Иностранцы в городах Сибири и Дальнего Востока в конце XIX – начале XX вв.: социально-профессиональный портрет (по материалам переписи населения 1897 г.)

N. V. Nezhentseva, O. I. Chekryzhova, E. A. Bryukhanova

Foreigners in the cities of Siberia and the Far East in the late 19th–early 20th centuries: a social and professional portrait (based on the 1897 population census)

В конце XIX в. происходила систематизация и уточнение законодательного регулирования статуса иностранцев в Российской империи. Под термином «иностранец» понимались все граждане других государств, не вступившие в подданство Российской импе-рии1. Иностранцы могли, как проживать постоянно в Российской империи, без вступления в ее подданство, так и временно находиться в стране (например, путешественники, артисты, торговцы, служащие иностранных государств и т.п.). Иностранцам разрешалось свободно пребывать в России в соответствии с Уставом о паспортах2. Отдельные категории иностранных подданных (ученые, художники, торговцы, владельцы мануфактур и промышленных заведений) могли получить звание почетных граждан, не являясь гражданами Российской империи. Всем иностранцам, проживающим или временно пребывающим в России, гарантировалась свобода вероисповедания. Вместе с тем, законодательно были урегулированы вопросы ограничения трудовой и общественной деятельности. В частности, ограничения касались участия в деятельности Государственной думы3. Также Сводом законов о состояниях запрещалось поступать иностранцам на военную и гражданскую службу. При этом Сводом уставов «О службе гражданской», иностранцы могли замещать должности гражданской службы, если приобретали право на классный чин по месту обучения. К таким должностям были отнесены, например, должности медицинской и фармацевтической части, преподаватели училищ, хранители музеев, смотрители институтов, надзиратели за воспитанниками, библиотекари, механики, телеграфисты.

В исследованиях неоднократно поднимались вопросы правового статуса иностранных подданных, особенностей их пребывания в Российской империи, трудовой и общественной деятельности. В работах П.К. Кобец4, Т.Н. Плохотнюк5, Д.А. Пуховский6, С.А. Смирно-ва7, А.М. Тесленко8 были изучены история становления и эволюция правового обеспечения пребывания иностранных подданных в Российской империи. Отдельные аспекты пребывания иностранцев в России были рассмотрены в трудах П.П. Виббе9, Т.З. Поздняк10, Л.Б. Ус11, В.Н. Шайдурова12, Е.А. Брюхановой, Н.В. Неженцевой, О.И. Чекрыжовой13, а также их вклад в социально-экономическое развитие и общественную жизнь Сибири и Дальнего Востока14.

Основной целью исследования является изучение социального положения иностранцев в городах Сибири и Дальнего Востока на основе изучения агрегированных и первичных материалов переписи населения 1897 г., и формирование их социально-профессионального портрета.

Источниковой базой исследования стали законодательные, статистические и справочные материалы. Законодательные источники представлены Сводом законов о состояниях и Сводом учреждений государственных, регламентирующих правовое положение иностранцев в России. Основу статистических источников составили агрегированные и первичные материалы Первой всеобщей переписи населения 1897 г. Справочные материалы (адрес-календари, обзорные справочники) послужили источниками биографических данных о представителях иностранных государств, а периодичность их выпусков позволила получить сведения о мобильности иностранцев в исследуемом регионе и характере их деятельности.

Таким образом, на основе выявленных источников был составлен социально-профессиональный портрет иностранцев в кон. XIX – нач. XX вв. Для составления социально-профессионального портрета исследуемой социальной группы населения авторы выделили следующие параметры: этническая и религиозная принадлежность, демографические характеристики, социальный и профессиональный статус, правовое положение, экономическое положение, подданство иностранного государства.

Основными методами исследования стали источниковедческий и документоведческий анализ, историко-сравнительный метод, а также метод исторической реконструкции.

Иностранные граждане в Сибири и на Дальнем Востоке (по материалам переписи 1897 г.)

