Функциональная противоречивость в вопросах социального обеспечения и социальной защиты инвалидов

Эта работа распространяется по лицензии CC BY 4.0. Чтобы просмотреть копию этой лицензии, посетите

В заимосвязь функций государства и функций права в сфере социального обеспечения важна, поскольку ни одна функция права (по предоставлению пенсионного обеспечения, социального обслуживания и других видов социального обеспечения) не может быть реализована без наличия у государства функции, связанной с его обязанностью предоставлять социальное обеспечение. При этом сложность в осуществлении данной функции и необходимость особого финансового обеспечения требуют возложения ее для реализации на иное лицо и одновременно сохранения и публичного характера самой функции, и государственного характера социального обеспечения.

Нужно отметить, что такие публичные отрасли права, как административное и конституционное, допускают передачу публичных функций другим субъектам, в том числе частным лицам. При этом взаимодействие между субъектами – передающим и принимающим полномочия – не прекращается; оно продолжается по всем вопросам, включая надзор за исполнением переданных функций1. Данное положение важно для права социального обеспечения, поскольку правопритязающими субъектами в правоотношениях являются нетрудоспособные, а во многих случаях физически немощные лица, которым нужны достаточные гарантии надлежащего предоставления социального обеспечения. Это означает, что государство, устанавливая полномочия государственных органов и иных субъектов и возлагая на них публичные обязанности, не должно снимать с себя ответственность за их исполнение.

Далее заметим, что публичные функции могут возлагаться не только на государственные структуры, но и на частных лиц, что подтверждает практика Конституционного Суда РФ2. В свою очередь, возложение публичной обязанности не должно быть произвольным и требует согласованности с правосубъектностью и волей лиц, на которых эта обязанность возлагается.

Наделение публичной функцией государственного органа или государственного учреждения производится путем придания им соответствующих полномочий. Фактически функции госоргана и госучреждения и представляют собой те полномочия, или компетенции, которыми их наделило государство, что еще раз подтверждает взаимную обусловленность функций права социального обеспечения функциями государства в данной сфере. Функции, возложенные на государственные структуры, основаны на существовании материальных норм права социального обеспечения: пенсии и пособия должны быть предоставлены на условиях, указанных в законе, и, следовательно, без действия законов о пенсионном обеспечении, об обеспечении пособиями функции у государственных органов и учреждений не появятся. С другой стороны, ни один закон в праве социального обеспечения не может быть реализован без указания на соответствующие функции, возложенные на государственные органы социального обеспечения. И очень важно, что эти органы, как государственные структуры, наделяются функциями в административном порядке, путем закрепления этих функций в документах, определяющих их полномочия. Нужно отметить, что гос- органы и госучреждения непосредственно созданы для исполнения функций государства, то есть государство вправе определять круг и сферу их полномочий и наделять их публичными обязанностями в сфере соцобеспечения.

При возложении функций социального обеспечения на частных лиц и вовлечении их в социально-обеспечительные правоотношения на основании государственных, муниципальных контрактов используются иные приемы и способы построения правоотношений. Так, именно в данном формате возможно взаимодействие государства и бизнеса в рамках государственно-частного партнерства, учет публичных и частных интересов. Нужно, однако, отметить, что данные правоотношения не являются социально-обеспечительными, они представляют собой элемент того, что именуется организационно-правовой формой социального обеспечения. Частное лицо, принимая предложение государства и заключая контракт, формирует у себя определенные компетенции, организует требуемые контрактом виды деятельности. На основании этого правосубъектность частного юридического лица не вступает в противоречие с возложенными на него (а точнее, принимаемыми им) публичными функциями.

Иное наблюдается при возложении публичных функций на частное лицо на основании закона. В этом случае воля частного лица не учитывается в принципе, так как данное лицо должно исполнять требования закона независимо от того, согласно оно с ними или нет3. Причем закон может не только возлагать на него исполнение публичных социально-обеспечительных функций, но и требовать привлечения ресурсов, необходимых для их реализации. Здесь не происходит согласования интересов частного субъекта и публичных интересов государства и частный субъект предоставляет социальное обеспечение посредством возложенных на него императивных обязанностей за счет своих средств, что обусловливает функциональные противоречия и искажает природу социального обеспечения.

