Формирование гражданско-правовой культуры молодежи как фактор противодействия информационной войне против России

DOI:

Возросшая роль Российской Федерации в геополитических отношениях привела к усугублению геополитической обстановки. При этом современное противостояние государств и надгосударственных образований в значительной степени отличаются от предшествующих исторических периодов. В частности, происходит гибридизация конфликтов, которая характеризуется усложнением форм противостояния. Так, если предыдущие конфликты характеризовались доминированием военных столкновений, то современные конфликты, напротив, предполагают систематическое воздействие на противника как в период военных конфликтов, так и в период «мирного сосуществования».

Гибридизация международных конфликтов подразумевает применение разнообразных средств воздействия, которые включают не только прямое влияние на противника, такие как военные столкновения или экономические санкции, но и применение так называемой «мягкой силы» и инструментов информационной войны. На сегодняшний день ни одним государством не выработано целостного понимания способов противостояния подобного рода воздействия на население, что приводит к необходимости исследования самого ин- ститута информационных войн, а также методов, применяемых при их реализации.

Информационные войны как форма современного противостояния государств

Впервые термин «информационные войны» появился в научном обороте во второй половине ХХ в., а именно в работе ученого-физика Томаса П. Рона «Система вооружения и информационная война» 1976 г. [10], в которой автор обозначил информацию в качестве ключевой слабости любой армии. Изначально данное понятие охватывало только операции, связанные с защитой информации от ее получения противником путем применения кибервторжения. Именно такая трактовка изначально вошла в доктринальные документы США, такие как Директива национальной безопасности № 42 (1992), Joint Publications for Information Operations (9 октября 1998, 13 февраля 2006, 27 ноября 2012), Information Operations Roadmap (30 октября 2003) [9]. Следует отметить, что положения данных документов в фактически изложили концепцию информационной войны в военной доктрине США. Однако рассматривать информационную войну, как исключительно новое явление, связанное с расширением возможностей ис- пользования средств доставки информации, было бы в корне неверным. Так, в своей работе П.М.А. Лайнбарджер [3] приводит примеры применения информационно-психологического воздействия еще в древние времена.

В отечественной практике рассмотрение информационного противодействия начинается с момента принятия Доктрины информационной безопасности РФ в 2000 г. [1], которая была пересмотрена в 2016 году. Примечательно, что в новой редакции данной Доктрины [2] в значительной степени пересмотрено содержание понимания информационно-психологического воздействия. В частности, введены такие характеристики, как (пп. 12 и 13):

– направленность на дестабилизацию внутриполитической и социальной ситуации в различных регионах мира и приводящего к подрыву суверенитета и нарушению территориальной целостности других государств;

– акцентирование внимания на воздействии на население Российской Федерации путем вовлечения различных общественных организаций (религиозных, этнических, правозащитных и иных), в том числе с использованием информационных технологий;

– увеличение количества информационных материалов, дискредитирующих органы государственной власти РФ в зарубежных СМИ;

– дискриминация российских средств массовой информации и ограничение деятельности отечественных журналистов за рубежом с целью предотвращения распространения информации, содержащей альтернативную официальной западной повестке позицию;

– активизация воздействия на российскую молодежь с целью размывания традиционных для России духовно-нравственных ценностей;

– вовлечение в деятельность против РФ экстремистских и террористических организаций с целью оказания воздействия на население РФ и т. д.

Таким образом, если на первых этапах юридического закрепления понятия «информационная война» его содержание ограничивалось только воздействием в рамках киберпространства, то современное восприятие предполагает более широкое понимание, которое включает в себя применение различно- го рода актов информационно-психологического воздействия.

Информационная война в отличие от «классической войны», поле боя которой очерчено в пространственном и временном смыслах, может реализовываться как до прямого столкновения сторон, так и во время или по завершению конфликта. При этом противник, реализующий информационно-психологические операции, решает сразу три важнейших задачи:

– снижение готовности населения противника к противостоянию;

– подготовка собственного населения к противостоянию;

– организация населения стран-союзников к совместному участию в военных столкновениях.

По своей сути главной задачей является поражение врага без применение летального оружия. «Война за знания – за то, кому известны ответы на вопросы: что, когда, где и почему и насколько надежными считает отдельно взятое общество или армия свои знания о себе и своих противниках с целью использовать это знание для достижения своей победы» [4, с. 18].

