Демографические последствия Сталинградской битвы

DOI:

Цитирование. Кринко Е. Ф., Медведев М. В. Демографические последствия Сталинградской битвы // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4, История. Регионоведение. Международные отношения. – 2018. – Т. 23, № 1. – С. 91–104. – DOI:

Сталинградская битва – одно из важнейших сражений Великой Отечественной войны – всегда вызывала пристальное внимание отечественных [8; 19; 24; 29, 37 и др.] и зарубежных [2; 16; 28; 35 и др.] исследователей. Данной теме посвящены не только десятки обобщающих и специальных трудов, но и фундаментальное энциклопедическое издание [36]. Общее количество публикаций заметно превышает историографию большинства других сражений Великой Отечественной войны [1, с. 438; 14, с. 22–23; 27, с. 143–148 и др.]. Не раз исследователи обращались и к демографическим последствиям Сталинградской битвы. Сведения о потерях противника в боях под Сталинградом регулярно приводились в сводках Совинформбюро. В частности, в сообщении от 2 февраля 1943 г. отмечалось, что «за время боев с 10 января по 2 февраля наши войска взяли в плен 91 000 немецких солдат и офицеров», в том числе 24 генерала и более 2 500 офицеров [32, с. 88–89]. Впоследствии эти данные с уточнениями приводились во многих отечественных и зарубежных исследованиях. Так, Б.Г. Лидделл-Гарт писал: «За три недели русского наступления было взято в плен 92 тыс. немецких солдат и офицеров, а общие потери немецких войск составили примерно в три раза большую цифру. Среди сдавшихся в плен было 24 генерала» [16, с. 113].

Выступая 6 ноября 1943 г. с докладом, посвященным 26-й годовщине Октябрьской революции, И.В. Сталин заявил, что по окончании Сталинградской битвы было подобрано и захоронено 147,2 тыс. немецких солдат и офицеров и 46,7 тыс. советских солдат и офицеров [34, с. 113]. Это один из примеров того, как в годы войны потери противника преувеличивались, а собственные приуменьшались в пропагандистских целях [15, с. 220–223]. Также поступали и в других воюющих государствах. Нередко преувеличивались потери противника в боевых донесения и других военных документах. В начале 1990-х гг. советские потери в Сталинградской битве подсчитала группа специалистов Генерального шта- ба под руководством генерал-полковника Г.Ф. Кривошеева [10]. В большинстве зарубежных исследований сведения по данному вопросу фрагментарны, порой неточны, прежде всего из-за отсутствия у авторов возможностей работы в фондах Центрального архива Министерства обороны Российской Федерации.

В 1942 г. была создана Чрезвычайная государственная комиссия по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников и причиненного ими ущерба гражданам, колхозам, общественным организациям, государственным предприятиям и учреждениям СССР (далее – ЧГК СССР). Подсчетом потерь гражданского населения в период нацистской оккупации, расследованием преступлений, совершенных захватчиками и их пособниками по отношению к мирным жителям и советским военнопленным непосредственно на территории Сталинградской области, занималась Сталинградская областная комиссия содействия работе ЧГК СССР.

Обобщающие сведения о потерях населения приводят различные исследователи. Наиболее полно трагедия гражданского населения Сталинграда и Сталинградской области раскрыта в кандидатской диссертации и монографии Т.А. Павловой [21; 23]. Однако в целом демографические последствия Сталинградской битвы представляются недостаточно изученными.

В первую очередь, необходимо определить, какие именно виды потерь требуется учитывать, а также какие войсковые объединения и соединения принимали участие в боях, какова была их численность, тем более, что они не раз меняли свой состав и наименования. Обычно разделяют потери среди комбатантов – военнослужащих, непосредственно участвовавших в боевых действиях, и потери среди гражданского населения, которые могут быть охарактеризованы как жертвы войны. Выделяют также безвозвратные и временные потери. К безвозвратным относят погибших в боях, пропавших на фронте без вести, умерших от ран, болезней и по другим причинам на поле боя и в лечебных учреждениях, попавших в плен. По своему характеру они распределяются на боевые и небоевые.