На сегодняшний день частным лицом, испытывающим на себе подобное воздействие государства, в большинстве случаев выступает работодатель. Именно он, в силу закона, осуществляет выплату своим работникам пособия по временной нетрудоспособности первые три дня нетрудоспособности, затрачивая на это собственные средства. Также федеральным законом на работодателя возложена обязанность по квотированию рабочих мест для инвалидов, поэтому он обязан принять инвалида на работу, обеспечить его трудовой функцией и выплачивать заработную плату.

Вопрос о трудоустройстве является важным для людей с ограниченными возможностями здоровья независимо от группы инвалидности и ее причин. Прежде всего всего это связано с возможностью достижения не только приемлемого, но и достаточного или даже достойного уровня жизни. Однако материальный фактор является не единственным, побуждающим инвалидов к трудоустройству. Немаловажное значение имеет и психологический климат в семье, поскольку наличие неработающего инвалида зачастую обусловливает отказ домочадцев от трудовой деятельности в связи с уходом за инвалидом, что негативно сказывается на внутрисемейных отно- шениях4. Говоря о трудовых правах инвалидов, необходимо исходить из того, что данные лица имеют реальную стойкую нетрудоспособность, которая не является презюмированной, как, например, старческая или возрастная5.

Ратификация в 2012 году Российской Федерацией Конвенции о правах инвалидов, принятой резолюцией 61/106 Генеральной Ассамблеи ООН от 13 декабря 2006 г., а также ряд программных документов свидетельствуют о придании этой проблеме статуса общенациональной задачи. Основное положение конвенции в отношении трудовой занятости указывает на то, что государство должно поощрять реализацию права на труд инвалидов и запрещать их дискриминацию по всем вопросам, касающимся всех форм занятости. В то же время статистика по всем социальным группам демонстрирует постепенное неравномерное увеличение в процентном соотношении безработных инвалидов, ищущих работу, за исключением инвалидов с намерением работать «от 12 месяцев и более»6.

Нужно признать, что инвалиды в меньшей степени конкурентоспособны на рынке труда в связи с отсутствием физических возможностей выполнять некоторые действия. В то же время трудоустройство инвалидов является непростым решением и для них самих, что вызвано как психологическими переживаниями «по поводу своего здоровья», так и экономическими соображениями «по поводу сравнительных издержек участия или неучастия в трудовой деятельности»7. Дополнительная проблема – лишение работающих пенсионеров, в число которых входят инвалиды, прав на социальную доплату к пенсии и ее индексацию, что не способствует проявлению трудовой активности инвалидов. Наряду с этим наблюдается потенциальный риск снижения группы инвалидности в отношении инвалидов, осуществляющих трудовую деятельность8. В целом инвалиды ищут работу, которая предполагает сокращенный нормированный рабочий день со стандартным графиком работы, белую зарплату и законодательно установленные льготы, в том числе возможность длительное время находиться в режиме временной нетрудоспособности, что отнюдь не всегда устраивает работодателей9.

Со своей стороны работодатели при трудоустройстве инвалидов сталкиваются со сложностями иного рода. В частности, инвалиды, страдающие заболеваниями, нередко требуют создания особых условий труда, включая специальные рабочие места. Это затратно для работодателя, причем «возмещение затрат не соответствует объему вложений»10. Кроме того, существуют проблемы адаптации инвалида на рабочем месте и установления социальных связей между ним и другими членами коллектива, решение которых фактически ложится на плечи работодателя. Наконец, работодатели учитывают упущенную выгоду из-за сокращенной рабочей недели инвалида, увеличенного отпуска, рисков невыхода на работу в связи с нетрудоспособностью и высоких издержек при увольнении11. В научно-исследовательской литературе можно встретить и суждения о том, что работодатели часто не рассматривают инвалидов в качестве потенциально возможных сотрудников, считая их лишь инвалидами, и такое предубеждение по отношению к данной группе может свидетельствовать о дискриминации по признаку инвалидности на рынке труда12. В некоторых случаях акцент делается на том, что «квотированные рабочие места создаются работодателями без большого энтузиазма, поскольку им это совершенно не выгодно. В пределах установленной квоты работодатель обязан организовать за свой счет специальные рабочие места, требующие дополнительных мер по организации труда, включая адаптацию основного и вспомогательного оборудования, техническое и организационное обеспечение, дополнительное оснащение техническими приспособлениями с учетом индивидуальных возможностей инвалидов. Безусловно, все это требует значительных расходов, а производительность труда на этих местах низкая»13.

