Изучение кхмерского языка: достижения и перспективы

DOI:

Кхмерский язык – крупнейший представитель мон-кхмерской ветви австроазиатской семьи языков, который лингвисты относят к слабо исследованным. Вместе с тем такие экстралингвистические факторы, как активное развитие Королевства Камбоджа, укрепление взаимодействия между Москвой и Пномпенем в различных сферах, включая науку и образование, а также задачи, стоящие перед современной лингвистической наукой, в частности, выявление языковых универсалий, разработка лингвистических теорий, требуют обобщения и анализа опыта изучения кхмерского языка, накопленного отечественной и зарубежной лингвистикой.

Цель данной статьи – систематизировать работы российских и зарубежных лингвистов, посвященные кхмерскому языку, а также очертить наименее изученные вопросы в каждом разделе о языке для определения перспектив его дальнейшего описания.

Исторически хронология кхмерского языка представлена 4 основными периодами:

• 1)    протокхмерский (до VI в. н. э.), когда отсутствуют письменные свидетельства;

• 2)    древнекхмерский, который включает в себя преангкорский (612–802 гг. н. э.) и ангкорский (802–1347 гг.);

• 3)    среднекхмерский (XIV–XVIII вв.);

• 4)    современный кхмерский (с XIX в.).

Степень изученности каждого из периодов различна. В данной статье речь пойдет о зарубежных и российских исследованиях современного кхмерского языка.

Фонетика и фонология

Описания фонетической системы кхмерского языка немногочисленны (см., например: [Горгониев, 1966; Еловков, 2006; Плам, 1973; Donley, 2020; Jacob, 1968; Henderson, 1952;

Huffman, 1970; Martini, 1946; Maspero, 1915; Pinnow, 1980]).

При анализе фонетического строя кхмерского языка исследователи обычно «опираются на факты нормализованного произношения или произношения, характерного для опорного диалекта. В настоящее время основой литературного произношения, которое распространяется через кино, школу, радио и телевидение, является пномпеньский (столичный) диалект кхмерского языка» [Вихрова, Оборская, 2016].

Работы, посвященные фонетике и фонологии кхмерского языка, можно разделить на три группы, которые посвящены: 1) описанию гласных и согласных кхмерского языка; 2) описанию регистров кхмерского языка; 3) описанию артикуляции кхмерских гласных: монофтонгам, дифтонгам, трифтонгам.

Описание системгласных и согласных кхмерского языка

Французский лингвист Ф. Мартини, изучая факты фонетики и фонологии кхмерского языка, впервые наряду с фонетической ввел фонематическую транскрипцию. Именно он одним из первых причислил систему вокализма кхмерского языка к числу самых оригинальных вокалистических систем в мире, выделив 28 гласных фонем и противопоставив их по степени открытости, ряду, огубленности и долготе / краткости [Martini, 1946].

Английский фонетист Е. Хендерсон описала систему гласных, выделив 31 фонему, которые, по ее мнению, различаются лишь двумя рядами – передним и задним. Ведущим признаком при этом она считала огубленность, а не рядность. Позже она стала автором первого исследования, проведенного на базе экспериментального материала, в котором дала подробное фонетическое описание согласных с учетом артикуляционных различий [Henderson, 1952].

Из современных работ особую ценность представляет труд американского лингвиста А. Донли [Donley, 2020], который в качестве приложения включает интонограммы с указанием продолжительности звучания некоторых согласных фонем. Однако автор не обращается к таким параметрам, как частота основного тона и интенсивность, что не дает полной картины при акустическом анализе.

Для формирования советской традиции изучения кхмерского языка большую роль сыграли работы выдающегося востоковеда Ю.А. Горгониева, который развил многие положения, выдвинутые Ф. Мартини и Е. Хендерсон, и предложил свою фонологическую систему кхмерского языка. Он первым детально представил структуру кхмерского алфавита, содержащего тридцать три знака, пояснив, что «всем согласным присущи гласные ɒ: и ɔ: – опорные графемы, служащие для отображения условно исходных слогов» [Горгониев, 1966, с. 7].

Существенный вклад в изучение кхмерского языка внесло исследование Р.С. Плам, посвященное анализу фонемного состава кхмерского языка [Плам, 1973]. Вслед за Е. Хендерсон экспериментальным путем она определила долготу, интенсивность и направление основного тона некоторых гласных монофтонгов и дифтонгов.

Одной из новых и актуальных отечественных работ в области фонетики и фонологии кхмерского языка является монография Д.И. Еловкова, отметившего большую сложность кхмерского вокализма [Еловков, 2006].

