Эмпирическое исследование процессов субъект-субъектного взаимодействия людей: принципы и первые результаты

Проблема

В современной психологии при характеристике способов познания человека все чаще акцент смещается с категорий «деятельность» и «поведение» на категорию «взаимодействие». Такой акцент впервые отмечается в психологии субъекта и психологии человеческого бытия [4, 6, 10, 11]. Утверждается, что человек как субъект жизни проявляется и развивается в различных ситуациях взаимодействия с миром, в этой связи также предложена категория «событие» («со-бытие») [6, 12]. В Пермской школе психологии в исследованиях активности человека как субъекта различных сфер и ситуаций взаимодействия с миром уже много лет разрабатывается и эмпирически изучается теория активности как универсальной меры взаимодействия, меры субъектно-сти-объектности реализации человеком своего потенциала в различных сферах бытия [5, 9]. Все больше в науке возрастает интерес и к различным формам субъект-субъектного взаимодействия [1,3]. Это смещение приоритетов логично: человек проявляет себя не «сам по себе», а как часть системы взаимодействий с другими людьми. При этом социокультурная сущность человека диктует необходимость рассматривать эту систему взаимодействий как определяющую.

Любое взаимодействие (как и активность, разворачивающаяся в пространстве взаимодействия) - прежде всего, это процесс. Строго говоря, сама психология изначально - наука о психических процессах.

Проблема заключается в том, что уровень развития эмпирических методов познания человека не соответствует современным теоре тическим подходам к пониманию его сущности в психологии. В частности:

• 1.    Методы диагностики, применяемые в психологических исследованиях в рамках общей психологии и психологии личности, не способны (строго говоря) моделировать именно процесс. В настоящее время психодиагностика способна в основном лишь на то, чтобы изучать срезы, или следы психических процессов в личности или поведении человека. Так, многочисленные психологические исследования активности, построенные в рамках корреляционного дизайна с применением общепринятых психодиагностических методик (а таких исследований - подавляющее большинство), представляют собой образцы исследования неких статических срезов динамического процесса активности (например, самооценка степени интринсивности собственного поведения, самооценка результативности активности и т. д.). Процесс взаимодействия не изучается в его непосредственном протекании, в живом развертывании, поскольку современная эмпирическая психология попросту не располагает соответствующим методом. Даже общение (которое по определению является живым процессом субъект-субъектного взаимодействия) изучается с помощью самооценочных методов и в этом смысле изучается не как общение в собственном смысле слова, а как общительность.

• 2.    В современной отечественной психологии также ощущается острый недостаток в методах и средствах исследования взаимодействия. Существующие эмпирические методы могут моделировать лишь воздействие (на-

• пример, воздействие независимой переменной на зависимую). Однако очевидно, что в реальной жизни независимая и зависимая переменная - это не более чем гносеологические абстракции, которые онтологически постоянно перетекают друг в друга.

Если же личность человека формируется именно во взаимодействии, в частности, субъ-ект-субъектном, науке необходим соответствующий эмпирический метод, который давал бы возможность: 1) изучать характеристики процесса взаимодействия в его непосредственном протекании, 2) учитывать при этом диалектическую природу процесса и преодолевать гносеологическое дробление, предписывающее рассматривать одни характеристики как зависимые, другие - как независимые.

Технология

Такие возможности могут быть реализованы с помощью технологии моделирования процесса взаимодействия субъекта с другими людьми с применением особых математических моделей - цепей Маркова [7, 17].

Моделирование с помощью цепей Маркова основано на рассмотрении процесса как последовательной смены микросостояний. Для фиксации микросостояний во взаимодействии людей может использоваться экспертная оценка отснятых видеофрагментов. Сама исследовательская стратегия является инновационной в том смысле, что она направлена на изучение закономерностей перехода между различными микросостояниями. В математическом плане происходит оперирование переходными вероятностями. Это требует совершенно новых статистических методов обработки данных. Из уже изученных нами возможностей моделирования взаимодействия субъектов с применением цепей Маркова можно отметить следующие:

• 1.    Исследование порядка цепи: предполагает ответ на вопрос о том, от скольких предыдущих микросостояний взаимодействия зависит состояние или поведение субъекта в момент времениN.

• 2.    Исследование содержательных закономерностей перехода между микросостояниями: предполагает анализ вероятности наступления одних событий после других.

