Характеристика истории изучения чужеродных растений и макромицетов Среднего Поволжья

Среднего Поволжья, в отличие, например, от Республики Башкортостан (Абрамова, Ануфриев, 2008; Абрамова, 2012, 2014). При этом характеристика чужеродных растений в регионах района исследования даётся в статьях, например: Ambrosia trifida – распространение и степень натурализации (Афонин и др., 2022а,б), Аmbrosia artemisiifolia – потенциал продвижения на север (Афонин и др., 2022б). Общая информация по инвазионным видам приводится в сводке «Самые опасные инвазионные виды России (ТОП-100)» (Самые опасные .., 2018).

Территория Среднего Поволжья отличается относительно высокой степенью изученности чужеродной растительности. Изначально чужеродные растения рассматривались в основном как компонент флоры сорных и адвентивных растений (Пап-ченков, Димитриев, 1989а,б). История изучения чужеродного компонента флоры Самарской области подробно изложена в обзорной работе Е.М. Бобкиной «К истории изучения адвентивного компонента флоры Самарской области» (Бобкина, 2015). По сопредельным регионам вышли публикации по истории изучения растительного покрова Саратовской области с XVIII века до «наших дней» (Буланый, Березуцкий, 2006, 2008), Ульяновской области – в диссертационной работе Н.С. Ракова «Состав, структура и динамика адвентивной флоры Ульяновской области» (Раков, 2012) и других публикациях (Винюсева, 2018; Файзулин и др., 2022а; Васюков и др., 2023).

Таким образом, анализ истории расселения чужеродных видов является одним из значимых этапов исследования для оценки экономического и экологического воздействия сорных и карантинных видов.

Самарская область. Первые упоминания растений начинаются с работ П.С. Палласа (Пал-лас, 1773), опубликованных по результатам академических экспедиций 1768–1769 гг. (Сенатор, Бобкина, 2013; Бобкина, 2015). В 1922 г. публикуется брошюра С.С. Бажанова «Сорные травы Самарской губернии и борьба с ними» (1922) и ряд работ в 30-е и 50-е годы И.Ф. Владимирова (Владимиров, 1932, 1939, 1951), в том числе по карантинным растениям (Владимиров, 1956). Позднее, в 1936 г., ботанический состав сорных растений Куйбышевской области описан А.Ф. Тереховым (1936), который указывает на произрастание 277 видов. Для посевов отмечено 190 видов сорных растений (Сидорук, 1953). В работе А.А. Янчуркиной (Янчуркина, 1976) для территории Куйбышевской области отмечено 388 видов сорных растений, относящихся к 194 родам и 40 семействам. Исследуются состав адвентивной флоры региона (Матвеев и др., 1969; Матвеев, 1971) и её антропогенные изменения (Матвеев и др., 1988), а также отдельные виды растительности г. Самары – амброзия трёхраздельная Ambrosia trifida (Мозговая, 2000) и циклахена дурнишниколистная Cyclachaena xanthiifolia (Матвеев и др., 2000). Подготовлены «Конспект чужеродных растений Среднего Поволжья» (Сенатор, Васюков, 2019) и реестр сосудистых растений, предлагаемых для включения в Чёрную книгу флоры Самарской области (Васюков, Сенатор, 2022). Были изданы книги «Путеводитель по Самарской флоре (1851–2011)» и «Флора Волжского бассейна» (Саксонов, Сенатор, 2012). Проведены специальные исследования по Среднему Поволжью (Бобкина, 2009; Бобкина и др., 2009; Senator et al., 2013, 2018; Васюков и др., 2014; Сенатор, 2017; Senator, Rozenberg, 2017; Васюков, 2022; Васюков, Сенатор, 2022), Самарской области, в частности, для железных дорог (Васюков и др., 2008, Иванова, 2008; Никитин, 2011, 2015, 2016а,б, 2017, 2018а,б; Сенатор и др., 2011, 2012; Никитин, Соловьёва, 2016), г. Тольятти (Рыжова и др., 2006; Савенко, Саксонов, 2006; Рыжова, 2007; Сенатор и др., 2010б), г. Сергиевска (Сенатор и др., 2011), Жигулёвской возвышенности (Саксонов, 2015). Отрывочные сведения о видовом составе адвентивных растений приводятся для Узюковского бора (Kozlovskaya et al., 2021), полигона «Преоб-раженка» (Ильина и др., 2021) и техногенно преобразованных территорий (Файзулин, 2021). На последнем участке более полно приведен анализ популяции чужеродного вида в составе растительных сообществ (Верёвкина и др, 2021). Данные о чужеродных растениях представлены в публикациях С.А. Розно (Розно и др., 2011, 2018, 2022). В плане отдельных видов историче- ские сведения даются, например, о находках Ambrosia artemisiifolia в Самарской области (Клюш-кин и др., 1962), а Ambrosia trifida отмечена В.Г. Папченковым (1977 г.) в Сергиевском районе: д. Павловка, в пойме р. Сок (Димитриев и др., 1994).

