Изучение андроновских (федоровских) кремаций на могильнике Тартас-1 (некоторые методические аспекты)

Исследования памятника Тартас-1 насыщены открытиями оригинальных конструктивных особенностей погребальных комплексов андронов-ской (федоровской) культуры [Молодин и др., 2013, с. 260–264]. В 2014 г. вскрыто более 30 погребений, из которых 12 могильных ям содержали кремированные останки человека. Для сравнения в 2013 г. таких погребений было только 10 из более чем 50.

Данная статья посвящена методическим аспектам исследования андроновских (федоровских) захоронений с кремацией на могильнике Тартас-1 в 2014 г. В первую очередь, это касается стадии выборки заполнения могильной ямы, во-вторых, расчистки и разбора самого сожжения.

Захоронения с трупосожжениями свойственны андроновской (федоровской) культуре. Для них характерно отсутствие следов огня в погребальной яме и размеры ямы такие же, как для захоронения с трупоположением. Сожжение выполнялось на стороне, кремированные кости человека собирались с места сожжения в какие-то емкости и транспортировались к месту погребения. В процессе погребальных действий жженые кости человека помещались в могильную яму компактным, порой вытянутой формы, скоплением. Туда же клали характерный для погребальной практики инвентарь [Грязнов, 1970, с. 37–44; Хлобыстина, 1973, с. 50– 63; Косарев, 1981, с. 117–132; Виноградов, 1984, с. 136–153; Вадецкая, 1986, с. 41–50; Сотникова, 2003, с. 178–184].

Захоронения с сожжениями на могильнике Тар-тас-1 не противоречат этой общей характеристике. Более того, возможно добавить некоторые результаты наблюдений, например, наличие двух видов захоронений с кремациями: с мелко и крупно фрагментированными жжеными костями. Кроме того, зафиксировано на памятнике и наличие «бириту-альных» погребальных комплексов.

В 2014 г. в процессе расчистки погребений с сожжениями № 579 и 593 зафиксировано весьма интересное расположение определяемых крупных фрагментов жженых костей человека. Во многом это связанно с не очень тщательным обжигом тел умерших. Эталоном различной степени обожже-ния костей человека в одном скоплении может служить скопление № 1 в погребении № 579, где это хорошо фиксируется визуально – от белых по цвету сильно кальцинированных до обугленных, имеющих черный, иссиня-черный оттенок, и до вообще практически не тронутых пламенем костей.

Погребение № 579 подпрямоугольной формы размером 1, 34 × 0, 93 м, глубиной от уровня материка до 0, 25 м, расположено в одном ряду с погребениями № 577, 563, 564, 555. Все они относятся к андроновской (федоровской) культуре. На дне в восточной половине погребения № 579 зафиксировано расположение трех компактных скоплений жженых костей человека. Погребальный инвентарь представлен двумя керамическими сосудами, характерными для ан-дроновской (федоровской) культуры. Наиболее показательным является скопление № 1, примыкающее к северной стенке и вытянутое по длиной оси по линии восток-запад. Оно имело размеры 0,27 × 0,13 м. В восточной части скопления лежали практически не подвергшиеся температурному воздействию, вполне различимые крупные фрагменты костей черепа человека, а далее были высыпаны оставшиеся, со следами разной степени воздействия огня, крупные фрагменты костей, неподдающиеся идентификации. Необходимо отметить, что справа от костей черепа был обнаружен небольшой археологически целый неорна-ментированный керамический сосуд. Судя по расположению относительно друг друга, он мог быть предназначен именно для скопления № 1. Скопления № 2 и 3 несколько более крупные, чем скопление № 1, имели следующие размеры: 0,28 × 0,2 м и 0,29 × 0,14 м соответственно. Жженые кости человека в обоих скоплениях крупно фрагментированы, но плохо поддаются идентификации. Орнаментированный сосуд баночной формы средних размеров, видимо, нужно отнести к этим скоплениям (см. рисунок , г ).