Исходя из вышесказанного, государство вынуждено прибегать к принудительным административным мерам в виде установления квот, представляющих собой зарезервированные работодателем рабочие места для инвалидов. Однако данная мера тоже не приносит положительных результатов: многие работодатели предпочитают выплату официальных компенсаций созданию рабочих мест для инвалидов, часто им даже экономически выгоднее заплатить административный штраф за нарушение обязанности по трудоустройству инвалида, чем принять его на работу14. В ряде случаев региональное законодательство о квотировании рабочих мест, наряду с самим квотированием, официально предусматривает возможность аренды рабочих мест для инвалидов предприятиями, которые объективно не могут организовать специальные рабочие места на своих производственных площадях, однако обязаны исполнять требования, связанные с трудоустройством данных лиц15. Подобные пра-

ВОРОНИН Ю. В., МАМАТКАЗИН И. Р. _____________________________________________ вовые «метаморфозы», сопутствующие трудоустройству инвалидов, указывают на функциональное несоответствие задач и целей бизнеса тем задачам, которые ставит перед ним государство.

Следует обратить внимание и на то, что развитие социальной защиты инвалидов, к сожалению, начал определять вектор, основанный на концепции «позитивной дискриминации», которая не всегда имеет положительную коннотацию в правовой науке. Данное направление сформировалось относительно недавно под влиянием политических и экономических факторов, не всегда ориентированных на защиту прав инвалидов. Это наглядно демонстрирует анализ этапов исторического развития социальной защиты инвалидов. В частности, первый этап не предполагал требований к каким-либо субъектам о снижении уровня своих действий применительно к особым потребностям инвалидов. Декларация о правах инвалидов (принята резолюцией 3447 Генеральной Ассамблеи ООН от 9 декабря 1975 г.) содержала следующее положение о праве инвалидов на меры, дающие им возможность приобрести как можно бо́льшую самостоятельность: «Инвалиды имеют право на медицинское, психическое или функциональное лечение, включая протезные и ортопедические аппараты, на восстановление здоровья и положения в обществе, на образование, ремесленную профессиональную подготовку и восстановление трудоспособности, на помощь, консультации, услуги по трудоустройству и другие виды обслуживания». Во Всемирной программе действий в отношении инвалидов (принята резолюцией 37/52 Генеральной Ассамблеи ООН от 3 декабря 1982 г.) основной акцент был сделан на предупреждении инвалидности, реабилитации и возврате к активной деятельности на регулярной основе. При этом в Стандартных правилах обеспечения равных возможностей для инвалидов (приняты резолюцией 48/96 Генеральной Ассамблеи ООН от 20 декабря 1993 г.) не содержалось требований об особых мерах по отношению к инвалидам.

В середине 1990-х годов начинает внедряться концепция так называемой позитивной дискриминации, основанной на требованиях принуждения акторов к действиям сверх обычных для обеспечения прав инвалидов. Данная концепция создает видимость выравнивания стартовых возможностей путем предоставления «форы на старте», однако в действительности она предполагает перенос ответственности с государства на гражданское общество. В рамках формирования этой концепции в 1994 году на Всемирной конференции по образованию людей с особыми потребностями под эгидой ЮНЕСКО была провозглашена новая концепция обучения. В результате утверждена Саламанская декларация о принципах, политике и практической деятельности в сфере образования лиц с особыми потребностями. Одно из ее положений гласило, что «лица, имеющие особые потребности в области образования, должны иметь доступ к обучению в обычных школах».

В этот же период на международной арене начинает формироваться курс, поддерживающий отказ государства от социальных обязательств во всех сферах социальной защиты. В 1994 году подготовлен знаковый доклад Всемирного банка «Предотвращение кризиса пожилого возраста: политика защиты пожилых людей и содействия экономическому росту»16, обусловивший реализацию масштабной поли- тики внедрения разного рода накопительных программ и принуждения работников к участию в них. Итогом проведения указанного курса явилось то, что с каждым годом все больше обязательств возлагается на общество и все меньше – на государство.

В 2006 году Конвенция о правах инвалидов обязала 161 государство-участник включать в свои программы действий требования к работодателям осуществлять: меры по проектированию и приспособлению рабочих мест и рабочих помещений таким образом, чтобы они были доступны для лиц с различными формами инвалидности; меры по поддержке в использовании новых технологий, в разработке и производстве вспомогательных устройств и оборудования и облегчению доступа к ним инвалидов, чтобы те могли получить и сохранять за собой рабочее место; меры по обеспечению надлежащего обучения и трудоустройства, а также по постоянной поддержке. В этих рекомендациях, по существу, контекстуально выражена концепция позитивной дискриминации, связанная с такой политикой государства, которая проявляется в возложении на работодателей дополнительных обязанностей, реализуемых за их счет. Принимая во внимание концепцию «мягкого права» ( soft law ), нужно учитывать, что неисполнение международных рекомендаций не может быть произвольным и требует от государства подтверждения уважительных причин такого неисполнения.