Итоги исследования чужеродных растений приведены в серии публикаций (Файзулин и др., 2022а), в методическом пособии «Научная методология концепции проведения комплексных исследований по влиянию агропромышленного комплекса на экологическое равновесие территорий» (Файзулин и др., 2022б) и представлены в издании «Чёрная книга растений Самарской области» (Васюков и др., 2023). В дальнейшем эти исследования продолжены (Васюков и др., 2024а,б, 2025).

Оренбургская область. В 1927 г. выходит книга «Руководящие сорняки Бузулукского уезда» (Бажанов, 1927), где автор приводит маршрут обследования и список сорняков района исследования. Отмечены мелколепестничек канадский Conyza canadensis (« Erigeron canadensis ») (Бажанов, 1927: с. 25, 32), щирица запрокинутая Amarantus retroflexus (с. 29).

Позднее отдельные сведения о распространении видов, относящихся к инвазивным, содержатся в монографических работах 90-х годов ХХ века (Попов, 1997; Рябинина, 1998), а далее – в ряде публикаций (Павлейчик, 2015), а также в статье «Биология и распространение основных очагов Ambrosia trifida L. на территории Оренбургской области» (Пикалова , 2015а) и диссертационной работе «Биология популяций Ambrosia trifida L. в условиях Оренбургской области» (Пикалова, 2015б). Через 4 года выходит работа «Вселение клёна ясенелистного ( Acer negundo L., Aсeraceae) в пойменные леса северо-запада Оренбургской области» (Абрамова и др., 2019). В статье «Инвазивные растения Оренбургской области» Л.М. Абрамова и соавторы (Абрамова и др., 2017) приводят перечень инвазионных видов, распределённых в соответствии с предложенными ранее Ю.К. Виноградовой статусами. Обобщены имеющиеся данные в 4-х статьях «Материалы к “Чёрной книге флоры Оренбургской области”» (Голованов, Абрамова, 2019, 2020, 2022, 2024). Ряд данных о распространении представлен в материалах в целом для Южного Урала и на территории Оренбургской области (Голованов, Абрамова, 2023; Абрамова, Голованов, 2024; Голованов, Камалова, 2025; Vasileva, Ryabinina, 2025), в том числе по карантинным растениям (Голованов, Абрамова, 2024). В южных и восточных районах Оренбургской области наиболее распространён горчак ползучий ( Rhaponticum repens (L.) Hidalgo) – трудноискоре-нимый вредоносный корнеотпрысковый сорняк

БУЗУЛУКСКОЕ ОПЫТНОЕ поле н. К 3.

(Область Среднего Поволжья). .            --------а а в

No 34.

I РУКОВОДЯЩИЕ л = СОРНЯКИ :

БУЗУЛУКСКОГО УЕЗДЛ.

С. С. Бажанов.

Г. САМАРА.

। о г т г.

Рис. 1. Фрагмент титульного листа и стр. 10 брошюры «Руководящие сорняки Бузулукского уезда» – оттиск из «Трудов Самарского сельско-хозяйственного института», Т. IV (Бажанов, 1927).

Fig. 1. Fragment of the title page and page 10 of the brochure “Leading weeds of Buzuluk District” – a reprint from the “Proceedings of the Samara Agricultural Institute”, Vol. IV (Bazhanov, 1927).

(Соль-Илецкий, Акбулакский, Беляевский, Илек-ский, Светлинский, Домбаровский районы) (Голованов, Абрамова, 2024). Другие виды – амброзия многолетняя ( Ambrosia psilostachya DC.), амброзия трёхраздельная ( Ambrosia trifida L.) – редки. Из некарантинных чужеродных растений широко – по всей степной зоне Южного Урала – распространена циклахена дурнишниколистная Cyclachaena xanthiifolia Nutt. (Голованов, Абрамова, 2024).