• 3.    Выявление скрытых (латентных) переменных, лежащих в основе процесса или управляющих им. Это направление анализа аналогично решению задач средствами факторного анализа, но применяется оно к динамическим данным [22].

Состояние исследований в отечественной и зарубежной психологии

Моделирование процессов с помощью цепей Маркова в психологических исследованиях нельзя назвать распространенным. Нам неизвестно каких-либо отечественных разработок или исследований в этой области. Выполненный нами обзор зарубежной литературы выявил публикации, принадлежащие небольшим и довольно разрозненным научным коллективам и относящиеся в основном к периоду середины-конца 90-х годов прошлого века.

Так, например, А.С. Jeong после присоединения в 2001 году к программе разработки инновационных образовательных систем в США занимается созданием новых методов и компьютерных программ анализа и графической визуализации паттернов и закономерностей в процессах дистанционного обучения и опосредованной компьютером коммуникации. Одним из первых А.С. Jeong стал связывать показатели успешности деятельности с последовательностями смены реплик в диалоге, что уже принесло немалые результаты [15, 16]. В некоторых исследованиях А.С. Jeong и его коллеги выявили определенные закономерности построения процесса аргументации, которые с большей степенью вероятности приводят к выработке навыков критического мышления у учащихся (такая организация исследования позволяет, в том числе, эмпирически охватить феномен «вопрошания»).

Исследование индивидуалистических и коллективных стратегий ведения переговоров проводилось, например, в работах [14, 21]. При этом изучался процесс коммуникации (переговоров) сторон, заинтересованных в заключении контракта. В частности, исследовались так называемые «интегративные» (направленные на достижение личной выгоды) и «дистрибутивные» (направленные на достижение компромисса) стратегии ведения переговоров, а также факторы, влияющие на выбор субъектом той или иной стратегии.

Эта технология доказала свою эффективность также в прогнозировании внешнеполитических событий. В частности, было показано, что из предшествующей последовательности событий можно было бы достоверно спрогнозировать Балканский конфликт за три года до его фактического наступления [19]. Р.А. Schrodt и его коллеги реализуют интереснейшую линию исследований, связанную с кодированием внешнеполитических событий при помощи компьютерных баз данных типа

WEIS и дальнейшим анализом и выявлением в этих событиях скрытых последовательностей. Некоторые из подобных закономерностей были получены для военных конфликтов в Ливане, на Ближнем Востоке в разных временных периодах и т. д. [18, 20].

Результаты пилотажных исследований в Пермской психологической школе

За последний год нами было начато три линии исследований с применением моделирования процессов с помощью цепей Маркова. В данных пилотажных исследованиях была апробирована технология и получены первые результаты:

• 1.    Эмпирический анализ закономерностей смены эго-состояний при взаимодействии в паре «психолог-клиент» (исследование выполнялось совместно с П. Тарасовой).

• 2.    Анализ тактик переговоров между заинтересованными лицами в ситуации конфликтующих интересов. Выявлено, например, что интуитивное правило «агрессия в переговорах порождает агрессию» не совсем верно: тактика давления со стороны собеседника сначала порождает реакцию уступки, однако затем (отсроченно, через несколько реплик) приводит к тактике ответного давления («реакция мести») (исследование выполнялось совместно с Ю. Распутиной).

• 3.    Анализ проявлений эмпатичности в дружеских диалогах в социальных Интернет-сетях (исследование выполнялось совместно с Е. Бабичевой).

В целях иллюстрации логики организации исследования и сущности получаемых результатов охарактеризуем более подробно первую работу - эмпирический анализ закономерностей смены эго-состояний при взаимодействии в паре «психолог-клиент».

Проблема

Транзактный анализ Э. Берна является широко применяемой на практике и часто цитируемой психотерапевтической системой. Преимущество подхода заключается в возможности анализировать живой процесс взаимодействия психолога и клиента, реальный разговор двух сторон. Это преимущество неоднократно подчеркивалось, например, в работах Дж. Прохазки и Дж. Норкросса [8]. Однако эмпирическому тестированию положения теории транзактного анализа не подвергались. Впрочем то же самое можно сказать практически о любом из распространенных сегодня подходов в личностной психотерапии и психологическом консультировании. Эта проблема напрямую относится к проблеме соотношения науки и практики в психологии. Описываемое исследование является примером попытки подойти к одной из психотерапевтических систем (на примере транзактного анализа) с позиций строгой эмпирики и статистически обоснованных выводов.

