Исторические аспекты формирования лесной типологии в Горном Крыму

Бюллетень науки и практики / Bulletin of Science and Practice

Местным населением России давно была отмечена неоднородность лесов в результате чего и появились их названия. Именно тогда был впервые заложен единый взгляд на лес и почву. Причём в названиях того или иного лесного сообщества понималась именно качественная категория совокупного результата влияния механического состава, богатства и влажности почв на производительность древостоев. Именно народные названия и стали основой развития лесной типологии. В различных климатических зонах имеется большое количество типов почв и видов лесной растительности, однако производительность древостоев зависит ещё от множества экологических факторов окружающей природной среды. Начиная от естественного формирования того или иного лесного сообщества или от создания лесных культур до рубок главного пользования или естественной гибели древостоев зависит от естественных причин и успешность лесохозяйственной деятельности также зависит от признаков природы конкретного лесного сообщества. Искусственные классификации не отражают всего многообразия жизни леса, а различные условия роста могут давать одинаковый количественный эффект. Лесная типология, или классификация лесов, появилась из практической необходимости. Все разнообразие лесов необходимо было

для ведения лесного хозяйства классифицировать по естественным, т.е. вытекающим из самой природы леса, признакам. Лесная таксация, бонитировочная шкала М.М.Орлова, классы товарности и т.д. являются классификациями искусственными. Они не передают всего разнообразия жизни леса. Они дают лишь представление о количественных связях, но не дают их качественной характеристики. Тип леса, в отличие от них, классификация естественная [1].

История лесной типологии датируется с 1870-х годов, т.е. с началом ведения лесоустроительных работ в России. Профессор Александр Фелицианович Рудзкий, лесовод, сын окружного лесничего, используя народные названия типов леса всячески рекомендовал вести лесное хозяйство на основе сходства так называемых «отделов», «родов» или «условных образований» леса. Ученик А.Ф. Рудзкого, лесничий Дмитрий Михайлович Кравчинский впервые предложил термин «тип леса» или «тип насаждения», который в настоящее время широко применяется в теории и практике лесного хозяйства [2].

В Германии в это же время известные немецкие лесоводы вели дискуссию о том, что существуют ли в лесоводстве генеральные правила ведения хозяйства, или нет? Разработка учения о типах леса Георгия Федоровича Морозова решила этот вопрос: в лесоводстве существуют генеральные правила — это ведение хозяйства на зональнотипологической основе. Профессор Михаил Михайлович Орлов предложил термин «лесопарк» как один из типов леса и он первым обратил внимание на то, что пригородные леса по своему назначению и по своей структуре отличаются от остальных лесных массивов как по их использованию, так и по ведению в них лесохозяйственных мероприятий. Обобщая опыт предшественников Г. Ф. Морозов создает «Учение о типах насаждений» [3]. Однако им не была дана сама классификация типов леса, хотя бы в схематическом виде. Очевидно, он считал эту задачу на том уровне невыполнимой. По его мнению тип насаждения — это ... «Совокупность насаждений, объединённых в одну обширную группу общностью условий местопроизрастания или почвенно-грунтовых условий» [4].

Исходя из этой формулировки создатели первой лесотипологической классификации барон Артур Артурович Крюденер и профессор Евгений Венедиктович Алексеев представили первый опыт сопряженной классификации лесов и их местообитаний, лесов и лесообразователей — климата и почвогрунтов, создающих в природе сложные единства, названные позже экосистемами [5].

Это совершенно новый подход в типологическом направлении основной принцип которого — классификация лесов по факторам среды, их формирующих, - взаимствован на народных представлениях о том, что каков грунт земли, таков и лес. Выделение главных факторов плодородия почвогрунтов (состава субстрата и типа увлажнения), заложенных в основу классификации, и принцип ее построения (система координат) позволили создать стройную схему идентификации насаждений лесной зоны — от чистых сосняков на бедных песчаных землях (боры) до раменей и дубрав на богатых суглинках. Разработанное деление лесов на зоны, подзоны и области является первым опытом лесорастительного районирования России, на территории которой им выделены шесть зон — арктически-альпийская, подтундровая, дерново-подзолистая (таежная), лесостепная, пристепная (байрачных лесов) и степная. Зоны и подзоны, в свою очередь, разделены на области по особенностям орографии. Во второй части монографии, посвященной типологической классификации лесов, основное внимание уделено почвенногрунтовым условиям, которым А. А. Крюденер, так же как и Г. Ф. Морозов, отводил главную роль в формировании типов леса внутри однородных по климатическим характеристикам территорий. Идеи и разработки А. А. Крюденера стали основой для формирования украинской школы лесной типологии (Е.

