История пытки как средства уголовного процесса в западной правовой традиции

Кубанский государственный университет, Краснодар, Россия, ,

,

Применение пытки (в историческом дискурсе) в основном рассматривается в следующих аспектах: 1) средство упрощения деятельности правоохранительных органов по получению доказательств, в том числе ложных фактов, изобличению истинного преступника, не желающего признать вину (свою или соучастников); 2) средство наказания лица; 3) квалифицирующий признак преступления; 4) средство принуждения к работе, устрашения (показательные пытки). Имели место и ритуальные пытки, применявшиеся в практике тайных сообществ и сект (Гитин, 1997: 57–68).

Слово «пытка» имеет французские корни и происходит от torquere, что означает крутить. Дело в том, что для пыток, используемых в христианских странах, было характерно скручивание конечностей. Церковь не рекомендовала пролитие крови (Шишлин, 2015: 89). Интересное определение пытки, с которым мы во многом согласны, дает Дж.Р. Скотт. Он указывает, что пытка – это причинение человеку боли и страданий независимо от целей такой процедуры, обстоятельств ее применения. Неважно, заканчивается ли экзекуция этой процедурой или за этим следует лишение жизни потерпевшего (Скотт, 2002: 15).

Институт пыток сопровождает человечество со времени оформления цивилизации (Железняк, 2014; Раимбердиев и др., 2020а, б). Известно, что до определенного этапа в судопроизводстве широко применялись ордалии, в том числе пытки. В правосознании и общественном сознании определение истины по делу доверялось высшей силе (Богу), и через испытание, пытки Бог опосредованно указывал на виновность или невиновность лица («Суд Божий») (Мальцев, 2012). Вплоть до конца XVIII в. пытка была стандартной процедурой (Васильков, Удовиченко, 2020: 166–167). Разница заключалась в основном в объеме правового регулирования пыток, видах и конкретных пыточных процедурах (Раимбердиев и др., 2020а: 279).

Пожалуй, невозможно определить главную причину существования пыток в человеческом обществе, обоснования ее применения полифакторны. На первых этапах развития социума к жизни пытку вызвал мистический, сакральный характер правосудия, иррациональность доказательств («Суд Божий»). В судопроизводстве господствовало сословное неравенство участников. Как правило, с пытками ассоциируется разыскной процесс. Его история показывает, сколь изощренным может быть человеческий интеллект в изобретении новых видов пыток, устройств и орудий, для нее предназначенных («баварская дева», «могила пыток», «пытка крысами», «медный бык», «вилка еретика» и многие другие). В этом проявляется одна из закономерностей развития античного и средневекового уголовного процесса – усложнение пыточных процедур, используемых в нем приспособлений, увеличение жестокости пыток. В 1252 г. Папа Римский своей буллой официально разрешил применение пытки в католических странах (Dunbabin, 2002: 153).

Философские и теоретико-правовые основы гуманизации законодательства и уголовного процесса путем запрещения пыток и других жестоких и бесчеловечных видов обращения заложены в трудах великих философов и правоведов Средневековья и Нового времени, в ряду которых выделяются Д. Локк, Ш. Монтескье, Ч. Беккариа, Вольтер, Ж-Ж. Руссо и другие ученые. Так, выдающий философ, правовед Ч. Беккариа выдвинул ряд постулатов, которые лежат в основе современного уголовного права. Видя цели наказания в предупреждении преступлений и исправлении преступников, мыслитель призывал отказаться от пыток и мучительных наказаний, неоправданных своей жестокостью. Если преступление доказано объективными данными, то собственное признание подсудимого не требуется и в применении пыток нужды нет (Беккария, 1995: 56–57). В случае, если нет абсолютной уверенности в совершении преступления, нельзя пытать невиновного, ибо «преступления его не доказаны» (Беккария, 1995: 45).

С появлением гуманистических взглядов предпринимались попытки запрещения пыток, которые терпели неудачу: вводимые нормы не работали (Чобанян, 2008). Сложившуюся антигуманную систему правосудия непросто было сломать и реформировать судопроизводство. Этот процесс занял много веков. Интересно, что пытки могли применяться не только к подозреваемому, но и в некоторых случаях к иным участникам процесса (истцу, свидетелям и т. д.). Таким образом, фраза «правосудие слепо» в определенные периоды приобретала иной смысл: не считаясь с болью и страданиями лица, а порой даже с жертвами, машина правосудия шла к цели – во что бы то ни стало изобличить преступника. Ни одно преступление не должно остаться безнаказанным любой ценой. Пытка могла применяться несколько раз в целях закрепления ранее полученных показаний.

