Бухарестский саммит «Троеморья» 2023: станет ли Греция «троянским конем» Польши в борьбе с российско-турецким влиянием на Балканах?

Проблема развития «Троеморья» после Бухарестского саммита 2023 и прихода к власти в Польше леволиберальной коалиции Дональда Туска

В период с 6 по 7 сентября 2023 г. в Бухаресте проходил восьмой саммит «Троеморья» (Инициатива трех морей – ИТМ), неформального объединения регионального сотрудничества в Центральной и Восточной Европе (ЦВЕ) и на Балканах. Ключевым событием мероприятия стало присоединение к ИТМ 13-го государства – Греции, и именно поэтому границы данного формата в настоящий момент простираются не только до Балтийского моря на севере, Адриатического на юго-западе и Черного на юго-востоке, но и Эгейского на юге. Казалось, что включение Греческой Республики в «Троеморье» обозначит новую веху в расширении одного из ключевых геополитических проектов польской национал-консервативной партии «Право и справедливость». Ведь, по замыслу ПиС, формат ИТМ должен был составить серьезную конкуренцию Франции и Германии, а также укрепить влияние Польши в ЦВЕ при поддержке США. Национал-консерваторы старались также нанести ущерб и интересам России в регионе посредством переориентации стран ЦВЕ на американский сжиженный газ [Клепацкий 2022]. Вероятно, национал-консерва-тивные силы Республики Польша вкладывали в приведенный формат идеи, предложенные еще в рамках проекта «Междуморья» главой межвоенной Польской республики Юзефом Пилсудским, намеревавшимся создать при главенствующей роли Варшавы единую конфедерацию стран Центральной и Восточной Европы и противопоставить ее влиянию как Германии, так и России [Польша в борьбе… 2020: 107-109]. Для США «Троеморье» представлялось выгодным, поскольку проекты ИТМ могли возвести своего рода «санитарный коридор» между Европой и Россией, а также вынудить ЕС осуществлять закупки энергоносителей в большей степени у американских партнеров. Политики ПиС продолжали связывать с «Троеморьем» большие надежды даже после того, как пост президента США занял Джо Байден, настроенный на прагматическое сотрудничество с Германией и Францией.

С началом СВО России на Украине 24 февраля 2022 г. Соединенным Штатам удалось переориентировать на свою сторону весь европейский рынок энергоносителей без задействования инструментов ИТМ, что позволило американцам избежать конфликта с Берлином и Парижем из-за возможной поддержки идей польских национал-консервативных сил. При этом партия Ярослава Качиньского продолжала сохранять уверенный оптимизм относительно будущего Инициативы трех морей, тем более что в июне 2022 г. формату был придан новый импульс – к ИТМ на правах «участвующего партнера» подключилась Украина, что входило в планы ПиС по усилению прямого воздействия на Киев в рамках курса президента Зеленского на ускоренную интеграцию страны в структуры ЕС и НАТО.

Наконец, как уже было отмечено ранее, ряды государств – участников ИТМ по итогам саммита в Бухаресте 2023 г. пополнила Греческая Республика, которая при поддержке Инициативы, вполне возможно, могла бы, помимо прочего, создать конкуренцию российско-турецкому тандему на энергетическом рынке Балканского региона и таким образом нанести ущерб интересам России. Усиление позиций «Троеморья» на Балканах было определено партией Я. Качиньского, вероятно, как верный признак жизнеспособности формата.

Тем не менее вопросы о перспективах Инициативы возникают сегодня все чаще, и связано это с тем, что 15 октября 2023 г. в ходе парламентских выборов в Польше ПиС не смогла завоевать большинство ни в сейме, ни в сенате РП. Правое правительство Матеуша Моравецкого не получило вотум доверия в нижней палате парламента, в результате чего уже 13 декабря 2023 г. к власти в Республике Польша пришла леволиберальная коалиция Дональда Туска, заинтересованная в диалоге с Францией и Германией, а также в нормализации контактов с Еврокомиссией с целью разблокировки предназначенных для РП финансовых средств из еврофондов. Однако прежде чем проводить оценку жизнеспособности «Троеморья», исследовать мотивы Афин при подключении к ИТМ и изучить вероятность вытеснения Москвы и Анкары с балканского энергетического рынка, требуется привести справку по истории развития приведенного формата и отобразить главные проблемы регионального объединения.