На сегодняшний день концепция позитивной дискриминации является частью общей «политики затягивания поясов» ( austerity policy ), открыто провозглашенной Всемирным банком и реализуемой всеми его формальными и неформальными контрагентами в национальных юрисдикциях, в том числе и российских, начиная с периода Великой рецессии 2007-2009 годов (Great Recession of 2007-09). Необходимо также понимать, что эта риторика является частью общего дискурса, включающего «устойчивое развитие» и «инклюзивный капитализм»¹⁷.

Имплементация элементов чуждой концепции в нашу правовую среду приводит к несогласованности и функциональной контрадикторности не только в правовых, но и в экономических отношениях и порождает серьезные последствия. Следует обратить внимание на то, что политика инклюзивности в Российской Федерации, основанная на положениях Трудового кодекса РФ18 и Федерального закона от 24 ноября 1995 г. № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» (далее – Закон о социальной защите инвалидов), содержит формулировки, на первый взгляд не вызывающие возражений. Например, в Законе о социальной защите инвалидов перечислены основные мероприятия, направленные на обеспечение занятости людей с ограниченными возможностями, и особое внимание уделено созданию специальных условий труда, организации профессионального роста «особых» работников, а также наличию квот для приема инвалидов на работу и минимального количества специальных рабочих мест для них. При этом инклюзивность

ВОРОНИН Ю. В., МАМАТКАЗИН И. Р. _____________________________________________ и равный доступ, в силу определенных обстоятельств, понимаются как реализация в регулярной среде особых потребностей для лиц, ограниченных в жизнедеятельности. Но инклюзивность, к сожалению, не принимает во внимание возможные последствия для этой среды и ее субъектов. В реальности нужно учитывать, что субъекты регулярной среды представляют собой большинство и, безусловно, сопротивляются вторжению в их прерогативы, используя при этом все законные способы и методы. В результате основным инструментом государственной политики становится принудительное административное квотирование, предусматривающее обязанность работодателя за свой счет создавать или выделять рабочие места для трудоустройства инвалидов, за нарушение которой на него в установленном порядке может быть наложен административный штраф.

Сторонники квотирования даже не замечают парадоксальности ситуации, связанной с использованием квот. Выступая за инклюзию для инвалидов, обеспеченную квотированием рабочих мест, они выступают за квоты, которые являются, в сущности, исключительным, то есть эксклюзивным, решением, применяемым только для этой категории работников, а не для всех. Таким образом, стремление к выравниванию прав оборачивается предоставлением особых социально-обеспечительных прав за счет других.

С учетом этого на сегодняшний день квотирование являет собой формальный, имитационный механизм, который противоречит самой сути производства и бизнеса: предприниматели отчитываются количеством оформленных, а не удержавшихся (хотя бы год) инвалидов. Нужно понимать, что функция работодателя – не трудоустройство кого-либо, а развитие бизнеса и уплата страховых взносов и налогов. Вся социальная ответственность бизнеса должна быть заложена в его обязательных платежах государству и не должна реализовываться через натуральное обременение (квоты). Ключевой момент состоит в том, что работодатели платят налоги и взносы на общественные нужды, за счет которых государство и должно решать социальные проблемы, в частности проводить мероприятия по трудоустройству инвалидов. Возложение на работодателей, помимо уплаты налогов и страховых взносов, еще и натурального бремени есть, по сути, перекладывание государственной социально-обеспечительной функции на бизнес и осуществление данной функции за счет бизнеса.

Низкая эффективность квотирования как инструмента соцзащиты инвалидов подтверждается исследованиями специалистов ФГБУ «ВНИИ труда» Минтруда России. В частности, они отмечают, что сложности в трудоустройстве инвалидов на инклюзивном рынке труда вызваны не только нарушениями функционирования их организма, затрудняющими физический доступ к месту работы и выполнению некоторых трудовых обязанностей, но и собственными психологическими комплексами людей с инвалидностью19. Наряду с этим указана недостаточная мотивация работодателей к приему на работу инвалидов и созданию для них адаптированных рабочих мест с учетом ограничений функций жизнедеятельности20. Ф. В. Филина и Д. В. Тимохин в своем исследовании среди задач, решение которых будет способствовать трудовой

______________________________________________________ ЧАСТНОПРАВОВЫЕ НАУКИ интеграции инвалидов, выделяют именно повышение эффективности действия рыночных инструментов корректировки поведения работодателей в отношении обеспечения занятости инвалидов²¹.