Саратовская область. Отдельные чужеродные виды отмечались ранее на территории Саратовской области: так, в середине 20-го века Cuscuta аpproximatа отмечена в регионе (Станков, Талиев, 1949, Флора Сибири .., 2010). Затем в регионе отмечается активное внедрение адвентивных (заносных) видов в диссертации «Антропогенная трансформация флоры Южной части Приволжской возвышенности» (Березуцкий, 2000). Выходят статьи по биологии отдельных видов растений (Овчаренко, Золотухин, 2003; Буланая, Буланый, 2004) и новых адвентивных видов региона (Березуцкий и др., 2004), в том числе для г. Саратова (Панин, 2005; Панин, Березуцкий, 2006). По флоре железнодорожных насыпей выходят ряд статей (Скворцова, 2006; Скворцова (Рыбакова), Березуцкий, 2006; Скворцова, Березуцкий, 2008) и диссертационная работа И.В. Рыбаковой (Скворцовой) «Флора железнодорожных насыпей южной части Приволжской возвышенности» (Рыбакова, 2008). Данные по адвентивным видам приводятся в диссертационной работе по флоре Волгоградского водохранилища (Седова, 2007). Даётся анализ и разработка мер борьбы с повиликой на орошаемых землях региона (Радугин, 2007). В 2008 г. под авторством А.Г. Еленевского, Ю.И. Буланого и В.И. Радыгиной издается «Конспект флоры Саратовской области» (Еленевский и др., 2008). Отмечено, что горчак ползучий распространён в Саратов- ской области (Флора Сибири .., 2010). Исследовалась сорная флора залежных земель (Шевченко и др., 2018). В «Конспекте флоры» приводится список адвентивных таксонов сосудистых растений, наличие которых на территории Саратовской области подтверждено гербарным материалом и личными наблюдениями (Буланый, 2010). Позднее тот же автор публикует «Адвентивный элемент флоры Саратовской области» (Буланый, 2012), где представлен анализ распределения адвентивных видов по элементам флоры, жизненным формам, а также по географии распространения с указанием для левобережной (118 видов) и правобережной (176 видов) частей региона. При этом характерных только для Правобережья отмечено 66, а для Левобережья, соответственно, 8 видов адвентивных растений (Буланый, 2010). Также выходят статьи по адвентивной фракции г. Энгельса (Буланый, Мулдашева, 2012), залежей Энгельского района (Шевченко, Кузнецов, 2012), а также по отдельным видам (Березуцкий и др., 2004). В целом антропогенное влияние на флоро-генез рассматривается в работе (Berezutsky, 2017), где приводятся сведения об адвентивной флоре и современных миграционных путях растений исследуемой территории.

Ульяновская область. Отдельные сведения о некоторых чужеродных растениях на территории Ульяновской области относятся к исследованиям России времени академических путешествий И.И. Лепёхина и П.С. Палласа, но следует сразу сказать, что данные об именно адвентивных растениях в их работах практически отсутствуют (Раков, 2012). П.С. Паллас (1773) отмечает «…множество конопли и хлеба», И.И. Лепёхин (Лепёхин, 1771, 1821) – лесной салат ( Lactu-ca serriola ) у с. Ст. Сантимир, а также культивируемые растения того времени – арбуз, дыня и табак в с. Абдреево (оба села расположены в Но-вомалыклинском районе): «Около сей деревни целые поля покрывали арбузы и дыни, которые по объявлению жителей, не худо урожают»; «они кроме арбузов, не худо развели и табашный посев, которым все окольные места довольствуются» (Лепёхин, 1821, Раков, Саксонов, 2005, Саксонов, Раков, 2006). О выращивании шелковицы белой и конопли посевной можно узнать из отдельных источников исторического характера (Зерца-лов, 1896, Книга строельная…, 1897). Культура шелковицы связана с разведением тутового шелкопряда в Симбирске, где даже был развит «шол-коваренный» промысел, который занимал второе место после рыболовного (Гуркин, 2000, 2005; Раков, 2012); а в отношении конопли – «…куплено у Тагаевского казака у Стенки Федотова шесть десятков конопель к пушкам на пыжи... а те конопли отданы пушкарю Юрке Гнездову».