Эволюция «Троеморья» с 2016 г. по настоящее время

Первый полноценный саммит Инициативы трех морей состоялся 25– 26 августа 2016 г. в хорватском городе Дубровнике. Тогда Австрия, Болгария, Венгрия, Латвия, Литва, Польша, Румыния, Словакия, Словения, Хорватия, Чехия и Эстония объявили Инициативу «неформальной платформой» для поиска инвестиций в проекты энергетического, транспортного, информационно-коммуникационного и экономического развития ЦВЕ.

На втором саммите «Троеморья», прошедшем 6–7 июля 2017 г. в Варшаве, в качестве приглашенного гостя выступил президент США Д. Трамп. Параллельно также при поддержке Атлантического совета (аналитический центр при НАТО) и Польского института международных отношений состоялся Global Forum – встреча представителей властных, бизнес- и научных структур стран ЦВЕ и США.

Переломным моментом для участников Инициативы стал саммит в Бухаресте (17–18 сентября 2018 г.). На нем были согласованы стратегические приоритеты объединения, определены ключевые проекты, подписана совместная декларация, высказано желание создать инвестиционный фонд ИТМ при поддержке США и ЕС. Встреча лидеров Инициативы в Любляне 5–6 июня 2019 г. ознаменовалась регистрацией Фонда «Троеморья», выступившего в качестве координирующего механизма по привлечению иностранных инвестиций.

Пятый саммит Инициативы в Таллине (19–20 октября 2020 г.) был отмечен презентацией концепции Smart Connectivity . Под ней подразумевается введение инновационных решений в сфере транспорта, энергетики и цифровизации.

Важным с точки зрения исторических вех развития формата стал саммит «Троеморья» в Софии (8–9 июля 2021 г.). В принятой по его итогам декларации, помимо прочего, впервые было указано на важность укрепления межпарламентских связей стран-участниц, а также углубления взаимодействия органов местного самоуправления, торговых палат, «малых и средних предприятий, технопарков, стартапов, финтех-компаний, центров цифровых данных и зеленых промышленных зон» в рамках Инициативы1. Таким образом, к принятию участия в реализации проектов «Троеморья» стало привлекаться все большее число негосударственных игроков. Примечательно также и то, что впервые в качестве гостя на мероприятиях Инициативы присутствовала президент Греции Катерина Сакелларопулу. Глава государства указала на то, что присоединение Греции к данному формату было бы выгодно для всего региона ЦВЕ2.

Существенный импульс развитию «Троеморья» был дан на саммите в Риге (20–21 июня 2022 г.). Главными на повестке дня выступили вопросы оказания военной и гуманитарной помощи Украине и усиления антироссийских санкций. Отражением изменений в деятельности Инициативы выступила принятая по итогам встречи на высшем уровне декларация. В документе, наряду с упоминанием важности модернизации инфраструктуры ЕС, усиления сплоченности европейской экономики и обогащения трансатлантических связей, внимание уделяется вопросам расширения связей с Украиной перед лицом «агрессии» России и внедрения таких механизмов реализации проектов объединения, которые бы отвечали требованиям сохранения экологии и борьбы с изменением климата. Признавая «заслуги» Украины, страны – участницы Инициативы приняли решение о наделении ее статусом «участвующего партнера». Хотя при этом Киев и не получил право голоса в рамках «Троеморья», подобный шаг, инициированный Польшей, говорит о нескольких важных моментах.

Во-первых, подключение Украины к данному формату сотрудничества могло бы в некоторой степени облегчить стране процесс интеграции в ЕС, поскольку большинство государств в Инициативе выступают именно за это. Во-вторых, участие Киева в проектах «Троеморья» на правах младшего партнера стало для Варшавы весомым рычагом воздействия на украинские власти, и о существовании столь существенного козыря, скорее всего, отлично знает действующее леволиберальное руководство Польши во главе с Дональдом Туском, который, очевидно, неслучайно продолжает воздерживаться от негативных оценок будущего ИТМ – «творения» ушедших в оппозицию представителей ПиС. В-третьих, по итогам Рижского саммита был создан новый формат территориальной «экспансии» Инициативы, который в теории позволял бы вовлечь в проекты объединения страны, не являющиеся членами Евросоюза, но активно к этому стремящиеся. В этом смысле декларация делает акцент на Молдавии и Грузии1.