Боевые – убитые на поле боя, умершие от ран на этапах санитарной эвакуации и в госпиталях, пропавшие без вести в условиях боя и попавшие в плен. К небоевым отнесены потери, не связанные с непосредственным выполнением боевого задания – погибшие при неосторожном обращении с оружием, в авариях, катастрофах и в результате других происшествий, умершие от болезни в лечебных учреждениях и на дому, покончившие жизнь самоубийством, расстрелянные по приговору военных трибуналов за воинские и уголовные преступления. К временным или санитарным потерям относят раненых, контуженых, больных и обмороженных военнослужащих, утративших боеспособность и эвакуированных из района боевых действий в лечебные учреждения не менее чем на одни сутки. Военнослужащие, получившие легкие ранения, травмы или заболевания, не повлекшие за собой выбытие из строя, в число санитарных потерь не включались.

В Сталинградской битве участвовали войска нацистской Германии и ее союзников – Италии, Румынии, Хорватии. Кроме того, в составе частей вермахта было немало советских граждан – коллаборационистов, по тем или иным причинам перешедших на сторону врага. Против них сражались военнослужащие Красной Армии и Военно-морского флота СССР, войска НКВД СССР, добровольческие формирования и партизанские отряды.

Началом Сталинградской битвы считается наступление группы армий «Б» (командующий – генерал-полковник М. Вейхс) 17 июля в большой излучине Дона, прикрывавшей с фланга продвижение группы армий «А» (командующий – генерал-фельдмаршал В. Лист) на Кавказ. В состав группы армий «Б» входили 6-я немецкая, с 28 июля – 8-я итальянская, с 31 июля – 4-я танковая, с 16 сентября – 3-я, а с 16 октября – 4-я румынские армии. Численность 6-й армии первоначально составляла около 430 тыс. чел. [12, c. 5– 6]. Позже она существенно возросла за счет союзников – 230,9 тыс. румын и 229 тыс. итальянцев. К северу от итальянцев, занимавших левый фланг группы армий «Б», располагались позиции 2-й венгерской армии, насчитывавшей 209 тыс. чел. [26, c. 88–89]. В боях в Сталинграде также участвовал

369-й Хорватский пехотный полк, насчитывавший 3 895 чел. [18, c. 385].

Вражеской группировке противостояли войска Сталинградского фронта (командующие – Маршал Советского Союза С.К. Тимошенко, с 23 июля – генерал-лейтенант В.Н. Гордов). Он был образован 12 июля 1942 г. на базе упраздненного Юго-Западного фронта и включал первоначально 21-ю общевойсковую и 8-ю воздушную армии, переданные из резерва Ставки Верховного Главнокомандования 62, 63 и 64-ю армии. В последующем в его состав входили 1-я и 2-я гвардейские, 5-я ударная, 28, 38, 51, 57, 66-я армии, 1-я и 4-я танковые, 16-я воздушная армии, 13, 22 и 23-й танковые корпуса. В оперативном подчинении фронта находились Волжская военная флотилия и Сталинградский корпусной район ПВО. Многие соединения Сталинградского фронта были ослаблены в предыдущих боях. По неполным данным, к 17 июля боевой состав четырех армий – 21, 28, 38 и 57-й – составлял всего 30 705 чел. [5, л. 48–50] Общая численность войск фронта первоначально составляла 386 365 чел. [12, с. 6].

17 июля начались бои авангардов 6-й армии вермахта (командующий – генерал танковых войск Ф. Паулюс) с передовыми частями 62-й и 64-й армий Сталинградского фронта в большой излучине Дона. В данной связи в энциклопедии «Сталинградская битва» справедливо отмечается: «Период с 17.7 по 10.8.1942 вошел в историю Сталинградской битвы как период оборонительных сражений на дальних подступах к Сталинграду. Насколько правомерно такое утверждение?» Авторы данной работы полагают, что «правильнее назвать эти действия встречным сражением», поскольку советские соединения «не имели в то время четких указаний относительно рубежей обороны и решали задачи наступательного характера» [36, c. 270]. В историографии отмечается необходимость специального изучения боев в большой излучине Дона. Данной теме было посвящено исследование, выполненное под руководством академика Г.Г. Матишова [6].