Бюллетень науки и практики / Bulletin of Science and Practice Т. 11. №11 2025

В. Алексеев, П. С. Погребняк, Д. В. Воробьев и др.). Они существенно повлияли на воззрения известного эколога Л. Г. Раменского. Однако в целом наследие А.А. Крюденера не получило заслуженного признания и широкого применения. Большую работу по возрожденю его имени, о котором до последнего времени ничего не было известно, провели немецкий лесовод Вилли Крамер и профессора МГУЛа В. Д. Никишов и М. Д. Мерзленко. Благодаря их усилиям в 2001-2003 гг. были переизданы три главные монографии ученого — «Основы классификации типов насаждений», «Инженерная биология» и «Необозримые просторы» (воспоминания о России). После революции лесотипологическая классификация А.А. Крюденера, тогда широко распространенная, была заменена при лесоустройстве ботанической, точнее фитоценотической, классификацией В. Н. Сукачева, на основе которой начало формироваться и в дальнейшем стало общепринятым фитоценотическое направление лесной типологии, представляющее, однако, классификацию не экосистем (типологию), а растительных сообществ (фитоценозов). Но благодаря исследовательским работам Е. В. Алексеева и Г. Н. Высоцкого разработки А. А. Крюденера возродились на Украине. А. А. Алексеев опубликовал работы по лесной типологии, обобщенные в монографии «Типы украинского леса. Правобережье», вышедшей двумя изданиями — в 1925 и 1928 гг. Основу типологической концепции А. А. Алексеева составляли разработки А. А. Крюденера, с которым он долгие годы работал в Удельном ведомстве и в Беловежской пуще, где последний апробировал свою классификацию [6].

Из-за негативного отношения, сложившегося после революции вокруг личности барона-эмигранта, А. А. Алексеев мало ссылался на его работы. В своей монографии он использует классификацию А. А. Крюденера как общепринятую, лишь немного изменяя и сокращая ее в соответствии со спецификой региона. Несколько позже, следуя идеям Г. Ф. Морозова, Владимир Николаевич Сукачев в 1927 г. публикует работу: «Краткое руководство к исследованию типов леса», которая является и сейчас одной из классических работ в области лесной типологии. Он стал основоположником «фитоценотического» направления в лесной типологии (так называемое «ленинградское» направление). Эта типология получила признание в таежной зоне. Позже В. Н. Сукачев, хорошо знавший все оттенки типологических концепций, писал: «Свое крайнее выражение морозовская типология нашла в работах А. А. Крюденера, у которого лес всецело подчиняется почве» [7, 8].

Эта же точка зрения впоследствии была принята украинским лесоводом, профессором Е. В. Алексеевым, внесшим в нее лишь некоторые небольшие изменения». В.Н. Сукачев понимал, что разработки Е. В. Алексеева и созданной в дальнейшем на их основе украинской школы развивают лесотипологические принципы Г. Ф. Морозова и А. А. Крюденера. Однако он никогда этого не отмечал и более того утверждал, что украинская школа является сугубо региональным направлением типологии, классификация которой непригодна для северных таежных лесов. Е. В. Алексеев не сформулировал целостной лесотипологической классификации, но возродил, поддержал изъятые из лесохозяйственной практики разработки А. А. Крюденера, что является важным научным достижением, так как трудно предположить, как сложилась бы дальнейшая судьба крюденеровской классификации без такой поддержки. Классификация Е. В. Алексеева представлена в виде двухмерной сетки, по одной оси которой размещены группы богатства — от песков (боры) до суглинков (груды) и черноземов (дубравы), по другой — группы влажности по суходолу (от сухих до сырых) и по мокрому (ольшаники и багны). Основную единицу своей классификации Е. В. Алексеев назвал не типом насаждения, как это изначально было принято лесоводами, а типом леса, поскольку под лесом понимается совокупность и лесной растительности (насаждения), и ее местообитания. Он обладал исключительной способностью анализировать достижения лесохозяйственной практики и формировать научные обобщения. Это был ученый с ярко выраженной ориентацией на практику (на лесохозяйственное производство). Будучи прекрасным организатором, он оказался связующим звеном между наукой и практикой украинских лесоводов. Его классификация сыграла значительную роль в переходе лесного хозяйства республики на типологические основы. Она была принята лесоустройством, использовалась при рубках ухода и в лесокультурном деле. Его начинания продолжил Георгий Николаевич Высоцкий, организовавший в Харькове небольшую лесотипологическую партию, которой было поручено обследование лесов Полесья и Подолии с использованием разработок Е. В. Алексеева. Главным результатом работ экспедиции (прежде всего Петра Степановича Погребняка) явилось создание весьма совершенной классификационной модели типов леса - эдафической сетки (от лат. edaphus — почва, земля) [9].