Наконец, требуется проанализировать восьмую встречу на высшем уровне в формате ИТМ, которая состоялась в Бухаресте 6–7 сентября 2023 г. Как уже упоминалось, очередное расширение «Троеморья» произошло посредством включения в формат Греции. Помимо этого, в статусе «участвующего партнера» к объединению присоединилась Молдавия, что стало еще одним подтверждением изложенного в Рижской декларации Инициативы курса стран-участниц на вовлечение постсоветских республик в орбиту влияния ЕС и НАТО.

Помимо этого, согласно принятой по итогам Бухарестского саммита декларации, государства – члены формата взаимодействуют в строгом соответствии с «ключевыми стратегиями» Евросоюза, в т.ч. со Стратегией экономической безопасности, Европейской зеленой сделкой, Программой политики цифрового десятилетия до 2030 года и проектом Global Gateway («Глобальные врата»), а также проявляют серьезную заинтересованность в инвестициях со стороны таких партнеров ИТМ, как США, Германия и Еврокомиссия. Подобного рода формулировки, очевидно, направлены на демонстрацию верности стран-участниц вектору политики Брюсселя и Вашингтона. Власти США, равно как и иные «заинтересованные правительства, банки развития, международные финансовые институты и частные инвесторы, разделяю- щие цели… Инициативы», в открытую призывают поддержать «финансирование стратегических проектов» ИТМ. Это указывает на то, что в рамках данного формата реализация многочисленных проектов в сфере энергетики, транспорта и цифровизации наталкивается на трудности с поиском денежных средств. В декларации с гордостью подчеркивается, что на претворение в жизнь идей формата из Инвестиционного фонда ИТМ было выделено около 94% всех средств, хотя при этом по своим объемам приведенная сумма довольно скромна – всего 869,1 млн евро. В целом область сотрудничества по линии Инициативы, очерченная в предыдущих декларациях, осталась без изменений: участники планируют и дальше стараться реализовывать энергетические, транспортные и цифровые проекты, уделять внимание выстраиванию связей в сфере науки, образования и «зеленой» политики1. Теперь же после рассмотрения главных этапов эволюции «Троеморья», а также исследования деклараций ИТМ представляется возможным перечислить ряд слабых сторон Инициативы, которые вызывают серьезные опасения относительно жизнеспособности вышеназванного формата.

В первую очередь, принятие совместных решений по линии ИТМ затруднено из-за отсутствия единства стран по ряду внешнеполитических и экономических вопросов. Тот факт, что страны-участницы видят будущее объединения по-разному, подтверждают как позиция Венгрии и Словакии, не желающих оказывать военную помощь Украине и отказываться от российских энергоносителей, а также Австрии, преимущественно лишь декларирующей свою поддержку Киеву, так и скрытое соперничество Польши и Румынии за роль лидера в регионе ЦВЕ. Кроме того, выполнение амбициозных проектов в рамках «Троеморья» затруднено из-за нехватки средств. В пункте 17 Рижской декларации ИТМ отмечается, что Инвестиционный фонд Инициативы располагает лишь миллиардом евро, в то время как в предполагаемом финансировании 91 проекта стоимостью более 168 (!) млрд евро часть средств, выделяемых из указанного Фонда, составляет не более 9%. Остальное предполагается внести за счет национальных бюджетов стран-участниц (27%), Европейского инвестиционного банка (9%), ЕБРР (4%), прочих европейских инвестиционных фондов и банков. В этой связи бессмысленность поддержки Фонда «Троеморья» со стороны США (около 280 млн евро) подтверждает то, что из 91 проекта объединения большинство (59) находятся лишь в процессе регистрации2.

Наконец, Инициатива не является институционализированной организацией: у этого неформального объединения отсутствует какой-либо устав, постоянный секретариат или формат годичного председательства участников. Все изложенное выше, безусловно, затрудняет выработку скоординированной линии «Троеморья» и усложняет претворение в жизнь его проектов. Тем не менее после присоединения Греции к Инициативе существует вероятность, что в долгосрочной перспективе данный формат будет действовать более эффективно.