Сходную ситуацию мы наблюдали в погребении № 593 подпрямоугольной формы размером 1,65 × 1,05 м, глубиной от уровня материка до 0,28 м, ориентированном по длинной оси по линии север – юг. Скопление жженых костей, обнаруженных на дне могильной ямы в ее центральной части (с незначительным смещением в сторону восточной стенки), имело вытянутую 188

форму по той же линии, что и ориентация могилы. Скопление кальцинированных костей состояло из двух крупных и четырех мелких участков. Как и в могиле № 579, мы видим выложенные локально идентифицируемые кости черепа, затем примыкающую к нему оставшуюся часть кремации, в которой при разборке обнаружено всего несколько мелких фрагментов костей черепа. Кроме того, определяются фрагменты длинных костей конечностей. Погребение имеет ряд особенностей: находится внутри кольцевидного рва № 2, часть которого исследована в этом году; может быть взаимосвязано с объектом № 2 представленным перевернутым керамическим сосудом классического андроновского облика, располагавшимся на материке с северной стороны от захоронения. Под сосудом находился фрагмент бересты и бронзовой проволоки (серьга?), а рядом два астрагала. В целом обряд погребения, ориентация могильной ямы, возможная связь с предметным комплексом объекта № 2 позволяют отнести погребение к ан-дроновской (федоровской культуре) (см. рисунок , а–в ). При зачистке кремации для последующего фотографирования и рисунка сложилось стойкое впечатление, что отдельно вырисовался не только локализованный крупный участок с фрагментами жженых костей черепа в верхней части, но и длинных костей скелета, расположенных в средней и нижней части скопления, по сути, там, где должны быть кости рук и ног, если бы мы имели дело с обрядом ингумации.

Таким образом, возможно, мы имеем случай, когда для кремированных погребенных в процессе захоронения выполняющие это ритуальное действие люди пытались соблюсти хотя бы относительный анатомический порядок в размещении сгоревшего скелета, разложив жженые кости в необходимой последовательности, как минимум, отделяя кости черепа от прочих. Также может быть не случайным и то, что при размещении жженых костей на дне могильной ямы скоплению придавалась вытянутая форма.

Другой аспект связан уже с вопросом о погребальном инвентаре. Осмотр фрагментов жженых костей в нескольких захоронениях, при выемке из погребения и дополнительной расчистке, позволил выявить остатки погребального инвентаря, который находился с телом в момент сожжения. Это костяной альчик (погребение № 575), фрагментированный костяной наконечник стрелы (погребение № 592), каменная ножевидная пластина (погребение № 592). Важно, что все эти предметы фрагментированы и имеют следы воздействия высоких температур. Мы определенно можем говорить о наличии ряда подобных погребений и

Захоронения с кремацией на памятнике Тартас-1.

а – план погребального комплекса (раскоп 2014 г.); б – объект 2: 3 – астрагалы (кость), 4 – андроновский сосуд (керамика); в – погребение № 593: 1 – область залегания костей черепа человека, 2 – область залегания длинных костей человека; г – погр. № 579: 5–7 – жженные кости человека (скопления № 1, 2, 3), 8 – область залегания практически необожженных костей черепа человека, 9 – неорнаментиро-ванный сосуд (керамика), 10 – орнаментированный сосуд (керамика).

очевидности тщательного исследования всех косточек кремации, лежащих в скоплениях, среди них могут встречаться фрагменты инвентаря.

В связи с вышесказанным, хотелось бы обратить особое внимание исследователей на необходимость тщательной работы с кремацией во время расчистки и разборки археологических памятников. Предметы материальной культуры порой на- столько фрагментированы и подвержены столь сильному воздействию огня, что их очень трудно отличить от осколков костей человека. Тщательное изучение сгоревших костей позволяет получить определенную информацию по возрастным данным трупа, а характер инвентаря – сделать предположения относительно пола умершего, возможного социального статуса.

Необходимо отметить, что некоторые ученые при реконструкции андроновского обряда захоронения с кремацией предполагают помещение фрагментов жженых костей в «подобие умершего», в куклы, заворачивание в одежду умершего [Грязнов, 1970, с. 37–44; Виноградов, 1984, с. 136–153; Сотникова, 2003, с. 178–184]. Может показаться, что данные, о которых шла речь выше, не подтверждают этой гипотезы, поскольку отмеченные выше случаи захоронения трупосожжений на памятнике Тартас-1 порой явно имитируют положения целого трупа. Косвенно данную предпосылку подтверждают и фрагменты инвентаря среди сожжений.

Захоронения андроновской (федоровской) культуры по обряду сожжения вызывают много вопросов, догадок и предположений. Необходимо провести работу по обобщению полученных данных о захоронениях с кремацией как по материалам могильника Тартас-1 (рассмотреть планиграфию, инвентарный комплекс и пр.), так и могильников андроновского времени от Зауралья до Минусинской котловины. Полноценная выборка с памятника Тартас-1 возможна при наиболее полном его изучении.