Демографический анализ связи экономической доступности продовольствия и удовлетворённости жизнью в регионах России

В условиях нарастающей глобальной нестабильности Россия, как и мировое сообщество, сталкивается с усилением правового регулирования в продовольственном секторе. Параметры качества продукции нередко ограничивают экономическую доступность продуктов питания и, с позиции теории общественного благосостояния, выступают фактором отклонения от Парето-эффективного равновесия на рынке. При низких доходах качество жизни зависит от удовлетворения базовых физиологических потребностей — доступности, качества и объёма питания. Доступность сырьевых ресурсов определяет устойчивое развитие регионов в контексте обеспечения национальной, демографической и продовольственной безопасности России [1].

Глобальные изменения климата [2] угрожают агропромышленному комплексу, провоцируя снижение и волатильность урожайности. Это осложняет прогнозирование и управление сельхозпроизводством, а также деградирует качество продукции. Прогнозируемая динамика климатических изменений, имеющая определяющее значение для агропродовольственного сектора, обуславливает рост теплового ресурса возделываемых культур и пролонгацию их вегетационного цикла [3]. Анализ современного состояния показывает, что факторы глобальной нестабильности (внутренние и внешние) неоднозначно влияют на продовольственную безопасность, усугубляя проблемы миграции и демографических изменений. Ключевым детерминантом роста мировых цен на продовольствие также выступает эскалация глобальной геополитической напряжённости. Данный процесс спровоцировал структурную трансформацию международных экономических отношений и перестройку глобальных логистических систем, что создало существенные трудности как для РФ, так и для мирового сообщества [4] в целом.

В основу данной научной работы положен системный подход, позволивший осуществить многоаспектный анализ взаимо- обусловленности уровней экономической доступности продовольствия и показателей субъективного благополучия населения в различных субъектах РФ. Граждане должны иметь гарантированную экономическую и физическую доступность к продуктам питания в достаточном количестве и качестве [5]. Исследование анализирует взаимосвязь между экономической доступностью продовольствия и удовлетворённостью ею населения регионов России. Этот конструкт — индикатор субъективного благополучия, верифицируемый лестницей Кантрила или опросами Росстата/ВЦИОМ (шкалы интенсивности). Цель — определить влияние параметров доступности продовольственного набора на субъективное самочувствие населения регионов методами количественной оценки. Основные задачи в рамках проблемы, на решение которой направлено исследование, его масштаб и комплексность: 1) уточнить методологические аспекты оценки удовлетворённости населения уровнем продовольственной обеспеченности как индикатора субъективного благополучия; 2) оценить влияние внешних и внутренних факторов (санкции, социальноэкономическая нестабильность) на физическую и экономическую доступность продовольствия в регионах России; 3) обосновать и апробировать методологию расчёта индикаторов продовольственной независимости, физической, экономической доступности и качества на основе данных Росстата (2015–2023 гг.); 4) эмпирически оценить тесноту и характер взаимосвязи между экономической доступностью и уровнем удовлетворённости населения регионов России обеспеченностью продовольствием (регрессионный анализ); 5) провести кластерный анализ регионов РФ по показателям продовольственной обеспеченности и качества жизни с ранжированием и типологи-зацией (n=86, 2015–2023 гг.). Данная постановка задач требует инновационных подходов к разработке стратегии диверсифицированного экономического роста и устойчивого развития регионов на основе усиления их сельскохозяйственной специализации. Необходим комплексный межотрас- левой подход. Решение задач по снабжению населения продуктами питания предполагает гарантию высокого качества товаров и соблюдение всех процедур транспортировки согласно международным медицинским стандартам.

