Историко-правовой анализ законодательства о преимущественных гражданских правах

Москва, Россия, ,

Gubkin University – National University of Oil and Gas, Moscow, Russia, ,

Анализируя эволюцию отечественного законодательства, регулирующего реализацию преимущественных гражданских прав, необходимо учитывать разнообразие подходов и точек зрения, представленных разными исследователями. Это обусловливает важность всестороннего изучения существующих позиций ученых.

Анализ законодательных норм, регулирующих реализацию преимущественных прав, с учетом их исторического становления требует обращения к истокам этого института, поскольку его основы закладывались в рамках развития гражданских правоотношений.

Яркие проявления привилегий, связанных с преимущественным правом, наблюдались еще в Древней Руси – в эпоху формирования племенных союзов восточных славян. В этот период стали более заметны различия в социальных взаимодействиях между поколениями: разделение

трудового вклада и экономических вознаграждений в зависимости от возраста и социального положения, подкрепленное устными указами привилегированных групп населения1. Существование вне общины становилось менее привлекательным, что стимулировало переход к оседлому образу жизни, и неравенство усиливалось. Ведущими факторами в наделении преимуществами были высокое положение в обществе и авторитет. Лидеры наделяли привилегиями представителей высших ступеней иерархии общин2.

Увеличение количества и размеров общин привело к расширению условного среднего класса. Следовательно, возникла необходимость в уточнении разграничения преференций. Наблюдаемое развитие тесно переплетается с формированием государства, главной функцией которого является упорядочивание социальных отношений. Именно в рамках данного процесса происходит официальное признание правовых норм и разработка системы наказаний за их нарушение, что и обеспечивает функционирование преимущественных прав.

Одним из ранних отражений реализации преимущественных прав в гражданской сфере, закрепленных законодательно, можно считать новгородские купчие грамоты времен Древней Руси3. Исследователями акцентируется внимание на том, что один из приобретателей заблаговременно обязывает не только своего товарища – другого приобретателя, но и его потомков не продавать долю совместно приобретенного имущества, являющуюся его частью, кому-либо, кроме первого приобретателя и его наследников (Товтолес, 1900: 134).

На ранних этапах развития Древней Руси институт преимущественного права не имел четких законодательных рамок. Данное явление обусловлено тем, что ключевым фактором выступало господство принципа общего семейного владения земельными ресурсами и родовым наследием, что, по сути, являлось формой семейной собственности. Любые сделки с земельными наделами требовали коллективного согласия всех членов семьи. Русская Правда (ст. 72, 73) косвенно подтверждает это4, описывая процедуры межевания, которые определяли границы семейных владений и исключали возможность их отчуждения по воле одного человека5. Статья 92 устанавливала обязательный порядок раздела двора (включая землю и дом) между детьми, что свидетельствует о существовании института долевой собственности. В случае отсутствия наследников или при наличии иных распоряжений двор передавался нуждающимся (родственникам, многодетным, малоимущим и т. п.)6.

Дальнейшее развитие законодательства о преимущественных гражданских правах прослеживается в Псковской судной грамоте7, для которой можно провести параллели с Русской Правдой: хотя земельный участок мог быть законно оформлен во владение, его продажа была запрещена (Альбов, 2020).

Соборное уложение, принятое при Алексее Романове8, представляет собой еще один юридический документ, вошедший в первый Свод законов Российского государства. Согласно положениям Соборного уложения 1649 г. право преимущественной покупки упоминалось в ст. 14 гл. XVII «О вотчинах»: «А будет после кого умершаго вотчина его дана будет детем его сыновьям двум же или трем человеком вопче, и один из них тоя отцовския вотчины свой жеребей, для своих недостатков, похочет продать, или заложить, и ему тот свой вотчинной жеребей продать или заложить вольно. А будет братия его тоя отцовский вотчины с ним розделити не похотят, и учнут бити челом государю, чтобы государь пожаловал их велел у них за тот брата их вотчинной жеребей взяти брату их деньги, и у них за тот вотчинной жеребей велеть брату их взяти деньги, по оценке, чего та вотчина стоит».

Соборное уложение стало первым масштабным собранием правовых норм, послужившим фундаментом для урегулирования гражданских отношений, в особенности касающихся перехода имущества по наследству9. В соответствии с этим сводом любой участник долевой собственности имел право независимо распоряжается своей частью, в том числе отчуждать ее посредством купли-продажи. Тем не менее документ также предусматривал преимущественное право покупки для других совладельцев, ограничивая тем самым абсолютную свободу распоряжения10.

Косвенно затрагивала вопросы преференциальных прав и Берг-привилегия, созданная Петром I1. Соглашение устанавливало правила для деятельности в области добычи полезных ископаемых. Кроме того, оно включало механизмы, направленные на защиту от нежелательного влияния со стороны региональных органов управления в данной отрасли.

