К проблеме генезиса аларских бурят

Тема этногенеза локальной группы аларских бурят по-прежнему остается актуальной. В связи с этим целью данной статьи является изучение родовой структуры аларцев, часть которых считается хонгодора-ми. Также к хонгодорам относят компактно проживающих тункинских, закаменских, окин-ских и китойских бурят. Дисперсно хонгодоры проживают в Нукутском районе Иркутской области, в Хубсугульском и Бу-

Alar Buryats, the Khongodor tribe, лаганском аймаках Монголии [1, с. 12]. В обществе бытует мнение, что пришли хонгодоры из Монголии в XVI-XVII вв. Однако эту версию исследователи считают ошибочной: во-первых, за пределами Бурятии нет большого племени хонго-доров, что говорит о его формировании именно в Прибайкалье [2, с. 75]; во-вторых, по мнению Ц. Цыдендамбаева, Н. Егунова, Ж.А. Зимина, А.Л. Ан-гархаева, ни по языку, ни по материальной и духовной культуре хонгодоры не являются монголами. Если бы их переселение произошло в XVII в., то они не могли бы, по вполне обоснованному замечанию Ц.Б. Цыдендамбаева, так сильно обурятиться по языку [3, с. 158]. Ярким примером являются проживающие в Джидин-ском районе Бурятии цонголы и сартулы, пришедшие из Монголии почти в то же время, что и хонгодоры, но не утратившие родного монгольского языка, проживая в бурятской среде.

Подтвержденным является и мнение Ж.А. Зимина, считавшим, что в культуре хонгодо-ров нет следов распространенного тогда в Монголии буддизма, в частности, нет тибетско-буддийских имен [4, с. 108].

К этим аргументам следует добавить выявленные нами данные о том, что во всех аспектах хозяйственной и культурной деятельности аларских бурят не обнаруживаются элементы монгольской системы жизнеобеспечения. Если земледелие, скотоводство, сенокошение, поселения и жилища, национальный костюм и кухня, танцевальное и песенное искусство содержат традиционно тюркский компонент, то охота, рыболовство, некоторые виды народных промыслов – самодийско-тунгусский (Г.В. Ма-хачкеева, 2018, 2019, 2022). Ис- ключением является язык, частично подвергшийся ассимиляции.

Версию об автохтонном происхождении хонгодоров справедливо поддерживают также Д.С. Дугаров, Д.Д. Нима-ев, Б.Ш. Доржиев и др. Сведения о том, что хонгодоры к приходу казаков уже проживали в Приангарье, подтверждаются донесениями последних: в 1643 г. «брацкие люди готели и конгодоры приходили в Верхо-ленский острог и отогнали служилых людей, лошадей и скот» [5, с. 138]; в 1645 г. правобережные эхириты и булагаты сообщали верхоянскому воеводе: «приходили из-за Ангары де брацкие князца Могочака хон-годорского роду» [6, с. 132]; в 1648 г. хонгодорский князец Мукунчак был взят в аманаты в Верхоленском остроге [5, с. 138].

Более того, известно, что в 1658 г. от злодеяний Похабова во время массового ухода бала-ганских бурят к монголам ушли не все аларцы, а лишь некоторая их часть, в основном затем вернувшаяся. Так, архивные документы гласят, что Бахак Ирбанов, считающийся правителем аларцев после Боошхо-бухэ, не пришел, а вернулся из Монголии, уже имея изагуур , т.е. подданство России [7, с. 132]. Видно это и из указов Иркутской приказной избы 1688,

1690 гг.: вернувшимся из монгольских степей брацким ясаш-ным иноземцам, в числе которых был Бахак Ирбанов, было велено кочевать «на прежней их отводной земле по Белой реке … »; во второй копии тому же Ирбанову указано «в своем улусе над прежними ясачными брацкими староплатежными мужики и над новыми мунгаль-скими выходцами смотреть накрепко, чтобы в них шатости и измены не было…; [7, с. 97]. Как видим, речь идет о старо-жилах -аларцах, остававшихся на родных местах, и новых, возвратившихся из Монголии.

Подтверждаются эти факты и родословными аларцев. Например, в роду Хабаловых из с. Ныгда одного из предков звали Тэхэриин Убон , то есть Вернувшийся Убон ( тэхэрхэ – досл. вернуться). Из семейной легенды известно, что он уходил когда-то в Монголию в поисках лучшей доли, но затем вернулся (ПМА (полевые материалы автора), 2014). Известно, что пребывание беглецов у монголов было кратковременным. Почти сразу начинается репатриация, поэтому их и назвали бусхулами , т.е. возвратившимися ( бусаха – досл. возвратиться) [8, с. 17]. Общеизвестно, что этот процесс шел вплоть до закрытия границ по Буринскому договору (1727 г.).