По доле иностранцев Сибирь (1,08 %) занимала третье место после Кавказа (1,69 %) и Привислинских губерний (1,15 %)15. По мнению разработчиков материалов переписи, в Сибири иностранцев привлекала добывающая промышленность, интересующая их «как представителей иностранного труда, так и капитала»16.

Грамотность иностранцев в целом по Российской империи составляла 38,8 % у мужчин и 39,02 % у женщин (процент к численности группы), при этом доля лиц имеющих какое-либо образование по всем группам меньше 1 %, кроме общего образования, которое имели 3,93 % мужчин, получивших какое-либо образование, и 5,07 % образованных женщин. По уровню грамотности иностранцы занимали четвертое место после духовенства (77,78 % – мужчины, 66,55 % – женщины), дворян (73,2 % – мужчины, 69,17 % – женщины) и городских сословий (50,14 % – мужчины, 31,10 % – женщины)17.

Среди регионов Сибири наибольшее количество постоянно проживающих иностранцев находилось в Забайкальской области (1 182 чел.), Иркутской (245 чел.) и Томской (230 чел.) губерниях, на Дальнем Востоке – в Приморской (33 108 чел.) и Амурской губерниях (10 830 чел.) (таблице 1). Большая их часть проживала в городах. По количеству временно пребывающих по данным переписи 1897 г. также лидировали представленные губернии.

Таблица 1.

Количество иностранцев в Сибири (по материалам переписи населения 1897 г.)18

Регион	Постоянное население			Временно пребывающее в месте переписи население
	Муж.	Жен.	Всего	Муж.	Жен.	Всего
Сибирь:	37 665	8 471	46 136	15 574	375	15 949
В городах	17 599	1 455	19 054	3 355	95	3 450
В уездах	20 066	7 016	27 082	12 239	280	12 519
Сибирь :	37 665	8 471	46 136	15 574	375	15 949
Амурская обл.	7 422	3 408	10 830	1 338	29	1 367
Енисейская	133	33	166	13	0	13

Забайкальская обл.	1 097	85	1 182	1 452	10	1 462
Иркутская	184	61	245	12	0	12
Приморская	28 391	4 717	33 108	12 499	309	12 808
Сахалин	175	23	198	216	14	230
Тобольская	81	71	152	21	12	33
Томская	160	70	230	18	1	19
Якутская	22	3	25	5	0	5
Сибирь (города) :	17 599	1 455	19 054	3 335	95	3 430
Амурская	2 567	168	2 735	596	7	603
Енисейская	87	21	108	0	0	0
Забайкальская	369	12	381	186	3	189
Иркутская	119	41	160	8	0	8
Приморская	14 300	1 121	15 421	2 519	72	2 591
Сахалин	31	7	38	2	1	3
Тобольская	39	34	73	14	12	26
Томская	80	48	128	10	0	10
Якутская	7	3	10	0	0	0

Такое количество иностранцев, проживающих и временно пребывающих на территории Дальнего Востока, обусловлено тем, что со второй половины XIX в. в этот регион стали привлекать «дешевую рабочую силу» в виде китайского и корейского населения. Постепенно к концу XIX в. в этом регионе сформировалась достаточно представительная диаспора. Например, в г. Благовещенске в конце XIX в. для китайского населения (как торговцев, так и рабочих) был сформирован китайский квартал.

Материалы переписи населения 1897 г. позволили получить сведения о количестве иностранцев уроженцев Российской империи и других государств (таблица 2). В Амурской и Тобольской губерниях представлено наибольшее количество «местных» иностранцев, тех, которые родились в Российской империи.