Таким образом, пытка играла следующие роли: 1) средства получения первичных доказательств; 2) средства подтверждения уже данных ранее показаний. Пытка не являлась разновидностью телесного наказания, скорее выступала средством доказывания, «вытягивания» показаний из подследственного (Раимбердиев и др., 2020а: 279).

Для правосознания, народного сознания и принципов уголовного процесса эпохи Средневековья применение пыток в целях изобличения предполагаемого преступника было обычным и нормальным явлением. Справедливо отмечается в литературе, что пытка допускалась как неизменное средство обеспечения жизни общества (Иваньшина, 2018: 99). В Средние века пытки предполагали не только непосредственно причинение телесной боли, но и создание условий проживания, которые несли серьезные моральные, эмоциональные страдания. Показательным примером такого вида пытки являются применявшиеся в Италии «колодцы» (Camerotti Pozzi). Лицо помещалось в подземную камеру-колодец площадью около 2 кв. м, в абсолютную темноту. Пытки могли использоваться по всем делам, однако юридической силы показания, данные под пыткой, не имели. Их необходимо было подтвердить на очном допросе1. Стоит отметить, что гуманистические начала в уголовном процессе, по крайней мере их зачатки, прослеживаются в законодательствах ряда государств уже с XIII в. В 1297 г. пытки были запрещены в Генте (Нидерланды), в 1325-м – в Арагоне. Свод законов Кастилии (1256–1263 гг.) прямо указывал, что тюрьмы не предусмотрены для увечий заключенных (The Oxford history of the prison…, 1998: 37). В соответствии с Литовским статутом 1588 г. заключенных воспрещалось морить голодом или калечить2. Во Франции ордонансом 1670 г. служащим тюрем под угрозой наказания запрещалось истязать заключенных (Нарышкина, 2014: 146).

Суть пытки и пыточного процесса, с нашей точки зрения, точно уловил В.Д. Спасович (2000). Он считал, что применение пытки не основывалось на садизме судей и иных правоприменителей, а обусловлено уровнем развития человеческого интеллекта. Постепенный отказ от пыток ученый напрямую увязывал с «поумнением» человечества. Как метко указывал автор, «история судебных доказательств – есть история народного ума» (Спасович, 2000). Современные демократические общества отвергают пытку как средство уголовного процесса и относятся к ней крайне негативно как на национальном уровне, так и на международном (Раимбердиев и др., 2020а: 279). Однако в организованных, нормативных формах процесс борьбы с пытками и их предупреждения начался только после Второй мировой войны.

Несмотря на это, в наши дни пытки также имеют место, получая второе дыхание. Достаточно вспомнить практику нацистов рейха (метод устрашения), Советского Союза сталинского времени, Китая в период 1950–1960 гг., африканских и южноамериканских диктатур. Таким образом, в современности пытка выступает неотъемлемым институтом тоталитарного и авторитарного государства. Существуют пытки и в демократических государствах (США). Как верно отмечает А.Э. Иваньшина, детерминирует «живучесть» пытки негласный статут признания обвиняемым своей вины важнейшим видом доказательства (2018: 98). Укоренилось мнение о том, что под воздействием сильной боли подозреваемый не может солгать, что, соответственно, обусловливало справедливость судебного решения. При этом пытка могла применяться как к лицу, не признававшему свою вину, так и к искренне признавшемуся в совершении преступного деяния.

Таким образом, пытки присутствуют в современном мире, как присутствовали в Античности, Новое и Новейшее время. Изменилась только их законодательная «оболочка» (пытки формально запрещены как международным правом, так и национальным уголовным законодательством). В процессе исторического развития сложился устойчивый правовой режим применения пыток как к подследственным, так и к уже отбывающим наказание. Пытка считалась не только эффективным средством получения признательных показаний и иных доказательств, но и мерой поддержания дисциплины и наказания. Полный запрет пыток на государственном уровне был установлен шведским законодателем в 1734 г. Однако пытки присутствуют и в современном мире, что предопределяет необходимость исследования этого феномена.