Экономика совместного потребления в условиях цифровизации
Автор: Шехов И.А.
Журнал: Известия Санкт-Петербургского государственного экономического университета @izvestia-spgeu
Рубрика: Творчество молодых ученых
Статья в выпуске: 4 (142), 2023 года.
Бесплатный доступ
В статье раскрыто содержание термина «экономика совместного потребления», описана роль цифровизации экономики как важнейшего институционального условия совместного потребления. Автор приводит примеры, характеризующие специфику совместного потребления в России и за рубежом. В работе обозначены возможные направления влияния шеринговой экономики напоказатели индивидуального и общественного благосостояния, намечены перспективы дальнейших исследований в области анализа, измерения и моделирования экономики совместного потребления в условиях цифровизации и расширения сетевых рынков.
Экономика совместного потребления, шеринговая экономика, цифровизация экономики, сетевой бизнес, сетевые рынки, индивидуальное благосостояние, общественное благосостояние, экономический рост
Короткий адрес: https://sciup.org/148327318
IDR: 148327318
Текст научной статьи Экономика совместного потребления в условиях цифровизации
В настоящее время экономическая модель совместного потребления (collaborative consumption) или ше-ринговая экономика (sharing economy), трактуемая как передача недоиспользуемых активов [12], получает всё большее распространение во многих странах мира. Организационно-экономические отношения субъектов экономики совместного потребления могут иметь как экономический, так и неэкономический характер. Речь идёт, например, о социальной или экологической мотивации, которая, в свою очередь, является предпосылкой создания и запуска некоммерческих проектов. Именно наличие социально и экологически мотивированной критической массы пользователей является одним из необходимых условий принципиальной возможности существования модели экономики совместного потребления. В этой связи можно утверждать, что практическая реализация концепции шеринговой экономики является большим стимулом для обеспечения устойчивого развития.
ГРНТИ 06.03.07
ЕDN BSQOHV
Иван Александрович Шехов – аспирант кафедры общей экономической теории и истории экономической мысли Санкт-Петербургского государственного экономического университета.
Статья поступила в редакцию 29.06.2023.
В основе экономики совместного потребления лежит принципиальная возможность создания специальных сервисов, работа которых обеспечивается использованием информационных технологий и различных онлайн-платформ. В связи с этим цифровизация экономики является важнейшим фактором, определяющим не только эффективность моделей экономики совместного потребления, но и их принципиальную возможность. В работе будут описаны наиболее важные аспекты развития цифровой экономики в части их влияния на формирование сетевых рынков в моделях шеринговой экономики.
В силу своей специфики экономика совместного потребления диктует необходимость постепенного смещения акцентов с традиционных экономических показателей оценки её эффективности на принципиально иные, качественно новые, более комплексные показатели. Эта необходимость обусловлена потребностью в максимально точной оценке уровня индивидуального и общественного благосостояния, а также уровня и качества экономического роста. Влияние экономики совместного потребления на показатели благосостояния и экономического роста также являются предметом настоящего исследования. Материалы и методы
Теоретико-методологическую основу работы составили научные труды отечественных и зарубежных ученых и специалистов в области экономики совместного потребления, шеринговой экономики, цифровизации экономики, экономики сетевых рынков, теорий общественного благосостояния и экономического роста. В качестве информационной базы исследования были использованы научные статьи отечественных и зарубежных учёных и специалистов по указанной проблематике. В процессе исследования применялись методы системно-структурного анализа, прогнозирования, логических построений, индукции и аксиоматической дедукции.
Результаты и их обсуждение
Начало развитию экономической модели совместного потребления было положено Б. Чески, Д. Гебиа и Н. Блечарзик, предоставившими в краткосрочное пользование за определённую плату надувные матрасы в арендуемой ими квартире участникам конференции, проходившей в 2008 году в Сан-Франциско (США), которым не хватило места в местных отелях. Вскоре после этого ими была учреждена компания «Airbed and breakfast» («Надувные матрасы и завтрак»). Сайт Airbedandbreakfast.com позволял этой компании использовать сервис по возможности организовать обслуживание электронных заявок на временное поселение. Сегодня компания получила широкую мировую известность под названием Airbnb, преобразовавшись в международный сервис по предоставлению услуг краткосрочной аренды жилья по всему миру [9]. По данным «PricewaterhouseCoopers» (PwC), эта компания, которая, в отличие от всех других компаний гостиничного бизнеса, не вложила ни одного цента в какие бы то ни было проекты строительства или приобретения объектов недвижимости, ежегодно обслуживает почти на 22% туристов больше, чем международная сеть отелей «Hilton» [1].
