Философия в современной системе образования: быть или не быть? (к 80-летию доктора философских наук, профессора В. А. Балханова)

Золхоева М. В. Философия в современной системе образования: быть или не быть? (к 80-летию доктора философских наук, профессора В. А. Балханова) // Вестник Бурятского государственного университета. Философия. 2025. Вып. 2. С. 3–12.

В 2025 г., когда Бурятский государственный университет имени Доржи Бан-зарова празднует свое 30-летие, одна из старейших кафедр нашего университета, кафедра философии, отмечает 80-летие со дня рождения известного российского философа, доктора философских наук, заслуженного деятеля науки Республики Бурятия, академика Международной академии информатизации, профессора В. А. Балханова. Валерий Александрович — известный в России специалист по проблемам математизации научного знания, гуманизации современной науки и образования — развивал на основе синтеза математики, синергетики и теории информации концепцию целостного мировоззрения, преодолевающего рамки узкого партикуляризма ортодоксальных материализма и идеализма. Целостное мировоззрение, по мнению В. А. Балханова, «...восстанавливает паритетность духа и материи, человека и природы. Его основные принципы, синтезируя и трансформируя идеи paideia, epimeleia и у-вэй, соответствуют парадигмальным установкам постиндустриального общества, образованию XXI века, концепции устойчивого развития»1.

Валерий Александрович, будучи выпускником физико-математического факультета, много лет интересно, буквально захватывающе вел курс лекций по философии студентам университета, в том числе будущим математикам и физикам. Многие помнят их до сих пор и благодарны судьбе за встречу с Учителем. Тогда, на рубеже двух тысячелетий, курс философии был одним из основополагающих в системе высшего образования, длился два семестра и знакомил будущих специалистов с историей развития мировой философской мысли и основными проблемами современной философии. Большое значение имела практическая работа студентов, осуществляемая в рамках семинарских занятий, на которых практически каждый участник имел возможность приобщиться к бесконечному философскому полилогу, обсуждая «вечные» философские проблемы и обучаясь основам правильного мышления, искусству полемики и доказательства, погружаясь в тайны научной картины мира, формируя критический, но рационально обоснованный взгляд на отношения человека и окружающей его действительности, а также аргументированное представление о своем месте в мироздании, собственном предназначении, долге или судьбе.

Тем самым воплощалась в жизнь важнейшая ориентация высшей школы на фун-даментализацию образования, объявленную, в частности, Международным симпозиумом ЮНЕСКО, прошедшим 17–19 октября 1994 г. в Москве. В принятом по его итогам меморандуме признавалось, что «...усиление фундаментальной составляющей образования вызывается внутренними потребностями развития самих наук: фундамент же образования будет и должен строиться на базисных естественнонаучных и гуманитарных знаниях» [2]. По мнению философа, «данный подход позволит в процессе обучения получить необходимые знания применительно не только к специальности, избранной выпускником, но и ко всему комплексу связанных с нею наук, включая естественнонаучные и гуманитарные знания, формирующие не только профессиональные навыки, но и личностные потребности, ответственность специалиста перед наукой и человечеством, перед средой обитания. Данный подход, в случае реализации, дает возможность сформировать в выпускнике традицию непрерывного образования, образования «через всю жизнь», потребность в использовании новых открытий и достижений науки в известной ему области, способность ориентироваться в огромном потоке информации, который обрушивается сегодня на человека» [2].

Ориентир на фундаментализацию образования имел множество объективных и очевидных причин, среди которых, в первую очередь, следует назвать выход общества за пределы индустриальной эпохи и высочайшие темпы развития информационных технологий, что приводит к ситуации, когда полученные в вузе знания устаревают еще до того как специалист получит диплом и устроится на работу. В этой ситуации, пишет В. А. Балханов, «...необходимо знание интегрирующих, обобщающих наук, позволяющих выработать наиболее общие принципы научного знания мира и, в идеале, приводящих к познанию цельного мировоззрения студента, поскольку именно мировоззренческая составляющая понимания занимает в нем ведущее место. Науки, организованные на решение этих задач, — математика, философия, физика, теория систем, информатика, кибернетика, синергетика и ряд других наук» [2].

С тех пор прошло около 30 лет. Какова сегодня ситуация в высшей школе? Является ли по-прежнему ориентация на фундаментализацию образования одним из ведущих трендов развития в вузе? Давайте посмотрим, как обстоят дела на примере философии. Несколько фактов. В большинстве российских вузов курс философии, все еще присутствующий в государственных стандартах высшего образования, существует, но в чрезвычайно урезанном объеме: 9 лекций, 9 семинаров; 8 лекций, 8 семинаров; 6 лекций, 11 семинаров и т. д. При этом все понимают, что изложением и обсуждением какой-либо одной единственно верной концепции невозможно ограничиться, поскольку таковой не существует. В результате студенту, зачастую вчерашнему школьнику, предлагается за 34–36 академических часов изучить всю историю мировой философской мысли, начиная с 7–6 веков до нашей эры по настоящее время, ознакомиться с проблематикой отдельных отраслей философского знания, сформировать основы критического мышления и фундамент рациональной картины мира, а главное, понять, как всеми этими сведениями можно воспользоваться, как и чем они могут помочь ему в овладении будущей специальностью.