В описании Симбирской провинции 1728 г. приводятся следующие сведения «...родится хлеб: рожь, пшеница, овес, полба, ячмень, просо, гречиха, горох, семя конопляное, мак, хмель. А в городе овощей огородных: яблоки, сливы, вишни, огурцы, дыни, тыква, капуста, морковь, репа, редька, свекла» (цит. по: Гуркин, 2005; Раков, 2012). Т.В. Масленицкий в описании Симбирского наместничества 1785 г. указывает: «В огородах же своих садят и сеют капусту, дыни, огурцы, свеклу, салат, петрушку, пастернак, хрен и картофель, в садах немалое количество разных родов яблонь, дуль, слив, груш, вишен, малины, смородины, клубники, крыжовнику, барборису, розанов (вероятно, это виды шиповника, или розы), лилий, пионов, и других разных плодов...» (цит. по: Гуркин, 2005; Раков, 2012).

В сводках А.П. Шенникова (Шенников, 1919, 1924, 1930), посвящённых геоботаническому изучению пойменных лугов Симбирской губернии по берегам Волги и ее притоков Суры (с Барышом и Алатырем), Свияги, Сызрана, отмечены некоторые виды адвентивных растений – «сорные», по определению А.П. Шенникова (всего их насчитывается 40): Alyssum desertorum Stapf, Anchusa officinalis L., Camelina microcarpa Wierzb. ex Reichenb., Carduus crispus L., Chenopodium album L., Lepidium ruderale L., Medicago sativa L., Sonchus arvensis L. Sisymbrium altissimum L., Vicia tetrasperma (L.) Schreb., Xanthium spinosum L. и др. Представляет интерес указание о Hesperis matronalis L. на окраине Брехова болота в долине р. Свияга (Ульяновский район). Вероятно, этот вид следует рассматривать как дичающий, что отмечено также на волжском косогоре (Раков , 2003а-в).

В настоящее время количество адвентивных растений в луговой флоре на этих реках возросло и достигает более 130 видов (Раков, Саксонов, 2008). В составе луговой флоры доля адвентивных видов, отмеченных А.П. Шенниковым (Шенников, 1924) и согласно современным данным, имеет соответственно 11% и 24,6%, что указывает на возросшее антропогенное воздействие. Показателем этого может служить индекс терофитизации, как отношение числа терофитов к общему числу видов луговой флоры, и для современной луговой флоры он равен 20,9%. Среди находок адвентивной флоры последнего времени нужно упомянуть Bidens frondosa L., встреченную на берегах и на луговинах р. Барыш (с. Хов-рино Вешкаймского района и с. Нов. Дол Ба-рышского района). Исследованиями С.В. Голицына (Голицын, 1945, 1947) и совместными Р.Е. Левиной и С.В. Голицына (Левина , Голицын, 1953) в окрестностях г. Ульяновска выявлен ряд адвентивных видов.

О находках Ю.А. Пчёлкиным Ambrosia arte-misiifolia , которая «появилась на территории Ульяновской области вместе с семенами подсолнечника из Северного Кавказа и другими грузами» (Димитриев и др., 1994, с. 81) сообщают публикации (Благовещенский и др., 1978, Раков , Пчёлкин, 1980), позднее вид отмечен для г. Барыш и Инза, а также в г. Ульяновск (Димитриев и др., 1994). В статье «Антропохория адвентивных растений Среднего Поволжья» отмечена роль суконных фабрик в регионе, с указанием находок 30 видов адвентивных растений (Раков и др., 2011в).

Московское совещание (1-3 февраля 1989 года) и программа изучения адвентивной и синантропной флоры В.Н. Тихомирова (Проблемы изучения .., 1989) явились стимулом к целенаправленному изучению адвентивной флоры Ульяновской области. Эти изыскания связаны с многолетними исследованиями Н.С. Ракова (Пчёлкин, Раков, 1972, 1973; Раков , 1988, 1989, 2008а,б; Раков, Саксонов, 2007; Саксонов и др., 2007, 2011; Сенатор и др., 2010а,в, 2017; Раков и др., 2011б). Анализировалось формирование видового состава заносных растений Ульяновска (Раков, 2000, 2003в, 2007; Раков, Третьяков, 2001), а также г. Новоульяновск (Раков, 2008б, Раков, Саксонов, 2008), г. Сенгилей (Раков и др., 2011а). Вышли работы по адвентивной флоре бассейна р. Свияги (Фролов, Масленников, 2010; Фролов, 2019), Инзы (Истомина, 2012), железных дорог (Мошкина , 2012, Судакова, 2013) и в целом Ульяновской области (Раков , 2003а, 2012). Позднее данные об адвентивных растениях приводятся в монографии «Сосудистые растения Ульяновской области. Флора Волжского бассейна. Т. II» (Раков и др., 2014).