Камбоджийские лингвисты ведущим исследованием кхмерского языка признают труд Соуна Асота. В нем автор описывает фонетическую систему кхмерского языка с использованием традиционных понятий фонетики и фонологии. Его характеристики звукового состава в большинстве своем совпадают с характеристиками, описанными Ф. Хафманом, в частности деление согласных на «безголосые» и «голосовые» [Soun Orsoth, 2013, p. 110–113]. Соун Асот отметил, что для звукового строя кхмерского языка важны два основных понятия, два структурных элемента кхмерского слога: инициаль (начальный согласный звук слога) и финаль (часть, которой заканчиваются слоги и в состав которой обязательно входит гласный звук).

Описание регистров кхмерского языка

Ж. Масперо проанализировал основные черты современного ему фонетического строя кхмерского языка, первым выделив в области вокализма две серии гласных, отличающихся друг от друга открытостью / закрытостью и некоторой тембровой окраской, а также указав на различие в долготе и краткости гласных и на функциональную ограниченность гласных второй серии [Maspero, 1915].

Вслед за Ж. Масперо Ф. Мартини также считал целесообразным делить гласные на две серии, различая их по степени закрытости, однако не учитывая этот фактор при проведении фонологического анализа [Martini, 1946].

Главным достижением труда Е. Хендерсон, на наш взгляд, можно считать введение в описание системы кхмерского языка новых понятий – регистр и сильный / слабый слоги. Е. Хендерсон, как и Ф. Мартини, связала природу голосового регистра с двумя сериями гласных, при этом указав на различие в регистрах «качества голоса». Е. Хендерсон охарактеризовала гласные второго регистра как «обладающие более низкой высотой», чем гласные первого регистра. К отличительной черте второго регистра она отнесла глубокое дыхание, или «замогильный» голос, в то время как основными чертами первого регистра определила нормальный или высокий тембр голоса. При этом Е. Хендерсон не связала регистр с отдельной фонемой, считая его суперсегментной единицей, имеющей фонематический статус [Henderson, 1952].

Следующим шагом в изучении регистров кхмерского языка стала работа Д. Джейкоб. Рассматривая пару ɒ: и ɔ :, она указала на следующие характеристики данных звуков: ɒ: – открытый, огубленный, задний гласный, ɔ: – полуоткрытый, задний, огубленный гласный [Jacob, 1968, p. 15].

Немного позже известный американский лингвист Ф. Хафман дал двум сериям гласных в кхмерском языке более подробную и отличную от предложенной Д. Джейкоб характеристику. Он назвал согласные с низким, средним, неогубленным гласным ɒ: «немыми, безголосыми», а согласные с нижнесредним, задним, полуогубленным гласным со слабой гортанной артикуляцией ɔ: – «голосовыми» [Huffman, 1970, p. 34].

Точка зрения, полярная предыдущим, представлена в исследовании Р.С. Плам, не подтвердившей наличие двух регистров, характеризующих кхмерский слог и делящих все слогообразующие гласные на «высокого» и «низкого» регистров [Плам, 1973, с. 118].

Большинством кхмерских лингвистов регистры рассматриваются как «открытые» и «закрытые» (см., например: [Kung Sokheng, 2013; Khin Sok, 2002; Chun Lih, 2009]).

Описание артикуляции кхмерских гласных: монофтонги, дифтонги и трифтонги

В изучение артикуляции кхмерских гласных весомый вклад внесли Ж. Масперо, Ю.А. Горгониева, Д. Джейкоб и Д.И. Еловков.

Ж. Масперо установил наличие в кхмерском языке дифтонгов и подробно рассмотрел процесс редукции гласных в безударных слогах [Maspero, 1915, p. 280].

Ю.А. Горгониев дал развернутую классификацию дифтонгов в кхмерском языке, разделив их по длительно сти на долгие, краткие и средние. Помимо «дифтонгов, имеющих фонологическую значимость», он впервые заявил о наличии трифтонгов в кхмерском языке, представляющих собой «соединение гласных с конечными элементами, которые в фонетическом отношении являются полугласными, а с фонологической точки зрения представляют собой согласные» [Горгониев, 1966, с. 26].

Именно вслед за Ю.А. Горгониевым Д. Джейкоб выделила 16 нисходящих дифтонгов, и часть из них описала как такие, которые начинаются с закрытого гласного и движутся в сторону более открытого, а еще одну часть, наоборот, как такие, которые начинаются с открытого гласного и движутся в сторону более закрытого [Jacob, 1968, p. 151].

Д.И. Еловков рассмотрел 13 долгих и 8 кратких монофтонгов, распределив их по шести степеням подъема и трем рядам, 9 дифтонгов, классифицировав их на долгие и краткие, сужающиеся и расширяющиеся, нисходящие и восходящие [Еловков, 2006, с. 30–31].