• 7 августа из Сталинградского фронта был выделен Юго-Восточный фронт (командующий – генерал-полковник А.И. Еременко), в который вошли 51, 57, 64-я, позже – 1-я гвар-

  дейская, 28-я, 62-я общевойсковые и 8-я воздушная армии. В составе Сталинградского фронта остались 21, 62, 63-я армии, 4-я танковая и 16-я воздушная армии. 9 августа Сталинградский фронт был в оперативном отношении подчинен командующему войсками Юго-Восточного фронта. 28 сентября Ставка ВГК упразднила единое командование Юго-Восточного и Сталинградского фронтов, 30 сентября переименовала Сталинградский фронт в Донской (командующий – генерал-лейтенант К.К. Рокоссовский), а Юго-Восточный – в Сталинградский. В состав нового Сталинградского фронта вошли 28, 51, 62, 64-я армии и 8-я воздушная армия, в декабре 1942 г. – 2-я гвардейская и 5-я ударная армии. В состав Донского фронта были включены 1-я гвардейская, 21, 24, 63, 66-я армии, 4-я танковая и 16-я воздушная армии, с 22 октября – 65-я, а с 1 января 1943 г. – 57, 62 и 64-я армии.

Всего в состав трех фронтов в период оборонительных боев под Сталинградом входили 12 армий, в том числе 2 танковые. К 19 ноября численность войск Донского фронта составила 284 373 чел., Сталинградского – 367 943 чел. [11, c. 281–282]. 25 октября 1942 г. был воссоздан Юго-Западный фронт (командующий – генерал-лейтенант, с 7 декабря – генерал-полковник Н.Ф. Ватутин). В него вошли 21, 63, 5-я танковая и 17-я воздушная армии, позже – 1-я и 3-я гвардейские, 5-я ударная армии. Общая численность войск фронта составила 389 902 чел. [11, с. 277].

В ходе кровопролитных боев на подступах к Сталинграду и в самом городе советские части и соединения понесли тяжелые потери. Численность 62-й армии, несмотря на постоянное пополнение личного состава, в сентябре 1942 г. не превышала 40 тыс. чел. [19, c. 39]. О численности отдельных соединений Юго-Восточного фронта в начале сентября свидетельствуют данные таблицы 1.

Ценой больших потерь наступление противника удалось приостановить уже в Сталинграде. Так, 71-я пехотная дивизия вермахта в конце августа 1942 г. сравнительно быстро овладела Калачом. Но уже 3 сентября при прорыве внутреннего кольца обороны Сталинграда столкнулась с мощным сопротивлением, потеряв за сутки более 200 чел. [9, c. 312– 313]. В отдельных случаях потери противни- ка превышали советские. Так, 23-й танковый корпус при отражении наступления противника 13 сентября потерял 250 чел. убитыми и ранеными. При этом общие потери противника, согласно боевым донесениям, составили до 1 260 чел. [19, c. 44–45].

Таблица 1

Численность отдельных соединений Юго-Восточного фронта на 7 сентября 1942 г. [4, л. 49–50]

№ п/п	Соединения	чел.
1	399-я стрелковая дивизия	195
2	112-я стрелковая дивизия	56
3	35-я стрелковая дивизия	1 000
4	87-я стрелковая дивизия	180
5	157-я стрелковая дивизия	180
6	126-я стрелковая дивизия	1 000
7	2-я мотострелковая бригада	112
8	134-я морская бригада	500
9	66-я морская бригада	400
10	27-я танковая бригада	30
11	99-я танковая бригада	120
Всего		3 593

Однако в целом в этот период советские потери были намного выше, чем у противника. К 12 сентября все стрелковые дивизии Сталинградского фронта потеряли до 4 тыс. чел. каждая [24, c. 14–15]. Санитарные потери советских войск в боях за Сталинград в конце сентября составляли около 2–3 тыс. чел. в сутки [3, л. 208–211]. Попытки прорыва 1-й гвардейской, 24-й и 66-й армий севернее Сталинграда в сентябре 1942 г. привели к потерям в 120 тыс. человек. Потери противостоявших им 16-й танковой, 76-й пехотной, 3-й и 60-й моторизованных дивизий вермахта за сентябрь 1942 г. составили всего 10 тыс. чел. [12, c. 9]. В конце октября 1942 г. при неудачных попытках прорвать немецкую оборону стрелковые дивизии Донского фронта потеряли в среднем по 4–5 тыс. человек. В результате 2 ноября были расформированы 62, 207, 212, 221, 231, 292 и 316-я стрелковые дивизии как понесшие большие потери и обладавшие «слабыми боевыми традициями» [24, c. 25–26].

