Имена существительные религиозной семантики на -ств/о/ в русском языке xviii В.(на материале лексикографических произведений гражданской печати)

DOI:

Научная проблема, связанная с изучением истории словообразовательного типа имен существительных с древнейшим словообразовательным формантом -ств / о / ¹ применительно к русскому языку, была поставлена в отечественном языкознании еще в 1946 г. в программной статье академика В.В. Виноградова «О задачах истории русского литературного языка, преимущественно XVII–XIX вв.» [Виноградов, 1946]. Наиболее значимыми откликами на нее стали работы Э.М. Ножкиной [1961], Ю.Г. Кадькалова [1967], В.В. Веселитского [1972], И.М. Мальцевой, А.И. Молоткова, З.М. Петровой [1975], Э.В. Алексеевой [1977], Л.В. Калининой [2009], О.И. Дмитриевой и О.Ю. Крючковой [2010], И.В. Ерофеевой [2010], Г.А. Николаева [2010]. Однако, несмотря на теоретико-практическую значимость трудов указанных авторов, необходимо констатировать, что имена существительные религиозной семантики на -ств / о / не стали в них предметом специального лингвистического анализа. Учитывая данное положение дел, а также тот факт, что рассматриваемые религионимы - субстантивы ² – значительный по своему составу и важный в коммуникативном отношении пласт конфессиональной лексики русского языка XVIII в., в предлагаемой статье делается попытка заполнить в определенной мере существующую в науке лакуну.

Источниками для исследования стали словарные труды гражданской печати, явив- шиеся первыми масштабными опытами лексикографического описания религиозной лексики русского языка не только в XVIII в., но и в целом в истории отечественной лексикографии: «Церковный словарь» протоиерея П.А. Алексеева (1773–1794 гг.) 3, «Краткой словарь славянской» игумена Евгения (Романова) (1784 г.); «Словарь Академии Российской» (1789–1794 гг.) 4.

Методы исследования

В связи с поставленной целью – дать комплексную лингвистическую характеристику ре-лигионимам-субстантивам на -ств/о/, выявленным в обследуемых словарных источниках, – в работе были использованы разные методы исследования. Описывая их прежде всего необходимо отметить, что выбор лексикографических произведений для языкового анализа, а также дифференциация содержащегося в них лексического материала в соответствии с его принадлежностью к религиозному стилю 5 и семантическому полю «религия» осуществлялись на основе методов стилистического анализа и семантического поля. При выявлении особенностей словообразовательной структуры рассматриваемых дериватов на -ств/о/, а также анализе их словообразовательных параллелей, существовавших в русском языке к концу XVIII в., были применены методы морфемного и словообразовательного анализа. Для описания религионимов-суб-стантивов в соответствии с лексико-грамматическими разрядами и тематическими груп- пами использованы методы грамматического и тематического анализа. Особенности семантики изучаемых лексем, характерные для рассматриваемого периода, были выявлены посредством методов компонентного анализа словарных дефиниций и их сопоставления. Помимо этого, важнейшим методом исследования при анализе религионимов-субстантивов на -ств/о/ в аспекте времени их возникновения в русском языке стал историко-этимологический анализ. В связи с этим необходимо отметить, что приведенные в работе выводы, касающиеся выявленных лексических новообразований XVIII в., анализа обследуемых лексикографических источников с точки зрения полноты отражения в них состава имен существительных религиозной семантики на -ств/о/, а также словообразовательного анализа дериватов на -тельств/о/, были сделаны с опорой на историко-лингвистические данные, представленные в «Словаре древнерусского языка XI–XIV вв.», «Материалах для словаря древнерусского языка по письменным памятникам» И.И. Срезневского, «Словаре русского языка XI–XVII вв.», «Словаре русского языка XVIII века», а также в «Хронологическом словнике», помещенном в коллективной монографии «Лексические новообразования в русском языке XVIII в.» [Мальцева, Молотков, Петрова, 1975, с. 305–343].

Особенности словообразовательной структуры религионимов-субстантивов на -ств/о/

Мономотивированные религионимы-субстантивы на -ств / о /

I. Отсубстантивные образования. Самую многочисленную группу среди рели-гионимов - субстантивов на -ств / о /, зафиксированных в исследуемых лексиконах, составляют дериваты, образованные от имен существительных. В соответствии со своими словообразовательными особенностями они могут быть разделены на две группы: 1) дериваты, образованные от личных субстантивов; 2) дериваты, произведенные от неличных имен существительных.

• 1.    Образования от личных имен существительных. Анализ рассматриваемых словарей свидетельствует, что для русского

• 2.    Образования от неличных имен существительных. Непродуктивным для русского языка XVIII в. является функционирование религионимов-субстантивов на -ств / о /, произведенных от неличных основ имен существительных славянского и иноязычного происхождения. В исследуемых словарях зафиксированы единичные случаи таких образований: бракъ → брач еств о ; блудъ – блуд- ств о ; пустыня → пустын ств о ; суббота (арам. šabbэtā ) → суббот ств о ; торгъ → торж еств о .

• II.    Отадъективные образования . Вторую по численности группу среди имен существительных религиозной семантики на -ств / о /, отмеченных в анализируемых лексиконах, составляют дериваты, образованные от имен прилагательных разных лексико - грамматических разрядов.

языка XVIII в. высокопродуктивным является функционирование религионимов-субстан-тивов на -ств / о /, образованных от непроизводных и производных основ имен существительных славянского и иноязычного происхождения со значением лица.

