Информация как объект гражданских прав

Современное общество характеризуется активными темпами развития в различных областях, и правовая сфера не является исключением. Следует отметить, что с развитием технологий и общества как такового значительные трансформации происходят и в сфере правового регулирования, поскольку право представляет собой такой регулятор общественных отношений, который проявляется практически в каждом действии человека в обществе.

Одной из отраслей права, которая характеризуется постоянным изменениями, является гражданское право. Более того, в век цифровых технологий, когда информация представляет собой один из основных факторов производства, ее правовое регулирование занимает достаточно важное в законотворческой инициативе. Думается, что это связано непосредственно с тем, что информация присутствует во всех сферах общественной жизни, а значит, возникает вопрос о том, может ли информация быть объектом гражданских правоотношений [1].

Рассматривая данный вопрос с точки зрения гражданско-правовой науки, следует отметить, что вопрос того, что относится к объектам гражданского права, является сложным в силу стремительного изменения общественных отношений. В целом, анализируя мнения цивилистов по данном вопросу, можно сформулировать два полярных мнения. Одни авторы (их еще называют сторонниками монистических теорий), говорят о том, что подход к определению объекта гражданского права должен сводиться к категории действие или вещь. Тогда как другие авторы (иначе сторонники плюралистических теорий) убеждены, что объекты гражданских прав – это различные блага, присутствующие в гражданском обороте. В этой связи, думается, что наиболее продуктивным в свете современного развития общества является второй подход, так как именно таким образом представляется возможным не только определить объект, но и разграничить «одно правоотношение от другого» [2].

В вопросе того является ли информация объектом гражданских правоотношений, следует отметить, что рассматривая историю внесения изменений в ст. 128 ГК РФ, информация была объектом гражданских прав в первоначальной редакции ГК РФ 1994 года. Однако, в результате введения в действие ч. IV ГК РФ с 1 января 2008 года, информация была исключена из объектов гражданского права.

В науке гражданского права следует выделить две основные точки зрения по данному вопросу. Одним из сторонников первой точки зрения является Богданов Е.В., который считает, что информация есть объект гражданских прав, но в случае, если обладает такими признаками, по которым ее можно отнести к коммерческой тайне[6].

Сторонники второй точки зрения[7] относят информацию не к самостоятельному объекту гражданского права, а к составной части такого объекта гражданского права как нематериальные блага.

Рассматривая информацию, как элемент такого объекта гражданского права как нематериальные блага, следует отметить, что в подобном случае информация выражается в качестве тайны частной жизни [8], что подразумевает под собой такие сведения обладающими рядом признаков. Во-первых, это информация, не находящаяся в общем доступе. Во-вторых, информация, разглашение которой может нанести лицу какой-либо вред. В-третьих, это стремление принять «меры по охране этих сведений» [9]. Анализируя указанные выше признаки информации, которая составляет нематериальное благо лица, являю- щегося участником гражданских правоотношений, следует отметить, что главным является осуществление защиты информации, составляющей частную жизнь, поскольку вне данного признака такая информация не подлежит правовой охране.

В этой связи любопытным представляются мнения различных авторов, рассматривающих информацию как составную часть нематериальных благ. Так, М.Н. Малеина, считает, что в данном случае речь идет таких данных человека, которые никаким образом не затрагивают «его профессиональной и общественной деятельности». При этом они позволяют оценить его «по характеру, облику, здоровью, материальному состоянию, семейному положению, образу жизни, отдельным фактам биографии» [10].

Несколько иной взгляд наблюдается у такого автора как Р.П. Тимешов, который по-другому рассматривает информацию. Так, по его мнению, информация – элемент тайны, который стал известен третьему лицу, в силу профессии которого, известная информация должна обеспечиваться правовыми гарантиями ее не расторжения [11].

Если рассматривать информацию составную часть других объектов граждан- ского права, то следует рассмотреть ее и как составную часть результата интеллектуальной деятельности [12].

В научной юридической мысли подобные размышления находят соответствующее выражение. Так, например А.А. Инюшкина считает, что «включение в качестве основания для ограничения доступа к информации нарушения авторских и (или) смежных прав само по себе позволяет говорить о взаимосвязи информации и интеллектуальной собственности» [13].

Думается, что в свете сказанного выше следует рассмотреть информацию как элемента результата интеллектуальной деятельности на примере базы данных. Так, согласно п. 2 ст. 1260 ГК РФ, отметим, что законодатель понимает под базой данных

«совокупность самостоятельных материалов» [14], которые должны быть систематизированы таким образом, чтобы была соответствующая возможность найти и обработать их с помощью компьютера. В этой связи авторско-правовой охране подлежит форма базы данных.

Исходя из всего сказанного выше, следует сделать вывод о том, что информация как объект гражданского права не может быть полностью самостоятельным объектом. Думается, что включение информации в ст. 128 ГК РФ, регулирующую список объектов гражданских прав, в настоящее время является лишним, поскольку информация может быть объектом гражданских прав, в определенных случаях, которые уже сформулированы законодателем. Прежде всего, для того, чтобы считать информацию объектом гражданских прав необходимо, чтобы она обладала признаками, характеризующими ее как коммерческую тайну или секреты производства (ноу-хау). А также информация может быть составной частью уже сформулированного объекта гражданских прав, как например нематериальные блага или результаты интеллектуальной деятельности.