Юсуф Акчура и Фатих карими в начале первой Балканской войны 1912 года

В статье рассмотрен небольшой, но, на наш взгляд, достаточно интересный промежуток из жизни Ю. Акчуры — период Первой балканской войны в последние месяцы 1912 года, когда он находился в поле зрения редактора газеты «Ва-кыт» Ф. Карими. Следует отметить, что период Балканских войн 1912—1913 гг. стал одним из ключевых моментов развития татарской журналистики, а именно журналистики международной. Татарская общественность с большой тревогой следила за положением на фронтах, когда союзники (Греция, Сербия, Болгария и Черногория) наносили Турции одно поражение за другим. Уже в декабре 1912 года, когда поражение Османской империи на первом этапе войны стало очевидным, татарские газеты писали о том, что в Балканской войне решается судьба единственного сохранившегося до наших дней самостоятельного мусульманского государства — Османской империи. Ставился вопрос: останется или нет после этой войны на земном шаре хоть один мусульманин, не попавший в зависимость от европейских держав. «Для тюркских народов значение результатов этой войны еще важнее: здесь проверяется их способность жить в ХХ ве- ке, если смотреть с этой точки зрения, мы, татары, естественно, не можем сохранить хладнокровие: при каждом поражении турок наши сердца разрываются, сопереживаем их бедствию и позору» [2].

Татарская общественность не только отслеживала события и сопереживала, но по мере сил и возможностей пыталась оказывать помощь туркам — братьям по вере и крови. Собирали пожертвования и отправляли их нуждающимся по линии Хиляль Ахмар (Красный полумесяц). Но мусульмане Поволжья и Приуралья не только внимательно следили за событиями на фронтах балканской войны и оказывали ма-теральную помощь, некоторые сами отправлялись в Турцию, чтобы ухаживать за раненными и принимать участие в военных действиях. Побывал на фронте и участвовал в боях и младший брат редактора оренбургской газеты «Ва-кыт» Ф. Карими — Гариф, и даже был ранен. Всего же в военных действиях принимали участие более 100 добровольцев из числа российских мусульман [3, с. 32].

Не ограничиваясь перепечатками и ссылками, некоторые наиболее читаемые издания на- правляют в район боевых действий своих корреспондентов. Но прибывшие в Турцию журналисты стали описывать не только военные действия. Они оказались в круговороте острой внутриполитической борьбы, которая шла в то время в Османской империи. Наиболее полно ситуация в турецкой столице периода Балканских войн отражена в книге Ф. Карими «Стамбульские письма» («Истанбул мәктүпләре»), которая написана на основе материалов для газеты «Вакыт», чьим корреспондентом в Стамбуле он являлся с ноября 1912 по март 1913 года. В конце октября 1912 года Ф. Карими, будучи редактором газеты «Вакыт», получает от владельца издания Закира Рамеева письмо с предложением отправиться в Стамбул. З. Рамеев пишет: «Если по какой-либо причине поездка не удастся, то нельзя ли обеспечить отправку телеграмм о наиболее важных событиях нашим корреспондентом Юсуфом-эфенди?» [3, с. 4]. Известно, что с 1908 года Юсуф Акчура являлся корреспондентом газеты «Вакыт» в Стамбуле. Он посылал статьи с описанием событий в Османской империи, которым он был свидетелем, с анализом сложившейся на тот момент ситуации. В цикле статей «Дар-аль халифат юлыннан», опубликованных в газете с 3 по 25 октября 1908 года, Юсуф Акчура также излагает свои взгляды на балканскую проблему. В статьях из цикла «Дар аль халифаттан» Юсуф Акчура описывает атмосферу послереволюционного Стамбула и восторг народа по поводу объявления конституции. И уже тогда, в 1908 году, Ю. Акчура предвидит возможное нарушение равновесия на Балканах после младотурецкой революции и пишет о вероятности вмешательства иностранных держав.