Образования от непроизводных личных имен существительных. Образования на -ств / о / от непроизводных имен существительных составляют значительную группу религионимов - субстантивов, фиксируемых в словарных источниках. Бóльшая часть этих дериватов создана на базе иноязычных (по преимуществу греческих) основ: апостолъ (греч. а поотоХо? ) ^ апостоль ств о ; аскитъ (греч. а окпт^ ) ^ аскит ств о ; диаконъ (греч. διάκονος ) → диакон ств о ; игуменъ (греч. ^ you^evo^ ) ^ игумен ств о ; епископъ (греч. e п^aкoпo? ) ^ епископ ств о ; параклитъ (греч. пар а кХпто^ ) ^ параклит ств о ; царь (лат. cаеsаr ) → цар ств о ( божіе ) ⁶ и др.; реже регистрируются образования от основ славянского происхождения: братъ → брат ств о ; господь → господ ств о ; мужъ → муж еств о и др.

Образования от производных личных имен существительных. Другая значительная часть религионимов-субстантивов на -ств / о /, отмеченных лексикографами, образована от производных основ имен существительных, различных с точки зрения морфемной структуры.

Образования от суффиксальных основ. Основную часть слов этой группы составляют дериваты, произведенные от простых основ имен существительных славянского происхождения, включающих в свой состав суффикс со значением лица - ник- : муче-никъ → мученич еств о ; постникъ → постнич еств о ; пустынникъ → пустыннич еств о и др. В единичных случаях в лексиконах отмечаются образования от славянских и иноязычных основ с суффиксами названия лица -ец- , -ыр- , -ык- , -ик- , -ин- , -ок- , -ух- , -ей , -иан- , -ар- : старецъ → старч еств о ; пастырь → пастыр ств о ; владыка → владыч еств о ; еретик (греч. a l petiKoq ) ^ еретич еств о ; воинъ ^ воин ств о ( божіе ); инокъ → иноч еств о ; пастух → пастус ств о ; иудей (иврит. jehudi ) → иудей ств о ; христи z анъ (греч. χριστιανός ) → христіан ств о ; мытарь (древненем. mutari или слав.) → мытар ств о и др.

Образования от префиксальных основ. Для дериватов этой группы характерно образование от славянских простых основ имен существительных, включающих в свой состав приставки славянского происхождения без-, про- : безв h ръ → безв h р ств о ; пророк → пророч еств о и др. Помимо этого, отмечаются образования от иноязычных основ с заимствованными префиксами, такими как архи- и прото-: архіерей (греч. P ρχιερεύς ) → архіерей- ств о ; протопресвитеръ (греч. πρωτοπρεσβύ-τερος ) → протопресвитер ств о и др.

Образования от сложных основ. Данные дериваты созданы на базе сложных основ (именных и глагольных корневых морфем) славянского происхождения: гр h ховодъ → гр h ховод ств о ; злод h й → злод h й ств о ; ли-хоимъ → лихоим ств о ; любодей → любодей ств о ; мшелоимъ → мшелоим ств о ; пустос-вятъ → пустосвят ств о ; святотатъ → святотат ств о ; см h хотворъ → см h хотвор ств о и др . Исключения из этого правила немногочисленны: іеродіаконъ (греч. ιεροδιάκονος ) → іеродіакон ств о ; иконоборъ (греч. ε k κόνα ) → иконобор ств о и др.

• 1.    Образования от качественных и относительных имен прилагательных. Религионимы - субстантивы на -ств / о /, произведенные от простых славянских основ качественных и относительных имен прилагательных, составляют основную часть отадъектив-ных образований, зафиксированных в анали-

• зируемых словарях. Для данных дериватов характерно образование от основ, включающих в свой состав суффиксы -н- (коварный → коварство; преподобный → преподобство и др.), -енн- (блаженный → блаженство; священный → священство; преосвященный → преосвященство и др.), а также (в единичных случаях) -ав-, -ив-, -лив- (лукавый → лукавство; оплазивый → оплаз-ство; прозорливый → прозорливство). Образования от сложных основ имен прилагательных указанных лексико-грамматических разрядов встречаются в исследуемых словарях реже: высокопреосвященный → высокопреосвященство; злохитрый → злохитрство; присносущій → присносущество и др.

• 2.    Образования от притяжательных имен прилагательных. В рассматриваемых словарях фиксируются единичные случаи ре-лигионимов - субстантивов на -ств / о /, образованных от основ притяжательных имен прилагательных ( кумовъ → кумов ств о , поповъ → попов ств о , сыновъ → сынов ств о ) ⁷ .

Полимотивированные религионимы-субстантивы на -ств / о /

Особых комментариев требуют широко представленные в изучаемых словарных источниках XVIII в. религионимы-субстантивы на -ств/о/, содержащие в своей структуре элемент -тель-: благодhтельство, иконописа-тельство, лжесвидетельство, настоятельство, паствительство, первосвятитель-ство, предстательство, священнограби-тельство, святительство, сострадатель-ство, чистительство и др. Имея в большинстве случаев полную трехкомпонентную словообразовательную цепочку (мотивирующий глагол → существительное с суффиксом действующего лица -тель → существительное на -тельств/о/), они могли сохранять тесную семантическую и словообразовательную связь как с глагольными основами, так и с основами личных имен существительных на -тель. Вследствие этого словообразовательные связи данных слов могут быть интерпретированы более точно в зависимости от того, какое значение – глагольное или именное – в них будет «выдвигаться» на первый план. Если на первый план «выдвигается» значение гла- гольное, то в словообразовательной структуре данных дериватов возможно выделение словообразовательного «протяженного суффикса» -тельств/о/ и их словопроизводство от глагольных основ, а если более обнаруживает себя именное значение, то необходимо выделение словообразовательного суффикса -тель и словопроизводство рассматриваемых лексических единиц от личных имен существительных [Пацюкова, 2014, с. 155–162; Шанский, 1968, с. 68–69]. Таким образом, данные дериваты характеризуются как «полимотивирован-ные образования», лежащие «в точке пересечения двух словообразовательных типов» [Па-цюкова, 2014, с. 161], то есть, по мнению ученых, словообразовательная структура в пределах одного и того же подобного образования может быть интерпретирована двояко [Пацюкова, 2014, с. 157].