Кхмерские лингвисты в грамматиках и учебниках, как правило, ограничиваются общими характеристиками гласных и согласных кхмерского языка, кратким перечнем монофтонгов и дифтонгов, а также перечислением правил употребления диакритических знаков.

Выводы

Наиболее подробно и глубоко лингвистами изучены вокализм (представлена артикуляционная классификация гласных фонем языка с опорой на три основных признака: участие губ, степеней подъема языка и его продвинуто-сти, первый и второй регистры), консонантная система (дано детальное описание артикуляционных характеристик согласных кхмерского языка) и структура кхмерского слога.

При этом остается малоизученным такой важный раздел фонетики, как просодия. Особую ценность имели бы экспериментальные исследования с использованием компьютерных программ анализа звуковой волны (например, приложение Praat, которое позволяет записывать или загружать звуковой файл и просматривать его графическое представление), технических устройств, отражающих процессы образования звуков, а также работа с информантами, в результате которой возможна фиксация определенных речевых параметров в соответствующих единицах измерения и проверка представленных выше теорий и гипотез российских и зарубежных лингвистов.

Лексикология

Работы, посвященные лексике кхмерского языка, немногочисленны (см.: [Горгониев, 1966, c. 42–50; Еловков, 2006, c. 8–10; Поги-бенко, 2019; Haiman, 2011, p. 29–40; Martini, 1946, p. 162–170; Maspero, 1915, p. 280–290]). Исследования проведены в нескольких направлениях: классификации слов кхмерского языка, описание способов пополнения его лексического состава, сравнительно-сопоставительное изучение лексики кхмерского языка.

Классификация слов кхмерского языка

Наибольший интере с исследователей лексики кхмерского языка был сконцентрирован на этимологии. Ж. Масперо одним из первых представил краткий обзор системы кхмерской лексики, поделив ее на три основных составляющих: исконные кхмерские слова, санскритские и палиийские заимствования. Кроме того, Ж. Масперо определил ряд «второстепенных источников» кхмерской лексики, к которым отнес китайский, монский и чамский языки [Maspero, 1915, p. 280–285].

Ю.А. Горгониев подробно описал заимствования из пали, санскрита, тайского, китайского, вьетнамского и французского языков, используя многочисленные примеры [Горгониев, 1966, с. 43–48].

Дж. Хайман дал подробное представление о структуре исконно кхмерской лексики, указав на ее преимущественную односложную или двусложную природу [Haiman, 2011, p. 29–34]. Особое место в его работе занимает анализ фонетических процессов в иноязычных словах кхмерского языка. Интерес вызывает тезис об аналогичной сегментной структуре заимствований из тайского языка и исконно кхмерских односложных слов, а также вывод исследователя о том, что зачастую затруднительно определить направление заимствования ряда довольно распространенных слов.

Труды камбоджийских ученых по лексике кхмерского языка в основном сводятся к ее описанию с точки зрения плана содержания. Исследуются заимствования, синонимы, антонимы и омонимы, а также «королевская» и «монашеская» лексика. Рассматривая структуру исконно кхмерских номинаций, лингвисты выделяют однослоги, двуслоги и реже много-слоги. Можно сказать, что наиболее подробно камбоджийскими языковедами проанализирована именно иноязычная лексика, разработаны отдельные пособия о заимствованиях. Соун Асот, например, исследовал заимствования кхмерского языка с опорой на общепринятые понятия (язык-донор и язык-реципиент), выделив лексические, семантические, фонетические и грамматические заимствования [Soun Orsoth, 2013, p. 393–396].

Описание способов пополнения кхмерской лексики

Ф. Мартини рассмотрел основные процессы создания новых слов в кхмерском языке в середине XX века. К таковым он отнес расширение лексического значения кхмерского слова и его метафорическое использование, сохранение в языке фонетически адаптированных французских слов, создание калек по аналогии с французским языком, заимствования из пали и санскрита, а также ряд словообразовательных моделей с аффиксами палийского и санскритского происхождения [Martini, 1946, p. 162].

Продолжая исследования Ф. Мартини, Ю.А. Горгониев выделил наиболее яркие черты современного кхмерского языка, к которым отнес стремительное обогащение новой лексикой и терминологией, пополнение языка заимствованиями, наличие определенной иерархии лексических средств, сложную гоно-рифическую систему местоимений, существование особой «королевской» и «монашеской» лексики [Горгониев, 1966, с. 42].