По мнению Д.Д. Нимаева, хонгодоры – это родовая группа, впоследствии ставшая целостным племенем [9, с. 82]. Эта версия представляется вполне обоснованной. Так, в Аларском ведомстве даже в начале XX в. насчитывалось более 60 родов, в основном самостоятельных. Разобраться в этой структуре было непросто, что не могло не привести к упрощающим мерам. Видимо, для удобства царская администрация сформировала восемь хонгодорских родов [10, с. 58]. Также у тункинских бурят административно-родовое деление до революции по разным причинам носило искусственный характер [11, с. 94]. Часто «род административный был далеко не адекватен роду действительному» и причины для этого были разными и достаточно объективными [12, с. 116; 13, с. 32]. В результате в состав хонгодоров были инкорпорированы представители почти всех проживающих в Алари родовых групп, которые в долине были расселены отдельными айлами -поселениями: Долоонгууд, Наймаангууд, Ашхай, Бадар-хан, Бурутхан, Зудэ, Харгана, Хурхуд, Шаранууд, Готол и т.д. При близком рассмотрении обнаруживается, что в действительности эти группы имели разное происхождение.

Так, долонгуты ( долоонгу-уд ), по данным Н. Бичурина, Рашид-ад-дина и Г. Е. Грумм-Гржимайло, - саянские тюрки, в XVII в. - теленгиты . Телен-гуты (телеуты) - аборигены Южной Сибири, под именем «да-лянь» упоминаются в китайских летописях конца V в. [11, с. 92]. Ареал расселения долонгутов в Аларской долине включал деревни Шабшалтуй, Яматы, Алзобей, а также поселение айл Долоонгууд между улусами Куркат и Киркей (ПМА, 2020).

Наймангуты ( найманы ) относятся к тюркским народностям. Как и меркиты, татары и кереиты, они относились к 12 наиболее крупным, сильным и культурным племенам Центральной Азии XII - начала XIII вв., поэтому данных о них в исторической литературе много [14, с. 11]. Поселения найманов были в Аларском и Боханском районах [15, с. 50].

Род онхот(ой) тоже считается тюркским. Согласно древнекитайским источникам, он жил вдоль Великой Китайской стены, с 842 г. причислялся к белым татарам ( да-да ) [11, с. 99].

Род зудээ был расселен юго-западнее современной Алари [16, с. 59]. Его этногенез сегодня считается неизвестным, но, по нашему мнению, он возник от западных соседей аларцев – тофаларов (карагасов), у которых есть род дёгды-чжогды, называемый окинскими бурятами зугдэ. Также известно, что карагаский род (чог-да) есть в родоплеменных группах тувинцев чооду, чогду, хакасов (тьо-да), кумандинцев, тубаларов (дьоты, чоты), телеутов (чжоты, джоты, чооты), шорцев (чот) и др. [17]. С.И. Вайнштейн считал эти группы самодийскими по происхождению, позже тюрки-зированными [18]. Общее происхождение с тувинским когда-то многочисленным родом кол тува имеет аларский род хол-тубай, не вошедший в состав хонгодоров [18].

Аларские роды уйгар, уhар, баахай и h(с)ойот относились, по П. Баторову, к урянхайцам. Окинцы называли урянхайцами уряанхад или уйгурами уйгар тофаларов [19, с. 18]. Малоизвестен факт о том, что сойоты, с которыми аларцы вели дружбу и родство, жили непосредственно в самой долине, по р. Белая и ее истокам [20]. Алар-ская степь была поставщиком хлебопродуктов и для тюрков горной Оки: муку и зерно часто обменивали на невест, чтобы обойтись без калыма. Ж.А. Зимин приводит пример женитьбы своего деда Махляна (Михаила), который родителям невесты из окинского рода уляаба заплатил один мешок муки и три мешка ржи [6, с. 135]. По- добных примеров можно привести множество.

Род буруутхан , состоящий из двух ветвей – маха и шоно , происходит от хакасского волчьего рода (сеок) пууру в составе телеутов, хакасов, шорцев [21, с. 360;13, с. 170].

Шошолоки , зафиксированные не только в Алари, но и у закаменских, тункинских, ки-тойских бурят и хубсугульских монголов, тоже имеют тюркские корни. Их родина – Горный Алтай, регион р. Куу, откуда они дошли до Байкала. У шошолоков сходные по содержанию исторические предания с родом шакшалык из алтайского рода чалкан (челканцы) или куу-кижи (лебединцы) [3, с. 155].