Распределение иностранцев по месту рождения (т.е. указавшие в момент переписи населения 1897 г. место своего рождения другое государство) было следующим. В Амурской области 5 063 чел. (41,5 %) – выходцы из Китая, 582 чел. (4,7 %) – из Кореи, 211 – из Японии. Выходцы из Китая преобладают в Забайкальской

(2 525 чел. – 95,5%) и Приморской области (30 462 чел. – 66,3 %). В Приморской области также заметна доля выходцев из Кореи (16 689 чел. – 36,3 %) и Японии (1 245 чел. – 2,7 %). На о. Сахалин из Китая 148 муж. (34,6 %), из Кореи – 63 муж., из Персии – 68 чел., из Японии – 242 муж. и 33 жен. (64,3 %). В Томской губернии 91 чел. из Китая, 42 – из Персии, 2 – из Хивы. В Томской губернии проживала 1 японка, 6 – из других Азиатских стран, 2 чел. из США и 11 из стран Центральной и Южной Америки. Из Европейских стран наиболее заметны Пруссия (61 чел.), Австро-Венгрия (38 чел.), Турция (27 чел.), Германия и Франция (по 24 чел.), Бавария (13 чел.). Тобольская губерния представлена 12 чел. из Персии, 1 – из Хивы. 5 чел. из США, причем 4 из них женщины. Из Европейских стран наиболее заметны Австро-Венгрия (66 чел.), Германия (19 чел.), Пруссия (16 чел.), Турция (11 чел.), Франция (4 чел.). В Енисейской губернии 51 чел. из Австро-Венгрии. В Иркутской губернии 41 чел из Португалии, в Енисейской и Забайкальской губернии – выходцы из Италии (35 и 40 чел. соответственно).

Таблица 2.

Распределение иностранцев по месту рождения19

Губерния	Уроженцев того же уезда		Уроженцев других уездов		Уроженцев других губерний		Уроженцев других государств		Всего иностранцев
	М	Ж	М	Ж	М	Ж	М	Ж	М	Ж
Сибирь	965	290	86	38	315	137	47873	4 381	53239	8 846
Амурская	3 600	3 016	0	2	137	23	5 023	396	8 760	3 437
Енисейская	17	15	6	0	25	9	98	9	146	33
Забайкальская	37	58	13	5	29	9	2 470	23	2 549	95
Иркутская	36	16	1	5	35	23	124	17	196	61
Приморская	1 214	1 138	56	22	34	25	39586	3 841	40890	5 026
Сахалин	0	0	0	0	0	3	391	34	391	37
Тобольская	39	35	1	2	20	21	42	25	102	83
Томская	17	11	7	2	34	23	120	35	178	71
Якутская	5	1	2	0	1	1	19	1	27	3

Интересно отметить, что распределение иностранных подданных по государствам довольно сильно расходилось. Например, в Томской губернии: из Австро-Венгрии – 46 чел. (из них 45 в городах), 154

Германии – 82 чел. (из них 42 в городах), Румынии – 6 чел., Сербии – 7 чел., Турции – 8 чел. (3 в городах), Франции – 13 чел. (6 в городах), Бухары – 6 чел., Китая – 47 чел. (12 – в городах), Персии - 26 чел. (9 в городах). Таким образом, в Томской губернии (в целом) наибольшую долю составляли выходцы из Германии (33 %), Кит ая (18,9 %), Австро-Венгрии (18,5 %) и Персии (10,4 %). В Тобольской губернии иностранцы были представлены следующими страны : Австро-Венгрия (46 чел. – из них 44 в городах), Германия (24 чел., из них 15 – в городах), Турция (2 чел.) Франция (4 чел., 3 из них – в городах), Бухара (63 чел. в уездах), Персия (8 чел., 1 из них – в городах), США (1 чел. в городе), Бразилия (2 чел. в городах). В Амурской губернии выявлены представители Китая (11 520 чел. – 94,4 %), Кореи (347 чел.) и Японии (227 чел.). В Приморской области наибольшее количество иностранцев из Китая (31 157 чел. – 67,9 %), Кореи (12 436 – 27 %), Японии (2 062 -4 %)²⁰.

Количество грамотных и неграмотных иностранцев, в соответствии с возрастными группами по Сибири, отражено в таблице 3. Наибольшее количество иностранцев было в возрасте от 20 до 40 лет.

Таблица 3.

