Иностранцы-христиане в "Стратегиконе" Кекавмена 1075-1078 годов

«Стратегикон» Кекавмена, уникальное сочинение 1070-х гг., сохранился в единственной рукописи XIV в. [ Фонкич , 2014]. По наблюдениям М.Д. Спадаро, текст был написан Кекавме-ном между 1075 и 1078 г. [ Spadaro , 1998, p. 8]. Согласно М.Д. Спадаро, в тексте «Стратегико-на» косвенно упоминается Михаил VII Дука (1071–1078) как правящий император ( Кекавмен , 2003, с. 282), а константинопольский патриарх Иоанн Ксилифин (1065–1075) уже характеризуется как умерший ( Кекавмен , 2003, с. 280). Добавлю, что в тексте Михаил VII Дука не именуется «блаженным» («μακαρίτης»), то есть усопшим, следовательно, он был жив в момент написания трактата.

«Стратегикон» представляет собой редкий для византийской литературы пример «частной истории» (см. подробнее о жанре «частной истории» в византийском историописании на примере «Алексиады» Анны Комнины [ Treadgold , 2013, p. 373–385]). Весь текст трактата написан на основе личного опыта автора: «Ведь я изложил тебе то, чего нет в другом ‘стратеги-коне’ (εἰς ἄλλο στρατηγικὸν) или в другой книге (εἰς ἄλλο βιβλίον), так как я сочинил это на основе собственных размышлений и личного опыта» (перевод Г. Г. Литаврина; Кекавмен , 2003, c. 172). «Стратегикон» относится к жару «частной истории», поскольку в нем ярко выражено авторское присутствие, даны авторские оценки и есть указания автора на события его жизни, а также деяния его родственников и предков.

О самом авторе «Стратегикона» известно не слишком много. Судя по тексту трактата, он был участником подавления восстания Петра Деляна в 1041 г., свидетелем низвержения с престола Михаила V Калафата, некоторое время занимал какую-то административную должность в Элладе и был лично знаком с епископом города Лариса Иоанном [ Литаврин , 2003, с. 55–56]. В сочинении Кекавмена отражено типично бытовое восприятие иностранцев-христиан не слишком высокопоставленными византийцами [ Rourché , 2000, р. 203–214], которое зачастую расхо-

дится с официальными идеологемами Ромейской империи, которые продуцировали и тиражировали дипломаты и придворные императорского двора.

Мировоззрению и социальным оценкам, которые дает Кекавмен, была посвящена целая серия работ [ Каждан , 1974; Морозов , 2008; Ransohoff , 2018]. Отдельно рассматривались уровень образования Кекавмена [ Rourché , 2000] и источники «Стратегикона» [ Rourché , 2002]. При этом выделяется три вида источников, использованных для написания «Стратегикона»: военные тактики, религиозные тексты и исторические повествовательные источники [ Rourché , 2002, p. 117–136]. Единственная же современная статья, в которой непосредственно поставлен вопрос о взгляде Кекавмена на иноземцев [ Rourché , 2000], носит априорно-умозрительный характер, поскольку в ней не рассматривается подавляющее большинство упоминаний в тексте иностранных народов и персон-иностранцев.

В «Стратегиконе» Катакалон Кекавмен отделяет свою общность «ромеев» («οἱ Ῥωμαῖοι») от прочих чужеземных народов и этноконфессиональных групп. Судя по большинству контекстов, понятие «ромей» («ὁ Ῥωμαῖος») для него обозначает принадлежность к Ромейской империи, то есть ее подданство [ Bonarek , 2012, p. 59–75]. Принадлежность к (со-)обществу ромеев предполагала исповедание «православного» христианства, умение бегло говорить на греческом языке и причастность к императорской службе или юридическо-налоговой системе [ Bonarek , 2012, p. 67–68]. Группы же инородцев в целом причислялись к «варварам», за исключением общностей, которые имели преимущества в случае желания интегрироваться в общность ромеев. Это были прежде всего «армяне» и «ивиры» (выходцы из народов Кавказа и Закавказья), а также «франки» (выходцы из латинского мира Западной Европы) [ Caldellis , 2019, p. 38–44, 75– 80, 194–195].

Нахождение в пределах суверенитета империи являлось ключевым для демаркации общности «ромеев». Например, этнические греки – жители области Димитриада, которая была временно захвачена болгарами, – для Кекавмена как бы переставали на время внешней оккупации быть «ромеями» [ Литаврин , 2003, c. 102]. Общности же за пределами христианской конфессии четко отличается от христиан: «Ведь евреи («Ἑβραῖοι»), еретики («αἱρετικοὶ») и сарацины («Σαρακηνοὶ») и вообще многие другие живут, не имея истинных догматов, ни надежд на Господа нашего, Иисуса Христа, истинного Бога, не возлагая» (перевод Г. Г. Литаврина с моими небольшими уточнениями; Кекавмен , 2003, с. 210).

