Химические элементы и структурно-молекулярные особенности кардиомиоцитов у пациентов раннего возраста с транспозицией магистральных артерий
Автор: Окунева Галина Николаевна, Кливер Евгений Эдуардович, Караськов Александр Михайлович, Горбатых Юрий Николаевич, Волков Александр Михайлович, Власов Юрий Александрович, Трунова Валентина Александровна, Зверева Валентина Викторовна
Журнал: Патология кровообращения и кардиохирургия @journal-meshalkin
Рубрика: Врожденные пороки сердца
Статья в выпуске: 3 т.16, 2012 года.
Бесплатный доступ
Изучено содержание химических элементов (ХЭ) в миокарде пациентов с транспозицией магистральных артерий (ТМА), полученные результаты сопоставлены с морфологическими и анатомическими нарушениями. Исследованы образцы миокарда детей с ТМА в возрасте от новорожденности до 6 мес. Методом рентгенофлуоресцентного анализа с использованием синхронного излучения определена концентрация 14 ХЭ: S, Сl, К, Са, Сr, Мn, Fe, Ni, Сu, Zn, Sе, Вr, Rb и Sr - и проведены морфологические измерения миокарда. Установлено, что гипертрофия миокарда у детей раннего возраста с ТМА нарушает интенсивность метаболизма, что проявляется сниженным содержанием Zn, Сr, Ni, Сl, Sе, особенно в левом желудочке. Выявлены уменьшение диаметра мышечных волокон, средней площади ядер, переход синтеза сердечного миозина на скелетный, снижение ядерно-цитоплазматических соотношений.
Химические элементы, молекулярная структура кардиомиоцитов, транспозиция магистральных артерий
Короткий адрес: https://sciup.org/142140484
IDR: 142140484 | УДК: 616.13.12-007-053.1:612
Molecular features of cardiomyocytes in chemical and structural elements of infants with transposition of great arteries
Chemical elements play an important role in transposition of the great arteries (TGA). We investigated the content of chemical elements in the myocardium of patients with TGA and compared the results with the morphological and anatomical data. Also studied were samples of myocardium from infants with TGA at the age of 1 to 6 months. To study the concentration of 14 chemical elements, an X-ray method of fluorescent analysis (on the basis of synchrotron emission) was used. The morphological measurements show a decrease in the diameter of muscle fibers, reduction of the average surface of nuclei, changes in the synthesis of cardiac myosine to skeletal myosine, as well as a decrease in the nucleus-cytoplasmic factor.
Текст научной статьи Химические элементы и структурно-молекулярные особенности кардиомиоцитов у пациентов раннего возраста с транспозицией магистральных артерий
ВАК 14.01.26
Поступила в редакцию 17 мая 2011 г.
Е.Э. Кливер,
А.М. Караськов,
Ю.Н. Горбатых,
А.М. Волков,
Ю.А. Власов,
В.А. Трунова,
В.В. Зверева, 2012
Изучено содержание химических элементов (ХЭ) в миокарде пациентов с транспозицией магистральных артерий (ТМА), полученные результаты сопоставлены с морфологическими и анатомическими нарушениями. Исследованы образцы миокарда детей с ТМА в возрасте от новорожденности до 6 мес. Методом рентгенофлуоресцентного анализа с использованием син-хронного излучения определена концентрация 14 ХЭ: S, Cl, K, Ca, Cr, Mn, Fe, Ni, Cu, Zn, Se, Br, Rb и Sr – и проведены морфологические измерения миокарда. Установлено, что гипертрофия миокарда у детей раннего возраста с ТМА нарушает интенсивность метаболизма, что проявляется сниженным содержанием Zn, Cr, Ni, Cl, Se, особенно в левом желудочке. Выявлены уменьшение диаметра мышечных волокон, средней площади ядер, переход синтеза сердечного миозина на скелетный, снижение ядерно-цитоплазматических соотношений. Ключевые слова: химические элементы; молекулярная структура кардиомиоцитов; транспозиция магистральных артерий.