Распределение иностранцев по возрастным группам и грамотности по Сибири21

Возрастная группа	Неграмотных		Грамотных
	М	Ж	М	Ж
Менее 10 лет	2 138	1 817	31	10
10-19	2 970	1 479	1 218	94
20-29	11 729	1 767	5 235	204
30-39	10 992	1 218	4 750	145
40-49	6 485	956	2 523	47
50-59	2 758	619	883	15
60 и более	1 141	454	255	15
Неизв. возраст	124	5	7	1
Всех возрастов в Сибири	38 337	8 315	14 902	531

Как уже отмечалось ранее, из сибирских губерний одной из представительных по численности иностранцев была Томская. Всего в Томской губернии по данным переписи 1897 г. установлено 249 иностранцев, из них 138 проживали в городах22. Больше всего проживало в г. Томск – 85 чел. В Алтайском округе иностранцы жили преимущественно в уездах – в Бийском 50 чел. и в Барнаульском – 29 чел. (это второе и третье место по губернии по количеству иностранцев)23.

Довольно сильно отличается состав (т.е. из каких стран приезжали) иностранцев по городам. В Барнауле, как и в Томске, большинство иностранцев были из европейских стран: Пруссия (5 муж. и 2 жен.), Австро-Венгрия (3 муж.), Франция (2 муж., 1 жен.), Швеция (2 муж.), Германия (1 муж.) – всего 16 чел. (76 %). В Томске соотношение иностранцев по странам несколько иное – 62% или 53 чел. были выходцами из Пруссии и Австро-Венгрии. При этом в г. Бийске из 10 иностранцев – 8 чел. были из Китая, по одному из Персии и Турции. Из 111 иностранцев, проживавших в Томской губернии в уездах, 92 чел. – проживали в Барнаульском, Бийском и Змеиногорском уездах24.

На основе сведений о языках большинство выходцев из Китая говорили на языках «монголо-бурятской группы», т.е. были, скорее всего, выходцами из Монголии, которая входила в состав Китая25. В Барнауле у трех иностранцев родной язык указан – русский.

Иностранцы в целом по Томской губернии занимали третье место по уровню грамотности после таких сословий, как духовенство и дворянство (58,43 % мужчин и 69,01 % женщин)26. Представляется интересным две особенности. Во-первых, обращает на себя внимание то, что уровень женской грамотности выше, чем мужской. Во-вторых, при высокой грамотности только 14 % получили образование выше начального.

Данные городских переписей населения также позволяют проследить численность иностранцев. Например, по переписи г. Барнаула 1895 г. иностранных подданных в городе проживало 29 чел. (22 муж. и 7 жен.)27. Из них 13 чел. проживали в III районе и 8 чел. в IV районе, являвшихся соответственно торговым и «респектабельным» районами города.

Социально-профессиональный портрет иностранцев Сибири и Дальнего Востока в конце XIX-начале XX вв.

Первичные материалы переписи 1897 г. сохранились фрагментарно. На основе сохранившихся переписных листов по Сибири и Дальнему Востоку была создана база данных, включающая персональные сведения о жителях, в том числе иностранных государств, которые в момент переписной кампании 1897 г. находились в Российской империи28. Методика выявления иностранных подданных основана на группировке сведений из переписных листов о сословии, месте рождения, месте приписки и месте постоянного пребывания. В результате удалось установить подданных других государств (постоянно или временно проживающих в Российской империи) и лиц, определивших себя иностранцам при переписи 1897 г.

Наибольшее количество иностранцев выявлено в городах Тюмень, Тобольск и Благовещенск. В Тюмени 89 чел. в графе «сословие» указали иностранное подданство (австрийское, датское, польское или без конкретного указания). Из них постоянно проживали в Тюмени – 47 чел. Среди занятий (основного и побочного) указывали: домовладение, владелец пароходов, управляющий пивоваренного завода Давыдовского, механик на заводе, проценты с капитала, часовой мастер, литератор, музыкант (остальные – жены, дети и родители при них). Остальные 42 чел. – указывали Варшава, Копенгаген, Австрия или иностранное государство. Среди занятий – музыкант, артист, гимнаст, балерина, жонглер, швея, литературный труд. В момент проведения переписной кампании в Тюмени располагался с гастролями цирк, поэтому в переписи и были зафиксированы работники цирка (семья Кристенсен, Н. Шанслер, Ю. Адлер, Ф. Ворез-да, К. Белинг), временно находящиеся в городе.