В свете сказанного необходимо отметить, что глагольный компонент у зафиксированных в исследуемых словарях религиони-мов - субстантивов на -ств / о /, содержащих в своей структуре элемент -тель- , в большинстве случаев превалировал. Это соответствовало общей тенденции XVIII в., характерной для данного класса слов [Мальцева, Молотков, Петрова, 1975, с. 78–79, 84], например: настояти → настоя тельств о – «начальство надъ монахами, управленіе братіи»; ико-нописати → иконописа тельств о – «изоб-раженіе лицъ» (ЦС) ⁸. Другая часть из отмеченных в лексиконах религионимов - субстан-тивов рассматриваемого типа соотносилась с основами имен существительных, так как в их семантике на первый план «выдвигается» именное, а не глагольное значение: первосвятитель → первосвятитель ств о «санъ первосвященническій»; ругатель → ругатель ств о «брань, поносительные слова», «язвительные насмешки, шутки» (САР) и др.

Лексико-грамматические разряды и тематические группы религионимов-субстантивов на -ств / о /

Результаты проведенного лингвистического анализа словарей XVIII в. показывают, что суффикс -ств/о/ мог оформлять как неконкретные (абстрактные и собирательные), так и конкретные имена суще- ствительные религиозной семантики среднего рода.

• I.    Абстрактные религионимы - суб-стантивы на -ств / о / . Пласт отвлеченной лексики, представленный существительными религиозной семантики на -ств / о /, широко отражен в анализируемых словарных источниках. Оформляя данную группу дериватов, суффикс -ств / о / реализовал следующий спектр абстрактных лексико-семантических значений: значение отвлеченного признака; значение отвлеченного действия; значение отвлеченного состояния; отвлеченное понятие, которое существует только в человеческом сознании и которое нельзя представить наглядно ⁹.

• 1.    Образования со значением отвлеченного признака. Согласно историко - лингвистическим исследованиям, значение отвлеченного признака с древнейшей поры являлось основным значением существительных на -ств / о /, которые образовались главным образом от основ имен прилагательных. Однако к XVIII в. количество таких производных заметно сократилось [Мальцева, Молотков, Петрова, 1975, с. 80]. В связи с этим зафиксированные в рассматриваемых словарях религионимы - субстантивы данной группы не столь многочисленны. В семантическом плане они являются названиями свойств Триединого Бога ( всемогущество , присносуще-ство , сыновство ) и духовных свойств человека ( в h жество ¹⁰, прозорливство ), а также его положительных ( мужество , препо-добство , сострадательство ) и отрицательных качеств ( коварство , лукавство , нев h жство , пронырство ). Для данных дериватов характерно образование преимущественно от адъективов славянского происхождения, называющих духовные свойства или качества лица.

• 2.    Образования со значением отвлеченного действия. Акциональные субстан-тивы образуют самую многочисленную группу среди существительных религиозной семантики на -ств / о /, зафиксированных в анализируемых лексиконах. Они являются наименованиями действий человека, связанных с его аскетическими трудами и христианскими подвигами ( аскитство , богомольство , благодательство , молебство , мученичество , параклитство , постничество , пус-

• тынство и др.), в том числе обусловленных требованиями его церковно-иерархического положения (настоятельство, пастырьство, паствительство, святительство и др.); отрицательных (греховных) действий человека (блудство, грhховодство, грhхотворство, еретичество, зложелательство, идолоне-истовство, иконоборство, кознодhйство, лжесвидhтельство, лихоимство 11, любо-дhйство, обжирство, опийство, потворство, прелюбодhйство, пустосвятство, рhзоимство, самоубійство, святотатство, священнограбительство, смертоубійство, студоложество, чревонеистовство и др.); действий злых духов на душу человека (мытарство).

• 3.    Образования со значением отвлеченного состояния. Религионимы - субстан-тивы данной группы характеризуют состояние человека в духовно-нравственном аспекте. Они называют, с одной стороны, положительные духовные (благодатные) состояния человека ( благогов h инство , блаженство , субботство и др.), с другой – его отрицательные (греховно - безблагодатные) духовные состояния ( безбожство , безв h рство , без-стыдство , злов h рство , злонырство , злоко-варство , опальство , студоложество , тунеядство и др.). Помимо этого, в словарях зафиксирован ряд лексем, обозначающих состояние лица, связанное с его социальным – церковным – статусом ( духовенство , иночество , іераршество , кумовство , монашество , чернечество и др.). Для дериватов этой группы характерно образование от имен прилагательных славянского происхождения, называющих духовные свойства или качества лица, а также имен существительных, обозначающих лицо, характеризующееся определенным образом в духовно-нравственном аспекте.