Одно из центральных положений Э. Берна [2] заключается в возможности выделения в поведении клиента и психолога трех относительно независимых эго-состояний («Родитель», «Взрослый», «Ребенок»), Транзактный анализ предполагает изучение эго-состояний и закономерностей перехода между ними. Одно из положений теории заключается в том, что процесс взаимодействия двух людей проходит до тех пор, пока их транзакции дополнительны. Как только транзакции пересекаются, есть два пути: либо транзакции становятся дополнительными (один из собеседников переходит в другое эго-состояние), либо диалог прекращается. Это положение предполагает, что в процессе взаимодействия двух людей каждый из них должен учитывать как минимум два обстоятельства: 1) эгосостояние своего собеседника, 2) свое эгосостояние в предыдущий момент времени. Это означает, что для построения своего поведения в момент времени N+2 клиенту необходимо учитывать эго-состояния в моменты времени N и N+1, а также взаимодействие между ними. Эти положения подвергались нами проверке на основе эмпирического исследования и последующей обработки данных с помощью цепей Маркова. При этом нами была использована логика эмпирического исследования, предложенная L.R. Weingart и MJ. Prietula для процессуального анализа процесса переговоров двух сторон [21].

Гипотезы

• 1.    Эго-состояние клиента определяет эгосостояние психолога.

• 2.    Эго-состояние психолога определяет эго-состояние клиента. Это влияние по крайней мере в два раза превышает влияние клиента на психолога.

• 3.    Клиент при выборе своего эго-состояния в момент времени N руководствуется эгосостоянием психолога в момент времени N-1, возникшем в ответ на эго-состояние психолога в момент времени N-2 (то есть в своем поведении клиент руководствуется анализом двух предшествующих шагов/реплик).

• 4.    Психолог при выборе своего эго-состояния в момент времени N руководствуется

• 5.    Для объяснения взаимодействия клиента и психолога необходимо анализировать как непосредственную реакцию, так и пересечение транзакций (т. е. утилитарная функция транзактного анализа велика).

эго-состоянием клиента в момент времени N-1, возникшем в ответ на эго-состояние психолога в момент времени N-2 (то есть в своем поведении психолог руководствуется анализом двух предшествующих шагов / реплик).

Организация исследования

В эмпирическом исследовании приняли участие 20 пар студентов, обучающихся на факультете психологии Пермского государственного педагогического университета. Каждой паре была предложена игровая ситуация, в которой один из участников (случайным образом) играл роль психолога, другой - клиента. Клиенту необходимо было озвучить заранее заготовленный нами запрос (смерть родственника и затянувшееся состояние депрессии), психологу необходимо было оказать психологическую поддержку. Процесс и содержание диалога внутри пары никак не регламентировались. Ситуация взаимодействия снималась на видеокамеру. Среднее время взаимодействия каждой пары составило 5 минут. На втором этапе группа экспертов анализировала видеозаписи. Каждая запись была разбита на отдельные четко выраженные единицы - реплики. Каждой реплике каждый из экспертов приписывал один из трех кодов в соответствии с тем, в каком эго-состоянии (по мнению эксперта) в этот момент пребывал собеседник («Родитель», «Взрослый», «Ребенок»), В тех случаях, когда эксперты расходились в своих оценках, соответствующая реплика исключалась из анализа. В итоге было получено 20 последовательностей из цифр, соответствующих определенным эго-состояниям. Эти последовательности были преобразованы в матрицу сырых данных, где в строках располагались транзакционные последовательности, а в столбцах - номер и код реплики (всего четыре кода: К1, П1, К2, П2 -первая реплика клиента, первая реплика психолога, вторая реплика клиента и т. д.). В итоге было получено 343 транзакционных последовательности из четырех реплик. Эти последовательности повергались анализу с использованием цепей Маркова, целью анализа было выявление закономерностей перехода между различными эго-состояниями психолога и клиента.

Результаты и выводы

• 1.    Первая гипотеза нашла свое подтверждение. Средние значения ф-коэффициента корреляции в таблицах сопряженности К1 - Ш и К2 - П2 составляет 0,47, квадратичному представлению которого соответствует 22 % объяснимой дисперсии: эго-состояние психолога на 22 % зависит от предшествующего эго-состояния клиента.