Таким образом, современные информационные войны включают в себя два обязательных направления реализации:

– кибервойна, то есть организация атак на оборудование противника, отвечающее за хранение и обработку информации, что позволит «перехватить» управление важнейшими центрами жизнеобеспечения и повлияет на устойчивость к сопротивлению, как страны в целом, так и его населения в частности;

– воздействие на массовое сознание населения противника путем применения инструментов пропаганды и контрпропаганды, в том числе путем применения технологий «фейковой» войны [5].

Следует прямо указать на то, что главной целью в ходе информационной войны является подчинение сознания населения противника с последующей сменой правящей элиты и подчинения страны собственным интересам. В данном случае следует говорить о применении технологии внедрения определенного стереотипа поведения у целевой аудитории, которая имеет потенциал к реализации свержения действующей власти.

Формирование стереотипов поведения как инструмент информационной войны

Применение технологии стереотипизации является одним из методов пропаганды, позволяющих внедрить в сознании целевой аудитории определенную модель поведения, которая характеризуется управляемостью и предсказуемостью, что в последствие может привести в том числе к полному подчинению населения страны-противника и реализации ее внешнего управления. Реализация процесса стереотипизации предполагает решение следующих задач:

– определение субъекта стереотипизации (в условиях информационной войны субъектом выступает лицо, которое в результате соответствующей подготовки становится «агентом влияния» на сознании массовой аудитории, в качестве агента влияния могут выступать общественные деятели, политики, представители творческой элиты, блогеры и т. д.);

– определение объекта стереотипизации (в данном случае речь идет о целевой аудитории, на которую оказывается систематическое воздействие. При этом только часть этой аудитории («ядро», которое не превышает 10 %) является наиболее активной и склонной к действиям, на нее направлено основное воздействие, остальная часть аудитории готова к действиям только в качестве вторичной группы);

– идентификация по принципу «свой – чужой» (формирование автостереотипов, то есть понимание своего этноса или страны и соотнесение себя с определенными характеристиками, и гетеростеретипов – осознание противопоставления своего народа с населением других стран);

– определение степени реальности стереотипа (воздействие на население противника осуществляется путем внедрения в массовое сознание условно верной информации, то есть такой информации, которая содержит в себе элементы истины (как правило, именно эти элементы могут быть проверены представителями целевой аудитории, в то время как информация, которая направлена непосредственно на «поражение» противника, носит ложный характер));

– повторяемость приписываемых объекту характеристик (формирование стереотипа поведения предполагает, что его характеристики, которые транслируются субъектом, являются повторяющимися. В противном случае информация носит бессистемный характер и не может стать основанием для формирования устойчивой модели поведения);

– соответствие ожидаемых аффектов (реакций) целевой аудитории ее культурному коду (в зависимости от того, какие исторические процессы прошел конкретный народ или страна, у населения возникают различающиеся модели реагирования на происходящие события. В этой связи технологи при реализации информационно-психологических операций по формированию стереотипов опираются на уже сложившиеся у населения модели поведения);

– управление интенсивностью вызываемого аффекта (реакции) (в зависимости от длительности проводимой информационно-психологической операции аффект может быть интенсивным (при краткосрочном воздействии) или медиальным (при длительном воздействии). В первом случае задачей, решаемой при проведении операций информационно-психологического воздействия, является достижение ситуативных тактических задач, таких как выступление населения против решений действующей власти. Во втором случае воздействие направлено на достижение институциональных изменений в поведении населения страны. В том числе с целью подготовки социально-психологической основы для ведения длительных боевых действий);

– организация процесса формирования стереотипа (при планировании информационно-психологических операций учитывается культурный код населения определенной территории, институциональная среда, а также степень восприимчивости к определенным сигналам и средствам доставки информации).

Формирование стереотипов является важнейшим условием достижения ключевой цели любой информационной войны – обеспечить управляемость целевой аудитории. При этом следует учитывать, что эффективность данных действий находится в прямой зависимости от наличия или отсутствия устойчивой системы моделей поведения в обществе. Именно по этой причине население стран, находящихся на стадии своего формирования или в переходном периоде, является наиболее подвержено воздействию такого рода, что напрямую угрожает формированию и реализации соответствующей формы государства, а также в целом приводит к возникновению экзистенциальных угроз. В этой связи критически важным становится своевременная организация процесса формирования гражданско-правовой культуры населения как устойчивой модели прогосудар-ственного поведения.

