Экономическая безопасность в условиях интергативных кризисов

Экологические, экономические, социальные, климатические, политические и другие процессы оказывают значительное влияние друг на друга.

Итогом нарастающих изменений во всех процессах может быть как проявление позитивного эффекта, так и негативных последствий в результате взаимодействий значительно возрастающих.

При определенных обстоятельствах в процессах возникает переходное состояние, когда система не может функционировать с использованием существующих методов, инструментов и ресурсов, управляемость теряется, достижение оперативных, тактических и стратегических целей ставится под сомнение.

Изменение природы экономических кризисов привело к тому, что от привычного понимания кризиса как «нарушения состояния равновесия между промышленным производством и платёжеспособным спросом» сейчас экономический кризис формируется также за счет нестабильности финансовых и сырьевых рынков и отсутствия системы управления глобальными рисками, влияния политических амбиций и множества других факторов.

Спецификой сегодняшнего состояния мировой экономической системы является совпадение во времени эпидемического, сырьевого и финансовых кризисов, эффект от слияния которых значительно усилился.

Можно говорить, что кризис сегодня имеет интегративный, холистический характер, когда целостность природы кризиса определена именно быстротой изменений в системах и процессах, их взаимосвязями и взаимовлиянием.

Возникает цепная реакция запуска кризисов в системах и процессах, остановить или локализировать которую достаточно сложно. Практика показывает, что существует три основных подхода к управлению кризисами:

– отпуск кризиса в свободное «плавание» с надеждой на адаптацию экономической системы под влиянием рыночных механизмов;

– выявление признаков кризиса на ранних этапах и активное управление экономической системой с целью их локализации или устранения;

– применение методов профилактики для уменьшения возможных негативных последствий кризисов или устранение возможности проявления кризисов в целом.

Кризис сегодня требует проактивного управления и преактивного прогнозирования и планирования.

Основной целью управления кризисами является обеспечение стабильности, устойчивости развития экономики и, следовательно, экономической безопасности государства.

Данные о методах исследования

Природу экономического кризиса изучают достаточно давно. Так, в австрийской экономической школе основной причиной кризиса называют «ошибочные» инвестиции [1], марксисты в основе кризиса видели дисбаланс между желанием бизнеса получить прибыль и недооценкой труда работников, в поведенческом подходе возникновение кризиса объясняется иррациональным поведением инвесторов на фондовом рынке, на рынках кредитов, ипотеки и др. [2, с. 441–442] ряд экономистов в основе кризисов видит быструю смену технологических укладов, этапов промышленных революций.

Повторение кризисов послужило основой для выдвижения теории цикличности развития экономики . В экономической литературе выделяют четыре основных вида экономических циклов: «краткосрочные циклы Китчина (характерный период – 2–3 года); среднесрочные циклы Жюгляра (характерный период – 6–13 лет); строительные циклы (ритмы) Кузнеца (характерный период – 15–20 лет); длинные волны Кондратьева

(характерный период – 50–60 лет)» [3].

В настоящее время мировые кризисы повторяются со средней периодичностью 6– 8 лет, что авторы объясняют двумя причинами:

– во-первых, межкризисные периоды совпадают с темпами накопления «инвестиционный ошибок», неэффективных инвестиций, не позволяющих закрепить успех выхода из предыдущего криза. В основе этого подхода лежит теория предельной полезности;

• -    во-вторых, межкризисные периоды совпадают с накоплением «инновационных тупиков», под которыми авторы понимают несовпадение возможностей экономической системы «впитать» в себя и воспринять сгенерированные наукой инновационные разработки и реализовать инновационные обновления в производстве.

Основным последствием влияния кризиса является нарушение безопасности.

Безопасность (как экономическая категория) «предполагает поддержание экономики на том уровне развития, который обеспечивал бы нормальную жизнедеятельность населения, возможности дальнейшего экономического роста» [4, с. 10].

Авторы считают, что безопасность - «это состояние социально-экономической системы воспринимать возмущения без значимых последствий для текущего функционирования и развития» [5, с. 26].