Роль ХЭ в поддержании жизнедеятельности клеток очень важна. Известно, что в составе живого вещества найдено более 70 ХЭ. Каждый из них выполняет одну или несколько физиологических функций. Поэтому при нарушении обмена ХЭ на молекулярном уровне могут происходить важные аномальные эффекты: ингибирование ферментов, необратимые конформационные изменения макромолекул и, как следствие, изменение скорости метаболизма и синтеза белковых структур, включая возникновение аномалий и мутаций [1, 2, 10]. Поэтому нормальное функционирование миокарда осуществляется при постоянстве микро-элементного состава, т. е. должен поддерживаться микроэлементарный гомеостаз.
Можно предположить, что многофакторная этиология возникновения многих врожденных пороков сердца, в том числе и ТМА, может включать дисбаланс ХЭ в миокарде у беременных женщин. ТМА относится к сложным врожденным порокам сердца с такими анатомическими и гемодинамическими нарушениями, которые не совместимы с жизнью, и поэтому смертность неопери-рованных новорожденных составляет от 30 до 50% на первом году жизни [5, 9]. Для про- гнозирования причин возникновения этого порока сердца и соответствующей коррекции необходимо изучение молекулярных основ метаболических процессов в миокарде пациентов с ТМА с помощью исследования содержания ХЭ и соотношение их с нарушениями структуры миокарда. Цель исследования – определение содержания ХЭ в разных отделах миокарда у пациентов с ТМА и сопоставление полученных результатов с возрастом и степенью морфологических и анатомо-гемодинамических нарушений. В соответствии с целью поставлены две задачи: изучение содержания ХЭ и морфологической структуры миокарда у детей раннего возраста; выявление закономерности распределения ХЭ в миокарде детей с ТМА в соответствии с таблицей Д.И. Менделеева.
МАТЕРИАЛ И МЕТОДЫ
Изучено 42 образца миокарда у детей с ТМА в возрасте от 1,0 до 4,5 мес. (средний возраст 3,0±0,7 мес., массы сердца 54,0±5,0 г, тела 4,2±0,3 кг), умерших в ближайшие послеоперационные сроки после радикальной коррекции порока. Для оценки содержания ХЭ и морфологической структуры миокарда производили забор образцов сердечной мышцы из желудочков и предсердий не позднее 24 ч с момента смерти. Все образцы распределили по возрасту пациентов на три группы: I – новорожденные (средний возраст 22,0±6,7 дня; n = 19); II – 1–6 мес. (2,1±0,9 мес.; n = 18); III – старше 6 мес. (8,1±1,8 мес.; n = 5).
Методом РФА СИ исследовали концентрацию 14 ХЭ: S, Cl, K, Ca, Cr, Mn, Fe, Ni, Cu, Zn, Se, Br, Rb и Sr – в ИЯФ СО РАН и проводили морфометрическое измерение кардиомиоцитов в лаборатории патоморфологии и электронной микроскопии ННИИПК им. акад. Е.Н. Мешалкина. Также выполняли флуорометрическое исследование миокарда с использованием флуоресцентных зондов – эти-диум бромида и хлортетрациклина и окраску образцов миокарда антителами к скелетному миозину Monoclonal Anti-Skeletal Myosin (FAST) Clone MY-32, secondary antibody FITS-conjugated. В качестве второй метки применяли вторичные антитела, конъюгированные c FITS. Статистическую обработку результатов проводили с помощью программы Microsoft Excel 2000. Достоверность различий средних величин и корреляционных взаимоотношений проводили с помощью t-критерия Стьюдента. Достоверными считали различия при р<0,005.