Республика Татарстан. Для территории Республики Татарстан к первым работам по составу сорной растительности, включающей адвентивные виды, относят статьи В.В. Иванова «Сорнополевая флора окрестностей Семиозёрской слободы» (Иванов, 1927) и «Список сорных трав, найденных на озимых полях у Семиозёрской слободы в июне 1927 г.» (Иванов, 1928).

В 1977 г. публикуется статья Ю.Д. Гусева «Проникновение новых адвентивных растений в Марийскую АССР по железной дороге», где приводится список растений, отмеченных на железнодорожных путях станции Зеленодольск: « Se-neco viscosus, Sisymbrium altissimum », а на ст. Казань « Acer negundo, Amaranthus blitoides, Artemisia sieversiana, Atriplex tatarica, Plantago arenaria, Populus balsamifera, Sisymbrium altissimum, Xanthium riparium » (Гусев , 1977: с. 431), из которых преобладают адвентивные виды.

В.В. Туганаев в статье «Изменение состава наиболее распространённых компонентов агро- фитоценозов за последние 40-50 лет» (Туганаев, 1970), в частности, включает Amaranthus retroflexus в подгруппу «растения, роль которых в посевах значительно возросла по сравнению с 1920-1930 гг.» (с. 1822).

В статье «О некоторых редких и новых адвентивных растениях во флоре Волжско-Камского края» (Ильминских и др., 1981) указаны заносные виды для Татарстана. В диссертационной работе Н.Г. Ильминских «Анализ городской флоры (на примере флоры города Казани)» (Ильминских, 1982), а позднее – в его докторской диссертации «Флорогенез в условиях урбанизированной среды (на примере городов Вятско-Камского края)» (Ильминских, 1993) приводятся данные об адвентивных растениях урбанизированных территорий. Оценивается влияние антропогенного фактора на видовой состав растений г. Казани (Сидоров и др., 1995).

Заносные растения в научных трудах отмечаются не только в условиях городской среды, но и на особо охраняемых природных территориях. Для Волжско-Камского заповедника публикуется статья «К анализу флоры сорных и адвентивных растений Раифского участка ВКГЗ» (Гаранина, 1985). В обзорной работе, в целом, отмечаются для Волжско-Камского заповедника 72 адвентивных вида из 753 зафиксированных (Морозова, Царевская, 2010). Анализируются состав адвентивных видов растений в степной флоре региона (Туганаев, 1971; Файзуллина, 1987) и новые виды для Республики Татарстан (Папченков , 1993).

Публикация о распространении Ambrosia artemisiifolia в Волжско-Камском регионе (Димитриев и др., 1994) включает данные по Республике Татарстан (Димитриев и др., 1989), по находкам на остановочной платформе «Обсерватория» (1987, 1988, материалы гербария Казанского университета) и на станции Казань В.Г. Папчен-ковым (1989 г.). Ранее отмечено, что данный вид впервые отмечен на станции Свияжск (1984 г.), для люцернового поля в окр. д. Акзегитово Зеленодольского района (Димитриев и др., 1989).

На сегодняшний момент наиболее актуальные сведения об адвентивной флоре Татарстана приводятся в сводке «Сосудистые растения Татарстана» (Бакин и др., 2000), где содержится информация о 330 адвентивных видах. Позднее вышли ряд работ, где указаны чужеродные виды для региона, г. Набережные Челны (Ильина и др., 2003), юго-восточных районов (Голованов, Абрамова, 2022). Активные исследования проводятся В.Е. Прохоровым (Prokhorov, 2021).

В дополнение к основной теме статьи стоит уделить внимание макромицетам, влияние заносных видов которых на коренные экосистемы близко к таковому для растений. Чужеродные макромицеты, как и вся группа в целом, изучены на описываемой территории значительно хуже растений; для первых чаще всего сложно отграничить основные ареалы от областей вторичного распространения. Известные здесь вселенцы относятся ко всем основным экологическим группам макромицетов: почвенным сапротрофам, паразитам (включая древесные сапротрофы, нередко с обеими функциями), микоризобразовате-лям. Как правило, в подавляющем большинстве случаев распространение контролируется техногенными факторами.