Очевидно, что даже теоретически это невозможно. Поэтому не удивительно, что «в последнее время все чаще ведутся дискуссии по поводу необходимости фундаментальных знаний для современного человека. В частности, существует мнение о полной замене фундаментального образования на прикладное»1, причем причина отказа от фундаментализации знаний указывается та же, что ранее обосновывала необходимость ее введения. Очевидно, что тренд на фундаментализацию, заданный три десятилетия назад, не принес ожидаемых результатов и фактически не был реализован, по крайней мере, на уровне массового высшего образования. Проблемы высшего образования, порождающие неготовность выпускников к практической деятельности в наиболее значимых сферах общественной жизни, не только не были решены, но и усугубились.

Но является ли отказ он фундаментализации панацеей? Что сегодня предлагает система образования в качестве цели всего процесса подготовки успешного специалиста, способного решать задачи, которые будут сформулированы работодателем?

Видимо, речь идет о прикладном образовании, сторонники которого настаивают на включении в образовательные программы только тех знаний, которые применимы на практике. Конечно, необходимо отметить, что выпускник должен быть не только вооружен этими знаниями, но и мог квалифицированно использовать эту информацию и обретенные в процессе подготовки навыки в своей будущей трудовой деятельности, при построении своей будущей карьеры.

«Долгое время учебные заведения пытаются сделать учебную программу максимально практической и ориентированной на текущие реалии рынка. Однако этот подход приводит к угрозе формирования слишком узких специалистов, тех, кто знает исключительно одну предметную область и не знает больше ничего¹». Можем ли мы быть уверены, что через четыре-шесть лет молодому специалисту будут нужны именно эти знания и навыки, на которых работодатель настаивает здесь и сейчас? Лавинообразный информационный поток и перемены в экономике невозможно остановить. Также как и невозможно угнаться за всеми новыми профессиями и каждый раз подстраивать учебный план под постоянно меняющийся перечень. Учитывая скорость обновления современных научных знаний и соответственно скорость устаревания имеющихся знаний и технологий, выпускник вуза, получивший прикладное образование, с большой долей вероятности будет, скорее всего, не более, а то и менее полезен, чем сегодняшний обладатель диплома о высшем образовании. Скорее всего, студент обретет не всегда актуальную профессию, но не получит при этом собственно образования ( выделено мной. — М. В. Золхоева ) и сформированные навыки к дальнейшему обучению. У него в отличие от прошедшего фундаментальную подготовку специалиста будет отсутствовать главное: умение учиться, способность не просто осваивать информацию, а работать с ней, искать, систематизировать, анализировать, делать выводы. Во все времена на всех этапах развития человеческой цивилизации именно этот навык позволял человеку успешно адаптироваться к меняющимся условиям существования, поскольку обеспечивал развитие творческого мышления, умение выйти за пределы существующих ограничений, переосмыслить ситуацию и найти новый, нетривиальный способ решения задачи, что так необходимо современному специалисту. Поэтому фундаментальное образование — это единственный выход сохранить знания, а также обеспечить возможность получать новые, давая будущему профессионалу столь необходимую для него гибкость мышления. Только фундаментальное образование учит учиться, что несомненно важно для каждого человека не только сегодня или вчера, но и завтра.

В противном случае мы рискуем получить не подготовленных специалистов, а некие «говорящие орудия», способные лишь к решению стандартных задач стандартными методами, своего рода «винтики» для обеспечения работы огромного механизма, функции которых четко заданы, неизменны, а сами они легко заменимы, поскольку мало чем отличаются друг от друга. А как же миссия образования? Разве мы отказались от мысли о том, что знания создают, образуют Человека, его личность? Разве сам Человек, создатель всей надорганической реальности в известном нам мире, уже не является высшей целью развития и нас интересует только его «полезность», приданная и навязанная внешними условиями и акторами? Разве человек перестал быть целью и превратился лишь в средство для достижения цели? Но в чем тогда она заключается?

Фундаментализация, как подчеркивал неоднократно В. А. Балханов, всегда сопровождается гуманизацией образования. Овладение фундаментальным знанием о мире создает необходимые предпосылки для осознания человеком себя, своей сущности, своего места в мироздании. Именно ответ на вопрос «Кто я?» отличает человека от любого другого живого существа. И этот вопрос, как известно из философии Иммануила Канта, тесно связан с другим: «Что я могу знать?» Да, не существует исчерпывающей дефиниции понятия «Человек», но он и сегодня, прежде всего, разумное существо, способное к природопреобразующей деятельности, успешность которой напрямую зависит от его умения получать истинные знания о сущности познаваемых вещей и применять их для успешного решения собственных задач, для обретения своего места в мире.