В городских боях потери частей вермахта возросли и уже не покрывались пополнением из Германии. Общие потери групп армий «А» и «Б» в третьем квартале 1942 г. составили 282 600 военнослужащих, а пополне- ние – только 140 750 человек. В IV квартале потери на юге составили 199 700 чел., а в качестве пополнения из армии резерва поступило лишь 89 600 человек. В конце декабря некомплект личного состава в среднем превышал 4 тыс. чел. в дивизии [20, c. 350, 354]. Нехватку личного состава стали покрывать за счет «хиви» (добровольных помощников) из советских граждан – в основном военнопленных, содержавшихся в лагерях в тяжелейших условиях. В 71-й и 76-й пехотных дивизиях служили по 8 тыс. коллаборационистов – почти половина их личного состава. Точных данных об общей численности бывших советских граждан во вспомогательных частях 6-й армии Паулюса нет, отдельные авторы называют цифру 50–70 тыс. человек [2, с. 198 и др.].

Согласно подсчетам группы Г.Ф. Кривошеева, в Сталинградской оборонительной операции с 17 июля по 18 ноября 1942 г. общие потери Сталинградского фронта составили 409 990 чел., в том числе 194 685 чел. – безвозвратные, 215 305 чел. – санитарные, среднесуточные – 3 280 человек. Общие потери Юго-Восточного фронта – 173 076 чел., в том числе 110 636 чел. – безвозвратные, 62 440 чел. – санитарные, среднесуточные – 3 147 человек. Общие потери Донского фронта – 59 969 чел., в том числе 18 028 чел. – безвозвратные, 41 941 чел. – санитарные, среднесуточные – 1 200 человек. Общие потери Волжской военной флотилии – 807 чел., в том числе 507 чел. – безвозвратные, 300 чел. – санитарные, среднесуточные – 7 человек. Общие потери советских войск в Сталинградской оборонительной операции составили 643 842 чел., в том числе 323 856 чел. (59,2 % от общей численности потерь) – безвозвратные, 319 986 чел. – санитарные, среднесуточные – 5 151 человек [7, c. 109].

А.В. Исаев указывает, что общие потери 6-й армии вермахта к 18 ноября 1942 г. составили около 144 тыс. чел., в том числе безвозвратные потери – 24 тыс. чел. 4-я танковая армия потеряла с 1 августа по 18 ноября 1942 г. около 20 тыс. чел., в том числе 4,3 тыс. чел. безвозвратно. Потери 3-й румынской армии составили около 13 тыс. человек. Согласно его подсчетам, соотношение безвозвратных потерь вермахта и советских войск в оборонительный период Сталинградской битвы со- ставляет один к десяти, а общих потерь – примерно один к трем. Это объясняется не только ошибками советских полководцев или отсутствием боевого опыта у принявших на себя первый удар резервных армий, но и превосходством противника в тяжелой артиллерии [12, с. 10]. Эти цифры значительно расходятся с традиционными для отечественной историографии утверждениями о потерях вермахтом около 700 тыс. чел. убитыми и ранеными [36, с. 413].

Выдержав натиск противника, истощившего свои силы в городских боях, 19–20 ноября войска Донского, Юго-Западного и Сталинградского фронтов перешли в контрнаступление. В ходе операции «Уран» 23 ноября группировка противника в междуречье Волги и Дона была окружена. С 12 по 24 декабря 1942 г. войска Сталинградского фронта в ходе Котельниковской операции не позволили противнику деблокировать окруженную группировку врага. Войска Юго-Западного фронта в декабре 1942 г. при содействии Воронежского фронта провели Среднедонскую операцию, окончательно сорвав план деблокады группировки Паулюса. 1 января 1943 г. Сталинградский фронт был переименован в Южный. Донской фронт с 10 января по 2 февраля 1943 г. провел операцию «Кольцо», в результате которой окруженная группировка противника была разгромлена, а ее остатки капитулировали.