В истории формирования законов о льготном праве важное значение имеет манифест «О вольности и свободе всего российского дворянства»2. Этот документ обозначил поворотный момент, закрепивший и упрочивший особое положение, которым обладало дворянское сословие. Преимущественные права купцов были закреплены в Уставе купеческого водоходства 1781 г.3, в котором были предприняты первоначальные шаги к установлению системы норм, упорядочивающих деятельность хозяйственных субъектов (Заливин, 2018; Фоков, 2003).

Развитие законодательства, призванного регулировать преимущественные гражданские права, достигло нового уровня с оформлением Свода законов Российской империи4, что стало следующим важным шагом в этом процессе. В соответствии с положениями законов собственник доли в неделимом акционерном капитале имел право распоряжаться ею путем продажи или передачи, однако такое распоряжение требовало предварительного одобрения со стороны всех остальных совладельцев. В случае нежелания принимать нового партнера они обязаны были выкупить долю у нынешнего владельца по справедливой цене5. Особого внимания заслуживает и статья 555, приоритезирующая частных лиц: никто из совладельцев не мог самостоятельно распоряжаться общим имуществом – требовалось согласие всех, при этом каждый имел право продать или заложить свою часть, но другие собственники могли ее выкупить, заплатив соответствующую сумму6. Статьи 1127–1147 посвящены вопросам преимущественных прав в наследовании7.

Изучение исторического контекста демонстрирует, что в Российской империи до 1917 г. обладание гражданскими правами, дающими определенные преференции, было тесно переплетено с различными формами общинной и долевой собственности. В указанную эпоху отдельные слои населения действительно обладали преимущественными возможностями, однако в правовых актах того времени отсутствовали четкие дефиниции таких понятий, как «преимущественное право» или «право на приоритет». Следует подчеркнуть ограниченный характер охвата данных преимуществ. Их применение главным образом касалось правоотношений, возникающих из общей собственности, и лишь в редких, исключительных обстоятельствах распространялось на вопросы наследования.

Впервые термин «преимущественное право» был официально введен в проекте Гражданского уложения Российской империи (книга V: Обязательственное право). Однако данный законопроект не получил одобрения Государственной думы в 1913 г., что было обусловлено политическими событиями, спровоцированными началом Первой мировой войны (Дергунов, 2022). Вследствие Октябрьской революции, как и прогнозировалось, установлены равные права для всех граждан, а также осуществлена ликвидация сословных, национальных и религиозных преференций, что нашло отражение в первоначальных законодательных актах советской власти. Позднее в Гражданском кодексе РСФСР 1922 г. в ст. 64, 81, 85, 101 и 102 закреплено понятие «преимущественное право»8. Статья 64 предоставляла собственнику возможность первым выкупить долю, если кто-то из совладельцев решал продать ее стороннему покупателю. Исключение составляют случаи продажи доли через публичные торги (Заливин, 2018). Судебная практика того времени подтверждает недействительность сделок, при которых доля имущества продавалась постороннему лицу9.

При рассмотрении развития законодательства о преимущественных правах важно отметить тенденцию к их регламентации, что привело к выделению категории преимущественных прав в Гражданском кодексе РСФСР 1964 г. и установлению порядка их реализации10. Помимо уже действовавшего преимущественного права приобретения, статьи 120 и 123 ГК РСФСР 1964 г. внесли новые положения, регулирующие передачу прав собственности на исторические и культурные объекты. Эти статьи также закрепили за кредитором, имеющим залог, возможность взыскания долга через обращение взыскания на собственность должника. Также были приняты правила, касающиеся продления договоров аренды (ст. 137.1, 192, 200, 280). Следовательно, статья 120 Гражданского кодекса РСФСР 1964 г. не только закрепила право преимущественной покупки, но и определила, как именно это право можно использовать на практике. При продаже доли в общей собственности постороннему лицу остальные участники имели право преимущественной покупки продаваемой доли по цене, за которую она продается, и на прочих равных условиях, кроме случаев продажи с публичных торгов1.

В качестве меры обеспечения осуществления права законодатель установил обязанность продавца доли в письменной форме известить остальных участников о намерении продать свою долю постороннему лицу с указанием цены и других условий, на которых она продается. Остальные участники долевой собственности имели возможность реализовать преимущественное право в определенный срок. При продаже доли с нарушением права преимущественной покупки другой участник общей долевой собственности в течение 3 месяцев имел право требовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя. Почти без изменений данная норма продолжает действовать в рамках ст. 250 ГК РФ на сегодняшний день.

Наследственное право в части регулирования преимущественных прав демонстрирует преемственность: эти права были впервые законодательно закреплены в ст. 421 ГК РСФСР 1922 г., затем перешли в ст. 533 ГК РСФСР 1964 г. и в настоящее время составляют часть гл. 3 действующего ГК РФ2.