В переписных листах сохранились сведения о известной семье Вардроппер, разные поколения которой существенно влияли на экономику, культурную и общественную жизнь Тюмени, но на развитие Сибири в целом. Семья Вардроппер (английские подданные, выходцы из шотландцев), которые осели в Тюмени в 1888 г. и основали завод по строительству судовых корпусов, купили несколько жилых помещений. Представители семьи активно участвовали в общественной жизни города, например, принимали своем доме знаменитого американского журналиста и путешественника Дж. Кеннана, который обследовал сибирские каторжные тюрьмы и написал книгу «Сибирь и ссылка». В сентябре 1897 г. Э.Р. Вардроп-пер сопровождал адмирала С.О. Макарова в плавании от берегов Норвегии к устью Енисея на пароходе «Иоанн Кронштадтский», который принадлежал сибирской золотопромышленной компании. На корабле Э.Р. Вардроппер в течение всего рейса создавал адмиралу необходимые условия и удобства для проведения гидрометрических исследований. Вместе с Макаровым они проследовали в Енисейск. Знакомство со столь влиятельными людьми способствовало рекламе фирмы и ее продукции, а самому Э. Вардропперу – укреплению его общественного положения29.

Анализ графы «сословие» по Тобольску позволил выявить 3 иностранных подданных (Франция, Швейцария, Баварское подданство). Все они проживали в Тобольске постоянно (гувернантка, телефонистка, кондитер). При этом анализ графы «место рождения» показал, что иностранными гражданами указали себя 25 чел., с постоянным местом проживания в Тобольске. Профессиональный состав представлен: по одному человеку указали гувернантка, кондитер, торговец. Остальные – заключенные Тюремного замка и Каторжной тюрьмы. Место прежнего проживания указывали Пруссию, Персию, Грецию, Турцию, Румынию, Австрию. Занятие до заключения – в основном это сельскохозяйственные (земледелец, землепашец, землевладелец), слесарь, комиссионер, чернорабочий, кузнец и учитель.

Наибольшее количество персоналий удалось выявить в г. Благовещенск – 146 чел. Все они указали китайское подданство и все они были жителями китайского квартала Благовещенска. 49 чел. из них – временно пребывали в городе (торговцы, чернорабочие, сапожники, плотники, каменщики и 1 ученик и 1 музыкант), остальные постоянно проживали (в качестве своей занятости указывали: работник при кирпичных сараях, плотник, торговец, каменщик и повар). Надо отметить, что китайский квартал в Благовещенске – это пример компактного проживания иностранцев в городе, по своей сути это был «город в городе», со своей внутренней организацией и бытовыми нормами. В 1892 г. на северо-западной окраине города выделили отдельную территорию под китайский квартал. Квартал существенно 158

влиял на жизнь Благовещенска, его экономику. Китайцы существенно влияли на экономику и социальную сферу города. Но, в отличие от других городов Сибири, иностранцы не занимали какие-то высокие посты, все они преимущественно рабочие и небольшое количество торговцев.

Привлечение справочных и статистических источников позволили расширить биографические сведения об иностранцах Сибири. Среди них были предприниматели, путешественники, исследователи Алтая. Многие из них внесли существенный вклад в развитие региона и отмечены новаторскими идеями и открытиями в своих областях.

Например, в качестве типичного примера достижения выдающихся успехов в предпринимательстве можно привести организацию первого в Сибири свеклосахарного завода. Он был открыт в Барнаульском округе в 1862 г. гамбургским подданным Августом Брокмиллером. Особенностью являлся факт полного цикла производства от выращивания сахарной свеклы до получения готового продукта. Мощности завода включали: 10 прессов, 16 лошадей, 2 русских мастеров и 70 рабочих. Впечатляет высокая производительность предприятия: уже в первый год завод обеспечил 800 пудов сахара-песка. Однако в последующие годы темпы выработки сахара несколько снизились: в 1863 г. – 500 пудов, в 1864 г. – 200 пудов, но в 1865 г. завод снова увеличил объемы, произведя 900 пудов сахара. Поскольку производство сахара всегда зависело от урожая растительного сырья, возможно снижение или увеличение его выработки коррелировалось с урожайностью сахарной свеклы. Рядом с сахарным заводом предприниматель открыл еще Александровский винокуренный завод, по всей видимости, для оптимизации расходования сырья.