РЕЗУЛЬТАТЫ
Проведенный анализ содержания ХЭ в миокарде умерших детей раннего возраста с ТМА позволил выявить следующие закономерности (табл. 1). В 65% содержание ХЭ по сравнению с интактным миокардом снижено: умеренно до 78% концентрация К, до 60% – Cl, Cr, Sr и Zn, до 50% – Br, Ni и Rb. Выявлена также самая низкая концентрация Se – 25% от должного содержания. Три ХЭ (S, Ca и Fe) находили в концентрации, соответствующей должной. Повышена концентрация только для Cu (160%) и Mn (170– 200%). По данным распределения ХЭ по отделам сердца, наиболее низкие концентрации ХЭ установлены в миокарде левого желудочка (ЛЖ) и правого предсердия (ПП).
Таким образом, необратимые гемодинамические нарушения функции миокарда и развитие сердечной недостаточности сопряжены, очевидно, с низким содержанием ХЭ: Cl, Cr, Sr, Zn, Br, Rb, Ni и особенно Se до 25% и ниже предела обнаружения. Повышенная концентрация Mn и Сu преимущественно в правых отделах сердца, видимо, обусловлена увеличенной функциональной нагрузкой и играет компенсаторную роль. Содержание S, Fe и Ca соответствует должным величинам и не принимает участия в альтерации миокарда. На основании полученных результатов можно заключить, что для поддержания нормальной функциональной активности миокарда у детей раннего возраста с ТМА ХЭ должны содержаться в оптимальных концентрациях – Cl, Zn, Sr, Cr, Ni, Rb, Br и особенно Se, защищающий кардиомиоциты от перекисного окисления липидов. Установлено, что гипертрофические изменения миокарда больных ТМА прогрессируют с возрастом, превышая должную массу сердца в 2,5–3,0 раза. Большую роль в ремоделировании сердца играют гиперпластические процессы, связанные с интенсивной полиплоидиза-цией генетического материала и увеличением дезоксирибонуклеиновой кислоты. Понижение уровня суммарных ионов кальция в кардиомиоцитах, по данным флуорометрического исследования, взаимообусловлено появлением зон кардиосклероза при нарастании гипертрофии миокарда. Адаптивно к этим процессам и к имеющей место хронической гипоксии происходит переход синтеза с сердечного миозина на скелетный, что, в свою очередь, усиливает клинические проявления сердечной недостаточности вследствие снижения скорости сокращения гипертрофированных кардиомиоцитов. Морфометрически отмечено уменьшение диаметра мышечного волокна, средней площади ядра и снижение ядерно-цитоплазматических соотношений. При этом увеличивались объемная и относительная площади поверхности мышечной ткани (табл. 2).
Сопоставление распределения ХЭ по степени снижения концентраций в миокарде детей с ТМА с группой сравнения выявило следующие закономерности (табл. 3). Установлено сниженное содержание в гипертрофированном миокарде ЛЖ, левого предсердия (ЛП), правого желудочка (ПЖ), ПП макроэлементов: К, Cl и Zn. Содержание S, Fe и Ca сохранялось на должном уровне. Достоверно снижена концентрация ультрамикроэлементов: Cr, Rb, Ni и Se. Содержание остальных ХЭ существенно не отличалось от должных величин. На основании полученных результатов можно заключить, что функция гипертрофированного миокарда у детей с ТМА нарушена из-за сниженной концентрации большинства макроэлементов и достоверного снижения ультрамикроэлементов. Эти изменения больше выражены в левых отделах сердца.