Далее следует обратиться к изучению вопроса, какими именно преимуществами могли бы обладать, в частности, Варшава и Афины в случае, если «Троеморье» удастся сохранить в прежнем виде.

Как Греция могла бы помочь Польше вытеснить Россию и Турцию с Балкан?

После того как в ответ на СВО России на Украине ЕС в рамках санкционной политики ввел ограничения на поставки российского газа, страны – члены Евросоюза столкнулись с проблемой нехватки запасов энергоносителей для отопительного сезона в 2023/2024 гг. Перед государствами ЕС возникла необходимость диверсификации импорта энергоресурсов. Так, страны «Троеморья» решили сделать ставку на развитие собственных газопроводных сетей. Один из главных проектов Инициативы в этой связи – газовый коридор «Север-Юг». Коридор объединяет СПГ-терминал в польском Свиноуйсьце и Baltic Pipe , доставляющий природный газ в Польшу из Норвегии, при поддержке плавучего СПГ-терминала в литовской Клайпеде и транспортной сети через Польшу, Чехию, Словакию и Венгрию, что в сумме обеспечит более 25 млрд куб. м газа в год. При этом нужды Балканского региона энергетические проекты «Троеморья» удовлетворяют лишь в ничтожно малой степени: плавучий терминал СПГ в Хорватии на острове Крк способен пропустить менее трех млрд куб. м газа в год. Именно поэтому ключевыми игроками на энергетическом рынке Балкан пока остаются Россия и Турция, извлекающие выгоду из газопровода «Балканский поток», через который с 2021 г. проходит до 15,8 млрд куб. м газа. Еще до начала СВО в адрес стран «Троеморья» поступали неофициальные сигналы из Турции об объединении газового коридора «Север-Юг» с «Балканским потоком», что означало бы открытие трехстороннего газового коридора для газа из России, но под турецким флагом¹. В нынешних реалиях подобное мероприятие выглядит нереалистичным, однако эти идеи свидетельствуют о возросших экономических аппетитах Анкары.

Сейчас очевидно, что вместо Турции, поставляющей энергоносители из России, именно Греция могла бы укрепить присутствие «Троеморья» на Балканах. На данный момент с Греческой Республикой связан лишь один крупный проект Инициативы – автомагистраль Via Carpatia , которая должна соединить к 2025 г. литовский город Клайпеду и греческие Салоники. В этой связи Греция могла бы стать тем самым «троянским конем» Польши, который имеет некоторые шансы составить конкуренцию российско-турецкому тандему по поставке энергоносителей на Балканы. Здесь важно отметить, что пока единственным СПГ-терминалом в Греции является Revithoussa LNG , принимающий главным образом поставки газа из США и Катара. Терминал расположен к западу от Афин и обладает мощностью в 6,9 млрд куб. м в год. Однако в перспективе Греция, при наличии соответствующей инициативы со стороны властей страны, могла бы выступить в роли связующего звена энергетических проектов «Троеморья» и, например, действующего с 2020 г. Трансадриатического газопровода мощностью в 11 млрд куб. м в год, по которому энергоносители из Прикаспия и Ближнего Востока идут через греческую территорию в Албанию и Италию. Кроме того, не стоит забывать и про строящийся плавучий СПГ-терминал в г. Александруполисе, который в конце 2024 г. будет обладать мощностью 5,5 млрд куб. м в год².

Учитывая перечисленное выше, можно предположить, что в скором времени

Греция будет играть более значительную роль в качестве страны-транзитера на энергетическом рынке не только Балкан, но и всего Средиземноморского региона. Движение по этому курсу уже видно на практике: Болгария, например, зарезервировала на строящемся СПГ-терминале в Александруполисе 1 млрд куб. м природного газа, потребляя при этом около 3 млрд куб. м в год1. В этом отношении нахождение Афин в составе Инициативы трех морей стало бы настоящим подарком для правящей в Польше леволиберальной коалиции Д. Туска.