В Сталинградской наступательной операции с 18 ноября 1942 г. по 2 февраля 1943 г. потери Юго-Западного фронта составили 212 692 чел., в том числе 64 649 чел. – безвозвратные, 148 043 чел. – санитарные, 4 946 чел. – среднесуточные. Общие потери Донского фронта – 169 925 чел., в том числе 123 560 чел. – безвозвратные, 46 365 чел. – санитарные, среднесуточные – 2 236 человек. Общие потери Сталинградского фронта – 101 630 чел., в том числе 43 552 чел. – безвозвратные, 58 078 чел. – санитарные, среднесуточные – 2 363 человек. Общие потери 6-й армии и 2-й воздушной армии Воронежского фронта – 1 488 чел., в том числе 304 чел. – безвозвратные, 1 184 чел. – санитарные, 496 чел. – среднесуточные. Общие потери Волжской военной флотилии – 42 чел., в том числе 15 чел. – безвозвратные, 27 чел. – санитарные, среднесуточные – 0,5 человека.

Общие потери советских войск в Сталинградской наступательной операции составили 485 777 чел., в том числе 154 885 чел. (13,5 % от общей численности потерь) – безвозвратные, 330 892 чел. – санитарные, среднесуточные – 6 392 человек [7, c. 114].

Общие потери РККА и ВМФ СССР в Сталинградской битве, согласно приводимым расчетам, составляют 1 129 619 чел., в том числе безвозвратные – 478 741 человек. Очень высока была численность пропавших без вести и попавших в плен военнослужащих, особенно в первый период боев. Только на Сталинградском (1-го формирования) и Донском фронтах их насчитывалось 299 130 чел., или 37,77 % от общих потерь за 218 суток боев [7, с. 221].

Приводимые данные рассчитаны только на основе потерь РККА и ВМФ СССР и не учитывают потери войск НКВД и добровольческих формирований, которые, впрочем, принципиально не меняют общий порядок потерь. В Сталинградской битве участвовали 10-я стрелковая дивизия НКВД, а также 91-й полк НКВД по охране железных дорог, 178-й полк НКВД по охране особо важных промышленных предприятий, 249-й полк конвойных войск НКВД, 73-й отдельный бронепоезд, 2, 9, 79 и 98-й пограничные полки. К октябрю 1942 г. из 7,6 тыс. чел. в 10-й стрелковой дивизии НКВД осталось чуть более 200 чел., выведенных на переформирование. Соответствующие потери понесли и другие части войск НКВД.

Самое крупное соединение, созданное в Сталинграде на добровольческой основе, – Сталинградская стрелковая дивизия народного ополчения не являлась боевым соединением и в основном играла роль учебно-запасного центра по подготовке резервов для действующей армии. В оборонительных боях за Сталинград приняли участие отдельные отряды народного ополчения вместе с другими добровольческими формированиями – рабочими отрядами, истребительными батальонами, частями местной противовоздушной обороны [36, с. 395, 562]. Уступая в опыте и вооружении регулярным войскам, они понесли немалые потери, достигнувшие нескольких тысяч человек. В период оккупации в захваченных противником районах Сталинградской области действовали 11 партизанских отрядов и групп общей численностью в 186 человек. Погибли в боях и были казнены оккупантами около 100 человек [36, c. 435–436].

Таким образом, общие потери советских войск в ходе Сталинградской битвы можно определить в 1 140–1 150 тыс. чел. По другим данным, потери фронтов сталинградского направления составили 1 347 214 чел., в том числе 674 990 чел. – безвозвратные [24, с. 118]. С учетом потерь войск НКВД и добровольческих формирований они могли составлять 1 360–1 370 тыс. человек.

На еще более высоких цифрах потерь настаивает Б.В. Соколов. Он говорит о более 2 млн чел., ссылаясь на воспоминания бывшего директора Музея обороны Царицына-Сталинграда А.М. Бородина, к которому обратился Е.В. Вучетич с просьбой составить полный список погибших для увековечивания на Мамаевом кургане: «Кинулся в Подольский архив, в Бюро потерь Генштаба Минобороны. Генерал-майор, руководивший тогда этим Бюро, рассказал, что такую задачу им уже ставил секретарь ЦК Козлов. После года работы он вызвал генерала и спросил о результатах. Когда узнал, что насчитали уже 2 млн погибших, а работы еще на много месяцев, сказал: “Хватит!” И работу прекратили. Тогда я спросил этого генерала: “Так сколько же мы потеряли под Сталинградом, хотя бы примерно?” – “Я вам не скажу”» (цит. по: [31]).