Результаты анализа подтверждаются данными морфологического исследования. Гипертрофические изменения сердца быстро прогрессируют с возрастом, превышая должные возрастные показатели в 2 раза у больных до 1 мес. и в 3,5–4,5 раза у больных 6–12 мес. При этом линейные размеры ЛЖ и ПЖ у пациентов с интактной межжелудочковой перегородкой (ИМЖП) в I группе фактически идентичны, а во II группе с дефектом межжелудочковой перегородки (ДМЖП) толщина ПЖ больше, чем ЛЖ, на 133%. Для I группы с ИМЖП выявлена достоверная связь между толщиной миокарда и содержанием в нем S, K, Fe и Sr и отрицательная корреляционная связь с Cu (табл. 4). Среднее количество ядер в ЛЖ в обеих группах было ниже, чем в контроле, а поверхностная плотность кардиомиоцитов плавно возрастала во всех группах. В результате ядерно-цитоплазматический индекс в левом желудочке с возрастом постепенно снижался во всех группах. Иммуногистохимические исследования образцов миокарда пациентов с транспозицией магистральных артерий обнаружили появление в кардиомиоцитах скелетного миозина. Это свидетельствует о том, что при развитии гипертрофии кардиомиоцитов происходит переключение синтеза сердечного миозина на ске-
Таблица 1
Распределение ХЭ в миокарде детей раннего возраста с интактным миокардом и детей с ТМА
* p<0,05 достоверные различия с интактным миокардом
|
ЛЖ (n = 5) |
1,0±0,22 |
2,4±0,2 |
344±30 |
0,4±0,05 |
8,9±0,68 |
360±39 |
0,7±0,1 |
|
ПЖ (n = 5) |
0,9±0,12 |
2,4±0,2 |
422±83 |
0,6±0,09 |
10,1±0,87 |
392±43 |
0,8±0,1 |
|
Миокард больных ТМА |
|||||||
|
ЛЖ (n = 15) |
0,4±0,15* |
2,6±0,8 |
321±42 |
0,2±0,03* |
14,6±2,99 |
240±22* |
0,2±0,05* |
|
ПЖ (n = 20) |
0,6±0,23 |
5,1±2,0 |
342±33 |
0,2±0,05* |
16,1±2,58 |
307±42 |
0,1±0,04* |
Таблица 2
Морфометрические параметры миокарда детей раннего возраста при транспозиции магистральных артерий
|
Морфометрический параметр |
Отдел сердца |
Дети раннего возраста |
Больные ТМА раннего возраста |
|
Диаметр мышечного волокна, мкм |
ЛЖ |
14,6±0,79 |
12,0±1,47 |
|
ПЖ |
13,1±1,13 |
11,4±1,35 |
|
|
Относительная площадь поверности |
ЛЖ |
265±22,8 |
287±27,3 |
|
мышечной ткани, мкм2 |
ПЖ |
274±27,3 |
286±37,6 |
|
Объемная плотность мышечной ткани |
ЛЖ |
0,78±0,067 |
0,85±0,08 |
|
ПЖ |
0,81±0,081 |
0,84±0,11 |
|
|
Кол-во ядер в поле зрения |
ЛЖ |
41±2,5 |
45±7,1 |
|
ПЖ |
53±1,5 |
34±7,7 |
|
|
Средняя площадь ядра, мкм2 |
ЛЖ |
2358±211,8 |
2073±107 |
|
ПЖ |
2534±289,1 |
2063±355,8 |
|
|
Ядерно-цитоплазматическое соотношение |
ЛЖ |
0,37 |
0,33 |
|
ПЖ |
0,49 |
0,26 |
Таблица 3 Распределение химических элементов в порядке снижения концентраций по отделам сердца у детей с транспозицией магистральных артерий
|
ХЭ |
ТМА ЛЖ |
ХЭ |
ТМА ПЖ |
ХЭ |
ТМА ЛП |
ХЭ |
ТМА ПП |
|
S |
3268±424 |
S |
3547±331 |
S |
2398±330 |
S |
2505±260 |
|
Ca |
1256±89 |
Ca |
1224±99 |
Ca |
1148±105 |
Ca |
1109±86 |
|
K |
508± 60 |
K |
560± 55 |
K |
444± 58 |
K |
421± 38 |
|
Cl |
405± 45 |
Cl |
435± 56 |
Cl |
348± 43 |
Fe |
375± 38 |
|
Fe |
321± 42 |
Fe |