Аларские сартулы – потомки тюрко-бухарских сартов (Нартулы, гартулы), переселенных при Чингисхане и позже из империи Хорезм-шахов, Туркестана в Северо-Западную Монголию. Оттуда некоторая часть мигрировала в Тунку и Аларь, где была причислена ко 2-му кульметскому роду Ун-гинского ведомства. Они подразделялись на шарга и зэрдэ [22, с. 195]. В Алари сартулы обосновались на юге долины, в айлах Ныгда, Халта, Бурково, Баинск. Улус Бурково был назван по имени сартула Буурхи [13, с. 170]. Именно в этих местах наблюдается речь с характерным оканьем, которое лингвисты связывают с таджикским языком [23, с. 89]. Вероятно, и название рода дуртэн связано со среднеазиатскими ремесленниками и возникло от аларского гарта дуртээ, переводящегося как «мастеровые руки».

Тэртэ исследователи связывают с этнонимом терат , принадлежащим одному из татарских племен, расселенных в правых притоках р. Ангара [24, с. 101].

Итак, к тюркским по происхождению племенам в Алари относятся долонгуты , найман-гуты, зудээ, холтубай, уйгар, уНар, шошолок, онхот, баахай, буруутхан, дуртэн, сартулы, тэртэ, Нойот.

Хурхуд считается отдельным родом, хотя его причисляют к булагатам. Г.Н. Румянцев, а также М.Н. Мельхеев, опираясь на сохранившиеся топонимы Ирху, Каха, находили в этнонимах ирхэд, хурхут самодийский субстрат. Искаженный топоним Куркат произошел от рода хурхуд, близкого к саянским хойотам (сойотам), принадлежащим к самодийской этнической группе [15, с. 43]. Добавим, что улус Куркат находится в юго-западной части Аларской долины, прилегающей к Предсаянью. В списке родов, представленных Баторо-вым в 20-х г. XX в., они при- шли из Тунки или Китоя, то есть с юга [6, с. 125].

Также к самостоятельным группам относились икинаты, сэгэнуты, ашабагаты, населявшие долины рек Ия, Уда, Ока и имевшие постоянные контакты с хакасами – насельниками Минусинской котловины. С приходом казаков небольшая их часть обосновалась в Алари.

Шарануты , имеющие ветви баргай, бэрбэхэн, хултэ, считаются наиболее древними насельниками аларских степей, самостоятельным родом [13, с. 168]. В этнической Бурятии они представлены только в составе аларцев, что дает право предположить их формирование именно в Алари. Также бурятские по происхождению шарануты есть в Монголии. Скорее всего, это потомки аларцев, оставшихся после миграции второй половины XVII в. [25, с. 90].

Вошли в состав хонгодоров и местные осколки бурятских племен: род хабарнут, произошедший от человека по прозвищу Хабар. Легенда гласит, что после пира перед зэгэтэ аба один из облавщиков стал царапать hабардаха ногтями котел, чтобы собрать и доесть остатки саламата сюрмаhан – эта корочка, образовавшаяся на дне посуды, в которой готовилось блюдо, считается лаком- ством. Участники предстоящей охоты прозвали его Хабар;

hагта (по С. П. Балдаеву – найдар ) [26, с. 122]. По преданию, основатель рода hагта – человек, которого в детстве заворачивали в послед hаг (ПМА, 2021); тайбжин (сагаан), аша-та, ашхай, боолдой , боролзой, харгана, отогой , шакуй, шуран-хан, далхай, нарат, харанут, гурангут, бадархан, улаазай, хойхо, боронут, дурлай, уляаба и т.д . Группу гурангут считают хамниганами, есть мнение об их смешанном даурско-тунгусско-маньчжурском пласте в составе аларцев [13, с. 170]. Эти группы исторически были расселены в центральной, южной и западной частях Алар-ской долины.

Также на юго-западной и западной окраинах в долинах р. Большая и Малая Белая, Иреть были расселены, кроме сойотов, тунгусы родов габлют, занхат, ченчит [6, с. 126]. Восточная и северо-восточная районы территории были заняты родами племени булагатов, именующихся в Алари зууни булагаду-уд . Это роды готол, зунги, но-ёт, ёнгут, хогой, онгой, хулмэ-энгэ, а также хангинцы и ша-ратцы, которых относят к племени хори и т.д . Из этого списка не до конца выяснен этноним хулмээнгэ , с помощью эвенкийского существительного хул выводящийся на семантику

«заостряющий, заостритель, изготовитель стрел». Предполагается, что носители этнонима относятся к покоренным тунгусам [13, с. 143]. Возможно, здесь следует обратить внимание на местную лексику тюркского происхождения, не имеющую соответствия в литературном языке. Так, у аларцев в ходу термин хулэмшээ, хулмэшээ (раб, батрак, бесправный бедняк) соответствует хакасскому хул, хулы, татарскому кол , происходящих от древнетюркского кул (раб).