• 4.    Образования, обозначающие отвлеченное понятие, которое существует только в человеческом сознании и которое нельзя представить наглядно. Обширную

Приведенные дериваты, как видно, в большинстве своем произведены от основ имен существительных славянского происхождения, обозначающих лицо, характеризующееся определенным образом в духовно - нравственном аспекте.

тематическую группу имен существительных религиозной семантики на -ств / о / составляют дериваты, являющиеся наименованиями степеней священной и правительственной иерархии, церковных должностей и званий, установленных в православной церкви, а также у римокатоликов: апостольство , архіерейство , высокопреосвященство , дiаконство , епископство , игуменство , іераршество , іерей-ство , іеродіаконство , ключарство , монашество , папежство , патріаршество , перво-святительство , первосвященство и др. Значительное количество таких лексем образовано от иноязычных субстантивов, называющих лиц в соответствии с их церковным саном, званием, должностью.

Помимо этого, в словарях представлены единичными примерами религионимы - суб-стантивы на -ств / о /, являющиеся названиями религиозных течений и учений ( аріанство , блаженство , іудейство , христіанство ); видов церковной профессиональной деятельности ( иконописательство ); церковных календарных периодов ( попразднство , пред-празднство ); церковных священнодействий ( таинство ); христианских добродетелей ( странноприемство ); чинов бесплотных духов ( господство ).

Важно отметить, что, несмотря на широкую представленность абстрактных имен существительных религиозной семантики на -ств / о / в анализируемых лексиконах, ряд употребительных и зафиксированных в письменных источниках XVIII в. дериватов данного лексико-грамматического разряда оказался вне поля зрения лексикографов (см., например, зафиксированные в СлРЯ XVIII производные богоотступничество , злод h ятельство , высоком h рство , малов h рство , б h совство , дьявольство и др.

• II.    Собирательные религионимы - субстантивы на -ств / о /. Собирательные ре-лигионимы - субстантивы на -ств / о /, зарегистрированные в исследуемых словарях, немногочисленны. Среди них такие слова, как братство , воинство (Божіе) , духовенство , пресвvтерство , священничество. Приведенные лексемы, обладая семантикой собирательности, составляют тематическую группу слов, именующих совокупность членов земной и небесной Церкви Христовой. В слово-

• образовательном отношении для данных дериватов характерно образование от существительных славянского (реже – иноязычного) происхождения, именующих церковных лиц.

Примечательно, что значение собирательности в изучаемых словарях не зафиксировано у таких слов, как архіерейство , діа-конство , іерейство , іеродіаконство , епископство и др., несмотря на тот факт, что некоторые из них были отмечены в собирательном значении в письменных источниках XVIII в., например: архиерейство , иерейство и др. (СлРЯ XVIII). Приведенные словарные данные свидетельствуют о том, что значение собирательности у религионимов - субстантивов на -ств / о / в XVIII в. не было еще в достаточной мере развито. Такое положение дел полностью соответствует общей тенденции, связанной с формированием лексико - грамматического значения собирательности у имен существительных в русском языке в данный исторический период [Мальцева, Молотков, Петрова, 1975, с. 91].

• III.    Конкретные религионимы - суб-стантивы на -ств / о /. Наряду с неконкретными религионимами - субстантивами на -ств / о /, в рассматриваемых лексикографических источниках зафиксирован ряд существительных религиозной семантики с указанным формантом, относящихся к лексико - грамматическому разряду конкретных имен.

Данные дериваты созданы на базе суб-стантивов как иноязычного, так и славянского происхождения, называющих лиц в соответствии с их церковным саном, званием, должностью. Характеризуя их в тематическом аспекте, отметим, что они являются наименованиями церковно-богослужебных книг ( діа-конство , пророчество , старчество ); церковно-богослужебных молитвословий ( діакон-ство ); церковных учреждений и владений по чину или сану их носителя ( игуменство , наместничество ). Семантика конкретности у приведенных лексем вторична (развилась на основе неконкретных значений).

В исследуемых словарях, как видно, рели-гионимы-субстантивы с суффиксом -ств/о/, имеющие конкретное значение, представлены единичными примерами. В связи с этим важно констатировать, что из поля зрения составителей лексиконов выпала значительная груп- па конкретной конфессиональной лексики на -ств/о/, являющаяся названием церковных учреждений и владений по чину или сану их носителя, которая была зафиксирована в письменных памятниках русского языка XVIII в., например: архиерейство, викариатство, епископство, ексаршество, пастырство и др. (СлРЯ XVIII). Данное положение дел, как представляется, свидетельствует о том, что семантика конкретности у рассматриваемого класса слов в русском языке XVIII в. не была еще в достаточной мере сформирована.

Религионимы-субстантивы на -ств / о / в аспекте времени их появления в русском языке

Бóльшая часть имен существительных религиозной семантики на -ств / о /, помещенная в исследуемых словарях, в историко-лингвистическом отношении представляет собой пласт лексики, сложившийся в русском языке до XVIII века. В то же время важно отметить, что на страницах данных лексиконов зафиксированы и некоторые религионимы - суб-стантивы на -ств / о /, являющиеся новообразованиями XVIII в.: словообразовательными ( безбожничество , богопропов h дничество , отшельничество , рабол h пство , первосвященство , сострадательство , суев h рство , хвастовство , первосвященство ) и семантическими ( діаконство , монашество , христі-анство ) (см. табл. 1).

Из приведенных примеров видно, что большинство новообразований в области дериватов религиозной семантики на -ств / о / относится к лексико-грамматическому разряду абстрактных имен существительных, образованных по продуктивной для XVIII в. словообразовательной модели, в соответствии с которой производящей базой выступает личный субстантив славянского происхождения.