Из камбоджийских лингвистических исследований высоко оценивается работа Пхал Сока, выявившего основные источники пополнения лексики современного кхмерского языка. Путем анализа контекстов (предложений) он выделил следующие способы обогащения словарного состава кхмерского языка: расширение семантики исконно кхмерских номинаций, рост количества заимствований из английского языка, калькирование как один из способов словообразования [Phal Sok, 2005].

Сравнительно-сопоставительное изучение лексики кхмерского языка

Одной из самых интересных работ в сфере сравнительного языкознания является исследование отечественного лингвиста Д.И. Еловкова, в котором на историческом фоне и в сравнительном плане описываются грамматические и семантические свойства лексики кхмерского, тайского и бирманского языков. Автор описал характер соотношения этих языков с действительностью, в психолингвистическом аспекте исследовал лексику языков, отличающихся по своему строю от индоевропейских [Еловков, 2009].

Т.Г. Погибенко анализировала сериализацию в кхмерском языке, сопоставив ее с сериализацией в других мон-кхмерских языках, а также выявила ее отличия от лексических комплексов. По мнению Т.Г. Погибенко, сериальная конструкция – это последовательность действий, концептуализированных как одно событие, а лексический комплекс представляет собой одно действие-состояние, но с разных сторон [Погибенко, 2022].

Выводы

В области лексикологии наиболее подробно описаны классификации лексики с точки зрения этимологии (исконная и заимствованная), а также классификации иноязычной лексики:

• 1)    по языку-донору (из индоевропейской семьи языков индийской группы – санскрита и пали, романской группы – французского языка, германской группы – английского языка, тай-кадайской языковой семьи тайской группы – тайского и лаосского языков, австроазиатской семьи мон-кхмерской группы – вьетнамского языка и сино-тибетской языковой семьи китайской группы – китайского языка);

• 2)    по темам (семантическим полям и тематическим группам);

• 3)    по способу адаптации (фонетические, морфолого-фонетические и семантические).

В современных работах также описаны способы пополнения словарного состава современного кхмерского языка, а также системные отношения лексических единиц (синонимия, антонимия, омонимия). При этом значительные лакуны наблюдаются в изучении таких явлений языка, как ономастика, фразеология и стилистика. Практически не исследована лексика кхмерского языка с точки зрения плана выражения, а также сферы и периоды ее употребления.

Словообразование и морфология

Работы в области словообразования и морфологии кхмерского языка более многочисленны, чем те, которы посвящены фонетике и лексике. В основном они включают в себя учение о словообразовании и учение о частях речи. Фундаментальные исследования проведены такими выдающимся лингвистам, как Ю.А. Горгониев, Ф. Дженнер, Д.И. Еловков, Ф. Мартини, Ж. Масперо, Т.Г. Погибенко, Дж. Хайман, Ф . Хафман.

Исследованияв области словообразования

Начало изучения словообразования в кхмерском языке положено французским лингвистом Ж. Масперо, в работах которого перечислены существующие в языке аффиксы. В приложении указаны 646 основ слов и 925 производных от них [Maspero, 1915, p. 194–221].

Ф. Хафман подробно рассматривал морфемы и лексемы, а также процесс создания дериватов на базе других, принимаемых за исходные за счет аффиксации (префиксов, инфиксов и суффиксов) или словосложения [Huffman, 1967, p. 147–153].

Одним из первых масштабных исследований по словообразованию кхмерского языка можно назвать диссертацию Ф. Дженнера, посвященную аффиксации в современном кхмерском языке [Jenner, 1969]. Несмотря на то, что для анализа привлекался ограниченный корпус лексики, данная работа по служила отправной точкой для дальнейших трудов в сфере изучения словообразования кхмерского языка. Ф. Дженнер дал четкую классификацию аффиксов кхмерского языка, а также выделил 8 простых префиксов, 6 простых инфиксов, 5 слоговых префиксов и 1 слоговой инфикс.

Анализ кхмерской аффиксации представлен Д.И. Еловковым, который методом квадрата выделил в кхмерском языке 18 аффиксов, посчитав при этом общее количество слов, содержащих аффикс, – около 1 000 (6–7 % от всей кхмерской лексики) [Еловков, 2006, с. 56–57]. По мнению исследователя, аффиксам в кхмерском языке присущи две основные функции: 1) образование каузативов и 2) образование существительных от глаголов и прилагательных.