Фундаментализация образования, помимо прочего, формирует стремление к истинному познанию. Последнее, как известно со времен Ф. Бэкона, всегда предпочтительнее в сравнении с сугубо утилитарным знанием, нацеленным исключительно на получение пользы. Ф. Бэкон, основоположник английского эмпиризма, различал светоносные и плодоносные опыты. Цель первых состоит в познании глубоких связей природы, законов явлений, свойств вещей. Вторые приносят непосредственную пользу человеку. Бэкон считал светоносные опыты более ценными, так как истинное знание, по его мнению, имеет все шансы стать полезным. Такие опыты дают свет для лучшего понимания и обобщения других опытов. «Бог в первый день творения создал только свет, отдав этому делу целый день и не сотворив в этот день ничего материального. Подобным же образом, прежде всего, должно из многообразного опыта извлекать открытие истинных причин и аксиом и должно искать светоносных, а не плодоносных опытов. Правильно же открытые и установленные аксиомы вооружают практику не поверхностно, а глубоко, и влекут за собой многочисленные ряды практических приложений» [3, c. 35].

Возможно, поиск истины в условиях современного стремительно меняющегося мира представляется все более призрачной задачей, к решению которой можно стремиться, но достичь результата не удастся. А человек хотел бы быть уверенным в достоверности полученной им информации, потому получение конкретных, относящихся к известной реальности знаний, практических навыков, которые приведут к запланированному результату, выглядят как более адекватная цель, которую может поставить перед собой человек в XXI веке.

Для проверки этого предположения, по нашему мнению, имеет смысл обратиться к опыту подготовки специалистов в сфере среднего профессионального образования (далее — СПО), которое в последние десятилетия очень востребовано среди выпускников средней школы, окончивших 9 или 11 классов. Еще в 2012 г. преподаватель математики одной из образовательных организаций СПО поделилась опытом и результатами своей работы в публикации «Роль принципов гуманитаризации и фундаментализации образования (на примере подготовки по математике в системе СПО)», размещенной на платформе Национального фонда подготовки кадров. С. О. Влезько пишет: «Система профессиональной подготовки специалистов среднего звена не может в полном объеме обеспечить решение всех проблем конкретного производства, не может предусмотреть особенности профессионального роста каждого выпускника, возможности развития как личности. Поэтому при трудоустройстве выпускников ССУЗов работодатели особое внимание уделяют не конкретным узкопрофессиональным знаниям, а фундаментальности подготовки и умению осознанно использовать научные знания при решении различных практических задач» [4].

Итак, очевидно, что для успешной адаптации выпускников учебных заведений на рабочих местах и освоения новых видов профессиональной деятельности они прежде всего должны иметь мощную теоретическую базу научных знаний, которая позволит им в профессиональной среде найти адекватные способы решения конкретных профессиональных проблем.

Возвращаясь к перечню фундаментальных дисциплин, обратимся вновь к философии. К сожалению, с недавних пор учебная дисциплина под названием «Основы философии» исчезла из государственных стандартов, регламентирующих процесс подготовки кадров на уровне СПО. Модель специалиста в результате вообще не предполагает формирование целостного рационального взгляда на мир и место человека в мире. Создатели стандартов, по всей видимости, посчитали, что необходимые для каждого человека мировоззренческие представления формируются и без помощи преподавателя и погружения в соответствующую литературу. Достаточно повседневного, житейского опыта, приобретенного хаотично, случайно, на базе собственных ощущений, поверхностных наблюдений и простейших умозаключений. Вековой опыт размышления над этими «вечными» проблемами специалисту-практику не нужен.

Но тогда возникает вопрос: почему столетия назад, во второй половине XVIII века, создатели Московского государственного университета, в структуре которого помимо философского факультета были два подразделения, нацеленных на решение абсолютно практических задач (медицинский и юридический), настаивали на том, чтобы каждый (!) студент начинал свою 6-летнюю (а для будущих медиков 7-летнюю) подготовку именно с 3-летнего обучения на философском факультете: «В соответствии с планом М. В. Ломоносова в Московском университете было образовано 3 факультета: философский, юридический и медицинский. Свое обучение все студенты начинали на философском факультете, где получали фундаментальную подготовку по естественным и гуманитарным наукам. Образование можно было продолжить, специализируясь на юридическом, медицинском или на том же философском факультете1.