Результаты исследования

Говоря о возможных последствиях эпидемии коронавируса в начале этого года, авторы выделяли следующие моменты:

• -    для Китая - это прямые затраты на карантин и локализацию, спад производства и доходов из-за вынужденных простоев, спад доходов туристической и транспортной отрасли, спад доходов от поставок продукции за рубеж. Это привело к потерям фондового рынка, замедлению экономического роста (около 3% в год при локализации ситуации);

• -    для других стран - это снижение стоимости барреля нефти из-за спада потребления в Китае, снижение квот на добычу, колебания на фондовых рынков (уход инвесторов с рынков Китая и поиск новых рынков), спад экономического роста в мире (ожидается около 4% в год при локализации ситуации), трудности с комплектующими в рамках производственных цепочек, спад доходов туристической и транспортной отрасли, снижение запасов гаджетов и электроники, потенциальный рост цен;

• -    для России и ее регионов - это снижение доходов ФНБ, рост цен на топливо в рамках компенсации выпадающих доходов нефтяными компаниями, спад доходов туристической и транспортной отрасли, снижение поставок и потенциальный рост цен на продовольствие (плодоовощная продукция) и другие товары (особенно электронику, изделия легкой промышленности).

И это только последствия для экономики государств и организаций. Еще более значимые последствия оказались у малого бизнеса и доходов населения.

Все государства мира, объявив самоизоляцию и даже карантин для населения, а также осознавая значительные последствия разрыва экономических связей, спада спроса и др., были вынуждены поддерживать население и бизнес для продолжения жизнедеятельности.

Следует отметить, что, несмотря на то что рыночная экономика в России считается построенной, до сих пор бизнес надеется на патернализм государства. Впрочем, это происходит и в развитых странах с давнейшей историей рыночного управления.

В настоящее время среди экономистов идут споры о том, кому должна оказываться прямая поддержка государством: населению, пострадавшим отраслям и компаниям в них, финансовому сектору (как в кризис 2008 г. в России). Каждое государство комбинирует меры поддержки согласно своей политике взаимоотношения с бизнесом и населением, а также степени зрелости рыночной экономики в стране.

Население поддерживается прямыми выплатами социально незащищенным слоям (или практически всему населению, как в США), продлением сроков деятельности документов (в России) и другими прямыми видами помощи, а также косвенной поддержкой через предоставление зарплатных кредитов для предпринимателей, льготной ипотеки, заморозки кредитов по договоренности с банковской системой, отсрочки некоторых платежей и пени (например в ЖКХ) и др.

Малый и средний бизнес в России может воспользоваться мораторием на банкротство, мораторием на проверки, кредитными каникулами, беспроцентными кредитами на зарплату, снижением страховых взносов, налоговыми каникулами, отсрочками арендных платежей, безвозмездными субсидиями, продлением лицензий, поддержкой экспортеров и некоторыми другими мерами [6].

Крупные предприятия в наиболее пострадавших отраслях могут воспользоваться частью мер для поддержки малого бизнеса, получают доступ к льготным кредитам и отсрочку налогов, а также значительное снижение административного регулирования.

Общесистемный кризис, затронувший весь мир, требует поиска механизмов выхода из него. Государства по-разному понимают пути «перезапуска» экономики. Ряд стран надеется на создание «локомотивов» роста в виде конкретных отраслей, другие видят выход в общем стимулировании спроса через поддержку населения, малого и крупного бизнеса.

В качестве мер по обеспечению безопасности экономики России авторами предлагаются как структурные, так и системные преобразования.

Так, реструктуризация экономики направлена на развитие инновационных секторов, освоение рынков Национальной технологической инициативы, освоение экономического пространства путем формирования транспортных коридоров и др.

К системным преобразованиям относятся повышение роли малого бизнеса в экономике, формирование экологосберегающей системы хозяйствования, цифровизация и интеллектуализация всех секторов экономики и др., что может придать устойчивость, стабильность и гибкость экономической системы [7, с. 9].

Готовность к кризису может быть основана на двух составляющих:

• –    создание резервов и «подушки безопасности», что было достаточно успешно реализовано Россией через Фонд национального благосостояния;

• –    обеспечение готовности к кризису через оптимизацию структуры и системы экономики, в том числе применяя сценарий дифференцированного развития со структурными сдвигами и сценарий диверсификационного развития (например для Бурятии это новые секторы – биотехнологии, акваэкономика, «зеленая» экономика и др.).

Ручные методы управления экономикой могут быть и эффективны в моменты кризисов, но они абсолютно бесперспективны в стратегическом периоде. Необходимо выстроить такую систему управления, которая будет автоматически реагировать на изменения и адаптироваться к ним. Именно стабильность управленческих (и политических) систем развитых государств является их ключевым преимуществом перед Россией и другими развивающимися государствами.

Важнейшей проблемой экономики России и в то же время одним из основных направлений обеспечения устойчивости авторы считают диверсификацию структуры экономики.