По мнению Дж. Хаймана, кхмерский язык с точки зрения морфологии имеет довольно сложную систему деривационных аффиксов. Дж. Хайман предположил, что в кхмерском языке есть множество языковых средств, которые используются исключительно в декоративных целях и не выражают никакого смысла, тем самым нарушая принцип экономии и прозрачности при передаче информации. По мнению Дж. Хаймана, происхождение многих из наиболее распространенных аффиксов связано с постоянной редукцией безударных начальных слогов в полутора сложных словах. Его тезис о том, что кхмерский язык, как и многие языки Юго-Восточной Азии, демонстрирует склонность к симме- тричному декоративному словосложению [Haiman, 2011, p. 38], подвергся определенной критике со стороны российских лингвистов.

Т.Г. Погибенко ставит под сомнение методы анализа кхмерского языка, использованные Дж. Хайманном, указывает на то, что синонимические лексические комплексы способны порождать новые смыслы, а не создаются лишь для «красоты», и доказывает, что «выводы Дж. Хаймана являются следствием ошибочного синтаксического и семантического анализа, проведенного без учета диахронических свидетельств и результатов сравнительного анализа родственных языков» [Погибенко, 2019, с. 267].

Исследования камбоджийских языковедов в сфере словообразования затрагивают процессы создания новых слов при помощи префиксов, суффиксов и инфиксов, а также путем сложения слов или основ. Так, Соун Асот делит морфемы кхмерского языка на свободные (используются самостоятельно), соединительные (могут использоваться самостоятельно или совместно со свободными морфемами) и деривационные (не обладающие автономией) [Soun Orsoth, 2013, p. 286–287].

Учения о частях речи

Проблема выделения частей речи является одной из центральных в грамматике кхмерского языка: некоторые исследователи не склонны выделять части речи в кхмерском языке, другие – предлагают разный перечень таковых.

Например, Ж. Масперо отрицал наличие частей речи в кхмерском языке в связи с тем, что, по его мнению, слова не содержат в своей материи каких-либо элементов, указывающих на отнесенность данного слова к той или иной общеграмматической категории. По мнению лингвиста, кхмерские инфиксы и префиксы не определяют отнесенность слова к той или иной части речи, а употребление слова зависит не от данных аффиксов, а от значения корня. Ж. Масперо предложил выделять три структурно-грамматические группы слов в кхмерском языке: 1) не имеющие отнесенности к части речи (когда значение зависит от позиции слова в предложении); 2) имеющие относительно стабильную отнесенность; 3) имеющие стабильную, постоянную общеграмматическую отнесенность [Maspero, 1915, p. 234].

От заключений Ж. Масперо относительно частей речи в кхмерском языке значительно отличаются выводы Ф. Мартини. Учитывая отсутствие словоизменения в таких языках Юго-Восточной Азии, как, например, тайский и вьетнамский, он указывал на наличие у слов грамматических свойств, по которым их можно классифицировать, применяя при этом синтаксические критерии [Martini, 1950]. В частности, Ф. Мартини описал некоторые инфиксы, которые различают имя и глагол.

Ф. Хафман выделил существительные, классификаторы, местоимения (личные, количественные, указательные), предикативы, наречия, прилагательные, вспомогательные глаголы и частицы [Huffman, 1967, p. 147–153].

Наиболее подробная работа, включающая раздел о частях речи в кхмерском языке, принадлежит Ю.А. Горгониеву. По его мнению, «грамматическое и лексическое в кхмерском слове как бы слито воедино» [Горгониев, 1966, с. 104]. В целом исследователь подтверждает классическое членение на части речи (основываясь на его значении и грамматической роли в предложении), при этом усиливая его морфологической классификацией с учетом синтаксического критерия. Изучив неоднозначные данные французских лингвистов в области морфологии, он делил слова кхмерского языка на два разряда. К первому разряду он отнес слова, способные выступать в функциях подлежащего, сказуемого, дополнения и определения, ко второму – слова, которые могут выступать только обстоятельствами либо вообще не выполняют функций члена предложения. Слова первого разряда Ю.А. Горгониев разделил на два подразряда по способности выступать в функциях подлежащего и сказуемого: 1) слова, которые обычно выступают подлежащим и не способны самостоятельно выполнять функции сказуемого; 2) слова, которые обычно выступают сказуемыми и способны функционировать как подлежащее только в ограниченных конструкциях. Ю.А. Горгониев также отметил, что при учете функций не только подлежащего, но и сказуемого получается следующая картина группировки слов по функциональным признакам: слова, выполняющие функции членов предложения и слова, выполняющие служебные функции.