Отметим также, что, несмотря на стремление составителей словарей фиксировать новые явления, происходящие в области лексики, некоторая часть религионимов - субстан-тивов на -ств / о /, вошедшая в русский язык в XVIII в., не была зарегистрирована. См., например: апостатство , добротворство , затворничество , жадничество , каноничество и др. (СлРЯ XVIII).

Таблица 1

Новообразования среди религионимов-субстантивов на - ств / о /, зафиксированные в лексикографических произведениях XVIII в.

Религионимы - субстантивы на -ств / о /
Неконкретные		Конкретные
Абстрактные	Собирательные
Отсубстантивные
Безбожничество «Безбожіе, нечестіе» (САР) Богопропов 4 дничество «малоупотр. Званіе Богопропов 4 дника» (САР) Отшельничество «Пустынножительство, безмолвіе» (САР) Рабол 4 пство « Приличное рабам повиновеніе» (САР) Сострадательство «Жалость, чувствительность къ несчастіямъ другаго» (САР) Суев 4 рство «То же что и Суев 4 ріе» (САР) Хвастовство 12 «Похвальба, тщеславность» (САР)	Монашество «Во образ 4 собирательнаго имени. Вс 4 монахи» (САР) Христіанство «Собраніе в 4 рующихъ во Христа» (САР)	Діаконство «особая книга, в кою собрано все то, что надлежитъ до діаконской должности въ священнослуженіи и прочихъ потребахъ церковныхъ» (ЦС)
Отадъективные
Первосвященство «Санъ первосвященнеческій» (САР)	–	–

Особенности семантики религионимов-субстантивов на -ств/о/

Анализ историко - лингвистических данных свидетельствует, что к началу XVIII в. религионимы - субстантивы на -ств / о / в значительной своей части были полисемантич-ны, например: архидиаконство , архиманд-ритство , добротворство , каноничество , лукавство , пастырство и др. (СлРЯ XVIII). В этой связи важно отметить, что в исследуемых словарях весь объем значений указанных лексем не описывается. В большинстве случаев лексикографами фиксируется одно значение многозначного деривата религиозной семантики на -ств / о /: пресвvтерство – «собраніе старших, то есть священников» (ЦС); iерейство – «Званіе, должность iереевъ» (САР) и др., реже приводится два и более значений.

В отдельных случаях составители словарей не только фиксируют разные значения имен существительных на -ств/о/, но и различают их лексико-семантические варианты в зависимости от светской и религиозной сфер их функционирования: в начале словарной статьи описывается значение слова, характерное для светского контекста употребления данной лексической единицы, а затем – для религиозного, например: братство – «собраніе или союзъ братій... Особенно же значитъ: общество мо-нашествующихъ» (ЦС); господство и господ-ствіе – «1) Владычество, верховная власть, начальство... 2) Царство, владеніе, государство, область. 3) Въ церк: книгахъ: Единый изъ степеней Ангельскихъ» (САР) и др.

В рамках словарных статей объединяются, как правило, абстрактные значения религи-онимов-субстантивов на -ств/о/: папеж-ство – «чинъ и званіе епископа Римскаго... а индh значитъ отступленіе Римской церкви отъ восточной» (ЦС). Однако в ряде случаев под одной вокабулой приводятся собирательное и абстрактное (сана, звания, должности и состояния) значения: священничество – «собраніе священников, или старшихъ въ духовенствh Епископовъ... Индh значитъ должность или званіе священническое» (ЦС); монашество – «1) состояніе монашеское... 2) Во образh со-бирательнаго имени. Всh монахи» (САР), а также абстрактное (сана, звания, должности) и конкретное значения: игуменство – «1) Санъ, достоинство, званіе игумна... 2) Обитель, которою управляетъ игуменъ» (САР).

Примерами наиболее богатых и разработанных по смысловому содержанию словарных статей, описывающих значения многозначного имени существительного религиозной семантики на -ств / о /, могут служить таинство (ЦС), божество , пророчество (САР).

В ряде словарных статей изучаемых лексиконов сведения о семантике дериватов на -ств/о/, обозначающих религиозные понятия, представлены крайне скупо, что затрудняет однозначную интерпретацию их лексического значения: чистительство – «священіе, священство» (ЦС); лихоимство – «взятки, скупы» (КСС); чародhйство – «волшебство, ворожба» (САР) и др. Подобное упущение со стороны составителей словарей обусловливается главным образом недостаточной семантической дифференцированностью лексикогра- фируемых единиц в русском языке XVIII века. У некоторых дериватов на -ств/о/ в исследуемых словарях не фиксируется значение, характерное для религиозного контекста, несмотря на его регистрацию как в письменных источниках XVIII в., так и более ранних, например: настоятельство – «начальство, власть надъ другимъ» (САР); «настоятельство, начальство надъ монахами, управленіе братіи» (ЦС).

В то же время важно констатировать, что сопоставление объема сведений, приведенных в исследуемых словарях при лексикографирова-нии существительных религиозной семантики на -ств / о /, с соответствующими данными, содержащимися в предшествующих лексикографических сочинениях («Лексиконъ славеноросскій» Памвы Берынды, 1653 г., «Ле k іконъ тре 5 зыч-ный» Федора Поликарпова, 1704 г.), свидетельствует о том, что первые (главным образом САР, ЦС) значительно превосходят последние как в количестве толкуемых единиц, так и в разработанности словарных статей в семантическом аспекте (табл. 2).