Совместное потребление может осуществляться в трёх основных формах, которые выделяются в зависимости от характера организационной системы соответствующего процесса: временное пользование товаром (каршеринг); купля-продажа подержанной продукции (магазины секонд-хэнд, онлайн сервисы); совместное пользование услугами (передвижение на автомобиле, туристические поездки и пр.) [3; 11]. В настоящее время в качестве практических примеров существования модели экономики совместного потребления можно привести систему каршеринга – совместного использования автомобилей [5]. Одной из разновидностей этого бизнеса является райдшеринг (ride sharing или carpooling), представляющий собой онлайн-сервис по совместному использованию частных автомобилей, а также по поиску подходящих попутчиков.
В числе всемирно известных субъектов в сфере каршерингового бизнеса могут быть названы американские компании Uber и Lyft, французская компания BlaBlaCar, российские компании Яндекс.Такси и Gett. Работа указанных компаний основывается на использовании специального мобильного приложения, позволяющего обеспечить удалённую связь между наёмными водителями и их потенциальными заинтересованными в услугах такси пассажирами. Этот сервис по сути дела фактически обеспечивает возможность предоставления услуг такси теми компаниями, которые не имеют собственного автопарка. Также здесь следует назвать компании, занимающиеся каршерингом, суть которого заключается в использовании онлайн-сервиса по временной аренде автомобилей, находящихся в собственности какой-либо компании (коммерческой либо некоммерческой). При этом автомобиль арендуется без водителя.
Самыми известными представителями названого сервиса являются компании «Car2Go» (Германия), «ZipCar» (США), «Веломобиль», «BelkaCar» и «Яндекс.Драйв» (Россия).
Подобного рода бизнес получает всё более широкое распространение не только в отношении автомобилей, но и в отношении велосипедов и электросамокатов. Так, велошеринг представляет собой систему совместного использования велосипедов. Велосипеды предоставляются в краткосрочное пользование на условиях проката. Получить велосипед в аренду можно на специально оборудованных для этого автоматизированных велосипедных станциях. Развитие велошеринга представляет собой альтернативу моторизованному общественному и личному транспорту, улучшая таким образом не только транспортную, но и экологическую обстановку в городе. В качестве ещё одного примера практического приложения шеринговой экономики может послужить сегмент товаров класса люкс. Так, например, собственники дорогостоящих автомобилей, частных самолётов, речных и морских яхт предоставляют их в краткосрочное пользование другим лицам.
В настоящее время Россия находится в числе стран, активно развивающих модели экономики совместного потребления. Так, по данным Университета Пенсильвания (США), ежегодно рассчитывающего Индекс экономики совместного потребления (The Sharing Economy Index), в 2018 году Россия заняла 105-е место среди 213 государств, присутствующих в рейтинге [7, с. 150]. Если говорить о структуре российской шеринговой экономики, то в 2017 году 72% от общего объёма сделок в денежном выражении было связано со сделками между юридическими лицами, 19% пришлось на оплату услуг фрилансеров, 5% – на аренду автотранспорта, 2% – на краткосрочную аренду жилья [там же]. В 2019 году в тор-20 самых дорогих интернет-компаний России из списка Форбс вошли такие маркетплейсы, как «Wildberries» и «Lamoda», сервисы «Avito» и «Youdo», а также образовательная платформа «Skyeng» [там же].