342± 33 |
Fe |
338± 53 |
Cl |
290± 42 |
|
Zn |
240± 22 |
Zn |
307± 42 |
Zn |
183± 21 |
Zn |
192± 27 |
|
Cu |
14,6± 2,99 |
Cu |
16± 2,58 |
Cu |
13± 2,18 |
Cu |
14,3± 2,7 |
|
Br |
6± 0,7 |
Br |
8± 0,8 |
Br |
6± 0,7 |
Br |
6± 0,6 |
|
Sr |
3,7± 0,7 |
Mn |
5,1± 5 |
Sr |
3,2± 0,3 |
Mn |
4,2± 1,4 |
|
Mn |
2,6± 0,8 |
Sr |
3,8± 0,5 |
Mn |
3,1± 1,1 |
Sr |
3,5± 0,4 |
|
Rb |
0,8± 0,2 |
Rb |
0,6± 0,08 |
Cr |
0,6± 0,25 |
Cr |
0,7± 0,18 |
|
Cr |
0,4± 0,15 |
Cr |
0,6± 0,23 |
Rb |
0,5± 0,1 |
Rb |
0,5± 0,07 |
|
Ni |
0,2± 0,03 |
Ni |
0,2± 0,05 |
Se |
0,2± 0,06 |
Se |
0,2± 0,05 |
|
Se |
0,2± 0,05 |
Se |
0,1± 0,04 |
Ni |
0,2± 0,04 |
Ni |
0,2± 0,04 |
|
Содержание ХЭ, мкг/г |
|
|
Отделы сердца |
Cr Mn Fe Ni Cu Zn Se |
Интактный миокард
летный. При одновременных дефекте межжелудочковой перегородки и дефекте межпредсердной перегородки (ДМПП) гипертрофические процессы более выражены по сравнению с транспозицией магистральных артерий при ИМЖП, что соответствовало и повышенному содержанию химических элементов. Большую роль в ремоделировании сердца у пациентов старше 6 мес. играют гиперпластические процессы, связанные с интенсив- ной полиплоидизацией генетического материала и увеличением количества дезоксирибонуклеиновой кислоты. Из вышеизложенного следует, что оптимальными возрастными границами для кардиохирургической коррекции больных с транспозицией магистральных артерий являются для пациентов с ИМЖП неонатальный период, а для пациентов с ДМЖП и дефектом межпредсердной перегородки – период новорожденности.
Таблица 4
Корреляция между толщиной миокарда и содержанием в нем некоторых химических элементов
|
Желудочек |
Анатомические группы |
S |
K |
Fe |
Cu |
Sr |
Zn |
|
Правый |
I |
0,15 |
0,09 |
0,58* |
-0,26 |
-0,19 |
0,12 |
|
II |
0,31 |
0,15 |
-0,29 |
-0,60* |
0,13 |
0,08 |
|
|
Левый |
I |
0,92** |
0,75** |
0,82** |
-0,92** |
0,67** |
-0,18 |
|
II |
0,46 |
0,47 |
0,50 |
-0,33 |
0,30 |
-0,25 |
* p<0,05; ** p<0,01
ОБСУЖДЕНИЕ
По нашим данным, нарушение функции миокарда у детей раннего возраста с ТМА, приведшей к смерти, может быть связано со значительным снижением метаболизма, маркеры которого – уменьшение содержания до 50% Br, Ni и Rb, до 60% Cr, Sr, Zn и Cl и особенно Se – до 25%. Какую роль играют эти ХЭ в метаболизме миокарда у детей с ТМА? Среди них некоторые преимущественно внутриядерные – Cr, Mr и Ni, а часть находится преимущественно внеядерно и депонируется в микросомах, митохондриях, лизосомах, комплексе Гольджи: Cu, Zn, Se, Br, Rb, Sr [2]. Важную роль играет Zn, который обеспечивает активность более 300 ферментов и является компонентом более 200 металлопротеинов [4, 7, 11]. Дефицит цинка провоцирует развитие врожденных пороков сердца [3]. Br играет важную роль в развитии плода, и при его дефиците увеличивается число выкидышей. Ni может быть кофактором многих ферментов: уреазы, гидрогеназы, ряда дегидрогеназ и метил-коэнзим М-редук-тазы, и при его дефиците нарушаются метаболические процессы в клетках. Cr – жизненно необходимый ХЭ.