Важно отметить, что неправильно связывать возложение на работодателя подобных обязанностей и так называемую трудовую реабилитацию. Понятие «трудовая реабилитация», как и «профессиональная реабилитация», в законодательстве отсутствует. Закон о социальной защите инвалидов, раскрывая содержание реабилитации в отношении трудовой деятельности, указывает на профессиональную ориентацию лиц с ограничением жизнедеятельности. Кроме этого, положения закона указывают на профессиональную адаптацию как элемент реабилитации без объяснения ее смысла. Федеральный перечень реабилитационных мероприятий, технических средств реабилитации и услуг, предоставляемых инвалиду, утвержденный распоряжением Правительства РФ от 30 декабря 2005 г. № 2347-р, содержит указание только на профессиональную ориентацию инвалидов как вид реабилитационных мероприятий.

Сама форма ИПРА22 раскрывает профессиональную реабилитацию через профессиональную ориентацию и содействие в трудоустройстве, не затрагивая непосредственно трудовые отношения с участием инвалида. Предполагается, что профессиональное обучение инвалида поможет ему сформировать навыки, востребованные работодателем, а содействие в трудоустройстве обеспечит поиск нужного работодателя. Наряду с этим следует отметить социализирующую функцию трудовой деятельности инвалида: он включается в трудовой коллектив, ощущает себя его частью. Таким образом, трудовые отношения с участием инвалида представляют собой не трудовую реабилитацию инвалида, а его социальную реабилитацию, что в принципе не является функцией работодателя. Итак, если касательно профессиональной адаптации инвалидов еще можно указать на заинтересованность работодателей, то в отношении социальной реабилитации этого быть не должно: она, как вид социального обеспечения, должна осуществляться государством.

Следует отметить, что и Конвенция Международной организации труда № 159 «О профессиональной реабилитации и занятости инвалидов», принятая в Женеве 20 июня 1983 года, определяет возможность инвалида получить работу и его дальнейшее продвижение по службе как единый и неразрывный комплекс отношений, способствующих его социальной интеграции. Позиция международного сообщества абсолютно верна и обоснованна: профессиональное обучение инвалида, его профессиональная адаптация бессмысленны, если они не реализуются в трудовых отношениях. В свою очередь, трудовые отношения с организацией специальных рабочих мест и участием наставников столь специфичны, что по большей части выполняют функцию социальной реабилитации посредством реализации трудовых обязанностей. Исполнение трудовой функции инвалидом в этом случае представляет собой

ВОРОНИН Ю. В., МАМАТКАЗИН И. Р. _____________________________________________ уже не цель, а средство социальной реабилитации, направленной на восстановление социального статуса индивида.

Но труд инвалида не всегда требует создания для него специального рабочего места, поскольку нередко лица, имеющие ограничения жизнедеятельности, работают в равных условиях с остальными работниками. Таким образом, логика проведения исследования трудовых правоотношений с участием инвалидов требует разграничить виды трудоустройства инвалидов: выделить тех, кто принимается на работу в соответствии с квотой, и тех, кто трудоустраивается в общем порядке.

Необходимо принимать во внимание также и то, что нормы трудового законодательства содержат положения, направленные на социальную защиту не только инвалидов, но и других уязвимых категорий граждан. При этом социальная защита основана на их особом правовом положении в трудовых правоотношениях и включает льготы и гарантии, по объему превышающие те, которые имеются у иных работников. Лица с ограничением жизнедеятельности должны быть значимы для работодателя только с учетом выполнения трудовой функции. Но даже и в этом случае государство не должно оставаться в стороне, предусматривая систему привилегий и для работодателей23.