Однако подобные оценки вызывают критику других авторов, отрицающих их научную состоятельность: «Преднамеренное завышение потерь сов. войск является одним из испытанных средств политизированных средств массовой информации, заинтересованных во внедрении в общественное сознание идеи о принципиальной порочности сов. “тоталитарной” системы» [36, c. 272]. В данной связи показательны приводимые разными авторами сведения о количестве расстрелянных трибуналами советских военнослужащих. Э. Бивор указывает, что за время Сталинградской битвы 13,5 тыс. советских военнослужащих были приговорены военным трибуналом к смертной казни [2, c. 180]. Это выглядит преувеличением, так как с 1 августа по 15 октября 1942 г., в самый критический период битвы, заградительные отряды Донского фронта задержали 36 109 военнослужащих, сбежав- ших с передовой. Из числа задержанных были арестованы 736 чел., расстреляны 433 чел., направлены в штрафные роты и батальоны 1 089 чел., остальные 32 933 чел. возвращены в свои части и на пересыльные пункты. Заградительные отряды Сталинградского фронта за тот же период задержали 15 649 чел., арестовали 244 чел., расстреляли 278 чел., направили в штрафные роты и батальоны 262 чел., вернули в свои части и на пересыльные пункты 14 833 человека [38, c. 222].

Б. Мюллер-Гиллебранд указывает, что потери 6-й армии с момента ее окружения до капитуляции составили 209,5 тыс. человек. Общая убыль в личном составе в группах армий «А» и «Б» с ноября 1942 г. про февраль 1943 г. превысила пополнение на 162 тыс. человек [20, c. 373–374]. Однако первый квартирмейстер штаба 6-й армии В. фон Куновс-кий, оказавшись в советском плену, утверждал, что к 22 ноября 1942 г. общая численность окруженной группировки составляла 248 тыс. чел., включая до 1 тыс. чел. в строительной организации Тодта, до 7 тыс. чел. в 9-й зенитной дивизии, до 20 тыс. «добровольцев» из советских военнопленных, до 7 тыс. чел. из частей, обслуживающих ВВС. К 10 января 1943 г. было потеряно до 10 тыс. убитыми и вывезено на самолетах 25 тыс. раненых и больных [37, с. 550]. По советским данным, только в ходе операции «Кольцо» было уничтожено 147 200, взято в плен 91 545 солдат и офицеров противника [30, c. 520]. Большинство оказавшихся в плену умерло от истощения, дизентерии и других болезней. К этим цифрам нужно прибавить потери немецких войск на начальной фазе операции «Уран», в Котельни-ковской и Среднедонской операциях.

Общие потери румынских войск в боях на Дону и Волге составили 158 850 человек. Венгрия потеряла 96 тыс. чел., в том числе 42 тыс. погибшими, умершими от ран, пропавшими без вести, 28 тыс. ранеными, 26 тыс. пленными. Итальянская армия с 11 декабря 1942 г. по 31 января 1943 г. потеряла 84 830 чел. убитыми, пропавшими без вести и пленными, 29 690 – ранеными и обмороженными, что составило 60 % офицерского и 49 % рядового состава до начала наступления [26, с. 93–94]. Хорватский полк был практически полностью уничтожен. Точные потери советских колла- борационистов не известны. К моменту окружения только в 6-й полевой армии их насчитывалось 19,3 тыс. человек [11, с. 409]. По воспоминаниям фронтовиков, в плен их брали редко [9, с. 127]. Всего в ходе Сталинградской битвы было нанесено поражение 48 дивизиям и 3 бригадам противника. Общие потери вермахта и его союзников в период Сталинградской наступательной операции оцениваются в 800 тыс. человек [36, с. 560]. Это количество представляется завышенным, как и общее количество потерь противника в 1,5 млн человек [36, с. 553]. Анализ доступных свидетельств позволяет считать, что потери вермахта и его союзников в Сталинградской битве составили не более 880 тыс. человек [6, с. 392]. Тем не менее даже эта цифра потерь свидетельствует о том, что соотношение общих и безвозвратных потерь в период контрнаступления под Сталинградом существенно изменилось в пользу советских войск.

Значительными были и потери гражданского населения вследствие Сталинградской битвы. Населенные пункты в зоне боевых действий и прилегающих районах подвергались регулярным бомбардировкам авиации и артиллерийским обстрелам. Особенно варварские бомбардировки пришлось испытать Сталинграду. Только в результате бомбардировок с 23 по 29 августа 1942 г. погибли 71 тыс. мирных жителей, не менее 142 тыс. чел. получили ра- нения разной степени тяжести, контузии, травмы [23, с. 185–186].