Как уже было отмечено выше, в основу экономики совместного потребления положена принципиальная возможность создания специальных сервисов, работа которых обеспечивается использованием информационных технологий и онлайн-платформ. Суть процесса состоит в том, что участники модели совместного потребления получают возможность совершать обмен временно не используемыми ими экономическими активами. При этом важно отметить, что такая передача может осуществляться в отношении как тех активов, которые являются объектами права собственности участников, так и тех, которые не являются таковыми (например, находятся только во временном пользовании на правах аренды). Это позволяет обеспечивать достаточно широкий доступ к различным экономическим благам и услугам для очень широкого круга субъектов.
В этом смысле можно утверждать, что с развитием цифровой экономики и информационных технологий (сетевых сервисов, облачных платформ и пр.) открываются новые и расширяются имеющиеся возможности получения большого количества разнообразных товаров и услуг для огромного круга потребителей. Сегодня цифровизация экономики имеет место во множестве разнообразных сфер хозяйственной и бытой деятельности, предполагая не только развитие программных продуктов, но и формирование специальных платформ для перераспределения информации между потенциальными продавцами и покупателями товаров и услуг [1; 4].
Поскольку указанные платформы в самом общем виде представляют собой цифровой инструмент, дающий возможность взаимодействия множеству заинтересованных сторон, их обычно рассматривают в качестве своего рода посредников в этом процессе. Эти платформы посредством использования технологий Big Data позволяют накапливать, распределять и использовать огромные массивы самых разнообразных данных множества пользователей. От традиционных бизнес-моделей их отличает то, что они производят и распределяют не товары и услуги, а информацию, необходимую для перераспределения товаров и услуг.
Цифровизация экономики, в которой происходит перевод активов в цифровой вид, делает возможным распределять и перераспределять эти оцифрованные активы посредством купли-продажи практически в любой точке географического пространства при условии, что она обеспечена доступом к интернету [1]. При этом доступ к таким активам существенно упрощается. Это приводит к созданию благоприятных институциональных условий для повсеместного и очень широкого развития самых необычных и очень многообразных форм шеринговой экономики [4; 6; 8]. В процессе цифровизации экономики основополагающую роль играют разнообразные виды осуществления сделок в рамках элек- тронной коммерции. Компании, работающие на базе использования сетевых интернет-платформ и инновационных облачных технологий, не могут не оказывать огромного влияния на самые различные аспекты развития современной экономики.
При этом, указанное влияние проявляется на всех уровнях: микро- (уровень отдельных физических и юридических лиц), мезо- (региональный и отраслевой уровни), макро- (национальный уровень) и мега- (наднациональный или глобальный уровень). По сути дела, происходящая сегодня всё более быстрыми темпами и во всё увеличивающихся масштабах интернационализация бизнеса обеспечивается именно тем, что происходит глобализация разнообразных сетевых рынков. Постепенное и последовательное снижение трансграничных барьеров позволяет формировать внешние факторы стимулирования развития экономики совместного потребления и расширять её масштабы с национального уровня до международного. В этой связи особенно важное значение приобретает необходимость создания унифицированных глобальных институциональных условий развития шеринговой экономики.
Следует отметить, что в рамках экономики совместного потребления модели формирующихся новых рынков могут быть охарактеризованы как модели совершенной конкуренции [1], поскольку каждый отдельный их субъект, (как отдельный потребитель, так и отдельный производитель), имеет слишком незначительную долю, чтобы оказывать хоть сколько-нибудь заметное влияние на рыночную цену соответствующего товара или услуги. Кроме того, благодаря технологиям цифровой экономики обеспечивается высокая степень однородности и доступности информации о наличии товаров и услуг и об их ценах [1].
Особенностью экономики совместного потребления, принципиальной отличающей её от традиционных моделей и видов бизнеса, является то, что здесь не происходит создания каких бы то ни было инновационных продуктов. В рамках шеринговой экономики уже произведённые ранее продукты перераспределяются и начинают использоваться расширенным числом потребителей. Кроме того, общее количество товаров и объём услуг при совместном их потреблении зачастую даже сокращается (в чём собственно и состоит один из стимулов указанного процесса, обусловленный его экологической мотивацией и имеющий целью сокращение негативного техногенного воздействия на окружающую среду и уменьшение экологического ущерба).
