Геродот о владениях персов за Кавказом (Herod. III: 97)

Дискуссия о вероятности подчинения Боспора Ахеменидам началась с разбора Г. А. Кошеленко выражения Диодора в первом его сообщении о Боспоре: «ката 8s t^v ’Amav». Исходя из того, что Диодор под термином «Азия» всегда имеет в виду Персию, Геннадий Андреевич, с помощью еще целого ряда косвенных источников, приходит к выводу, что Боспор Киммерийский был составной частью Ахеменидской державы (Кошеленко 1999: 130—141). Эту версию с привлечением археологических источников активно поддержал Н. Ф. Федосеев (Fedoseev 1997: 309—319). Мне уже приходилось рассматривать приведенные авторами аргументы в пользу данной версии (Молев 2001a: 29—33; 2001b: 58—66; 2006: 275—285; 2008: 110—115) и мой вывод был прямо противоположен выводам моих коллег. Недавно, однако, вышел еще ряд работ, в которых данная тема поднимается вновь и мои выводы также подвергаются сомнению. Хотя в целом все упирается в ревизию одного единственного и наиболее близкого ко времени возникновения Боспора, как государства, источника — Геродота.

Последний, закончив перечисление сатрапий, созданных Дарием, пишет: «Таковы были эти округа и размеры податей. Только одну Персидскую землю я не упомянул в числе земель обложенных данью, потому что персы живут в стране, свободной от податей. Но есть еще народности, которые, правда, не платят дани, а доставляют дары. Это эфиопы… затем обитатели области у священной Нисы… даже колхи и их соседи до Кавказского хребта (до этих пор ведь простирается персидская

Статья поступила в номер 10 сентября 2015 г.

Вып. 7. 2015

держава, области же к северу от Кавказа уже не подчинены персам), налагают на себя подати в виде добровольных даров» (пер. Г. А. Стратановского). Для нас особенно важна вводная фраза Геродота: «Sc тоито yap to opoc uno nepa^oi ap/STai, та 8s npoc popspv avspoc тои Каикаоюс nsposov 6u8sv sti фpovт^Zsl»¹, в которой автор, судя по контексту главы , специально отмечает предел распространения власти персов на севере.

Датский исследователь Йенс Нилинг отмечает, что в этой фразе Геродота выражение «6u8sv sti» — should be understood in a temporal sense and not from geographical or gradual aspects (должно пониматься во временнόм смысле, а не с географической или последовательной точки зрения) (Nieling 2010: 132). И с этим можно было бы согласиться, если бы ни одно «но». Само по себе это выражение в точном переводе с древнегреческого (да и с английского его перевода, которым пользовался Й. Нилинг) означает только «никто еще (все еще; даже; уже; больше; и впредь когда-либо в будущем; тотчас же после; со времени; еще больше)». Й. Нилинг выбирает перевод «никто уже», из которого делает вывод, что живущие к северу от Кавказских гор, больше не подчинялись персам во времена написания Геродотом своего труда, т.е. во время от 447 до, примерно, 425 года до н.э., и значит когда-то, возможно, незадолго до упомянутого времени, эти народы были подчинены персам. А поскольку этот отрывок помещен в конце описания сатрапий, созданных Дарием, то подчинение народов севернее Кавказа должно было произойти в правление этого царя. Автор прямо заявляет, что «Возможно уже в VI в. до н.э. тираны, тесно связанные с Милетом и персидскими правителями Анатолии, имели власть в Пантикапее» (Nieling 2010: 127).

Но, во-первых, Геродот нигде не говорит о времени подчинения той или иной сатрпии и времени с какого и по какой период платили добровольные дары народы, не вошедшие в сатрапии. По контексту очевидно, что вся эта система существовала во времена написания им своего труда. И конкретно в нашем случае временной фактор здесь подчеркивает не выражение «6u8sv sti», а глагол фpovт^Zш в настоящем времени.

Во-вторых, в главе III, 97, как и в предыдущих, Геродот перечисляет народы вошедшие в состав Персидской державы и добровольно платившие ей дары. И в таком случае, согласно общему контексту «6u8sv sti» может означать только последовательность и географическое расположение таковых народов. Не случайно, видимо, наша вводная фраза в скобках следует за словами «КоХ/oi 8s та STa^vTo Sc t^v 8ops^v ка1 oi npoosp/ssc ps%pi Каикаагод opsoc » — даже колхи и их соседи до Кавказских гор налагают на себя подати в виде добровольных даров (пер. Г.А. Стратановского)». Здесь прямо сказано, что речь идет о народах, проживающих до Кавказских гор, а текст в скобках, дополнительно поясняет — почему речь идет именно об этих народах, да потому что они никогда и не были подчинены персам.

Таким образом, перевод автором текста Геродота является лишь его интерпретацией того, что мог понимать Геродот в данном случае, а понимал ли сам Геродот это на самом деле это еще большой вопрос.

Прочие аргументы автора — находки двух персидских печатей на Боспоре, следы разрушений в городах Боспора, которые автор считает возможным связывать с персидским завоеванием, мне уже приходилось рассматривать. Я и сейчас не сомневаюсь, что все это косвенные и очень маловероятные аргументы в пользу подчинения Боспора персам. А вот отсутствие Боспора в числе сатрапий, и боспорян в числе приносящих добровольные дары — это веский аргумент в пользу независимости этого государства.

Тем не менее, эту идею подхватил Г. Р. Цецхладзе, который также связывает разрушения на Боспоре того времени с приходом Ахеменидов и их намерением включить Боспор Киммерийский в свою державу (Цецхладзе 2014: 204—235). В пользу этого, по его мнению, свидетельствуют:

МАИАСК

Вып. 7. 2015

Геродот о владениях персов за Кавказом (Herod. III: 97)

сообщение Ктесия Книдского о завоеваниях царя Нина Ассирийского (Ctes. F1b. 2. 1—3), которые возможно приписать Дарию I, и сообщение Геродота (IV. 120—122) о прохождении персов через территории греческих городов (Цецхладзе 2014: 215—216, 218). Однако сам Ктесий и пересказывающий его сведения Диодор вовсе не связывают походы Нина с Дарием, а предполагать можно все, что угодно. Геродот же вообще ничего даже не упоминает о греческих городах в отмеченных главах. А Ктесий сообщает, что Дарий углубился в Скифию не на 30 как у Геродота, а на 15 дней пути (Латышев 1947: 299) т.е. вообще не дойдя даже до Ольвии2.

Таким образом и новые попытки доказать подчинение Боспора Персидкому государству пока несостоятельны. Приведенные авторами аргументы не являются веским, а главное точным аргументом в пользу их версии.