Обнаружено, что активность b-ДНК-полимеразы напрямую зависит от содержания хрома [12]. Дефицит хрома отмечается у недоношенных детей при недостаточном его поступлении с пищей у беременных женщин. Cl и Rb являются электролитами. Хлорные каналы содержатся в митохондриальных мембранах, мышечной ткани. Ионы хлора регулируют объем жидкости, стабилизируют рН клеток. Rb является аналогом К и активно участвует в стабилизации окислительно-восстановительного потенциала.
Наибольшее отрицательное влияние на метаболизм кардиомиоцитов оказывает значительный дефицит Se, который защищает кардиомиоциты от повреждающего действия свободных радикалов. У новорожденных, матери которых испытывали недостаток Se во время беременности, отмечалось снижение мышечной массы и отставание в развитии [6]. При дефиците Se наблюдается гибель клеток по механизму как апоптоза, так и некроза, что может привести к внезапной смерти новорожденных [3, 4]. На основании этих данных можно предположить, что очень низкое содержание Se в миокарде может быть причиной структурных нарушений закладки и развития отделов сердца, а впоследствии и гибели детей с ТМА в раннем возрасте. Поэтому новорожденные дети с ТМА должны получать с молоком матери достаточное количество ХЭ, особенно Se. Два ХЭ, Mn и Cu, содержатся в миокарде детей с ТМА в повышенном количестве. Содержание Mn повышено в правых отделах сердца в ПП и ПЖ в 2 раза. Марганец присутствует главным образом в митохондриях и обеспечивает энергетику. Он является компонентом множества ферментов: фосфоэнолпируваткарбоксикиназа, гликозилтрасфе-раза, ксилоксиерасфераза и др. Митохондриальная Mn-зависимая супероксиддисмутаза повышает свою активность в кардиомиоцитах и таким образом препятствует свободно-радикальному окислению, обеспечивает стабильность структуры клеточных мембран и компенсирует таким образом дефицит селена [2, 3].
В миокарде детей с ТМА в 1,5 раза повышено содержание Сu. Медь входит в состав многих важнейших ферментов, таких как цитохромоксидаза, тирозиназа, аскорбиназа и др. Медь присутствует в системе антиоксидантной защиты, являясь кофактором супероксид-дисмутазы, Cu/Zn-зависимой СОД, участвующей в нейтрализации свободных радикалов кислорода и таким образом частично компенсирующей дефицит Se [2–4].
В соответствии со второй задачей все ХЭ в зависимости от степени снижения концентраций в миокарде у детей с ТМА были распределены по трем группам. Первая (макроэлементы в концентрации от 10000 до 100 мкг/г) – S, Ca, K, Cl, Fe, Zn. Вторая (микроэлементы в концентрации от 100 до 1 мкг/г) – Cu, Br, Sr, Mn для ЛЖ и ЛП и Cu, Br, Mn, Sr для ПЖ ПП. Третья (ультрамикроэлементы в концентрации от 1,0 до 0,1 мкг/г) – Rb, Cr, Ni, Se для ЛЖ и ПЖ и Cr, Rb, Se, Ni для ЛП и ПП. Распределение ХЭ проведено в строгом порядке от большей концентрации к меньшей, что соответствовало, как правило, снижению концентрации ХЭ в 2,0–2,5 раза. Было выявлено нарушение этой закономерности при переходе от макроэлементов к микроэлементам, а именно от Zn к Cu концентрация снизилась в 30–40 раз.