Религионимы-субстантивы на -ств/о/ и их словообразовательные параллели

В связи с активным формированием словообразовательных моделей в русском язы-

Таблица 2

Примеры толкования религионимов-субстантивов на -ств/о/ в лексикографических произведениях XVII–XVIII вв.

«Лексиконъ» П. Берынды	«Ле 9 иконъ» Ф. Поликарпова	«Словарь Академіи Россійской»
Блаженство
Блаженство, счастли-вость, фортуна	Блаженство , makari3th~ , beatitudo, beatitas	Блаженство… Благополучіе, счастіе, благосостояніе, совершенное удовольствіе… Иногда пріемлется за то ученіе Христово, которымъ онъ ублажаетъ своихъ посл 4 дователей нищихъ духомъ, кроткихъ, алчущихъ правды и проч.
«Лексиконъ» П. Берынды	«Ле 9 иконъ» Ф. Поликарпова	«Церковный словарь» П.А. Алексеева
Таинство
Таинство, священ-нод 4 йство, урядъ, або справа священ-нод 4 йственника	Тайна, mu~/rion , musterium, arcanum. Таинство тоже	Таинство, или тайна… I. значитъ воплощеніе слова Божія… II. Евангельское ученіе… III. Таинство в 4 ры Христіанскія… IV. Воскресеніе, вознесеніе Христово, такъ же и второе его на судъ пришествіе… V. таинство церковное, которое по описанію Гавріила Филадель-фийскаго есть вещь н 4 кая священная чувствами пости-заемая, силу же сокровенную божественную им 4 ющая, которою подаетъ спасеніе и потребная ко спасенію че-лов 4 ческому…

ке XVIII в. в исследуемых лексикографических произведениях гражданской печати того времени широко представлены словообразовательные параллели у славянских и некоторых заимствованных имен существительных религиозной семантики на -ств / о /. Данные словообразовательные ряды возникают в результате, с одной стороны, вовлечения в словопроизводство при номинации религиозного понятия разных однокорневых производящих основ, а с другой – использования синонимичных по отношению к форманту -ств / о / суффиксов славянского происхождения ( - ствиj-, -ениj-, -ниj-, -иj-, -ость ), присоединяемых к одним и тем же или разным однокорневым основам.

• I.    Одноосновные однокоренные словообразовательные параллели.

• 1.    Словообразовательные параллели на -ств/о/ и -ствие. Несмотря на то что для XVIII в. был характерен «всплеск» имен существительных на -ствие [Попова, 2008, с. 100], данные дериваты, по сравнению с однокорневыми образованиями на -ств / о /, гораздо реже встречаются на страницах изучаемых словарей. Это свидетельствует о том, что в рассматриваемой дублетной паре дериват на -ств / о / закреплялся в религиозном стиле того времени в качестве основного: господ ств о – господ ствi [ j э ]; лукав ств о – лукав стві [ j э ]; молеб ств о – молеб стві [ j э ]; нев h р ств о – нев h р стві [ j э ]; пророч еств о – пророч естві [ j э ] и др.

• 2.    Словообразовательные параллели на -ств / о / и -ие. Словообразовательные параллели имен существительных на -ств / о / и -ие одни из наиболее частотных в русском языке XVIII в. [Мальцева, Молотков, Петрова, 1975, с. 61]: безбож ств о – безбож і [ j э ]; безв h р ств о – безв h р і [ j э ]; богомоль ств о – богомол і [ j э ]; многобож ств о – многобож і [ j э ]; празнолюб ств о – празнолюб і [ j э ]; преподоб- ств о – преподоб і [ j э ]; сквернослов ств о – сквернослов і [ j э ]; славолюб ств о – славолюб і [ j э ] и др. Объединение в данный синонимический ряд происходило на основе общих абстрактных значений (качества, состояния и др.), которые были характерны как для имен на -ств / о /, так и для дериватов на -ие .

• 3.    Словообразовательные параллели на -ств / о / и -ение. В рассматриваемых лексиконах зафиксировано незначительное количество словообразовательных пар религио-

  нимов-субстантивов на -ств / о / и -ение : идолопоклон ств о – идолопоклон ені [ j э ]; кровом h ш ств о – кровом h ш ені [ j э ]; смирен ств о – смир ені [ j э ]; священ ств о – свящ ені [ j э ] и др. Появление данных конкурентных образований обусловлено наличием общего значения, связанного с выражением отвлеченного процессуального признака, свойственного и производным на -ств / о /, и дериватам на -ение [Сандуца, 2016, с. 94–96]. Выявленные словообразовательные параллели указанного типа фиксируются в словарях чаще как полностью равнозначные по своему значению: кровом h шство – «тоже, что кровосм h шеніе... т h лесное совокупленіе въ близкомъ сродств h » (ЦС). Однако в отдельных случаях они семантически дифференцируются: за дериватами на -ств / о / закрепляется только значение отвлеченного признака, а за дериватами на -ение , помимо данного значения, – значения отвлеченного действия и отвлеченного понятия (которое существует только в человеческом сознании и которое нельзя представить наглядно), например: смиренство – «скромность, кроткость нрава»; смиренiе – «1) Униженiе, уничиженiе себя; приведенiе въ покорность. <...> 3) Кроткость, униженность; доброд h тель христiанская, производящая въ насъ внутреннее чувствiе въ разсужденiи нашей слабости » (САР) .