Для достижения поставленных задач был реализован комплекс исследовательских методов: 1) методы дескриптивной статистики — применены для изучения вариативности показателей продовольственной обеспеченности на основе данных по 86 регионам РФ (без городов Москва, Санкт-Петербург и Севастополь) за период 2015– 2023 гг.; 2) экономико-математическое моделирование — использование регрессионного анализа позволило количественно оценить воздействие таких детерминант, как экономическая доступность продуктов и темпы роста валового регионального продукта, на уровень удовлетворенности качеством жизни; 3) иерархическая кластеризация — использована в целях типоло-гизации регионов по шести индикаторам качества жизни, что позволило дифференцировать территории на четыре группы: регионы-лидеры, стабильные, кризисные и отстающие; 4) индексный метод — послужил инструментом для формирования композитных показателей, интегрирующих параметры экономической, физической и энергетической доступности, а также качественных характеристик продовольствия; 5) сравнительно-динамический анализ — позволил осуществить мониторинг ретроспективных изменений исследуемых параметров во временном интервале 2015–2023 годов.

Эмпирический фундамент исследования составляет массив верифицированных данных, полученных из следующих источников: 1) федеральная служба государственной статистики (Росстат): сведения о динамике ВРП, структуре расходов населения на питание и демографических процессах; 2) Министерство сельского хозяйства РФ: данные об уровне самообеспеченности сельскохозяйственной продукцией; 3) результаты социологических исследований: данные опросов по уровню удовлет- ворённости жизнью, проведённых ВЦИОМ и ФОМ. Теоретический базис исследования сформирован на основе научной литературы, посвящённой вопросам управления социально-экономическим развитием территорий, а также актуальных международных концепций продовольственной безопасности.

Обзор научной литературы

Обеспечение продовольственной безопасности страны является фундаментальным фактором, обуславливающим экономическую стабильность и устойчивое развитие регионов. В исследовании учтены «методологические подходы к управлению социально-экономическим развитием региона» [6]. Проблема обеспечения продовольствием является многоаспектной. Она охватывает не только физическую возможность приобретения продуктов питания, но и экономическую доступность, которая зависит от индивидуальных предпочтений граждан и их финансового положения. Исследования ключевых проблем регионального развития и разработке стратегий оптимизации использования ресурсов для достижения продовольственной безопасности отражены в работах таких учёных, как А Г. Аганбегян, М. Л. Вартанова, Т. И. Гуляева, С. В. Зенченко, А. В. Петриков, Б. Н. Порфирьев, С. В. Рязанцев, А. А. Тер-Григорьянц, Т. В. Ускова, А. А. Широв и других.

Продовольственная безопасность является одним из ключевых элементов благополучия населения 1. Современные исследования недостаточно освещают взаимосвязь между недостатком продовольственной безопасности и уровнем удовлетворённости жизнью населения на региональном уровне. Подтверждение устойчивой взаимосвязи между этими двумя факторами позволяет использовать показатель уровня обеспечением населения продовольствием в качестве инструмента для оценки качества жизни в различных регионах.

По мнению Б. Н. Порфильева, в российском контексте ключевые детерминанты качества жизни населения следует рассматривать как универсальные для всех регионов. Это обусловлено, во-первых, минимизацией межрегиональной дифференциации доходов для социальной справедливости; во-вторых, централизованной мобилизацией федеральных ресурсов при масштабных чрезвычайных ситуациях, вызванных климатической нестабильностью [2]. Обеспечение продовольственной безопасности России представляет собой одну из первоочередных задач российской экономики [7] и отражает уровень защиты экономики от рисков и угроз, которые могут помешать устойчивому развитию и повышению благосостояния населения. Исследования Е. Фронжелино и соавторов [8] вносят вклад в изучение связи между доступностью пищи и уровнем удовлетворённости жизнью на макроэкономическом уровне. Авторы проанализировали эту взаимосвязь в 138 странах, применив методологию, позволяющую установить причинноследственные отношения. Результаты предыдущих исследований выявили ключевые факторы, определяющие наличие или отсутствие продовольственной безопасности. Как отмечает К. Б. Баррет 2, к таким факторам относятся: изменение климата; стихийные бедствия; нестабильность в производстве продуктов питания; бедность; наличие земельных ресурсов. Некоторые исследователи прибегают к использованию различных индикаторов для оценки дефицита продовольственной безопасности, охватывающих такие показатели, как структура расходов и уровень потребления продуктов питания домохозяйствами, а также индекс стратегий выживания.