Следует учесть, что к лету 1942 г. численность жителей Сталинградской области значительно сократилась вследствие мобилизации на фронт и эвакуации. В то же время Сталинградская область стала местом приема эвакуированных из западных регионов граждан. С 29 июня 1941 г. по март 1942 г. через Сталинградский пункт эвакуирования прошли 441 тыс. человек. Более 200 тыс. чел. были направлены в районы области. В условиях приближения войск противника началась эвакуация жителей Сталинградской области. С 16 по 27 июля за Волгу было вывезено свыше 100 тыс. чел. [36, с. 698]. В дальнейшем выселению и отселению подвергались жители прифронтовых территорий. Но подавляющее большинство жителей сельских районов (свыше 80 %) не было эвакуировано и осталось на территории, ставшей зоной боевых действий, а затем оккупированной противником.

В ходе немецкого наступления с середины июля до начала сентября 1942 г. были захвачены 14 из 74 сельских районов Сталинградской области [39]. Оккупация продолжалась от 3,5 до 5,5 месяцев до советского контрнаступления в конце ноября – начале января 1943 г. и сопровождалась массовыми репрессиями против населения (табл. 2).

Таблица 2

Установленные злодеяния, совершенные оккупантами в отношении жителей сельских районов Сталинградской области [33, л. 3 об.–4]

Районы	Расстреляно, повешено	Случаев насилия	Угнано	Погибло от бомбардировок и обстрелов
Клетский	7	50	8	–
Сиротинский	14	74	3 327	23
Перелазовский	4	5	–	–
Чернышковский	9	18	–	–
Тормосиновский	57	88	–	–
Кагановичский	2	115	–	–
Нижнечирский	301	73	800	–
Калачевский	32	23	–	–
Серафимовичский	40	585	5 000	–
Котельниковский	48	14	125	–
Ворошиловский	411	95	36	20
Верхнекурмоярский	22	31	8	–
Красноармейский	–	6	–	–
Городищенский	38	38	8 379	–
Итого	985	1 215	17 683	43

По мнению Т.А. Павловой, эти цифры являются неполными. Она указывает, что в период оккупации были повешены и расстреляны 1 852 чел., 1 598 чел. подвергались пыткам. Более 50 тыс. жителей сельских районов погибли вследствие боевых действий [23, с. 550].

Еще большие потери понесло население областного центра. До 23 августа, когда начались массовые бомбардировки Сталинграда, из него было вывезено 100 тыс. чел., в том числе не более 35–40 тыс. местных жителей. Принятые с запозданием решения об эвакуации не могли быть полностью выполнены. К 14 ноября из Сталинграда было эвакуировано 348,8 тыс. мирных граждан, или 49,1 % населения, находившегося в нем 23 августа [23, с. 554]. Обобщающие данные о потерях, понесенных сталинградцами, представлены в итоговом отчете Сталинградской комиссии содействия работе ЧГК СССР (см. табл. 3).

Приводимые данные также считаются неполными. Из 200 тыс. чел., оказавшихся в зоне немецкой оккупации, были депортированы 170 тыс. жителей. 75 тыс. чел. вывезли на принудительную работу в Германию и другие страны, из них 45 тыс. чел. вернулись назад. Вследствие этого Т.А. Павлова полагает, что около 30 тыс. чел. погибли в ходе перевозки и на принудительных работах. Однако невозвращение может объясняться не только гибелью, но и нежеланием репатриантов. В любом случае, указанные 30 тыс. чел. относятся к демографическому ущербу населения Сталинградской области. Остальные 95 тыс. чел. были заключены в лагеря для военнопленных, расселены на оккупированной терри- тории Сталинградской и Ростовской областей или на Украине. Назад в 1945 г. вернулись 44 098 чел., а свыше 50 тыс. чел. Т.А. Павлова считает погибшими. Всего за пределами СССР, на оккупированной территории и в самом Сталинграде от бомбардировок и обстрелов погибли более 81 тыс. чел. [23, с. 507– 508]. По подсчетам Т.А. Павловой, общие безвозвратные потери населения Сталинграда за время битвы превысили 185 тыс. человек. Из 710 тыс. чел., находившихся в городе 23 августа 1942 г., за время массированной бомбардировки, боевых действий и оккупации погибло не менее 26 % его жителей [23, с. 554].