• 4.    Словообразовательные параллели на -ств / о / и -ость. Существительные на -ость , имея основное значение, связанное с выражением отвлеченного признака, образовывали параллельные ряды с именами на -ств / о /, вступая с ними в прямую конкуренцию, поскольку для последних это значение также издревле являлось основным [Мальцева, Молотков, Петрова, 1975, с. 80], например: свир h п ств о – свир h п ость ; смирен ств о – смиренн ость ; учтив ств о – учтив ость ; храбр ств о – храбр ость и др. Как правило, фиксируемые в словарях данные одноосновные дериваты семантически эквивалентны: смиренность – «смиренство... скромность, кроткость нрава» (САР); святство – «то же что святость, святыня» (ЦС).

• II.    Разноосновные однокоренные словообразовательные параллели на -ств / о / .

Данные дериваты чаще всего приводятся составителями словарей в качестве заголовочных слов в рамках одной словарной статьи как тождественные по своей семантике лексемы: лукавство и лукавствіе – «Коварство, хитрость, пронырство» (САР). Выражая абстрактное значение, указанные тождесловы различались тем, что в именах на -ствие значение отвлеченности было вследствие «редупликации суффикса» представлено с большей степенью усиления по сравнению с именами на -ств / о / [Попова, 2008, с. 101]. По этой причине, думается, дериваты на -ствие могли восприниматься по отношению к образованиям на -ств / о / в русском языке XVIII в. как лексические единицы, в которых «книжность» ощущалась более отчетливо.

Подобная стилистическая маркированность рассматриваемых параллельных словообразовательных форм в отдельных случаях обусловливала их различие в семантическом отношении: за формами на -ствие закреплялось религиозное значение слова, а за вариантами на -ств/о/ – нерелигиозное, свойственное не только церковной, но и светской сферам употребления: господствіе – «есть одинъ изъ чиновъ ангельскихъ»; господство – «...власть отъ Бога установленная» (ЦС).

При фиксации параллельных образований подобного типа составители лексиконов указывали на их семантическую эквивалентность: преподобство – «тоже что преподобіе... святость, честность, святыня» (ЦС); многобож-ство – «Зри Многобожiе» (САР). В то же время важно отметить, что данные словообразовательные пары могли различаться в русском языке в XVIII в. стилистически, о чем свидетельствуют нормативные пометы, имеющиеся в словарях: имена существительные на -ие были характерны для высокого стиля, а дериваты на -ств / о / – разговорного: богомоліе – «...просто же Богомольство» (САР).

Важно констатировать, что в количественном отношении субстантивы религиозной семантики на -ие преобладают над дериватами на -ств / о / в составе словников исследуемых лексиконов, отражая тем самым общую языковую тенденцию XVIII в., связанную с вытеснением слов со значением отвлеченного признака на -ств / о / синонимичными им образованиями на -ие .

• 1.    Словообразовательные параллели на -ств / о / и -ние. Возникновение данных

  словообразовательных параллелей обусловлено наличием общего значения – отвлеченного процессуального признака, характерного как для имен на -ств / о /, так и для дериватов на -ние [Сан-дуца, 2016, с. 94–96], например: иконописатель- ств о – иконописа ні [ j э ]; лихоим ств о – лихо-има ні [ j э ]; благогов h ин ств о – благогов h ні [ j э ]; благодатель ств о – благод h я ні [ j э ] и др. Как правило, указанные дериваты являются эквивалентными в семантическом плане: лихоиманiе и лихоимство – «...взимание лихвы; мздоимство» (САР), однако важно отметить, что в отдельных случаях они не обнаруживают в своем значении полного тождества: иконопиство – «... искусство, художество иконописное»; иконописаніе – «...писаніе обра-зовъ» (САР). Конкуренция данных форм на протяжении XVIII в. в русском языке, как свидетельствуют словарные данные, является одной из наиболее ярко выраженных.

• 2.    Словообразовательные параллели на -ств / о / и -ость. Разноосновные параллели имен существительных религиозной семантики на -ств / о / и -ость , как и одноосновные, объединялись в словообразовательные ряды на основе способности выражать отвлеченный признак. При этом количество разноосновных конкурирующих дериватов указанного типа значительно превосходит количество одноосновных пар: безпут ств о – безпут-н ость ; враждеб ств о – враждебн ость ; в h ролом ств о – в h роломн ость ; жаднич е-ств о – жадн ость ; покор ств о – покорли-в ость ; проныр ств о – пронырлив ость ; рабол h п ств о – рабол h пн ость ; сострада-тель ств о – сострадательн ость ; стропот- ств о – стропотн ость ; суев h р ств о – суев h рн ость ; хвастлив ость – хвастов ств о ; щедрот ств о – щедр ость и др.

• 3.    Словообразовательные параллели на -ств / о / . В изучаемых словарях фиксируются словообразовательные параллели существительных религиозной семантики, образованных от разных однокорневых производящих основ, но при помощи одного суффикса -ств / о /. Данные словообразовательные ряды по своим структурным особенностям могут быть разделены на две группы. Первую группу составляют пары, где в качестве одного из вариантов выступает производная лексема, образованная от существительного с суффиксом -ник- , например: безбожни-че ств о – безбож ств о ; пустыннич еств о – пустын ств о ; священниче ств о – священ ств о . Вторую группу образуют пары, в которых в качестве одного из конкурирующих дериватов выступает слово, созданное на базе существительного на - тельств / о /, например: иконописатель ств о – иконопи сств о ; па-ствитель ств о – пастырь ств о . Анализ словарных статей, толкующих значение данных словообразовательных параллелей, свидетельствует о том, что среди них в равной степени фиксируются как сходные по своему значению производные: пустынство – «житіе въ пустыни» (ЦС); пустынничество – «...пустынное, безмолвное житіе» (САР), так и образования, различные по своей семантике: пастырьство – «званіе пастырьское»; па-ствительство – «попеченіе о паств h » (ЦС).