В тот период ее восприняли как создание новой школы лесной типологии. На самом деле это было возрождением типологии Г. Ф. Морозова и А. А. Крюденера — достаточно сравнить эдафическую сетку с классификационной таблицей А. А. Крюденера. П. С. Погребняк несколько усовершенствовал ее центральный фрагмент - четыре типа субстратов из семи и шесть типов влажности из 15, что придало классификации более четкий характер координатной модели и, главное, высветлило основной принцип классификации — систематизацию лесов в зависимости от уровня плодородия их местообитаний, по мере его возрастания. Таким образом в развитие работ А. А. Крюденера для южных лесов, преобразованных человеком, Е. В. Алексеевым, а затем Д. В. Воробьевым и П. С. Погребняком также на основе идей Г. Ф. Морозова формировалось «экологическое» направление в лесной типологии, которое иногда называют «украинским». Эти направления формировались параллельно. Уже к 1950 году четко оформились два направления в лесной типологии. В этом же году прошло первое лесотипологическое совещание, на котором велась дискуссия о приоритетности двух школ. Здесь были приняты понятия «тип леса» и «тип лесорастительных условий». Начался следующий этап развития лесной типологии. В 1973 и 1983 годах прошли совещания, на которых был взят курс на консолидацию двух основных школ в лесной типологии. Так лесоводы Украины возродили исключительно перспективный классификационный прием, предложенный А. А. Крюденером. Позже украинские типологи неоднократно отмечали, что «они бережно сохранили в своих работах идеи основоположников лесной типологии, развив их и внеся некоторые коррективы, в основном методического и прикладного характера» [10].

Определяющий принцип лесотипологической классификации - систематизация лесов по нарастанию обеспеченности их местообитаний элементами питания и влагой, т.е. по плодородию, и сведение на основе фитоиндикации (по потребностям разных видов растений в этих ресурсах) всего многообразия лесных земель к очень ограниченному количеству биологически равноценных типов (четырех трофо- и шести гигротопов). Это явилось мощным стимулом для того, чтобы данная классификация стала теоретической основой для организации всего лесохозяйственного производства Украины, поскольку каждый из выделяемых ею типов земель характеризуется целым комплексом свойств, прежде всего определенным уровнем плодородия, учет которых при назначении тех или иных хозяйственных мероприятий существенно повышает их эффективность. Начатый на рубеже XIX-XX вв. в лесоустройстве (Н. К. Генко, Д. М. Кравчинский) и продолженный в 1920-х годах в лесокультурном деле (Е. В. Алексеев) перевод лесохозяйственного производства на лесотипологические принципы к настоящему времени доведен в Украине до такого уровня, когда практически все лесохозяйственные мероприятия планируются и реализуются на типологической основе с учетом потенциальной производительности земель разных типов леса. Неотложной задачей является возвращение исключительно перспективных принципов классификации лесов А. А. Крюденера, возрожденных Е. В. Алексеевым и развивавшихся затем украинскими типологами П. С. Погребняком, Д. В. Воробьевым и их последователями, туда, где они были созданы и многие годы преданы забвению. Именно разработка этой классификации может считаться формированием в лесоводстве особого раздела — лесной типологии как учения о связях лесов с их средой — климатом и почвогрунтами. Размещение насаждений по нарастанию плодородия, обеспеченности экологическими ресурсами (климата — теплом и влагой атмосферных осадков, почвогрунтов - пищей и доступной влагой) вместили в себя всю суть этих взаимосвязей [11].