В.П. Грибанов акцентировал внимание на важности внедрения правовой концепции преимущественного права. Согласно этой концепции в контексте советского гражданского права преимущественные права рассматривались как ситуации, когда при прочих равных условиях закон отдает приоритет определенной категории лиц (Грибанов, 2022).

Анализ юридической литературы свидетельствует о том, что преимущественные права как обособленная правовая категория возникли в относительно недавний период (Никольский, 2006). На законодательном уровне с имплементацией первой части Гражданского кодекса Российской Федерации ранее применяемый термин «право преимущественной покупки» переименован в «преимущественное право покупки». Первоначально в правоприменительной практике данная категория ассоциировалась главным образом с договорами купли-продажи. Однако с течением времени институт преимущественных прав получил экстенсивное развитие, распространившись на сферы арендных отношений, наследования, конкурсных процедур и иные правовые области.

Действующее правовое регулирование в области преимущественных прав отличается широтой охвата и затрагивает разнообразные отрасли, включая семейное, административное, конституционное, трудовое, жилищное и муниципальное законодательство. В качестве эмпирических примеров можно привести законодательные нормы, устанавливающие льготный порядок приема в учебные заведения для отдельных групп населения, как это предусмотрено Федеральным законом № 95 от 20 апреля 2021 г.3; положения ст. 131 Жилищного кодекса РФ, регламентирующие преимущественное право наследования пая в жилищном кооперативе4; ст. 22 Земельного кодекса РФ5.

Действующий Гражданский кодекс РФ создал обширный набор преимущественных прав, призванных регулировать разнообразные имущественные отношения. Данная законодательная инициатива, будучи направленной на достижение паритета субъектов гражданско-правовых отношений, одновременно порождает комплекс новых исследовательских задач6. Ключевыми из них являются установление юридической сущности данных прав, анализ мотивов их законодательного закрепления и идентификация их общих признаков. Для всестороннего анализа этих проблем необходимо обращаться к историческим предпосылкам, поскольку, как отмечает А.В. Терентьев, понимание современных правовых норм невозможно без знания их эволюции7.

У института преимущественного права глубокие исторические корни в российском законодательстве, первоначально он служил для упорядочения взаимоотношений между собственниками, в частности при наследовании семейных активов. Со временем, по причине экономического прогресса и социальных перемен, а также появления новых участников экономической деятельности, назрела потребность в расширении нормативного регулирования особых прав и преимуществ в коммерческой деятельности.

Формирование правовой базы, касающейся преимущественных прав в РФ, началось в первое время после 1991 г., когда Советский Союз прекратил существование и страна переориентировалась на рыночную систему хозяйствования. В середине 1990-х гг. были приняты первые законы, призванные упорядочить систему управления акционерными обществами. Эти законодательные положения были нацелены на то, чтобы гарантировать соблюдение прав и интересов акционеров, в частности их возможность влиять на решения, касающиеся выпуска новых акций через голосование. Тем не менее в этих документах четкое юридическое определение преимущественных прав акционеров не было установлено.

Включение концепции преимущественных прав в правовую систему России связано с введением в действие Гражданского кодекса РФ в 1994 г. В соответствии с установленными нормами акционерные компании должны были обеспечивать акционерам, уже владеющим акциями, возможность приоритетной покупки новых эмиссий акций.

В течение следующих 20 лет российское законодательство претерпело ряд модификаций, целью которых стало усиление прозрачности и обеспечение более надежной защиты прав акционеров в контексте реализации их преимущественных прав. Например, Федеральный закон «О рынке ценных бумаг» от 22 апреля 1996 г. 39-ФЗ устанавливал правила выпуска ценных бумаг и обязывал компании предоставлять акционерам информацию о новых выпусках акций1.

В 1995 г. вступил в силу Федеральный закон от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», который является основным правовым документом, регламентирующим порядок создания, реорганизации, ликвидации акционерных обществ, их правовое положение, права и обязанности их акционеров, а также обеспечивает защиту прав и интересов акционеров2.

В 2014 г. Российская Федерация приступила к модернизации системы корпоративного управления, ставя целью увеличение открытости и результативности функционирования российских предприятий. Преобразования включали в себя переработку законодательства, регламентирующего преимущественное право. Главные изменения состояли в том, что компании могли заключать соглашения о преимущественном праве и им было предписано создать ясные правила для его применения. В последующие годы власти уделяли внимание укреплению позиций акционеров. В 2020 г. важным этапом повышения уверенности инвесторов в эффективности отечественной экономики и привлечения зарубежного капитала стало реформирование Гражданского кодекса РФ. Внесенные коррективы уточнили процедуру реализации преимущественного права при проведении сделок по объединению и поглощению компаний.