Хотя Кекавмен явно был современником великой схизмы 16–20 июля 1054 г. (подробнее о греко-латинском конфессионально-идеологическом противостоянии см. [ Бармин , 2006, с. 122–163]), он не упоминает о каких-либо различиях «западных» и «восточных» христиан. Он не отделяет «росов» (пришельцев из Руси), которые являлись православными, от уже «неправославных» «франков» или «варангов». В «Стратегиконе» даже не используется распространенный этноконфессиональный термин с пейоративным оттенком «латиняне».

В связи с рассмотрением проблемы описания свойств «ромейскости» в тексте «Стратеги-кона» интересно выяснить происхождение самого автора – Катакалона Кекавмена. Долгое время в науке доминировала точка зрения, согласно которой он имел армянские корни и в какой-то мере соответствовал «армянской» идентичности [ Бартикян , 1965, с. 3–4; Литаврин, 2003, с. 56–60; Rourché , 2000, p. 203–214; Kazhdan, 1991, p. 1119]. Однако это представление базировалось фактически только на спекуляциях, связанных с этимологией его имени, что было недавно показано Э. Калделлисом [ Caldellis , 2019, p. 179–180]. Даже если предположить, что у Катака-лона Кекавмена были предки из областей Закавказья, то он не идентифицировал себя с ними и имел классическую «ромейскую» идентичность [ Caldellis , 2019, p. 180–181].

Важный штрих к портрету Кекавмена – его владение славянским языком жителей Балканского полуострова. Он дважды дает вполне разумные пояснения о значении слов в болгарском языке ( Кекавмен , 2003, с. 136, 188): «Болгары называют богатого ‘βογάτον’, что означает ‘ богоподобный’ »; «Ведь ‘стратиг’ в речи болгар именуется ‘τζελνἱκος’» (перевод Г.Г. Литаврина с моими небольшими уточнениями).

Всего в тексте «Стратегикона» 29 раз упоминаются разные группы иноземцев-христиан: «болгары» (οἱ Βούλγαροι) – 10 раз ( Кекавмен , 2003, c. 136, 168, 176, 178, 180, 188, 196, 266, 274, 276) «влахи» (οἱ Βλάχοι) – 6 (Там же, c. 270, 272, 274, 280, 284, 298); «франки» (οἱ Φράγγοι) – 5 (Там же, с. 192, 194, 202, 270, 296); «варанги» – 2 (Там же, с. 192, 296); «германцы» (οἱ

Γερμάνοι) – 1 (Там же, с. 296); «росы» (οἱ Ρῶσοι) – 1 (Там же, с. 192); «даки» (οἱ Δᾶκαι) – 1 (Там же, c. 284); «бесы» (οἱ Βέσοι) – 1 (Там же, c. 284); «сербы» (οἱ Σέρβοι) – 1 (Там же, c. 284), «иноплеменники из Англии» (οἱ ἐξ Ἀγγέλης ἐθνικόι) – 1 (Там же, с. 538) [ Васильевский , 1881, с. 130–131; Shchavelev , 2015, р. 193–200]. В сочинении фигурируют и два хоронима – «Варангия» (Βαραγγία) ( Кекавмен , 2003, с. 298) и «Франкия» (Φραγγία) (Там же, с. 296).

В сочинении Кекавмена можно наблюдать сосуществование различных систем ономастической номенклатуры, относящихся к окружающим либо функционирующим в «ромейской» ойкумене народам. В ней сочетались «архаизирующие» эллинистические рудименты и живые актуальные этнонимы [ Литаврин , 1976, с. 198–218; Бибиков , 1995, с. 135–140].

В описании болгар в «Стратегиконе» основной темой являются их конфликты с византийцами. Автор хорошо знаком с болгарами, их языком и нравами, но они для него «чужие». При этом саму Болгарию Кекавмен воспринимает как неотъемлемую часть империи. Любую военную акцию болгар он называет «восстанием» (ἡ απαστασία) ( Кекавмен , 2003, с. 274).

О влахах рассказано при описании их мятежа в 1066 г. [ Литаврин , 1956, с. 123–134]. Фессалоникийский землевладелец и стратег Никулица Дельфин (родственник Кекавмена) был осведомлен о смятении болгар и влахов и безуспешно пытался его предотвратить. В сочинении сказано, что у влахов был предводитель – архонт Славота Кармалака (Σθλαβωτᾶν τὸν Καρμαλάκην)…» ( Кекавмен , 2003, с. 284). По другим источникам этот персонаж не фиксируется. Кекавмен отождествляет влахов с даками и бессами: «Ведь влахи являются так называемыми даками и бесами ( οἰ λεγόμενοι Δᾶκαι καὶ Βέσοι )» (Там же, с. 284; Литаврин , 1999, с. 153– 156; Dudek , 2018, р. 198–212]. Кекавмен делает акцент на том, что этому народу свойственны «неверность» (ὁ ἄπιστος) и «хитрость» ( Кекавмен , 2003, с. 284). Именно их низменными качествами он объясняет завоевание и жестокое порабощение племени даков римским императором Марком Ульпием Нервой Траяном (98–117 гг.) (Там же).