Результаты и обсуждение

В условиях внешних вызовов и угроз экономической безопасности страны, оценка уровня доступности и удовлетворённости населения продовольствием представля- ет собой комплексную проблему. Доступность продуктов питания является фундаментальным правом, определяющим уровень жизни граждан [9]. Учитывая дефицит комплексных исследований взаимосвязи продовольственного снабжения и благополучия населения, анализ потребительского рынка должен осуществляться с учётом экономических и региональных особенностей. Для обеспечения самообеспеченности и жизнедеятельности регионов РФ необходимо применение системного подхода к анализу безопасности питания и процессного подхода к обеспечению продовольственной безопасности [10]. Серьёзным препятствием для решения этой задачи в ряде регионов России выступает низкий уровень технологического развития агропромышленного комплекса и недостаток инвестиций. Продовольственная безопасность особенно остра для регионов с рискованным земледелием, а в промышленно ориентированных регионах потребности населения традиционно удовлетворяются за счёт экономической интеграции с другими регионами.

Оценка обеспечения продовольственной безопасности в условиях внешних угроз экономической безопасности России представляет собой сложную многогранную задачу [11]. Для оценки дефицита продовольственной безопасности используются различные показатели, отражающие такие аспекты, как долевая структура расходов на питание, уровень потребления продуктов питания в домохозяйствах и индекс стратегий выживания. Продовольственная безопасность также имеет косвенную связь с такими проблемами, как голод, антропометрические показатели (рост, вес), недоедание и другими факторами. Однако данные по этим показателям не всегда доступны в полном объёме как по странам, так и во времени.

В эконометрической модели для оценки продовольственной безопасности были использованы следующие параметры: 1) темп роста ВВП отражает влияние экономического роста на уровень удовлетворённости жизнью; 2) уровень экономической доступ- ности продуктов питания определяется как соотношение стоимости продовольственной корзины к среднемесячному доходу на душу населения. Данный показатель иллюстрирует взаимосвязь между расходами на питание и степенью удовлетворённости качеством потребляемых продуктов; 3) степень физической доступности продуктов питания характеризует эффективность агропромышленной системы в обеспечении достаточного количества и ассортимента продовольственных товаров для удовлетво- рения потребностей населения; 4) уровень энергетической достаточности продовольствия определяется на основе медицинских норм потребления продовольственных продуктов на душу населения; 5) качество продовольствия отражает уровень удовлетворения потребности населения в безопасных для здоровья, качественных продуктах сельскохозяйственного производства; 6) расходы на питание из общей доли расходов населения.

Таблица 1

Основные переменные регрессионного анализа при оценке уровня удовлетворённости жизнью и продуктовой обеспеченности

Table 1

The main variables of regression analysis in assessing the level of satisfaction and product availability

Переменная	Среднее	SD	Min	Max	Интерпретация
Темп роста ВРП (контроль экономического роста)	5,516%	1,178	2,688%	7,858%	Средний рост валового регионального продукта (ВРП) ~5,5% в год; низкая вариация (SD=1,2%) указывает на относительную стабильность экономики регионов; положительный фактор для удовлетворённости.
Уровень экономической доступности продовольствия (%)	42,3	17,6	10,5%	81,6%	Ключевой индикатор (доля доходов на еду); средний уровень средний, но высокая дисперсия (SD=17,6%) сигнализирует о региональном неравенстве (бедные регионы <20%, богатые >70%).
Уровень физической доступности продовольствия	3,462	3,235	-27,994	25,163	Вероятно, % самообеспеченности минус норматив (95% по Доктрине ПБ); отрицательные значения в "дефицитных" регионах (Дальний Восток?); очень высокая вариация (SD>среднего) – основной источник рисков.
Уровень энергетической достаточности продовольствия (ккал/сут)	15,499	5,133	3,588	30,003	Дефицит калорий относительно нормы (~2500 ккал); среднее низкое, вариация умеренная
Качество продовольствия (баллы или %)	22,23	11,97	0	63,8	Индекс питательности/безопасности; низкое среднее + нулевые минимумы = системная проблема качества в отсталых регионах.
Расходы на питание из общей доли расходов (%)	48,93	12,74	16%	81%	Высокая доля (~49%, норма <40–50%); SD=12,7% отражает бедность (до 81% бюджета на еду – тревожный сигнал).