Заключение

Подводя итоги, следует заметить, что вхождение Греции в состав «Троеморья» в сентябре 2023 г. на саммите в Бухаресте, бесспорно, стало важным этапом в эволюции формата, а также в усилении влияния ИТМ на Балканах. Хотя участники Инициативы к настоящему моменту так и не продвинулись в вопросах институционализации объединения, нахождения ресурсов на реализацию многомиллиардных проектов в сфере энергетики, инфраструктуры и киберпространства, а также выработки единой позиции по поддержке Украины в конфликте с Россией, «Троеморье» продолжает оставаться привлекательным для ряда региональных игроков, коими являются и Афины. С присоединением Греческой Республики к ИТМ страны – участницы формата де-факто создали на Балканах новый форпост для противодействия усилению российско-турецкого тандема на энергетическом рынке региона. Перспективы у Афин на данном направлении вполне устойчивые. Болгария как член Инициативы уже оценила роль Греции в качестве страны – транзитера энергоносителей, открывающей свободный путь к Средиземному морю.

Тем не менее сегодня многие эксперты утверждают, что формат ИТМ более не актуален, ведь с приходом к власти в Польше леволиберального правительства Дональда Туска, настроенного на сотрудничество с Германией, Францией и Еврокомиссией, Варшава якобы утратит интерес к «мертвому» объединению, которое изначально было задумано партией ПиС для геополитической борьбы с Парижем и Берлином2. С подобным мнением можно согласиться лишь отчасти. Действительно, новое коалиционное правительство Польши сделало крупные дипломатические шаги именно в направлении «старой Европы». Так, по итогам визитов во Францию и Германию премьер-министр Д. Туск 13 февраля 2024 г. заявил, что желает продолжать сотрудничество с французскими и германскими коллегами по «Веймарскому треугольнику» (форум, учрежденный в 1991 г.), в т.ч. по линии «зеленой» повестки ЕС, ВПК и помощи Украине3.

Однако при этом председатель Совета министров РП все еще не выступает с критикой ИТМ, что может указывать на продолжающиеся дискуссии в рядах леволиберальной коалиции относительно будущего «Троеморья». Кабинет Дональда Туска скорее всего не может определиться с тем, правильным ли будет решение де-факто свернуть все незавершенные проекты формата, в реализацию которых с 2016 г. страны-участницы вложили довольно крупный объем средств. Вероятно, в Варшаве еще просчитывают риски, которые могут ожидать Польшу в случае отказа от объединения. Неизвестно, как отреагируют остальные участники ИТМ, какова будет позиция Греции. Наконец, здесь нельзя не учитывать мнение польского президента Анджея Дуды. Являясь близким союзником партии ПиС и евроскептиком, А. Дуда будет пытаться удержать «Троеморье» на плаву по крайней мере до новых президентских выборов в Польше, т.е. до 2025 г. Вместе с тем, как представляется, у польских леволиберальных сил в целом отсутствуют серьезные причины тормозить развитие ИТМ. Наоборот, оживление формата с учетом роли Греции могло бы быть выгодным для Варшавы в связи с включением энергетического рынка Балкан в орбиту Инициативы и нанесением тем самым ущерба интересам России. Правительство Туска способно скорректировать цели «Троеморья», найти новых инвесторов. Так или иначе, именно в этом, вероятно, и состоит неопределенность перспектив ИТМ. Однако данный факт, на наш взгляд, не может указывать на то, что в ближайшие годы формат потеряет актуальность и будет расформирован в результате тех или иных центробежных тенденций.

Подтверждением этому является очередной саммит «Троеморья», состоявшийся 11 апреля 2024 г. в Вильнюсе. В рамках мероприятия президент А. Дуда поддержал призыв своего украинского коллеги В. Зеленского о передаче Киеву дополнительных западных средств противовоздушной обороны несмотря на то, что ранее премьер-министр РП Д. Туск заявлял, что страна не может поставить ВСУ комплексы ПВО «Пэтриот» из соображений необходимости обеспечения собственной безопасности1.

Таким образом, участие Польши в саммите ИТМ в Вильнюсе на уровне президента демонстрирует как готовность Анджея Дуды и дальше поддерживать данный формат регионального сотрудничества, являющийся «наследием» ушедшей в оппозицию ПиС, так и отсутствие у действующей леволиберальной коалиции под руководством премьер-министра Дональда Туска стремления подвергнуть «Троеморье» какой-либо критике напрямую.