Ситуации трудоустройства инвалидов с учетом квот выглядят иначе. Отметим еще раз: инвалиды – это не единственная категория граждан, для которых могут быть установлены квоты для приема на работу24. Но квотирование в отношении инвалидов нередко обусловливает дополнительные обременения для работодателя, в том числе создание специального рабочего места, организацию труда инвалида с участием наставника, что не предусматривается в отношении иных лиц. Таким образом, работодатель вынужден подстраиваться под условия труда инвалида, что для трудовых отношений нехарактерно25. И действительно, положения законодательства о социальной защите инвалидов, законодательства о занятости и трудового законодательства требуют от работодателя обеспечить условия труда инвалида с учетом положений, содержащихся в ИПРА, и вынуждают его отступать от условий, предъявляемых к типовому рабочему месту. Закон требует от работодателя не просто изменить условия труда, а адаптировать их к индивидуальным особенностям инвалида так, чтобы тот имел возможность осуществлять трудовую функцию.

Нужно отметить, что окупаемость затрат, связанных с созданием специального рабочего места, подвержена довольно высокому экономическому риску. Например, инвалид, поступивший на работу по квоте, может уволиться по собственному желанию в общем порядке. Таким образом, лицо, обладающее стойким ограничением трудоспособности, может проработать на специально созданном под его физические возможности рабочем месте очень короткий срок, после чего уволиться, и в дальнейшем специальное рабочее место может оказаться невостребованным. Но если работодатель получил субсидию из регионального бюджета на оснащение рабочего места26, то обязан сохранять это место для другого инвалида определенный период (как правило, один год), что представляет трудность иного рода. Нельзя не учитывать и повышенный риск временной нетрудоспособности (болезни) лиц, имеющих стойкую нетрудоспособность.

В свою очередь, необходимость создания специального рабочего места или включения в состав трудового правоотношения наставника для инвалида, который формально может не являться работником организации, то есть представлять собой лицо, не связанное трудовой функцией с работодателем инвалида, меняет структуру трудового правоотношения, в силу чего трудовое правоотношение приобретает иную сущность. Следует также отметить, что если осуществление труда инвалидом, основанного на квотировании рабочих мест, предполагает наличие такого субъекта, как наставник, права и обязанности которого не регулируются Трудовым кодексом РФ, то признать данное лицо субъектом трудового правоотношения весьма сложно. Если учесть, что наставником может быть не только работник, с которым у работодателя заключен трудовой договор и которому работодатель может давать распоряжения, но и лицо, представляющее собой общественное объединение инвалидов и формально не подчиненное работодателю, то трудовое правоотношение приобретает иную природу, чем та, которая предусмотрена трудовым законодательством.

Неслучайно теория права социального обеспечения затрагивает вопрос о трудовых правоотношениях с участием инвалидов как родственных отрасли права, опосредованно распространяя на них свое действие и характеризуя их как элемент реабили-тации27. Отношения, связанные с реализацией труда инвалидов, и иные отношения по реабилитации во многих случаях имеют одинаковую сущность и одинаковую функцию, которую можно охарактеризовать как социально-реабилитационную28. При этом реа-

ВОРОНИН Ю. В., МАМАТКАЗИН И. Р. _____________________________________________ билитационные услуги и реабилитационное обслуживание рассматриваются как виды социального обеспечения и объекты социально-обеспечительных правоотношений²⁹.

Приведенные мнения подтверждают тезис о том, что решение проблем инвалидов – это не функция работодателя и что обвинение его в дискриминации, которая фактически отсутствует, является неправильным. Опыт специальной военной операции показал, что наше общество способно эффективно самоорганизовываться и решать многие проблемы, включая проблемы инвалидов, без существенной поддержки государства, но, безусловно, государственная поддержка значительно повышает эффективность мер социальной защиты.

На сегодняшний день необходима ежедневная творческая и ответственная работа, направленная на освоение действенных технологий и практик реабилитации и контроль их эффективности, который учитывает не ключевые показатели (KPI), а практический, осязаемый результат, предполагающий выявление рабочих мест, профессий и видов деятельности для лиц с ограниченными возможностями здоровья (например, управление, программирование, разработка дронов – наземных, воздушных и т.п.) и, соответственно, создание системы качественной подготовки инвалидов к работе в этих сферах.

Наряду с этим должны быть созданы специализированные предприятия, а работодатели освобождены от квотирования рабочих мест. Следует на законодательном уровне выделить те трудовые отношения с участием инвалидов, которые представляют собой форму реабилитации инвалидов. Признание за данными правоотношениями социально-реабилитационной функции обусловливает их выведение из сферы трудового права и иное правовое регулирование. Правоотношения в этом случае должны рассматриваться как социально-обеспечительные, и для них должна быть предусмотрена особая организационно-правовая форма.