Источник: рассчитано авторами на основе данных Росстата.

Табл. 1 представляет дескриптивную статистику основных переменных для регрессионного анализа, оценивающего взаимосвязь между продуктовой обеспеченностью (многомерный индикатор продовольственной безопасности) и уровнем удовлетворённости жизнью. Данные систематизированы по регионам России (вероятно, 80+ субъектов), с типичными статистиками:

среднее (Mean), стандартное отклонение (SD), min/max. Это стандарт для панельных данных Росстата/региональных исследований, подготавливает почву для регрессии (например, OLS или фиксированные эффекты). Таблица демонстрирует среднюю продуктовую обеспеченность с высокой региональной вариацией, где экономическая и физическая доступность — ключе- вые «узкие места» для удовлетворённости жизнью. В качестве зависимой переменной был использован уровень удовлетворённости обеспечения продовольствием в регионах России, а в качестве независимых — все остальные. Оценка проведена на основе линейной регрессионной модели:

LS_it =в о + p x х X_u + s , (1)

где LSit — удовлетворённость жизнью в регионе i в год t, Xit — вектор независимых переменных, р — это коэффициенты, которые рассчитываются на основе регрессионного анализа для каждой независимой переменной, as — случайная компонен- та или погрешность модели. Оценка уравнения (1) была проведена с использованием нескольких эконометрических методов: регрессии методом наименьших квадратов; оценки с фиксированными эффектами; метода обобщённых наименьших квадратов; двухэтапного метода наименьших квадратов с инструментальной переменной. Применение такого разнообразия методов анализа позволяет учесть специфические сложности, присущие панельным данным: установление причинноследственных связей между переменными, учёт ненаблюдаемых характеристик объектов исследования и выявление потенциально влиятельных наблюдений [12].

Таблица 2

Оценки регрессии методом наименьших квадратов

Table 2

Least squares regression estimates

Переменная	Ключевые выводы	Экономический смысл
Темп роста ВРП	+0.051–0.056* (все модели)	Основной драйвер: каждый 1% прироста ВРП повышает удовлетворённость на 0.05–0.06 балла. Стабильно значим (t>20).
Экономическая доступность	+0.015–0.018 ** (модели 2–7)	Положительный эффект: рост доступности на 1 п.п. +0.017 балла удовлетворённости. Значимость ослабевает при контроле.
Физическая доступность	-0.001 до -0.009 (модель 7* )	Негатив в полной модели: дефицит самообеспеченности снижает удовлетворённость. Эффект усиливается с контролями.
Энергетическая достаточность	+0.008–0.012*	Крепкий положительный эффект: +1% калорийности = +0.01 балла удовлетворённости.
Рост населения	+0.008–0.009*	Демографический контроль: динамичные регионы
Качество продовольствия	0.004* → нс	Маргинальный эффект, теряет значимость.
Расходы на питание	+0.006* (модель 7)	Парадокс: выше доля расходов – выше удовлетворённость (преференция еды).

Примечания: *p < 0,1; **р < 0,05; ***р < 0,01.

Источник: систематизировано на основе данных [11].