Проведенный анализ функций и сочетаемости разных групп слов позволил Ю.А. Горгониеву выделить два больших класса слов: имена (существительные, их заместители – местоимения, числительные) и предикативы (глаголы, модальные глаголы, качественные глаголы, прилагательные). Кроме того, ученый выделил частицы речи, включающие счетные слова (классификаторы), предлоги, союзы, относительные слова, связки, предикативные служебные слова, определительные служебные слова, частицы и междометия. Особый интерес представляет описание грамматических категорий, присущих тем или иным частям речи. В частности, у имен отмечаются количественные уточнители, выражающие категорию числа; заимствованные из пали и санскрита одушевленные существительные сохраняют грамматические различия в роде; у глаголов обнаруживаются видовые формы, выражающие результативные, начинательные, продолженные и завершенные действия, и временные формы (настоящее, прошедшее и будущее).

Отдельную главу Ю.А. Горгониев посвятил описанию систем формального выражения отношений между действием и предметом. Первая система представляет собой систему выражения отношений действия к объекту, на который оно направлено. К ней автор отнес транзитивно-каузативный, возвратный и взаимный залоги. Вторая – система выражения отношений между действием и предметом. Здесь речь идет о побудительной и пассивной конструкциях [Горгониев, 1966, с. 170–198].

Морфологические характеристики кхмерского языка даны в работе Д.И. Елов-кова. Он разработал классификации единиц кхмерского языка по паузам, то есть границам в звуковом потоке, где высказывание может начинаться и заканчиваться, и по сочетаемости единиц языка друг с другом. В классификации по паузам исследователь выделил четыре класса единиц: первые имеют паузу слева и справа (более 90 % единиц кхмерского языка); вторые имеют паузу на левой или правой границе, но не одновременно (не более двух десятков); третьи имеют паузу только на левой или только на правой границе (например, префиксы); четвертые не имеют паузы ни слева, ни справа

(например, инфиксы). Классификация по характеру и закономерности сочетания единиц кхмерского языка сводится к выделению двух лексико-грамматических классов слов: существительных и предикативов (глаголы и прилагательные), а также третьего класса слов по характеру синтаксической сочетаемости (например, ономатопы (звукоподражания), числительные, междометия, предлоги, союзы, личные местоимения, модальные глаголы и модальные слова и другие) [Еловков, 2006, с. 88–105].

Вместе с тем нам не удалось найти ни одного грамматического описания кхмерского языка камбоджийскими лингвистами, в котором приводились бы критерии выделения тех или иных частей речи. Каждый исследователь представляет свою классификацию без дополнительных пояснений. Так, Тхон Хын писал о существительных (одушевленных и неодушевленных, именах собственных и нарицательных), местоимениях (личных, определительных, неопределенных и относительных), прилагательных (качественных, сравнительных, в превосходной степени), глаголах (переходных, непереходных, каузативных, пассивных, возвратных). При этом, к глаголам он относил и отглагольные существительные, и наречия. Среди грамматических признаков глагола он выделил только время (настоящее, прошедшее и будущее), указывая на то, что в предложении чаще всего время понимается из контекста, а не выражается лексически [Thon Hin, 2020]. Другой камбоджийский лингвист Чхай Сокхай в работе, классифицируя части речи в кхмерском языке, дифференцировал существительные, местоимения, прилагательные, наречия и глаголы, а также указал, что глаголы в кхмерском языке не меняются по временам, а время определяется при помощи временных маркеров [Chay Sokhay, 2020]. Попытка описать служебные части речи была предпринята Соуном Асотом. Согласно его классификации, служебные части речи кхмерского языка включают не только единицы, выделяемые в большинстве языков (союзы, предлоги и частицы), но и сентиме-тивные части речи, такие как модальные слова, междометия и звукоподражания [Soun Orsoth, 2013, p. 484–650].

Выводы

Несмотря на то, что морфология является, по нашему мнению, самым изученным разделом системы кхмерского языка, результаты исследований, посвященных словообразованию и морфологии, представляются противоречивыми. Хотя кхмерский язык относят к изолирующим языкам, подробно проанализированы имеющиеся в нем способы словообразования: детально описаны инфиксы и их значения при образовании новых единиц лексики, префиксы и полуаффиксы. Несмотря на то, что проблема частей речи упоминается практически во всех грамматиках, не всегда представлены критерии их выделения, а полученные классификации не совпадают у представителей различных лингвистических школ. С учетом того, что в современном языкознании принят комплексный подход к классификации и описанию частей речи, данный раздел системы кхмерского языка требует дополнительных исследований с опорой на семантические, функциональные и дистрибутивные особенности его лексических единиц.

Синтаксис

Синтаксис является самой слабоизучен-ной частью грамматики кхмерского языка. Как мы уже отметили выше, по типологическим характеристикам кхмерский язык традиционно относят к группе изолирующих языков, поэтому при построении предложения особое значение приобретают такие морфологические и синтаксические средства, как порядок слов, использование служебных слов, семантические замены и трансформации.