Чем можно объяснить это нарушение? Zn и Cu входят в состав Zn/Cu-CОД. Концентрация Zn в миокарде 250– 300 мкг/г, а Cu только 8–10 мкг/г, т. е. в 25–30 раз меньшая. Очевидно, что использование Zn в миокарде детей с ТМА значительно большее, чем Сu, хотя роль Cu также необходима для функции миокарда. Сопоставление распределения ХЭ в порядке снижения концен- траций с порядковым номером в таблице Д.И. Менделеева выявило следующую закономерность. Основные макроэлементы, которые мы исследовали, содержались в больших концентрациях, P, S, Cl, K, Ca находились в таблице Д.И. Менделеева под номерами от 15 до 20. Все микро- и ультрамикроэлементы, содержащиеся в малых концентрациях, находились в таблице под номерами от 24 до 38, т.е. имели большую атомную массу.
Таким образом, можно предположить, что система распределения ХЭ по степени снижения концентраций ХЭ в миокарде в известной мере соответствует степени повышения порядкового номера в таблице Д.И. Менделеева. На основании вышеизложенного можно заключить, что чем больше порядковый номер ХЭ и чем больше его атомный вес, тем меньшее количества этого ХЭ содержится в миокарде. У детей с ТМА наиболее низкие концентрации микроэлементов наблюдались у Se № 34, Rb № 37, Sr № 39, а наиболее высокие концентрации макроэлементов у S № 16, Cl № 17, К № 19, Са № 20.
Гиперпластические и гипертрофические адаптационные процессы в миокарде детей раннего возраста с ТМА приводят к увеличению массы миокарда в 2,5–3,0 раза и сопровождаются нарушением метаболических процессов, что выявляется снижением содержания физиологически значимых ХЭ: Zn, Cr, Ni, Cl, Se, особенно в левом желудочке. Повышенное содержание Cu и Mn выполняет, очевидно, адаптационную роль, препятствуя закрытию дефектов в перегородке сердца, через которые смешивается артериальная и венозная кровь, и защищает кардиомиоциты от перекисного окисления липидов.
Клинико-морфологический анализ показал, что оптимальным возрастом для выполнения радикальной кардиохирургической коррекции для больных ТМА с интактной межжелудочковой перегородкой является неонатальный период, а для пациентов с ТМА и с дефектом межжелудочковой перегородки – период новорожденности. Адаптивным процессом в связи с меньшими энергозатратами сокращения является переход синтеза с сердечного миозина на скелетный. Так как в миокарде детей раннего возраста с ТМА обнаружено низкое содержание многих жизненно важных ХЭ, следует обратить особое внимание на полноценное содержание в рационе беременных и кормящих женщин ХЭ, таких как Zn, Cr, Cl, Ni, Se, K, Rb и особенно Se.
Список литературы Химические элементы и структурно-молекулярные особенности кардиомиоцитов у пациентов раннего возраста с транспозицией магистральных артерий
- Адкин Д.В. и др.//Педиатрия. 2002. № 3. С. 88-91.
- Кудрин А.В., Скальный А.А., Жаворонков А.А. и др. Иммунофармакология микроэлементов. М., 2000.
- Панченко Л.Ф., Маев И.В., Гуревич К.Г. Клиническая биохимия микроэлементов. М., 2004.
- Скальный А.В. Микроэлементозы человека (диагностика и лечение). М., 1999.
- Хоффман Дж. Детская кардиология. М., 2006.
- Azoicai D., Ivan A., Bredatean M. et al.//Rev. Med. Chir. Soc. Med. Nat. Lasi. 1997. V. 101, № 2. P. 109-115.
- Beerli R.R. et al.//J. Biol. Chem. 2000. V. 275, № 42. P. 32617-32627.
- Fozzard H.A., Haber E., Jenings R.B. et al. The Heart and Cardiovascular System. New York, 1986.
- Re R.M.//Am. J. Cardiol. 1987. № 60. P. 100-104.
- Ruff H.A.//J. Dev Behev Pediatr. 1999. V. 20, № 1. P. 42-79.
- Shankar A.H.//Am. J. Clin. Nutr. 1998. V. 68 (Suppl.). P. 447-463.
- Singh J., Snow E.T.//Biochemistry. 1998. V. 37, № 26. P. 9371-9378.