Основной путь распространения почвенных сапротрофов – перемещение масс почвогрунта на дальние расстояния. Ярким примером служит белонавозник Бирнбаума Leucocoprinus birnbaumii (Corda) Singer – исходно тропический вид. С глобализацией торговли и перемещением растений он распространился в теплицах, где условия влажности и температуры максимально приближены к его естественной среде (Белонавозник Бирнбаума…, 2026). Столь же повсеместно вид бывает встречен в цветочных горшках с растениями. Внедрение в естественные биоценозы невозможно по климатическим факторам. Инвазионным для рассматриваемых регионов почвенным сапротрофом является му-тинус Равенеля – Mutinus ravenelii (Berkeley et M.A. Curtis) E. Fischer из сем. Весёлковые (Phallaceae) – североамериканский вид, занесённый через грунт в ботанические сады Британии в конце XIX века и постепенно распространяющийся по Евразийскому материку; инвазия в Европейскую Россию в конце XX века произошла из Прибалтики (Ивойлов, 2017). Зафиксированы находки вида в Татарстане (с 1995 г.), на севере Саратовской области. При этом он был включён в ранние издания КК Республики Татарстан (Красная книга Республики Татарстан…, 1995, 2006) и продолжает оставаться в КК Саратовской области (Красная книга Саратовской области…, 2021). На территории Самарской области вид впервые обнаружен в 2023 г. (Моров, 2025). Вероятно, расширяющими ареал на Среднее Поволжье являются южные виды: мухомор Витта-дини Saproamanita vittadinii (Moretti) Redhead, Vizzini, Drehmel et Contu, Pseudoclitopilus rhodoleucus (Saccardo) Vizzini et Contu, Battarrea phalloides (Dickson) Persoon (Ивойлов , 2011; Моров, Солтанов, 2019; Моров, Разумова, 2022, Моров, 2025).

Ко второй группе принадлежат древесиноразрушающие грибы, основными путями распространения для которых являются как перемещение живых растений, так и с древесными остатками, в т.ч. с товарной древесиной. Так, наиболее опасный из домовых грибов – серпула плачущая Serpula lacrymans (Wulfen) J. Schröt. – имеет почти исключительно синантропный характер и, несмотря на повсеместное распространение в России, не встречается здесь в природе. Следует отметить, что высока искусственная (с саженцами) и естественная вероятность распространения паразитических макромицетов, поражающих интродуцированные и инвазивные древеснокустарниковые виды, аналогично представляющим гораздо большую опасность и вызывающим карантинные инфекции микромицетам.

Наконец, к микоризообразователям, чужеродным для описываемых регионов, относятся два вида сем. Маслёнковые (Suillaceae): маслёнок лиственничный Suillus grevillei (Klotzsch) Singer и М. серый S. viscidus (L.) Roussel, массово встречающиеся во всех посадках лиственницы (Моров, 2025). Очевидно, это не единственный пример в отношении данной группы, однако этот вопрос на рассматриваемой территории практически не изучен.

Заключение

В целом, регион Среднего Поволжья изучен неравномерно (Раков, 2003а; Буланый, 2012, Раков, 2012; Абрамова и др., 2017) относительно других регионов. Так интенсивно изучены чужеродные растения железнодорожных путей (Сенатор и др., 2012), автомобильных дорог (Голованов, Камалова, 2025) и городских территорий Среднего Поволжья, в отличие от сельхозугодий (Морозов и др., 1999; Васюков и др., 2024а). В частности, уже изданы Чёрные книги флоры – Республики Башкортостан (Абрамова и др., 2021), Тверской (Виноградова и др., 2011) и Калужской (Решетникова и др., 2019) областей и территорий Средней России (Виноградова и др., 2010), Сибири (Чёрная книга .., 2016) и Дальнего Востока (Виноградова и др., 2021). Значительная часть видов чужеродных растений включена в Чёрную книгу растений Самарской области (Васюков, 2024). При этом для Среднего Поволжья данный список должен быть расширен с учетом перечня для Приволжского федерального округа (Виноградова, Сенатор, 2026), имеющихся списков для Оренбургской области (Абрамова, Голованов, 2023) и данных по другим регионам.

Работа выполнена по теме государственного задания Института экологии Волжского бассейна РАН «Комплексная оценка состояния биологических ресурсов и мониторинг природных экосистем Волжского бассейна» (FMRW-2025-0047, № 1024032600230-5-1.6.19).