В «Стратегиконе» Кекавмена «франками», как и в других сочинениях XI в., называются народы, которые обитали к северу от Альп, – люди с территорий Германии, Франции и Нормандии [ Kazhdan , 2001, p. 95–99]. В описании осады крепости Идрунт в Италии упомянуты «росы» и «варанги» ( Кекавмен , 2003, с. 192). Соционим «варанг» появляется в византийских текстах только в XI в. [ Васильевский , 1908, с. 185]. Кстати, Кекавмен – один из первых авторов, кто его использует. Упоминание росов и варангов одновременно есть еще в актах XI в. (AL, 1970, p. 198, 218; подробнее о грамотах см. [ Бибиков , 2018, с. 156–160]). Вопреки мнению Г.Г. Литаврина ( Кекавмен , 2003, с. 427–428), военный функционал росов и варангов никак не различался, это были подразделения пехоты [ Луговой , 2003, с. 391]. Кекавмен использует хороним «Варангия» ( Кекавмен , 2003, с. 297), который является гапаксом византийской литературы [ Бибиков , 1986, с. 99].

Длительная дискуссия в историографии шла по поводу упоминания выходцев из Англии в «Стратегиконе». Оно может быть прочитано только в одном «темном месте», которое требует конъектуры ( Кекавмен , 2003, с. 294). В последней работе на эту тему А. С. Щавелевым было окончательно обосновано мнение В. Г. Васильевского, согласно которому речь в этом пассаже «Стратегикона» идет именно о выходцах с Британских островов [ Shchavelev , 2015, р. 193–200]. Добавлю, что упоминания англов есть в грамотах 1082 и 1086 гг. (AL, 1970, p. 243, 258; подробнее о грамотах см. [ Бибиков , 2018, с. 156–160]). Оба документа – хрисовулы императора Алексея I Комнина. В первом он после своего вступления на трон подтверждает весту и прими-кию Льву Кефалу – земельные пожалования и налоговые льготы, полученные от предшествующего императора – Никифора Вотаниата (1078–1081). Второй документ датируется 1086 г. и также адресован Льву Кефалу, который теперь уже находится в чинах проедра и катепана Абиды. Император дарует ему земли и имения крепости Хостианы в феме Моглена в качестве награды за оборону Ларисы от войск Боэмунда Тарентского в 1083 г.

В «Стратегиконе» Кекавмена упоминаются два представителя иноземных династий, которые попали в Византию. Первый – Петр (Πέτρος), названный племянником «василевса Фран-кии» («ἀδελφόπαις ὢν τοῦ βασιλέως Φραγγίας») или «рекса германцев» (ὁ… ἀνεψιὸς τοῦ ῥηγὸς Γερμανῶν). Этот Петр прибыл в Византию примерно в 980 г. к императору Василию II Болгаро-бойце (Кекавмен, 2003, с. 297; о возможном отождествлении этой персоны, см.: Назаренко, 2001, с. 380–381, 388]). Второй – будущий конунг Норвегии Харальд (Ἁράλτης) [Бибиков, 1990, с. 164–167; Джаксон, 2012, c. 427–492]. Он обозначен как «сын василевса Варангии» (βασιλέως μὲν Βαραγγίας ἦν υἱός) (Кекавмен, 2003, с. 298). Этих двух знатных иностранцев на византийской службе, видимо, имеет в виду Кекавмен, когда пишет, что императоры Ромейской империи никогда не возводили франка (то есть Петра из Франкии) или варанга (то есть Харальда) в достоинство патрикия (Кекавмен, 2003, с. 296). Франк Петр был спафарием и доместиком схол, а варанг Аральт (Харальд) был сначала манглавитом, а потом спафарокандидатом.

На основании анализа совокупности упоминаний иностранцев-христиан в «Стратегико-не» можно прийти к выводу о том, что Кекавмен руководствуется только принципом служения империи, когда традиционно делит общество людей на «ромеев» и «иностранцев-христиан». Автор являлся современником Великой схизмы 1054 г., однако в его характеристике пришедших из «латинского мира» иностранцев-христиан отсутствует конфессиональный оттенок. Ке-кавмен не замечает конфессионального различия между народностями, исповедующими христианство «католического» (франки, германцы, варанги, англы) и «православного» (болгары, влахи, росы, сербы) течений христианства.