«И бесы веруют и трепещут»: материалы к историографическому описанию философской судьбы Константина Николаевича Леонтьева (к 195-летию со дня рождения)
Автор: Панюков А.И., Яблочкина И.В.
Журнал: Общество: философия, история, культура @society-phc
Рубрика: Философия
Статья в выпуске: 2, 2026 года.
Бесплатный доступ
Статья, приуроченная к 195-летию со дня рождения К.Н. Леонтьева, представляет собой развернутый анализ его личности, философских взглядов и места в русской культуре. Авторы рассматривают К.Н. Леонтьева как фигуру сложную и противоречивую: от «русского денди» и «демона русской философии» до монаха Климента и «литературного изгнанника». В тексте подробно освещаются отношения К.Н. Леонтьева с современниками – И.С. Тургеневым, Ф.М. Достоевским, Л.Н. Толстым, В.С. Соловьевым, раскрывается их неоднозначная оценка его личности и творчества. Особое внимание уделяется вопросу о статусе К.Н. Леонтьева в науке. Анализируется мнение В.С. Соловьева, не считавшего его философом, и позиция Н.А. Бердяева, который первым увидел в нем мыслителя. Авторы приходят к выводу, что К.Н. Леонтьев – философ в широком смысле, «художник мысли», чье наследие органично вписывается в традицию русской литературы как формы философствования.
К.Н. Леонтьев, русская философия, русский консерватизм, византизм, эстетизм, «цветущая сложность», «розовое христианство», монашество, страх Божий, литературная критика, история русской мысли, рецепция наследия
Короткий адрес: https://sciup.org/149150491
IDR: 149150491 | УДК: 101.1 | DOI: 10.24158/fik.2026.2.2
“Even the Demons Believe and Tremble”: Materials for a Historiographic Description of the Philosophical Life of Konstantin Nikolaevich Leontiev (On the 195th Anniversary of Birth)
This article, marking the 195th anniversary of the birth of K.N. Leontyev, offers a comprehensive analysis of his personality, philosophical views, and place in Russian culture. The author examines Leontyev as a complex and contradictory figure: ranging from a “Russian dandy” and the “demon of Russian philosophy” to the monk Kliment and a “literary exile”. The text details Leontyev’s relationships with his contemporaries – I.S. Turgenev, F.M. Dostoevsky, L.N. Tolstoy, and V.S. Solovyov – revealing their ambiguous assessment of his personality and work. Particular attention is paid to the question of Leontyev’s philosophical status. The author analyzes the opinion of V.S. Solovyov, who did not consider him a philosopher, and the position of N.A. Berdyaev, who was the first to see him as one. The author concludes that Leontyev was a philosopher in the broad sense, an “artist of thought”, whose legacy is organically integrated into the tradition of Russian literature as a form of philosophizing.
