.

• 6.   Там же.

• 7.    Lassere I. Après l'Allemagne, la France envisage d'envoyer des renforts en Afghanistan [Электронный ресурс] // Le Figaro. 2010. 28 jan. URL: http://www.lefigaro.fr/international/2010/01/28/01003-20100128ARTFIG00427-apres-l-allemagne-la-france-envisage-d-envoyer-des-renforts-en-afghanistan-.php (дата обращения: 11.11.2019).

• 8.    Ibid.

• 9.    Le dispositif militaire français en Afghanistan [Электронный ресурс] // Soldats de France.fr. URL: http://www.soldatsdefrance.fr/Le-dispositif-militaire-francais-en-Afghanistan_a372.html (дата обращения: 11.11.2019).

• 10.    Priest D. Foreign Network at Front of CIA’s Terror Fight [Электронный ресурс] // Washington Post. 2005. Nov. 18. URL: http://www.washingtonpost.com/wp-dyn/content/article/2005/11/17/AR2005111702070_pf.html (дата обращения: 11.11.2019).