Однако в 1868 г. по решению Алтайского горного правления винокуренный завод был закрыт, владельца обвинили в незаконном производстве спирта, вскоре и сахарный завод прекратил работу. Дело в том, что разрешение на винокурение А. Брокмиллер получал в Управлении Западной Сибири в Омске, где был центр генерал-губернаторства, а Алтайское горное правление такого разрешения ему не давало. А земли, на которых были построены заводы, относились к Кабинетским. Однако А. Брокмиллер объяснял закрытие завода результатом происков более могущественного конкурента, владеющего новым Иткульским винокуренным заводом К. П. Платонова. На этом предпринимательская карьера А. Брокмиллера была закончена30. На Алтае в дореволюционный период сахарных заводов больше не строили.

Наиболее ярким примером выстраивания иностранцем в Сибири карьеры ученого-исследователя является Радлов Василий Васильевич, выдающийся востоковед, тюрколог, этнограф, археолог. Родился он в Берлине 17 января 1837 г. В 1858 г. окончил Берлинский университет и в этом же году переехал в Россию. Его научная и педагогическая деятельность в начале его профессионального пути была связана с Барнаулом, где он работал преподавателем немецкого и латинского языков в горном училище. Параллельно с педагогической деятельностью он совершали исследовательские поездки по Алтаю с целью изучения языка, культуры и быта алтайских народов и археологического прошлого.

Его исследовательские успехи были оценены и администрацией и общественностью. Кабинетская администрация в течение десяти лет выделяла Радлову специальную субсидию в 700 руб. на научные экспедиции по Алтайскому округу, также поддержка оказывалась Императорской археологической комиссией и лично графом Сергеем Григорьевичем Строгановым, а так же начальником Алтайского горного округа Александром Ермолаевичем Фрезе.

В.В. Радлов совершал научно-исследовательские экспедиции и путешествия по Сибири, Азии, Монголии. Именно с его именем сегодняшние исследователи связывают первые этапы археологического изучения Алтая. На Алтае В.В. Радлов прожил 12 лет, затем он переехал сначала в Казань в 1871 г., а затем в Санкт-Петербург (1884 г.), на должность академика востоковедения в историко-филологическом отделении Академии наук. За эти годы он перерабатывал и публиковал материалы, собранные в экспедициях по Алтаю. Среди наиболее значимых его научных трудов «Опыт словаря тюркских наречий (1888–1911 гг.), серия памятников древнетюркской письменности, расшифрованные совместно с В. Томсоном орхоно-енисей-ские надписи. Умер Василий Васильевич 12 мая 1918 г. за рабочим столом31, похоронен на лютеранской части Смоленского кладбища Петрограда.

Территории Алтая и Сибири в целом служили неизведанным магнитом для ученых, и В.В. Радлов не был единственным исследователем этого региона. Свою лепту в изучение внесли: Менье Густав, в том числе, участвуя в экспедициях Радлова. Его заслугой являются исследования рудников и метеорологические исследования; французский банкир и увлеченный путешественник барон Гюстава д’Эйхталь32.

Особенно привлекательны для исследователей и перспективны в плане промышленного освоения были сибирские недра, и геологическое изучение территорий велось довольно активно. Перспективы развития этой отрасли на Алтае были отмечены немецким профессором геологии Котта Бернгард, посетившим Алтай по особому приглашению для исследования рудных месторождений. Немецкий ученый эколог Брем Альфред Эдмунд изучал богатства природной системы в Сибири и отмечал перспективы развития горной промышленности и сельского хозяйства на Алтае33. Французский предприниматель Оланьон Клод в своих записках «Сибирь и ея экономическая будущность» делает акцент на удачном расположении городов Барнаула и Бийска и их выгодном транспортным потенциалом для торговых отношений с Китаем34.