Первые шаги в исследовании отдельных вопросов, посвященных синтаксису кхмерского языка, были предприняты Ж. Масперо. Однако те вопросы, которые лингвист рассматривает в главе «Синтаксис», не всегда можно назвать синтаксическими. Ученый отмечал, что кхмерский язык игнорирует пассивный залог и всегда использует активные конструкции для передачи пассивных форм. В части его труда, касающейся наклонений, он описал только повелительное наклонение, выражаемое при помощи таких служебных единиц, как ком/kợm, соум/sɒ:m, тёу/co:, тёх/сợh. Ж. Масперо ограничился лишь упомянутыми четырьмя номинациями, хотя в кхмерском языке их значительно больше. Особый интерес для изучения синтаксической системы представляет раздел «О некоторых многозначных глаголах», в котором Ж. Масперо рассматривает такие номинации, как аой/aoy, ба:н/ba:n и тиа/ciə, используемые в предложении в качестве смысловых или служебных глаголов [Maspero, 1915, p. 320–346].

Работы в области синтаксиса кхмерского языка можно разделить на следующие группы: 1) исследование словосочетаний и 2) исследование предложений.

Исследования словосочетаний

В своем весьма подробном исследовании синтаксиса кхмерского языка Ф. Мартини описал подлежащее, сказуемое и дополнение как универсалии. Он пришел к выводу о том, что последовательность «субъект-предикат» характерна как для вьетнамского, так и для кхмерского языков, а также предложил использовать помимо термина «субъект» термин «предложение-тема». На примерах он показал, что сиамский и кхмерский языки, столь разные во многих отношениях, различают глагол кы:/kᶶ : «быть по существу» и тиа/ciə «существовать как» [Martini, 1946, p. 181].

Ю.А. Горгониев выделял в кхмерском языке следующие типы словосочетаний:

• 1)    именные, образованные путем примыкания зависимого компонента к главному или с помощью служебных слов;

• 2)    глагольные, представленные тремя разрядами: глагол + имя, глагол + предикатив и глагол + наречие;

• 3)    адъективные: прилагательное + наречие, прилагательное + тианг / ciəŋ («более / менее») + существительное и прилагательное + нынг / nᶶŋ («и») + глагол) [Горгониев, 1966, с. 225–302].

Ф. Хафман представил развернутую классификацию выражений кхмерского языка, в которую включил нецентральные (периферийные), центральные (основные), параметрические и числовые конструкции. К первой группе он отнес субъектно-предикатные (прох ням / prợh ɲam ‘мужчина-есть’ – «мужчина ест»), паратактические (коун кхнем аю прам чнам те: / ko:n khɲɔm ayu pram chnam tɛ: ‘ребенок-я-возраст-пять-год’ – «моему ребенку пять лет»), объектные (баык твиа / baək tviə ‘открывать-дверь’ – «открой дверь»), реляционные (дак кнонг хеп / dak knợŋ həp ‘класть-в-коробка’ – «положи в коробку») и результативные конструкции (мда:й компунг де:ть лук / mda:c kɒmpuŋ de:c luk ‘мать-показатель продолженного действия-спать-спящий’ – «мама спит»); ко второй – предложные (даы лыан / daə lᶶən ‘идти-быстрый – «быстро идти») и препозитивные (кхнем тяп твы: ти: них / khɲɔm cap thvɤ: ti: nih ‘я-начинать-работать-место-этот’ – «я начал здесь работать») атрибутивные словосочетания; к третьей – кумулятивные (лу:к теу мун кхнем мо:к та:м / lu:k teu mun khɲɔm mɔ:k ta:m ‘ребенок-идти-раньше-я-приходить-следовать’ – «иди вперед, а я пойду за тобой»), альтернативные (бэй буан тхнгай тиат / bei buən thŋai tiət ‘три-четыре-день-еще’ – «через три-четыре дня»), аппозитивные (ло:к сем мыт кхнем / lɵ:k səm mᶶt khɲɔm ‘господин-Сем-друг-я’ – «Сем – мой друг»), и инклюзивные (доуть нух йы:нг туай проте:х йы:нг ба:н / do:c nuh yɤ:ŋ cuəy prɒtɛ:h yɤ:ŋ ba:n ‘так-тот-мы-помогать-страна-мы-показатель перфектива’ – «таким образом мы можем помочь нашей стране») конструкции; к четвертой – аддитивные (ро:й ха:сеп / rɔ:y ha:səp ‘сто-пятьдесят’ – «сто пятьдесят») и мультипликативные (прам × ро:й / pram × rɔ:y ‘пять-умножать-сто’ – «пятьсот») конструкции [Huffman, 1967, р. 199–230].

