Грамматические наблюдения Д. Н. Кудрявского и русский язык сегодня: о склонении неизменяемых существительных

Книга Д. Н. Кудрявского «Введение в языкознание» была опубликована в 1912 году в Юрьеве (в настоящее время – эстонский город Тарту), где ученый жил и работал с 1898 по 1918 год. Вопросы грамматического описания занимают в указанном учебнике значительное место. При этом Д. Н. Кудрявский критикует представителей логического направления (даже замечает, что «логика по существу своему не имеет с грамматикой никаких точек соприкосновения»1). Будучи оригинальным исследователем, предложившим новаторский курс лекций2, при рассмотрении грамматического строя русского языка автор придерживается формального подхода.

В синтаксисе это проявляется в том, как квалифицируются главные и второстепенные члены предложения. Так, отвергается выделение определений, дополнений и обстоятельств по смыслу и предлагается их разграничение исключительно по формальным признакам: определение должно быть выражено прилагательным, допол- нение – косвенным падежом существительного, обстоятельство – наречием3. В морфологии формальный подход проявляется при характеристике таких частей речи, как местоимение и числительное, которые, по мнению Д. Н. Ку-дрявского, не стоят в одном ряду с другими частями речи, так как выделяются преимущественно по значению4 и не могут считаться частями речи «в том же смысле, как прилагательное и суще-ствительное»5. Заметим, что аналогичную трактовку второстепенных членов предложения дает такой яркий представитель формального направления в грамматике, как А. М. Пешковский6; он же отказывает числительным и местоимениям в статусе частей речи [8: 153–154].

Наряду с общим подходом к описанию грамматического строя, которого придерживается Д. Н. Кудрявский и который, как и формальное направление в целом, явился важным этапом в развитии грамматической мысли, в книге «Введение в языкознание» есть интересные наблюдения над отступлениями от нормативно- го словоупотребления. Соответствующие примеры, отмеченные автором как в устной речи, так и в художественных и публицистических текстах, сопровождаются комментариями и оценками, представляющими интерес с учетом современного состояния грамматической системы русского языка.

***

Остановимся на одном случае, связанном со склонением имен существительных. Говоря о типах склонения, Д. Н. Кудрявский замечает:

«Только литературный язык образованного класса людей, которые еще живо чувствуют иностранное происхождение слова, не допускает склонение таких слов, как “пальто”, “депо”, “кофе” и т. п. Но простонародие свободно говорит “без пальтá”, “в депе” и приспособляет слово “кофе” для склонения, превращая его в “кофей” – “кофею” – “за кофеем” и т. д.»7.

В этом комментарии нашел отражение взгляд на неизменяемость заимствованных слов как на их временное состояние. О возможном склонении слова пальто в разговорной речи в 1934 году писал Н. С. Трубецкой, отмечая, что это слово склоняется «в менее старательной речи», образуя форму множественного числа польта : «Эта форма для москвичей моего поколения считается хотя и несколько просторечной (“шуточной”), но, несмотря на это, вполне нормальной…» [11: 95].

В современном русском языке неизменяемые существительные «стали неотъемлемой частью его грамматического строя» [1: 110]. А. А. Зализняк обосновал выделение нулевого типа склонения применительно к неизменяемым существительным, отмечая омонимию словоформ, имеющих «одну и ту же внешнюю, но различные внутренние стороны» [4: 20]⁸. Например, « шоссе (И. ед.) и шоссе (Р. мн.) во фразах вот наше шоссе и построили много хороших шоссе » [4: 21]. Нулевое склонение выделяют и академические грамматики русского языка 1970 [3: 377] и 1980 годов [9: 506–507].

Важно обратить внимание на то, как трансформировалось восприятие изменяемых форм обсуждаемых заимствованных слов. В ходе социолингвистического исследования, проведенного в 1960-е годы Институтом русского языка АН СССР, в вопросник был включен следующий пункт:

«Допускаете ли Вы возможность склонения по образцу всех существительных среднего рода, оканчивающихся на -о, некоторых существительных, давно заимствованных и уже освоенных, типа пальто , депо ? Встречали ли Вы случаи склонения подобных существительных (например, в пальте , из депа , в кине ), как Вы к ним относитесь?» [10: 50].

97 % ответивших не допускают употребления изменяемых форм, причем в комментариях содержалась отрицательная оценка предложенных вариантов . Например: (экономист, 1906 года рождения): «Слышать в жизни всякое приходится. Не все правильно пишу и говорю сама. Но если мне скажут, что я произнесла: в пальте , из депа , в кине , – то я буду считать, что мне изменил рассудок, окончена разумная жизнь, закрылся белый свет»; (счетовод, 1923 года рождения): «Привыкла эти слова не склонять. Изменение их по падежам кажется мне диким» [10: 51]. Примечательно, что и опрос, проведенный в начале XXI века, показал «почти единогласное (98 %) неприятие» склоняемых форм таких существительных, как пальто , пони , кофе и т. п.⁹ Несклоняемость существительных, оканчивающихся на гласный, «поддерживается многовековой традицией, во-первых, и действующей в современном русском языке тенденцией к аналитизму, во-вторых»¹⁰. Значительное внимание соблюдению норм русского языка, в том числе грамматических, уделяется в обучении русскому языку в общеобразовательных учреждениях. Фиксируемые в речи склоняемые формы ( еду в метре , с эскимом и т. п.) характеризуются как «просторечное и детское употребление» [6: 43]; их использование в речи может быть связано с выражением иронии [13: 29].