Объяснение столь длительной философской подготовки можно найти в документах и материалах по истории Московского университета второй половины XVIII века, опубликованных в 60-х годах прошлого столетия, где, в частности, речь идет о заседании конференции 26 июня 1766 г., на которой «профессора... постановили: необходимо, чтобы... студенты пробыли на философском факультете три года и не ранее, чем по истечении этого срока были переведены на прочие факультеты, исходя из того, что философский курс может быть пройден, самое меньшее, в этот период времени [5, c. 63]». Не 8 лекций и 8 семинаров, а три года университетской подготовки!

Изучение философии во все времена требует времени. Время нужно для того, чтобы узнать, прочитать, согласиться или усомниться, задать вопрос, вступить в полемику, выступить с критическими замечаниями или найти аргументы для доказательства. Все это отнюдь не врожденные навыки, всему этого необходимо учиться. Полученные навыки при этом останутся с обучающимся навсегда и позволят ему сформировать адекватный реальности взгляд на происходящее, иметь собственную обоснованную позицию, с точки зрения разума подходить к решению любых, в том числе профессиональных задач, сформировать здоровую привычку к критическому, недогматическому восприятию любых событий, фактов, любой по содержанию и смыслу информации.

Учитывая вышесказанное, становится понятно, что фундаментализации образования никакой реальной альтернативы не существует. В настоящем, как и в прошлом, обществу необходимы квалифицированные специалисты, имеющие глубокие системные научные познания, целостное представление о мире, умеющие учиться, думать и извлекать истинные, достоверные знания из терабайтов ежечасно, ежеминутно обрушивающейся на них информации. Только такой подход позволит системе образования успешно выполнять свою миссию, сохранить общую высокую образованность населения, уверенно завоевывать и сохранять лидирующие позиции страны в сложном, многополярном и постоянно меняющемся социуме.

Отметим в заключение работы те преимущества фундаментального образования перед прикладным обучением, о которых необходимо помнить сегодня, в XXI веке.

В эпоху бурного роста искусственного разума новые профессии и информационные технологии будут все глубже проникать в ткань человеческого бытия, порождая у человека не только сомнения, но и беспокойство в отношении корректности, этичности применяемых искусственным интеллектом методов решения задач и порождаемых ими последствий, действий. Подобную оценку могут провести только специалисты, обладающие системным видением мира и широчайшим спектром знаний о нем.

Фундаментальные знания, как правило, сохраняют свою значимость на десятилетия и столетия, поскольку раскрывают человеку сущность тех или иных феноменов. Они не устаревают подобно ленте новостей. Алгоритмы познавательной деятельности, которые когда-то сделали возможным открытие этих истин, позволяют и сегодня использовать полученные знания для решения огромного числа проблем, возникающих в жизни людей, делать выводы о текущей социальной, политической и экономической ситуации и благодаря этому успешно адаптироваться практически в любом социальном контексте.

И, наконец, фундаментальное образование способствует развитию критического мышления, учит анализировать информацию, видеть причинно-следственные связи, вырабатывать собственную позицию, искать и находить новые пути решения повседневных задач.

К сожалению, практический подход к образованию становится все более распространенным. Работодатели ждут от высшего образования готовых специалистов, которые обеспечат немедленный и впечатляющий экономический результат. Но ведь уже завтра технологии могут измениться и узкопрофильные специалисты с отточенными микрокомпетенциями станут им не нужны. Кроме того, чрезмерная профилизация и узкопрофильность неизбежно становятся препятствием для развития и совершенствования специалиста. Не случайно Валерий Александрович пишет: «Полезно иметь в виду, что западные менеджеры высшего ранга специально говорят о том, что слабое узкое образование достаточно только для узких специалистов низкого ранга. Как только человек начинает карьерно расти, появляется необходимость выработки широкого (панорамного!) видения проблемы и получения разностороннего знания [2]». В этих условиях добротный багаж фундаментальных знаний и навыков всегда поможет молодому специалисту освоить новые навыки благодаря высокой обучаемости и гибкости и на основе самообразования адаптироваться к новым условиям.

Что касается философии, то ее значение в современном образовании, по словам В. А. Балханова, трудно переоценить. «Именно философия способна обосновать решение дилеммы специализации и универсализации, реализацию фундаментали-зации современного образования. Известно, что полное «фундаментальное» усвоение данных разнообразных наук — дело безнадежное. Выход из ситуации есть, и состоит он в своеобразном отказе от многознания (говорят, что многознание не есть знание). Человек в отличие от компьютера не просто накапливает знания, а «сворачивает» их, обобщает, выделяет принципы и способы оперирования с ними. «Свертку» знания можно провести в любой науке, с любыми сведениями, но максимально емкую «свертку» дает человеку только философия» [2, с. 215]. Здесь трудно что-то добавить. Здесь с мнением уважаемого профессора, на наш взгляд, стоит просто согласиться. Философии в высшем образовании БЫТЬ!