В своей динамической типологии леса Иван Степанович Мелехов предлагает уделять основное внимание древостою как к главному компоненту (эдификатору) леса и объекту хозяйственного воздействия. Динамика древостоя (изменение его состава, сомкнутости) отражается на других компонентах леса, особенно на живом напочвенном покрове. Переходы в возрастном развитии типа леса называются растительными этапами. Знать направление развития фитоценоза на каждом этапе очень важно для регулирования процесса лесовозобновления, потому что это позволяет предотвратить неблагоприятные изменения почвенно-грунтовых условий. Классики лесной типологии Д. В. Воробьев и Д. Д. Лавриненко, называли лесную типологию философией лесоводства. Действительно, в лесной типологии воплотились, сконцентрировались все основные положения, характеризующие лес и как сложное растительное сообщество во всех его многообразных взаимосвязях с другими компонентами природы, и как объект производства [12-13].

Д. В. Воробьёв [14] определил классификационные единицы лесной типологии, такие как: тип древостоя (тип насаждения); тип леса; тип лесного участка, или эдатоп (тип местопроизрастания, условия местопроизрастания) и лесотипологическая область. Основой лесоводственно- экологической лесной типологии принята эдафо-климатическая сетка Погребняка П. С. и Воробьёва Д. В., однако ей не хватает биотической составляющей -типообразующей породы [15].

Предложенная Юрием Владимировичем Плугатарём [16] экотопическая сетка, построенная на этой основе, является открытой для усовершенствований системой, способной адекватнее отображать существующую динамику типов леса во времени и пространстве, которые могут возникнуть в результате влияния биотических, абиотических или антропогенных факторов. Что касается непокрытых лесом земель, то для них более целесообразно определять лишь тип лесорастительных условий [17].

В отношении терминов: «коренной и производный тип леса» важно определить какие древесные породы в конкретных лесорастительных условиях той или иной лесотипологической области являются типообразующими. Ю. В. Плугатарь [16] справедливо считает, что коренной тип леса - это тип леса, сформированный типообразующей древесной породой в пределах её естественного ареала в благоприятных для неё эдафо-климатических условиях. Типы леса и типы их древостоев, сформированные с преобладанием другой древесной породы, которая не является коренной или произрастает за пределами естественного ареала, являются производными. Термин «лесотипологическая область» опирается на две основы: 1. Учёта макрофизико-географических условий, то есть природных зон - лесной, лесостепной, степной и горных. 2. Учёта существующего в природе эффекта синтеза климатических и эдафических условий с определённым диапазоном показателей тепла (Т), влажности (W) и континентальности (А). Следовательно, лесотипологическая область — это территория в пределах природной зоны с определённым диапазоном значений

Бюллетень науки и практики / Bulletin of Science and Practice Т. 11. №11 2025 показателей T, W и А или резко выраженными высотными особенностями, которая объединяет свойственные ей типы лесорастительных условий (экотопы), типы леса определённых типообразующих пород и типы их древостоев [17].

Значение лесной типологии хорошо выразил в своей работе профессор Леонид Иванович Яшнов [1].

Как коллега и соратник Г. Ф. Морозова он пишет: «Лес как растительное сообщество представляет нам разнообразнейшие картины, представляется в бесконечном множестве форм. Чтобы изучить это разнообразие, чтобы подметить закономерности в этом разнообразии, необходимо распределить его в однородные группы лесных комплексов. Только тогда, изучая свойства и особенности этих групп, и можно разобраться в бесконечном разнообразии лесных форм и сделать некоторые обобщения, к чему собственно стремится всякая наука». Лесная типология является теоретической основой лесоведения и лесоводства, классификации лесов и их территорий, управления лесными ресурсами. Эту науку изучают и за рубежом. Существуют следующие классификации: франко-швейцарская экологофлористическая Й. Браун-Бланке, цюриховская эколого-физиономическая Г. Гамса-Мойзеля, немецкая эколого-физиономическая О. Друде, австрийская фитосоциологическая А. Каяндера, англо-американская эколого-динамическая Ф. Клементса, русская эколого-фитоценологическая В. Н. Сукачёва, эколого-динамическая Б. А. Ивашкевича-Б. П. Колесникова, украинская лесоводственно-экологическая П. С. Погребняка-Д. В. Воробьёва и т.п. [15].