Вместе с тем, несмотря на то, что роста объёма производства не наблюдается, индивидуальное и общественное благосостояние при совместном потреблении зачастую увеличивается. Это происходит по тем же самым, носящим экологический характер причинам, а также потому, что достаточно широкий круг потребителей получает возможность пользования одним и тем же набором благ (автомобилями, велосипедами, жилыми помещениями и пр.) или услуг (по перемещению, совместному отдыху и пр.). Это, в свою очередь, значительно расширяет возможности удовлетворения потребностей большого числа потребителей в соответствующих товарах и услугах и, наряду с экономией расходов, тоже в конечном счёте приводит к увеличению индивидуального и общественного благосостояния. Таким образом, развитие шеринговой экономики, являясь фактором сокращения или замедления темпов экстенсивного экономического роста, одновременно является фактором, стимулирующим интенсивный экономический рост, при котором обеспечивается достаточно высокий уровень жизни при относительном сокращении объёма производства товаров и услуг [2; 7; 10].
Таким образом, можно сделать вывод о том, что обеспечение эффективной институциональной системы в целях дальнейшего развития экономики совместного потребления может происходить посредством перераспределения благ и услуг, носящих как материальный, так и нематериальный характер. При прочих равных условиях нормальная работа этой институциональной системы закономерно должна привести к повышению уровня как индивидуального, так и общественного благосостояния. И это утверждение можно сделать, даже принимая во внимание уже описанное выше обстоятельство, заключающееся в том, что в случае совместного потребления зачастую не происходит реального роста объёмов производства. А, следовательно, потребление товаров и услуг в рамках шеринговой экономики никаким образом не стимулирует их расширенное воспроизводство и поэтому, на первый взгляд, должно приводить к снижению уровня общественного благосостояния.
Заключение
Экономическая модель совместного потребления в современной экономике становится всё более популярной как в России, так и за рубежом. Одной из самых главных особенностей указанной модели служит её ориентация не только на экономические, но и на внеэкономические (экологические, социальные и пр.) факторы. Сетевой бизнес, лежащий в основе экономики совместного потребления, напрямую зависит от эффективности специальных сервисов, работающих с использованием информационных технологий и онлайн-платформ. В связи с этим, можно с уверенностью утверждать, что цифровизация экономики является определяющим фактором, от которого зависит собственно возможность развития ше-ринговой экономики, а не только её эффективность.
С развитием и расширением масштабов экономики совместного потребления изменяется научный подход к формированию системы показателей, на которые следует ориентироваться при оценке индивидуального и общественного благосостояния, а также при оценке, прогнозировании и моделировании экономического роста. Развитие экономики совместного потребления и шерингового бизнеса, основанного не на расширенном воспроизводстве, а на перераспределении уже произведённых благ и уже предоставляемых определённому кругу потребителей услуг, в отдельных случаях может являться причиной снижения темпов экономического роста. В связи с этим можно утверждать, что такие современные тенденции, как цифровизация экономики и развитие сетевых рынков, оказывают противоречивое влияние на характер и интенсивность экономического роста. Безусловно, в данном аспекте существует ещё очень много отдельных вопросов, требующих проведения дальнейших исследований.
Одним из таких вопросов является, например, трудность установления объёма затрат материального капитала компаний, работающих в сетевом бизнесе. Поскольку компании, занятые в сфере экономики совместного потребления, зачастую не создают какого бы то ни было нового материального продукта, оказывая услуги нематериального характера, они во многих случаях используют существенно меньше занятых по сравнению с компаниями, работающими в традиционных сферах и отраслях бизнеса. В связи с этим следует особо отметить, что в данном случае использование показателя производительности труда для сопоставления сетевого бизнеса или бизнеса в сфере информационных технологий с результатами компаний из других сфер экономики становится некорректным [1].