Во многих случаях отмеченные дериваты семантически эквивалентны, например: святство – «то же что святость, святыня» (ЦС). При этом количество зафиксированных в анализируемых словарях религионимов на -ость, имеющих значение отвлеченного признака, значительно превосходит количество религионимов на -ств/о/ с тем же значением. Этот факт позволяет сделать вывод о слабой позиции последних в рассматриваемой оппозиции. В то же время некоторая часть данных однокорневых параллелей выявляет отсутствие тождества в семантике: за дериватами на -ость закрепляется значение отвлеченного признака, а за образованиями на -ств/о/ – значение отвлеченного действия: враждебство – «дhйствіе тhхъ, кои вражду-ютъ»; враждебность – «склонность къ враж-дованію, къ злобствованію» (САР). Данное обстоятельство позволяет говорить о проходящем в XVIII в. процессе семантической дифференциации лексем с рассматриваемыми формантами.

Отметим также, что среди регистрируемых в исследуемых лексиконах религиони-мов-субстантивов на -ств/о/, -ствие и др., образующих словообразовательные параллели, основную часть составляют дериваты, вошедшие в русский язык до XVIII в., однако в отдельных случаях лексикографами зафиксированы словообразовательные ряды 13, включающие в качестве конкурирующих про- изводных и новообразования XVIII века 14: безбожничество – безбожство – безбо-жіе; безстыдство – безстыдность; раболhпство – раболhпность – раблhпiе; суевhрство – суевhрствіе – суевhрность – суевhріе; усердство – усердность – усердiе; покорство – покорливость – покорность – покорствованiе; смиренство – смиренность – смиренiе; сострадательство – сострадательность – состраданіе. Приведенные примеры свидетельствуют о том, что составители рассматриваемых лексикографических произведений, оказавшись в ситуации противоборства различных словообразовательноорфографических начал, не пошли по пути «умолчания» или предельного сокращения вариантов производных слов, а избрали путь осмысления живых явлений, происходящих в русском языке в XVIII веке.

Заключение

Несмотря на то что словарные источники, по словам В.В. Веселитского, «сами по себе не в состоянии дать полной картины истории слов» [Веселитский, 1972, с. 14], поскольку, во-первых, как отмечал В.В. Весе-литский, с определенным отставанием описывают словарный состав языка [Веселитский, 1972, с. 14], а во-вторых, по мнению А.И. Бов-суновской, «предполагают влияние субъективного языкового сознания составителя, представленного как в специфике отбора материала, так и в его толковании» [Бовсуновская, 2010, с. 315], тем не менее они представляют «особую ценность, поскольку призваны фиксировать определенный этап в формировании языка» [Бовсуновская, 2010, с. 315]. В этой связи представленный выше анализ рассматриваемых словарных источников XVIII в. на предмет лексикографического описания в них имен существительных религиозной семантики на -ств / о / позволяет сделать следующие выводы.

• 1.    Языковой анализ словообразовательного типа на -ств / о / выявил разнообразие основ, с которыми к концу XVIII в. мог соединяться данный суффикс при образовании существительных религиозной семантики. При этом наиболее продуктивной словообразовательной моделью, в соответствии с которой

• 2.    Представленные результаты свидетельствуют, что суффикс -ств / о / мог оформлять как неконкретные, так и в редких случаях конкретные имена существительные среднего рода, выражающие религиозную семантику. При этом основным значением у данных дериватов к концу XVIII в. является не собирательное, а абстрактное значение, связанное главным образом с обозначением отвлеченного действия или сана, звания, должности. В целом же необходимо отметить, что семантика религионимов - субстантивов на -ств / о / в данный период находилась в стадии своего активного развития.

• 3.    В анализируемых словарных источниках среди религионимов - субстантивов на -ств / о / было выделено в общей сложности 11 лексем, являющихся новообразованиями в русском языке XVIII века. Большинство из них составляют абстрактные дериваты отсуб-стантивного происхождения.

• 4.    Наличие значительного количества словообразовательных параллелей у имен существительных религиозной семантики на -ств / о / к концу XVIII в. было обусловлено не только активизацией в этот период альтернативных словообразовательных моделей, вовлеченных в процесс формирования пласта конфессиональной лексики русского языка по причине отсутствия сложившегося узуса, но и культурными противоречиями, проявлявшимися на семиотическом уровне в виде конкуренции церковнославянских и русских словообразовательных моделей. Само же объединение имен существительных на -ств / о / в синонимические ряды с дериватами на -ствие , -ение , -ние , -ие, -ость было возможным на основании общности их значения, связанного с выражением семантики абстрактности.

• 5.    Несмотря на ощутимую конкуренцию, обусловленную наличием синонимичных дериватов, имена существительные религиозной семантики на -ств / о / закрепились в словарной системе русского языка XVIII в., обра-

• зуя особый лексический пласт конфессиональной лексики, что подтверждается самим фактом их широкой кодификации в исследуемых лексикографических произведениях. Однако нельзя не отметить и то, что данный класс слов, как и в целом русский религиозный стиль, находился в XVIII в. в состоянии своего активного формирования.

образовывалась большая часть религиони-мов-субстантивов на -ств / о /, является модель, где производящей базой выступает основа нарицательного имени существительного славянского или иноязычного (по преимуществу греческого) происхождения со значением лица.