• 2.    Вторая гипотеза нашла частичное подтверждение. Соответствующее значение ф-коэффициента для таблиц сопряженности П1-К1 и П2-К2 составляет 0,53 (т. е. эгосостояние клиента на 28 % зависит от предшествующего эго-состояния психолога).

• 3.    Третья гипотеза подтверждения не нашла. Для проверки этой гипотезы были построены несколько гипотетических цепей Маркова, затем проведено сравнение индексов пригодности цепи первого порядка (в которой состояние в момент времени N зависит только от состояния в момент времени N-1) и цепи второго порядка (в которой состояние в момент времени N зависит от двух предшествующих состояний, N-1 и N-2). Сравнение полученных результатов показало, что улучшение в индексах пригодности при переходе от цепи первого порядка к цепи второго порядка незначительно: %² (16) = 15,8; р > 0,05. Фактически это означает, что учет закономерностей взаимодействия между состояниями в моменты времени N-1 и N-2 в исследованной выборке для объяснения поведения психолога и клиента избыточен. Модель первого порядка, учитывающая лишь непосредственные реакции психолога на клиента (и наоборот), обладает высокой степенью пригодности: %² (52) = 61,6; р = 0,17.

• 4.    Четвертая гипотеза (в аналогичном статистическом анализе) также не нашла своего подтверждения.

• 5.    На основании описанных выше данных представляется возможным утверждать, что для объяснения взаимодействия клиента и психолога в исследованной выборке анализ пересекающихся транзакций является избыточным. Клиент ориентируется на свое предшествующее эго-состояние и на актуальное эгосостояние психолога. Однако у клиента не происходит сопоставления эго-состояния психолога со своим предшествующим эго-состоянием. Таким образом, и клиент, и психолог в нашей выборке ведут себя «непосредственно».

• 6.    На основе полученных данных было проведено также качественное, описательное

исследование закономерностей перехода между эго-состояниями психолога и клиента. В целом полученные данные позволяют утверждать, что:

• а)    на эго-состояние «Ребенка» у психолога клиент более склонен реагировать эгосостоянием «Родителя» (49 %) или «Взрослого» (44 %). На эго-состояние «Взрослого» у психолога клиент склонен реагировать эгосостоянием «Взрослого» (49 %), «Ребенка» (35 %), «Родителя» (16%). На эго-состояние «Родителя» у психолога клиент реагирует эгосостоянием «Ребенка» (71 %), «Взрослого» (20 %), «Родителя» (9 %);

• б)    на эго-состояние «Ребенка» у клиента психолог более склонен реагировать эгосостоянием «Родителя» (46 %), «Взрослого» (44%), «Ребенка» (10 %). На эго-состояние «Взрослого» у клиента психолог склонен реагировать эго-состоянием «Взрослого» (63 %), «Ребенка» (22%), «Родителя» (15%). На эгосостояние «Родителя» у клиента психолог склонен реагировать эго-состоянием «Ребенка» (50 %), «Взрослого» (42 %), «Родителя» (8 %).

В целом можно утверждать, что для нашей выборки утилитарная функция системы транзактного анализа оказалась низкой, т. е. положения теории Э. Берна для анализа закономерностей смены эго-состояний у психолога и клиента оказались избыточными.

Перспективы исследования процессов субъект-субъектного взаимодействия людей с применением цепей Маркова

Конечно, анализ закономерностей смены эго-состояний - достаточно узкая тема, которая была выбрана нами на этапе апробации предлагаемой технологии в силу интуитивной понятности и простоты категорий кодирования поведения испытуемых («Родитель», «Взрослый», «Ребенок»), Описываемая технология дает возможность анализа широкого спектра процессов взаимодействия, последовательностей событий и т. д. При этом необходимо учитывать, что основная трудность и основной источник субъективизма в такого рода исследованиях - исходная система кодировки поведения испытуемых и мера согласованности мнений экспертов, которые приписывают определенному поведению или определенной реплике тот или иной числовой код. Надеемся, описанная технология однажды найдет широкое применение в тех психологических исследованиях, где деление живого процесса взаимодействия на зависимую и независимую переменную приводит к огрубле- 46

нию реальности и препятствует ее адекватному познанию.