В XIX в. Сибирь стала привлекательна и для журналистов, миссионеров и путешественников. В эти годы свои путешествия совершили американские журналисты Томас Нокс сравнивший в своих заметках Барнаул с Дейтротом, Колорадо и Калифорнией35, Кеннан Джордж сделавший знаменитую фотографию Барнаула, которую многие считают самым первым снимком города. Французский журналист Легра Жюль, издавший впоследствии свои дневники путешественника. Во время своего путешествия английский миссионер Ленсделл Генри побывал в Барнауле, посетил богадельню и описывал свои впечатления в книге «Through Siberia»36. Английский альпинист Тернер Самюэль в начале XX в. совершил одиночную попытку восхождения на гору Белуха и так же описал свои впечатления в книге37. Спецификой пребывания в Сибири этой категории иностранцев являлась короткая но, как правило, насыщенная программа и желание поделиться своими впечатлениями и знаниями о сибирской земле с общественностью с помощью изданных сочинений.

Исходя из приведенного выше анализа агрегированных данных переписи 1897 г., в Сибири проживало 1,08 % иностранцев от общего числа населения. В масштабах всех регионов Российской империи это был третий по числу регион, что свидетельствует о значительной популярности Сибири у иностранцев. Анализ первичных материалов переписи 1897 г. и примеров биографического характера, позволил выделить несколько групп иностранцев приехавших на жительство в Сибирь, невзирая на суровые климатические условия и транспортную и бытовую неустроенность, сопровождавшую практически все территории Сибири и Дальнего Востока в этот период.

Чаще всего в Сибирь иностранцы приезжали, преследуя цели развития своих карьерных устремлений. Многие, как видно из примеров, достигали значительных успехов, обзаводясь или приумножая свои капиталы, или накапливая материалы для научных работ. Как правило, это были образованные, высококвалифицированные выходцы из европейских стран. Они были или специалистами в узкой отрасли науки, или обладали опытом реализации коммерческих проектов, и видели в проживании в Сибири перспективы реализации в своей профессиональной сфере. В Сибири же в условиях дефицита высококвалифицированных кадров и обширных территорий была возможность эти намерения эффективно реализовать.

Еще одной группой иностранцев приезжавших в Сибирь являются журналисты и разного рода путешественники. По социальным характеристикам персоны этой категории иностранцев практически полностью совпадают с первой – это также образованные европейцы с достаточно высоким экономическим статусом. В Сибири их привлекали неизведанность, возможность открытия нового и следующие за этим общественное признание и известность, а их публикации о путешествиях способствовали формированию интереса к Сибири в глазах их соотечественников и граждан других стран.

Одной из нетипичных, и в этом контексте, представляющей особый исследовательский интерес групп, являются китайские подданные, проживающие в ограниченном пространстве «китайского квартала» большой компактной группой в городе Благовещенск. Они занимались относительно низкоквалифицированным трудом, не имели высокого уровня образования, однако, тем не менее, довольно заметно влияние на социальную и культурную среду Благовещенска.

Таким образом, несмотря на свою немногочисленность, иностранцам удалось оставить весьма заметный след в экономической, научной и культурной сфере Сибирского региона. Типичным примером иностранца, проживающего в сибирском и дальневосточном регионе, были высококвалифицированные, образованные или с выраженной предпринимательской жилкой и капиталом европейцы, которые своей деятельностью, часто в одиночку, вносили существенный, а иногда неоценимый вклад в развитие малоосвоенных территорий и отдельных сфер. По всей вероятности, этих людей и привлекал потенциал освоения новых земель и возможности профессиональной реализации, карьерного роста, развития бизнеса или науки. Однако благодаря уникальным сведениям сохранившихся переписных листов, удалось выявить особый случай, когда группа иностранцев, выходцев из Китая, не обладая выдающимися профессиональными качествами или высоким уровнем образования, заняла свою нишу в городском социуме и адаптировалась в России не за счет индивидуальных качеств, а используя качества коллективного потенциала.