Упоминая Ю. Акчуру в своем письме Фатиху Карими, З. Рамиев, по всей видимости, не обладал всей полнотой информации о реальном положении дел в Стамбуле. Прибыв в столицу Османской империи, Ф. Карими уже в сообщении, датированном 10 ноября 1912 года, информирует, что «Господин Юсуф Акчурин ушёл на фронт в звании (должности) сотника («йузбаши»), говорят, что сейчас он где-то под Чаталджой» [3, с. 32]. То есть Ю. Акчура мог находиться в зоне самых ожесточенных боев, буквально в нескольких десятках километров от Стамбула, где турецким войскам удалось остановить наступление болгарской армии. Имея в том числе и военное образование, являясь в свое время слушателем курсов штабных офицеров, Ю. Ак-чура не мог оставаться в стороне, когда на фронтах Балканской войны решалась судьба его второй родины. Ф. Карими не уточняет, где именно находился Ю. Акчура на фронте: в штабе или на передовой.

После того как болгарские войска были остановлены на подступах к Стамбулу, между Османской империей и странами Балканского союза было заключено перемирие. В эти дни самому Ф. Карими удалось после нескольких неудачных попыток посетить линию противостояния между турецкими и болгарскими войсками.

Обратно в Стамбул Ф. Карими возвращался уже в одном поезде с военным министром Османской империи Назыйм-пашой и его ставкой («главной квартирой»): «В четверг 22 ноября в 5 вечера были на стамбульском вокзале Серкад-жи. Два отделения добротно и аккуратно одетых солдат с музыкой встречали главнокомандующего Назыйм-пашу. У входа ожидали два автомобиля — на одном уехал Назыйм-паша, на другом — другие большие паши. Были слышны разговоры народа, собравшегося у ворот вокзала: «паша прибыл, война закончилась» [3, с. 74]. Вместе со ставкой главного командования, как сообщает Ф. Карими, вернулся Юсуф эфенди Акчурин [3, с. 79]. Далее Ф. Карими пишет: «"Тюрк юрду", как и раньше, упорядоченно выходит, и многими с любовью читается. Этот журнал занимает достойное его высокое место» [3, с. 80].

23 ноября общество татарских студентов в Стамбуле пригласило в свой клуб на чай временно прибывших из России и служащих в госпитале Халяль Ахмар госпожу Эммагульсум, госпожу Рокыю, госпожу Марьям, прибывшего из Петербурга господина Кабир Бакира, господина Шарифа Ахмеджана, господина Фатыха Рахимова и самого Ф. Карими. «Расспрашивали о некоторых вещах, имеющих отношение к жизни и образованию мусульман в России, их прогрессу и стремлению к цивилизации. По мере компетентности [приглашенными] были даны ответы на заданные вопросы. Эммагульсум-ха-нум предоставила сведения о жизни мусульман в России, их движению в области обучения и образования» [3, с. 84]. Ф. Карими сообщает, что на этом вечере присутствовал и руководитель «Тюрк юрду» Юсуф эфенди Акчурин.

Осенью 1912 года Турция переживала один из самых драматичных эпизодов своей истории. Тяжелые поражения первых дней Балканской войны усугублялись крайне напряженной внутриполитической ситуацией в стране. Воспользовавшись поражением Османской империи в войне с Италией, политические противники младотурок (партия «Иттихад ве тараки», ее членов называли «иттихадисты») совершили в июле 1912 года переворот. Его возглавила созданная в ноябре 1911 года партия «Хюрриет ве итиляф» («Свобода и согласие»), в которую вошли многие оппозиционные партии и группы. Новую партию поддерживали представители большинства национальных меньшинств, которым она обещала провести в жизнь принцип автономии национальных областей при сохранении политической целостности страны. «Хюрриет ве итиляф» представляла собой достаточно сложное явление и включала в свои ряды представителей самых разных политических взглядов: националистов, либералов, западников, секуляристов и т. д. Кроме того, в ее состав входили как турки-мусульмане, так представители немусульманских народов Османской империи [4, с. 351—352].