Очевидно, что ситуация с функционированием заимствованных слов изменилась по сравнению с той, которую наблюдал Д. Н. Кудрявский, причем изменилась не в том направлении, которое он прогнозировал. Тенденция к аналитизму в грамматическом строе русского языка внесла коррективы в прогноз, отраженный в книге «Введение в языкознание».

Что касается слова кофей , которое Д. Н. Куд-рявский рассматривает как результат превращения несклоняемого кофе в склоняемое существительное, то этот случай отличается от ситуации со словами пальто и депо . Еще в XVIII веке заимствованное слово пыталось приспособиться к сложившейся к тому времени системе склонения, и наряду с неизменяемым вариантом кофе «Словарь русского языка XVIII века» фиксирует изменяемые кофей , кофь и кафа . Например: «Запоры врачуют анис, зверобой, цикорейной кофей» (М. Д. Чулков)¹¹. Современный толковый словарь – «Большой академический словарь русского языка» – приводит слово кофей ( кофий ), сопровождая его пометами устар . и прост .¹²

Склоняемые формы неизменяемых существительных, как известно, отмечаются в художественной литературе, в частности в речи персонажей в качестве имитации просторечия. Так, в «Национальном корпусе русского языка» представлены шесть вхождений предложно-падежной формы без пальта 13. Например: «Чё без паль-та? – поинтересовалась бабка, сверля Руслана лиловыми зенками и медленно заходя на стыковку. – Без пальта-то чё ходишь, солдатик, слышь, нет?» (А. Лукьянов). Употребление указанной предложно-падежной формы в разговорной речи, не связанное с выражением экспрессии, будет оцениваться, скорее, отрицательно. Приведем в этой связи следующую критическую оценку, данную К. И. Чуковским:

«И как бы ни были убедительны доводы, при помощи которых я пытался оправдать склоняемость слова пальто , все же едва я услыхал от одной очень милой медицинской сестры, что осенью она любит ходить без паль-та , я невольно почувствовал к ней антипатию» [12: 20].

Таким образом, о свободном изменении в современном русском языке таких слов, как пальто , депо , кофе , говорить не приходится. Однако в художественной речи «превращение несклоняемых существительных в склоняемые» может быть стилистически значимо, на что обращал внимание еще в 1943 году Г. О. Винокур, исследуя поэтическое новаторство В. Маяковского [2: 339–340]¹⁴. Пример из стихотворения В. Маяковского «Срочно. Телеграмма мусье Пуанкаре и Мильерану»:

«Одно меня настраивает хмуро. Чтоб выяснить это, шлю телеграмму с оплаченным ответом:

“Париж

(точка, две тиры) Пуанкаре – Мильерану. Обоим

(точка).

Сообщите – если это называется миры, то что у вас называется мордобоем?”» (1923).

В приведенном примере обратим внимание на сочетание «две тиры». Примеры такого рода есть и у современных поэтов. Как отмечает Л. В. Зубова, «поэзия часто пытается найти новое применение тому, что стихийно появляется в языке, и тем самым производит отбор функционально жизнеспособных элементов» [5: 7]. Например, у Александра Левина:

«Я живу в консервной банке, как в кино или в аптеке, но немного припекает и откуда-то дымок.

Все живые, что приятно, и почти никто не умер, но и жизни, вроде, нету – и кином не назовёшь…» (1991).

Примечательно, что в приведенном примере существительное кино представлено и как неизменяемое (в предложном падеже: в кино), и в склоняемой форме (в творительном падеже: кином не назовешь).

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Возвращаясь к наблюдениям Д. Н. Кудряв-ского, можно сказать, что в книге «Введение в языкознание» не только отмечены конкретные факты изменения заимствованных слов, но и обозначен потенциал изменяемости несклоняемых существительных. В начале XX века можно было предполагать, что склоняемые формы заимствованных существительных с основой на гласный будут со временем употребительны по крайней мере в разговорной речи. В то же время тенденция к аналитизму в грамматическом строе русского языка обеспечила устойчивое положение нулевого склонения имен существительных. На этом фоне склоняемые формы неизменяемых существительных продолжают выступать как стилистически маркированные. В художественной прозе они включаются в речь персонажей с целью имитации просторечия; в поэтических текстах становятся средством языковой игры.