Вследствие Сталинградской битвы значительно пострадали и прилегавшие к Сталинградской области районы Ростовской и Ворошиловградской (в настоящее время – Луганской) областей. Во всех оккупированных районах происходили расправы немецких преступников над мирными жителями. Всего за период оккупации в Ростовской области были повешены, расстреляны, замучены, умерли от голода и были отправлены на трудовые работы в Германию 182 021 чел. [25, л. 1–3], в Ворошиловградской области – 170 тыс. челвек [17].

Крайней жестокостью отличалось отношение нацистов к советским военнопленным. Только на территории Сталинградской области действовали 47 лагерей для советских военнопленных [23, с. 325]. По неполным данным, в них было уничтожено около 8 тыс. красноармейцев и мирных граждан. На оккупированной территории Ростовской области было уничтожено не менее 21 тыс. советских военнопленных [25, л. 10].

Таблица 3

Установленные злодеяния, совершенные оккупантами в отношении жителей районов города Сталинграда [33, л. 4]

Районы	Расстреляно, повешено	Случаев насилия	Угнано	Погибло от бомбардировок и обстрелов
Тракторозаводский	3	3	1 499	1 903
Баррикадный	–	–	1 682	5 252
Краснооктябрьский	2	–	2 520	5 041
Дзержинский	654	309	13 000	10 737
Ерманский	202	71	1 106	11 727
Ворошиловский	6	–	23 008	7 555
Кировский	–	–	1 692	539
Красноармейский	–	–	2 034	–
Итого	867	383	46 541	42 754

Таким образом, Сталинградская битва стала одним из самых кровопролитных сражений. По самым скромным подсчетам, суммарные военные потери с обеих сторон составили не менее 2–2,5 млн чел., или более 10 % всех военных потерь СССР и Германии, а также большую часть потерь союзников Германии – Италии, Венгрии, Румынии и Хорватии в годы войны.

По итогам всесоюзной переписи населения 1939 г., в Сталинградской области проживало 2 288 129 человек. Всего за вторую половину 1941 г. – первую половину 1942 г. из Сталинградской области на фронт было мобилизовано 434 684 чел. [23, с. 25] – почти 19 % ее населения. После освобождения от оккупации зимой 1 943 г. насчитывалось 1 292,3 тыс. жителей. Сокращение населения вследствие эвакуации, боевых действий и оккупации составило 555,7 тыс. чел., или почти 24,3 %. Прямые потери от нацистской оккупации в Сталинградской области были не менее 235 тыс. чел., в прилегавших к ней Ростовской и Ворошиловградской областях – еще порядка 340 тыс. человек. Общий демографический ущерб Сталинградской битвы можно оценить в 2,5–3 млн чел., что позволяет считать ее настоящей демографической катастрофой.

Негативные демографические последствия Сталинградской битвы продолжали сказываться и после ее окончания. В результате интенсивных боевых действий хозяйство региона подверглось сильнейшим разрушениям, следствием чего стали недоедание и голод для значительной части жителей. Например, посев озимых под урожай 1943 г., произведенный в период оккупации, в Сталинградской области составил всего 43,6 % посева под урожай 1941 г. [13, с. 222]. На состоянии здоровья жителей сказывались перенесенные физические и психологические травмы, заболевания, стрессы, а также правовая дискриминация по отношению к тем из них, которые находилась на оккупированной территории или были вывезены на работу в Германию.

Массовые потери вели к значительным деформациям в демографической структуре населения Сталинградской и соседних с нею областей. Особенно резко снизилась доля мужчин трудоспособного возраста. Если до оккупации на 100 мужчин в возрасте от 16 до 55 лет в Сталинградской области приходилось 109 женщин того же возраста, а в Ростовской – 108, то после освобождения эти показатели составляли соответственно 298 и 248 [13, с. 224]. Деформации в половозрастной структуре на многие десятилетия определили крайне неблагоприятные тенденции в демографическом развитии региона в целом [21, с. 59]. Очевидно, что эти вопросы нуждаются в специальном изучении.

ПРИМЕЧАНИЕ

• ¹    Статья подготовлена при поддерждке гранта Российского научного фонда (проект № 17-19-01411 «Войны и население юга России XVIII – начале XXI в.: история, демография, антропология»).