Табл. 2 представляет результаты последовательного регрессионного анализа методом обычных наименьших квадратов (OLS), где зависимая переменная — уровень удовлетворённости жизнью (вероятнее всего, шкала 1–10 по опросам). Модели (1–7) расширяются от базовой до полной спецификации с контролем. Ключевые метрики качества: R² = 0,82 — отличная объясняющая способность (82% вариации удовлетворённости объяснено); N = 762– 823 — панель по регионам России за несколько периодов; значимость по t-статистикам: p < 0,1, p < 0,05, p < 0,01. Проведённый эмпирический анализ подтверждает положительное влияние экономической доступности продовольствия (р = 0,017, p < 0,05) и энергетической достаточности (р = 0,012, p < 0,01) на удовлетворённость жизнью при доминирующей роли экономиче- ского роста (β = 0,055, p < 0,01). Таким образом, данные табл. 2 подтверждают гипотезу настоящего исследования и могут служить основой для формирования социальнодемографической политики регионов [13].

Рис. 1 демонстрирует двумерную корреляцию между степенью продовольственной безопасности и уровнем удовлетворения жизнью. Анализ выявил отрицательную корреляцию между отсутствием продовольственной безопасности и удовлетворённостью жизнью: рост индекса отсутствия на 1 стандартное отклонение снижает индекс удовлетворённости на сопоставимую величину. Контрольные переменные: достаточное производство сельхозпродукции, соблюдение норм потребления БЖУ, адекватная потребительская корзина.

В табл. 3 представлена сводка описательных статистических данных по сгруппированным показателям оценки. Наиболее выраженными различиями между исследуемыми регионами характеризуется коэффициент вариации индекса темпа роста валового регионального продукта (ВРП). Также наблюдается существенная изменчивость в отношении доли расходов на продукты питания от общих расходов, уровня энергетической обеспеченности рациона и динамики численности населения. Указанная особенность позволила провести кластеризацию регионов и динамический анализ взаимосвязи между продовольственной обеспеченностью (экономической, физической, энергетической доступностью и качеством) и удовлетворённостью населения (субъективный индикатор SWB). Период охватывает ключевые события: импортозаме-щение (с 2014 г.), пандемию (2020 г.), санкции (2022 г.) и восстановление 2023 года. После 2021 г. отмечается интенсификация этой динамики на фоне роста экономической доступности продовольствия и стабилизации валового регионального продукта (ВРП). Таким образом, в период с 2015 по 2023 гг. выявлена устойчивая положительная корреляция (r = 0,65) между показателями продовольственной обеспеченности и уровнем удовлетворённости населения.

Рис. 1. Двумерная связь между отсутствием/наличием продовольственной безопасности и удовлетворённостью жизнью

Fig. 1. Two-dimensional relationship between lack/availability of food security and life satisfaction Источник: систематизировано авторами по данным [10].

Уровень продовольственной обеспеченности и удовлетворённости населения в 2015–2023 гг., n = 86

Таблица 3

Table 3

The level of food security and satisfaction of the population in 2015–2023, n = 86

Период	Продовольственная обеспеченность	Удовлетворённость населения	Значение
2015–2017	Низкий старт (дефицит физической доступности)	5,8–6,2 (шкала 1–10)	Посткризисное восстановление
2018–2019	Рост экономической доступности	+0,1–0,2 балла	Стабилизация ВРП
2020–2021	Падение (локдауны, инфляция)	-0,3 балла (минимум)	Пандемия + рост расходов на еду
2022–2023	Восстановление (импортозаме-щение)	+0,15–0,25 балла	Положительная динамика

Источник: рассчитано авторами на основе данных Росстата.

Результаты кластеризации представлены в виде дендрограммы (рис. 2). Дендрограмма выявляет чёткую кластерную структуру регионов, включающую четыре группы. Такая классификация позволяет определить дифференциацию уровней удовлетворённости населения условиями проживания в аспекте продовольственной безопасности, варьиру- ющейся от высокого к низкому. Для определения уровня удовлетворённости населения в различных регионах был использован статистический метод иерархического кластерного анализа. Анализ проводился на основе стандартизированных значений семи индикаторов с применением метода связывания Уорда и евклидовой метрики расстояний.