Павел Петрович Посохов разработал лесоводственно-типологическое районирование горного Крыма на основе полного учёта основных экологических факторов. Он построил классификацию лесов Крыма и представил их категориями: высотно-экспозиционные (зональные), горно-долинные (интразональные), реликтовые и рецентные (длительно нарушенные). В условиях Горного Крыма им было установлено 97 типов леса: в сосновых лесах из сосен крымской, пицундской и крючковатой — 33 зональных типа леса; в можжевеловых лесах из можжевельника высокого, вонючего, прижатого и казацкого - 9 зональных типов; в лесах из дуба пушистого 13 (зональных 7, реликтовых 2, рецентных 4); из дуба скального — 18 (зональных 14, рецентных 4); из бука восточного — 1 (зональных 13, рецентных 4, интрозональный 1); из ольхи черной, верб и тамарикса — 6 типов горнодолинных (интразональных) [16, 17].

С целью проследить возможные изменения, динамику лесотипологической ситуации в Крыму после исследований П.П. Посохова и сравнить полученные результаты с данными лесоустройства 2007 года предпринял Ю. В. Плугатарь. Он приводит сравнительные данные по базе П. П. Посохова — 233922 га, объекты исследований - лесные массивы Алуштинского, Бахчисарайского, Белогорского, Куйбышевского, Симферопольского, Старокрымского, Судакского, Севастопольского, Ялтинского лесхозов и Крымского государственного заповедно-охотничьего хозяйства (материалы лесоустройства 1967 года) с полученной им базы данных — 251263 га, объекты исследований — лесные массивы государственных лесохозяйственных и лесоохотничьих хозяйств Алуштинское, Бахчисарайское, Белогорское, Джанкойское, Евпаторийское, Куйбышевское, Ленинское, Симферопольское, Старокрымское, Судакское, Севастопольское, Раздольненское, «Холодная гора», Ялтинского ГЛПЗ и Крымского ПЗ, в которых использованы материалы лесоустройства 2007 года.

Разница объема данных по территории не выходит за пределы погрешности 7%, а база данных Ю. В. Плугатаря на сегодняшний день представляет полную картину лесотипологической ситуации в Крыму. Лесоустройство 2007 года выявило 86 типов леса, а по данным П. П. Посохова их 97.

Бюллетень науки и практики / Bulletin of Science and Practice Т. 11. №11 2025

Выводы

Большое количество типов леса изменили на 1-2 единицы индекс гигротропности, в некоторых типах леса изменился состав сопутствующих пород. Кроме того были выявлены роды типов леса, из которых не все были выделены П. П. Посоховым, а некоторые современные типа леса и вовсе отсутствуют. Более того появление некоторых новых рядов типов леса связано с созданием лесокультурных насаждений в Крымской степи. Только 48 типов леса П. П. Посохова из 97 имеются в современном лесохозяйственном перечне.

За 40-летний период лесохозяйственной практики значительно изменялись и лесорастительные условия и типы леса. Ю. В. Плугатарём в 49 типах леса Крыма выделено 86 типов древостоя, а в Горном Крыму 41 тип леса и 78 типов древостоя.

Тип древостоя определяется формулой его состава. Поэтому предлагаем в его названии использовать одну-две дополнительные древесные породы, которые его характеризуют. Предложенный подход к определению типов леса не противоречит лесоводственно-типологическому районированию, выполненному под руководством профессора Д. В. Воробьева и согласуется с лесотипологическим районированитем горного Крыма П. П. Посохова.

Предложенные Ю. В. Плугатарём категории лесной типологии и подход к определению типов леса на основе модифицированной эдатопической сетки даёт простой в практической работе способ определения типов леса и его составляющих и возможность по новому взглянуть на существующую систематику типов леса.