В июле 1912 года «итиляфисты» добились отставки правительства, поддерживаемого «ит-тихадистами». Новый кабинет министров возглавил Ахмед Мухтар-паша, официально беспартийный, но в целом лояльный «итиляфистам». В августе 1912 года последние добились и роспуска парламента, в котором большинство принадлежало «иттихадистам». Затем была объявлена амнистия, распространившаяся и на сторонников свергнутого султана Абдул Хамида II. Младотурки, потерпев поражение, начали готовиться к борьбе в новых условиях. В августе 1912 года они провели очередной съезд партии в Стамбуле, а затем их Центральный комитет перебрался в Салоники. В октябре 1912 года в Стамбуле вновь произошли большие перемены. Кабинет министров ушел в отставку, а новое правительство возглавил откровенный ставленник «итиляфистов» Кямиль-паша. Глава правительства получил прозвище «инглиз», т. е. англичанин, по причине того, что он более 20 лет находился в тесных связях с Великобританией [5, с. 716].

«Итиляфисты» воспользовались военной ситуацией, чтобы обрушить репрессии на своих политических противников. Были арестованы многие активные деятели «иттихадистов» [6, с. 375]. Глава правительства Кямиль-паша выступил с предложением созвать конституционное собрание. Но другие члены кабинета не разделяли этот подход. Младотурки же в эти споры решили не вмешиваться [7, с. 148]. Вот такой непростой была политическая ситуация в столице Османской империи в конце 1912 года.

Вскоре неудачи в новой Балканской войне ударили по престижу правительства Кямиль-паши. К концу 1912 года политическая ситуация в Стамбуле накалялась, правительство теряло уже остатки своего авторитета, и росло влияние младотурок. Возвращение из Триполитании захваченного итальянцами одного из лидеров

«Иттихад ве тараки» Энвер-бея стало важным событием, привлекшим внимание общественности и прессы.

Ф. Карими встретился с Энвером 14 декабря 1912 года. На встречу с Энвером Ф. Карими отправился вместе с Юсуфом Акчурой. По сути Ю. Акчура стал посредником в этой встрече. С первых же минут личного знакомства Энвер произвел очень хорошее впечатление. В основном Ф. Карими описывает ту часть беседы, в которой речь идет о пребывании Энвера в Трипо-литании во время войны с Италией. Во время беседы в комнате находилось еще два офицера. Кроме того, за время пребывания Ф. Карими в доме Энверу нанесли визит несколько человек, с кем-то он разговаривал при журналистах, кого-то отвел в другую комнату и просил подождать. И, наконец, интересна концовка записи Ф. Карими об Энвере: «Чтобы не ставить в неудобное положение такую великую и уважаемую личность, как Энвер-бей, не счел нужным спрашивать его и писать о некоторых вещах, которые он говорил» [3, с. 144]. Похоже, в этой загадочной фразе речь идет о политической ситуации и отношении самого Энвера к тогдашним правителям Турции.

Остается открытым вопрос, могли ли знать Ф. Карими и Ю. Акчура о планах Энвер-бея. Спустя несколько недель Энвер возглавит заговор, в результате которого правительство будет свергнуто и младотурки вернут власть и будут править Османской империей вплоть до 1918 года. По сути, Ф. Карими и Ю. Акчура нанесли визит не просто в дом к Энвер-бею, а в один из штабов заговорщиков.

Из изложенного в данной статье материала ясно, что и Ф. Карими, и Ю. Акчура находились в гуще событий внутриполитической жизни Османской империи в конце 1912 — начале 1913 года. Остается открытым вопрос: в какой степени каждый из них являлся наблюдателем и(или) непосредственным участником событий?

• 1.    Genel Türk tarihi. Cilt 7. Osmanlı. 2002. Ankara. 714 s.

• 2. Кояш. 1912 (газета на старотатарском языке,

• 3. Кәрими Ф.  Истанбул мәктүпләре. Оренбург,

  1913. 454 с.

• 4.    Genel Türk tarihi. (2002). Cilt 7. Osmanlı. Ankara: 714.

• 5.    Финкель К. История Османской империи: видение Османа. М. : АСТ, 2010. С. 730.

• 6.    Петросян Ю. А. Османская империя: могущество и гибель. Исторические очерки. М. : Эксмо, 2003. 416 с.

• 7.   Feroz Ahmad. (2010). İttihad ve terraki. İstanbul: 256.

• 8.    Фатих Карими : науч.-биогр. сб. Казань, 2000. 320 с.

арабская графика).