Направления формирования гражданско-правовой культуры молодежи в контексте информационного противостояния

Формирование правовой культуры является одним из краеугольных камней реализации принципов правового государства. В этом смысле в чистом виде правовую культуру возможно рассматривать изолировано от политической культуры, однако, в свою очередь, она является составной частью гораздо более сложной конструкции – гражданско-правовой культуры. Следует отметить, что в отечественной науке сложился подход, согласно которому правовая культура рассматривается исключительно в контексте способности граждан осознанно реализовывать правомерное поведение. На наш взгляд, данный подход носит несколько ограниченный характер, поэтому в контексте исследования мы используем более обширное понятие гражданско-правовой культуры, это обусловлено необходимостью рассмотрения моделей поведения как в контексте политических, так и правовых действий и событий.

Понятие «гражданско-правовая культура» находится на стадии научной разработки отечественными исследователями [11]. В нашей работе мы предлагаем понимать данный институт, как совокупность ценностных ориентиров, стереотипов поведения и моделей взаимодействия гражданина и государства на основе осознанного отношения гражданина к реализации политической системы в рамках существующего правового пространства.

Гражданско-правовая культура молодого поколения характеризуется определенной маргинальностью, что связано с недостаточным социальным опытом и высокой степенью идеализации социальных процессов. Кроме того, гражданско-правовая культура молодежи как совокупность ценностных ориентаций и сформировавшихся позиций, представлена в следующих видах [8]:

• а)    познавательная – молодым людям не хватает знаний о тех или иных политических действиях, призывах, лозунгах и они не могут в полной мере дать правильную оценку политической идее;

• б)    эффективная – сопричастность молодежи к политическим событиям;

• в)    оценочная – когда для оценки политических действий требуются оценочные критерии.

Важно отметить, что формирование у молодежи гражданско-правовой культуры, гражданственности неразрывно связано с процессом политической социализации, которая закладывает основы базовых знаний, суждений и представлений личности о политике, власти, государстве и т. д. Именно устойчивая система ценностей и стереотипов поведения позволит ограничить влияние информационнопсихологических операций на сознание молодежи. Все это требует развития целостной системы формирования гражданско-правовой культуры молодежи как через образовательные учреждения, так и через СМИ, инструменты социальных сетей, системы просветительских мероприятий, сообществ и т. д.

В настоящее время в России отмечается консолидация подходов к формированию гражданско-правовой культуры, что напрямую связано с подписанием Указа Президента РФ, в котором в императивном порядке дан перечень традиционных ценностей [6], а также определением ключевых ценностных доминант поведения россиян по таким группам, как «страна», «государство», «семья», «общество» и «человек» [7]. Таким образом, достигается решение главной задачи формирования гражданско-правовой культуры молодежи – целостность информационного взаимодействия, что ранее отсутствовало в работе с данной целевой аудиторией со стороны отечественных экспертов, однако лежало в основе про- ведения информационно-психологических операций противоположной стороны.

Формирование целостной системы ценностей позволяет направить усилия государства на выбор наиболее приемлемых и эффективных инструментов воздействия на гражданско-правовую культуру молодежи. Так, применение каждого из инструментов обуславливает решение определенных задач в разных контекстах и особенностях психологического восприятия.

Использование образовательных технологий является наиболее эффективным инструментом при формировании стереотипов поведения, так как направлено на изучение основ гражданско-правового поведения, а также формирования моделей поведения через формирование соответствующих навыков.

В свою очередь, применение просветительских технологий позволяет донести особенно сложную информацию в простой и доступной форме, которая не всегда доступна в рамках образовательного процесса.

Привлечение к данному процессу технологий блогинга и формирование соответствующих сообществ позволяет представителям молодежи реализовать собственные идеи и инициативы, что повышает степень их включенности в государственные процессы.

Выводы

В условиях усиления информационного противостояния на международной арене критически важным для сохранения целостности государства и его суверенитета является его способность сформировать у своего населения соответствующий уровень гражданско-правовой культуры, который позволит противостоять попыткам вмешательства с последующей реализацией технологий, так называемой «мягкой силы», в том силе направленных на изменение текущего политической режима. В данных условиях наиболее подверженной аудиторией является молодежь, поведенческие стереотипы которой находятся на стадии формирования. Кроме того, восприятие молодежью информации характеризуется высокой степенью недоверия, что требует от государства в лице его органов более тща- тельного подбора средств доставки сигнала и способов формирования моделей поведения.