Исследования предложения

В работах Дж. Хаймана, посвященных кхмерскому языку, дано описание отрицательных и вопросительных (общих, специальных, и риторических вопросов) предложений, а также средств выражения темы. К последним он относил лексические темовыделительные конструкции ае / ae , темнаек / cɒmnaek , тёмпух / cɒmpuh («что касается») и частицы ( кы: / kᶶ: «именно») [Haiman, 2011].

Публикации Ю.А. Горгониева хронологически следуют за работами Ф. Мартини и написаны, по мнению Д. Джейкоб, в духе французского исследователя [Jacob, 1993, р. 12]. Его работы в области синтаксиса по-прежнему актуальны. Ю.А. Горгониев писал о строгом и не зависящем от вида предложения порядке слов в кхмерском предложении (действие правила прогрессивной последовательности к подлежащему, сказуемому и дополнению: возможна только последовательность подлежащее – сказуемое – дополнение, и прогрессивно-регрессивной для полузависимых членов: определение – определяемое) [Горго-ниев, 1966, с. 222–223].

Отдельный раздел его грамматики кхмерского языка посвящен предложению. В частности, подробно описаны главные (подлежащее и сказуемое) и второстепенные (дополнение, определение и обстоятельство) члены предложения, а также тематическое подлежащее и подлежащее-дополнение (выполняет одновременно двойную функцию: по отношению к одной части предложения – подлежащего, к другой его части – дополнения) [Горгониев, 1966, с. 225–270].

Работы камбоджийских лингвистов, посвященные синтаксису кхмерского языка и структурным типам кхмерских предложений, единичны. Соун Асот рассматривал проблему классификации предложений современного кхмерского языка исходя из системы грамматических понятий традиционного европейского языкознания, полагая, что в центре кхмерской грамматической системы лежат лексико-грамматические категории, которые находят отражение в разных типах кхмерских предложений [Soun Orsoth, 2013, р. 680–700]. Чхай Сокхай выделил два основных типа предложений в кхмерском языке: простое и сложное, а также предложил классификацию каждого из указанных типов. В зависимости от цели высказывания он описал повествовательные, побудительные, вопросительные и восклицательные [Chay Sokhay, 2020, р. 170–175]. Кунг Сокхенг изучал синтаксические связи в кхмерском языке и средства их формирования, а также строй глагольного предложения в китайском языке. Согласно его грамматике, существует три вида предложений в кхмерском языке: простые, сложноподчиненные и сложносочиненные, при этом последние включают в себя союзные и бессоюзные предложения [Kung Sokheng, 2013, р. 160–180].

Выводы

Будучи самым слабоизученным разделом системы кхмерского языка, синтаксис требует более пристального исследовательского вни- мания. Несмотря на имеющиеся публикации, посвященные грамматическому строю языка (описание критериев выделения членов предложения, словосочетаний, простых и сложных предложений), актуальным остается анализ функционально-стилевых и эмоциональноэкспрессивных свойств языковых единиц разных уровней, а также правил построения не только словосочетаний и предложений, но и текстов.

Заключение

Несмотря на лингвистический интерес к кхмерскому языку в XX в., он по-прежнему остается одним из малоизученных среди мон-кхмерских языков. Большинство исследований посвящены фонетике и морфологии и выполнены представителями европейских (в том числе российских) и американских научных школ. В то же время фиксируется рост интереса к лексическим и синтаксическим структурам кхмерского языка, в том числе среди камбоджийских лингвистов. Отметим, что созданная во второй половине ХХ в. грамматика кхмерского языка отечественного лингвиста Ю.А. Горгониева и по настоящее время является одной из наиболее полных и актуальных научных работ по кхмерскому языку.

Результаты анализа научной литературы о кхмерском языке позволил выявить наименее изученные и нерешенные вопросы, связанные с системой кхмерского языка. Так, на наш взгляд, в дальнейшем изучении нуждаются просодия, фразеология, ономастика, стилистика кхмерского языка; требуют уточнения критерии и подходы в сфере выделения частей речи; недостаточно исследований о функционально-стилевых и эмоциональноэкспрессивных свойствах единиц разных ярусов кхмерского языка, а также правилах построения современных текстов.

Объективные трудности при описании кхмерского языка связаны с тем, что языки региона Юго-Восточной Азии (в том числе кхмерский) обладают рядом специфических черт, которые существенно отличают их от европейских.

Таким образом, существует необходимость продолжения исследований кхмерского языка с целью создания более точного и полного описания разных уровней его системы и ее функционирования в речи, а также определения тенденций развития кхмерского языка в XXI веке.