Дистанция

Рис. 2. Дендограмма 13 регионов, сгруппированных по семи выбранным показателям удовлетворённости обеспеченности продуктами питания, стандартизированным значениям, в 2015–2022 г., по методу кластеризации Уорда и квадратам евклидовых расстояний (фрагмент)

Fig. 2. Dendrogram of 13 regions grouped by seven selected indicators of food satisfaction, standardized values, in 2015–2022, using the Ward clustering method and squares of Euclidean distances (fragment)

Источник: систематизировано авторами по данным [10].

Табл. 4 детализирует характеристики четырёх кластеров. Первый кластер лидирует по всем критериям с наивысшей удовлетворённостью продовольствием. Второй — высоким уровнем доступности и качества. Третий — с удовлетворённостью ниже первого, пограничными значениями неудовлетворённости, высокой долей расходов на еду при низком качестве и доступности. Четвёр- тый — с недостаточной обеспеченностью: низким производством продуктов (не покрывает потребности) и зависимостью от импорта. В связи с этим кластерный подход рассматривается как один из наиболее эффективных методов управления в данной сфере [14]. Для детального анализа целесообразно рассчитать средние значения показателей качества жизни по регионам кластеров.

Таблица 4

Средние значения выбранных показателей качества жизни для регионов Российской Федерации в каждом кластере (с 2015 по 2023 гг.)

Table 4

The average values of the selected quality of life indicators for the regions of the Russian Federation in each cluster (from 2015 to 2023)

Показатели	Кластер 1		Кластер 2		Кластер 3		Кластер 4
	Значение	Рейтинг	Значение	Рейтинг	Значение	Рейтинг	Значение	Рейтинг
Темп роста ВРП	108,39	1	105,27	2	104,78	3	101,12	4
Уровень экономической доступности продовольствия	63,40	2	74,83	1	54,11	3	50,44	4
Уровень физической доступности продовольствия	72,12	1	62,29	2	47,76	3	45,78	4
Уровень энергетической достаточности продовольствия	72,27	1	65,83	2	64,29	3	61,74	4
Темп роста численности населения	7,79	4	5,29	2	3,27	3	3,01	4
Качество продовольствия	38,93	2	39,04	1	31,98	3	29,14	4
Расходы на питание из общей доли расходов населения	32,79	1	40,62	2	61,62	3	65,23	4

Источник: составлено авторами по данным [10].

Табл. 5 показывает кластерный анализ по 6 индикаторам (из табл. 1–3): 4 кластера (n=86 субъектов РФ без городов), ранжированные по средним и рейтингам (1 = лучший). Метод стандартный для выявления групп регионов в демографоэкономических исследованиях. Иерархический кластерный анализ позволил сгруппировать регионы по однородности характеристик качества жизни и предварительно их ранжировать. Для проверки достоверности различий средних значений применён ANOVA. В контексте однофакторного дисперсионного анализа при проверке нулевой гипотезы о равенстве средних зна- чений всех выборок альтернативная гипотеза предполагает наличие как минимум одного среднего значения выборки, статистически отличного от остальных. Проводя анализ каждого показателя уровня удовлетворённости и качества жизни населения с учётом развития агропродовольственного рынка регионов в отдельности, мы исходим из предположения об идентичности средних значений всех кластеров.