Это, в свою очередь, также открывает новые горизонты и перспективы для дальнейших научных исследований экономики совместного потребления и шерингового бизнеса. Поэтому особую актуальность приобретает развитие теоретических основ анализа, моделирования и измерения развития экономики в условиях цифровизации. Ещё одним такого рода аспектом, требующих отдельного внимания исследователей, является то обстоятельство, что развитие экономики совместного потребления и ше-рингового бизнеса требует гораздо меньшее, по сравнению с традиционными сферами и отраслями, количество капитальных ресурсов, являющихся предметом первоначальных инвестиционных вложений. Использование инновационных облачных технологий и различных сетевых платформ позволяет обеспечить значительную экономию текущих расходов.
Это является причиной имеющего места в ряде случаев затруднения достоверной оценки инвестиционного капитала в сфере экономики совместного потребления, приводя к сложностям сравнительной оценки показателей эффективности различных видов цифрового и традиционного бизнеса, а также отдельных макроэкономических показателей различных стран. Таким образом, можно сделать вывод, что для оценки сравнительной эффективности традиционных видов бизнеса и моделей экономики совместного потребления обычные экономические показатели (производительность труда, материалоотдача и материалоёмкость, фондоотдача и фондоёмкость и пр.) оказываются неприменимыми. Поэтому возникает необходимость разработки новых измерителей результатов деятельности компаний сетевого бизнеса, которые учитывали бы специфику шеринговых компаний и особенности создания результатов их деятельности.
Проведённый анализ проблем и особенностей развития цифровизации экономики и шерингового бизнеса показал, что в настоящее время особую актуальность приобретает необходимость разработки принципиально новых теоретических положений, на основе которых станет возможным обоснование нетрадиционных показателей и характеристик сетевого бизнеса в условиях экономики совместного потребления, а также совершенствование методов управления в указанной сфере.
Список литературы Экономика совместного потребления в условиях цифровизации
- Воронцовский А.В. Цифровизация экономики и её влияние на экономическое развитие и общественное благосостояние // Вестник Санкт-Петербургского университета. Экономика. 2020. Т. 36. Вып. 2. С. 189-216.
- Карпова С.В. Концептуальные основы организации эффективного взаимодействия органов государственной власти, коммерческих и некоммерческих организаций в системе ответственного потребления // Проблемы современной экономики. 2022. № 4 (84). С. 173-176.
- Кацони В., Шерешева М.Ю. Экономика совместного потребления в индустрии гостеприимства и туризма // Вестник Московского университета. Серия 6. Экономика. 2019. № 1. С. 71-89.
- Кононкова Н.П., Михайленко ДА. Экономика совместного потребления: основы рыночных отношений в новой экономической реальности // Вестник Московского университета. Серия 6. Экономика. 2022. № 1. С. 133-153.
- Куданова А.И., Яковлева Е.Ю. Экологизация автомобильного транспорта: преимущества и сложности перехода на альтернативные автомобили // Вестник Московского университета. Серия 6. Экономика. 2021. № 2. С. 176-198.
- Роженцова Е.В., Третьякова Е.А., Шимановский Д.В. Факторы проэкологического поведения граждан // ЭКО. 2023. № 2. С. 123-136.
- Тагаров Б.Ж. Специфика экономики совместного потребления и условия её развития // ЭКО. 2019. № 7. С. 140-155.
- Таничев А.В. Внедрение модели ответственного потребления - основа улучшения качества жизни // Проблемы современной экономики. 2022. № 4 (84). С. 106-113.
- Тищенко Н.Ю., Тищенко О.Э., Ребязина В.А., Слободчук Ю.А. Факторы потребительского поведения в сфере экономики совместного потребления в России на примере компании Airbnb // Вестник Московского университета. Серия 6. Экономика. 2019. № 2. С. 43-63.
- Черенков В.И., Карпова С.В., Таничев А.В. Факторы и метафакторы нормирования потребления в реализации концепции устойчивого развития // Проблемы современной экономики. 2022. № 4 (84). С. 72-75.
- Botsman R., Rogers R. What's Mine Is Yours: The Rise of Collaborative Consumption. Harper Business: Illustrated édition, 2010. 304 p.
- Frenken K., Meelen T., AretsM., van de GlindP. Smarter régulation for the sharing economy // The Guardian. 2015, 20 May.