Рассматривая вклад отраслей экономки в валовой внутренний продукт России, мы видим явное преобладание секторов обрабатывающих производств, торговли и добычи полезных ископаемых [8].

Следует заметить, что более важным является вклад отраслей в бюджет России, так как он определяет возможности для социально-экономического развития «очищая» финансовые ресурсы от возможного увода капитала за рубеж. Доходы бюджета России в 2018 г. составили 18747,5 трлн. руб. (или 18,5 % ВВП), из них нефтегазовые доходы – 8714,3 трлн. руб. (или около 46,5% от доходов бюджета), ненефтегазовые доходы – 10033,2 трлн. руб. [9]. То есть остается значительной «углеводородная» зависимость бюджета, что ярко проявилось в кризисе весны 2020 г., последствия которого пока непредсказуемы.

«Общий объем мировой экономики, или годовой ВВП всего мира, в долларах составляет чуть больше 77 трлн. 845 млрд.». Доля США в мировом ВВП составляет 24,41%. ВВП США в 2018 г. составил 20,5 трлн. долл., в том числе сфера услуг – 78%; промышленность – 21%; сельское хозяйство – 1 %. У Китая размер экономики оценивается в 11 трлн. 968 млрд. долл., он занимает 15% в мировом ВВП и находится на втором месте после США [10]. Бюджет США (федеральный) в 2018 г. составил 4,108 трлн.

долл. (при дефиците около 20%). Доходы бюджета США формируются в основном за счет населения: 46% – подоходный налог; 34% – страховые взносы; 10% – налог на прибыль организаций; 4% – акцизы; остальное – другие налоги (на дарение и наследство, таможенные пошлины и т.д.).

В регионах России картина несколько иная. Так, структура экономики Республики Бурятия свидетельствует о наличии нескольких секторов (транспорт, обрабатывающая промышленность и др.) с примерно равным вкладом в валовой региональный продукт (табл.).

Таблица – Вклад отраслей в валовой продукт и занятость населения [8]

Отрасль	Россия		Бурятия
	Доля в ВВП, %	Численность занятых, %	Доля в ВВП, %	Численность занятых, %
Торговля	16,7	19,1	15,5	19,7
Обрабатывающие производства	17,4	14,1	10,7	10,5
Транспорт	8	7,9	12,5	7,1
Добыча   полезных ископаемых	12,1	1,6	3,2	1,8
Образование	3	7,6	7,1	8,8
Здравоохранение	3,9	6,2	7,2	7,9
Гостиницы, общепит	1	2,4	2,4	2,8

Из представленных данных четко видны диспропорции в производительности труда в различных отраслях.

Следует отметить, что в основе возникающих проблем и поиска путей их решения лежит человеческий фактор. Экономическая наука уже давно использует такие категории, как экономическая и социальная ответственность, честность, справедливость, этика бизнеса и др.

К сожалению, эти факторы уступают сиюминутному желанию органов управления отчитаться по формальным показателям эффективности, а бизнеса – получить прибыль.

Выводы и рекомендации

Как отмечалось, кризис поставил задачу формирования политики и комплекса мероприятий оживления экономики и выхода на экономический рост.

В рамках экономической системы появилась уникальная возможность инвентаризации политики и практики социально-экономического развития, роли государства в управлении, формировании новых приоритетов.

Россия должна не только осуществить комплекс оперативных мероприятий по перезапуску» бизнеса, таких как кредитование оборотного капитала, реструктуризация кредитных задолженностей, налоговые каникулы и др., но и разработать и осуществить комплексную программу, направленную на диверсификацию модели экономики с поддержкой инновационных интеллектуалоемких отраслей.

Республика Бурятия, как и вся Россия и другие государства мира, находится на переломном этапе развития. Парадигма ориентации на природно-сырьевой потенциал неперспективна. Республика должна найти силы и пути построения инновационной экономики.

В качестве первоочередных мероприятий в республике необходимо разработать программу «инвентаризации» бизнеса и уделить внимание приоритетным направлениям, особенно в расходах средств государственной поддержки, стимулировать ассоциативное сотрудничество малого, среднего и крупного бизнеса, в том числе через аутсорсинг, кластеры и т.д.; сформировать программу кредитования оборотного капитала, в том числе через систему государственных гарантий перед банками и др.

В качестве стратегических мероприятий по модернизации экономики необходимо развивать инновационные интеллектуалоемкие производства; в полной мере задействовать традиционные и новые драйверы экономического роста