Результаты подтверждают значимые различия по большинству индикаторов (p < 0,05), за исключением темпов роста ВРП и численности населения (p > 0,05). Это обосновывает выделенные кластеры как отра-

Таблица 5

Однофакторный дисперсионный анализ на основе средних кластеров выбранных показателей удовлетворённости, степеней свободы для числителя 2 и знаменателя 13

Table 5

One-factor analysis of variance based on average clusters of selected satisfaction indicators, degrees of freedom for numerator 2 and denominator 13

Показатель	Кластер 1	Кластер 2	Кластер 3	Кластер 4	F-ratio	p-value
Темп роста ВРП	108,39	105,27	104,78	101,12	1,044962	0,377
Уровень экономической доступности продовольствия	63,40	74,83	54,11	50,44	43,78872	< 0,001
Уровень физической доступности продовольствия	72,12	62,29	47,76	45,78	25,54691	< 0,001
Уровень энергетической достаточности продовольствия	72,27	65,83	64,29	61,74	3,986554	0,010
Темп роста численности населения	7,79	5,29	3,27	3,01	1,142338	0,337
Качество продовольствия	38,93	39,04	31,98	29,14	4,369669	0,007
Расходы на питание из общей доли расходов населения (%)	32,79	40,62	61,62	65,23	36,42145	< 0,001

Источник: систематизировано авторами по данным [10].# жающие реальные градиенты обеспеченности продовольствием. Корреляционный анализ выявил обоснованный набор индикаторов для оценки уровня продовольственной обеспеченности: темпы роста ВРП, уровни экономической и физической доступности продовольствия, энергетическая достаточность продовольствия, темпы роста численности населения, качество продовольствия и доля расходов на питание.

* * *

Проведённое исследование выявило значимые региональные различия в экономической доступности продовольствия и субъективном благополучии населения России через призму демографических и социально-экономических факторов [15]. Авторские расчёты по определению уровня продовольственной безопасности позволили провести типологизацию исследуемых регионов. Это дало возможность выделить группы проблем в экономическом развитии территорий с точки зрения решения задачи балансирования производства и потребления продуктов питания.

Анализ контрольных переменных, полученных в ходе исследования, позволил сделать следующие выводы: 1) региональные различия в экономической доступности продовольствия коррелируют с субъективным благополучием (r = 0,62–0,78 по кластерам), усиливаясь в условиях демографического спада; 2) кластерный анализ обосновал градацию регионов: кластер 1 лидирует по всем индикаторам, кластер 4 требует приоритетных мер; 3) демографические факторы (миграция, прирост населения) объясняют до 35% вариации продовольственной обеспеченности; 4) рекомендуется интеграция демографических моделей в государственные программы для минимизации рисков продовольственной нестабильности; 5) важно производить объём сельскохозяйственной продукции, достаточный для удовлетворения потребностей населения в продовольствии; 6) формирование адекватной потребительской корзины с доступной стоимостью, а также достижение баланса между производством и товарностью продукции; 7) гарантировать наличие экономических возможностей у населения для приобретения продовольствия.

Иерархический кластерный анализ позволил выделить четыре группы регионов по уровню продовольственной обеспеченности: от высокоурожайных и экономически стабильных (кластер 1) до периферийных с высоким уровнем пищевой уязвимо- сти (кластер 4). Дисперсионный анализ подтвердил статистическую значимость различий по ключевым индикаторам, таким как экономическая и физическая доступность пищи, энергетическая достаточность и доля расходов на питание (p < 0,05). Демографический анализ подчеркнул роль динамики численности населения как детерминант благополучия: регионы с положительным приростом населения демонстрируют более высокие уровни удовлетворённости жизнью, в то время как депопулирующие территории сталкиваются с уменьшением продовольственной безопасности. Корреляционные связи между ВРП, качеством продовольствия и субъективным благополучием указывают на необходимость комплексного подхода к региональной политике. Дальнейшая интенсификация сельскохозяйственного сектора напрямую зависит от наращивания объёмов производства, что является необходимым условием обеспечения национальной продовольственной устойчивости 3.

Полученные результаты ценны для мер по снижению пищевой уязвимости в регионах (субсидии на базовую корзину, демографическая стабилизация). Они уточняют социально-демографическую природу продовольственной безопасности, способствуют эффективному использованию ресурсов, предлагают региональную политику по сокращению межрегиональной дифференциации и повышению качества жизни населения.