Как видим, анализ родовой структуры аларских бурят подтверждает версию о гетерогенном характере процесса формирования этнотерриториальной группы [27, с. 237]. Общеизвестно, что в ее хозяйственнокультурной деятельности обнаруживаются ранние индоиранские и индоевропейские компоненты. Автохтонный конгломерат племен и родов самодийского, кетского, тунгусского, енисейского, тюркского проис- хождения постепенно дополнялся пришлыми монгольскими группами, на позднем этапе исторического развития частично ассимилировавшими язык. При этом все остальные аспекты жизнедеятельности сохранили аборигенный тюркский и тунгусский компоненты. Этот вывод поддерживается множеством археологических, лингвистических, фольклорных, этнографических фактов.

Таким образом, этнотерри-ториальная группа к XVII в. была объединена общей системой жизнеобеспечения, выраженной локальной земледельческо-скотоводческой материальной и духовной культурой. Многочисленность разных родовых групп, осложнявшая работу царской администрации, привела к формированию в пределах территориального образования восьми хонгодорских родов. Группы были унифицированы на базе родовой группы хонгодоров, которая формировалась именно в Приангарье.

Примечания

• 1.    Ангархаев А. Л. Хонгодоры и единство бурятских племен // Саяно-Алтайский и Байкальский регионы в общемонгольской истории на рубеже XXI века : материалы межрегион. науч. конф., по-свящ. IX встрече хонгодоров. Улан-Удэ, 2013. С. 9-24.

• 2.    Нанзатов Б. З. Этногенез западных бурят (VI – XIX вв.). Иркутск, 2005. 159 с.

• 3.    Зориктуев Б. Р. Актуальные проблемы истории монголов и бурят. М., 2011. 278 с.

• 4.    Зимин Ж. А. К вопросу о выходе хонгодоровских родов из Монголии и их расселении в Алари // Этнические и историкокультурные связи монгольских народов : сб. ст. Улан-Удэ, 1983. С. 102-113.

• 5.    Доржиев Б. Ш. История происхождения и становления бурятского народа. Улан-Удэ, 2010. 204 с.

• 6.    Зимин Ж. А. Аларь: история и современность. Кн. 1. Аларь – родная колыбель. Улан-Удэ, 2004. 203 с.

• 7.    Богданов М. Н. Очерки истории бурят-монгольского народа. Улан-Удэ, 2008. 304 с.

• 8.    Мельхеев М. Н. Карты расселения и перемещения бурятских родо-племенных групп по данным топо- и этнонимики // Этнографический сборник. Улан-Удэ, 1974. Вып 6. С. 3-27.

• 9.    Доржиев Б. Ш. Древняя Бурятия – северная окраина Хуннского государства. Улан-Удэ, 2013. 295 с.

• 10.    Санжеев Г. Д. Некоторые вопросы этнонимики и древней истории монгольских народов // Этнические и историкокультурные связи монгольских народов : сб. ст. Улан-Удэ, 1983. С. 47-69.

• 11.    Дугаров Б. С. О происхождении окинских бурят // Этнические и историко-культурные связи монгольских народов : сб. ст. Улан-Удэ, 1983. С. 90-101.

• 12.    Залкинд Е. М. Присоединение Бурятии к России. Улан-Удэ, 1970. 400 с.

• 13.    Нанзатов Б. З. Иркутские буряты в XIX веке: этнический состав и расселение. Улан-Удэ, 2018. 224 с.

• 14.    Ушницкий В. В. Средневековые народы Центральной Азии (Вопросы происхождения и этнической истории тюркомонгольских племен). Казань, 2009. 116 с.

• 15.    Мельхеев М. Н. Географические названия Восточной Сибири. Иркутская и Читинская области. Иркутск, 1969. 120 с.

• 16.    Наследники Аларской долины. Сборник научноисследовательских работ обучающихся в образовательных учреждениях Аларского района Иркутской области (2010-2017 гг.). Иркутск, 2018. 252 с.

• 17.    Краткий обзор некоторых родоплеменных групп тувинцев по данным междисциплинарных исследований. URL: file:///C:/Users/user/Downloads/kratkiy-obzor-nekotoryh-rodoplemenny h-grupp-tuvintsev-po-dannym-mezhdistsiplinarnyh-issledovaniy.pdf (дата обращения: 15.02.22).

• 18.    Айыжы Е. В., Конгу А. А. Родоплеменные группы тувинцев Тоджинского района Республики Тува на современном этапе (по материалам полевых исследований). URL: https://cyberleninka .ru/article/n/rodoplemennye-gruppy-tuvintsev-todzhinskogo-rayona-resp ubliki-tuva-na-sovremennom-etape-po-materialam-polevyh-issledovaniy (дата обращения: 24.09.22).

• 19.    Рассадин И. В. Хозяйство, быт и культура тофаларов. Улан-Удэ, 2005. С. 202.

• 20.    Можаев И. А. Заметка о мунгалах // Известия ВСОРГО. 1905. Т. XXXVI. URL: http://ellibnb.library.isu.ru/cgi-bin /irbis64r_15_vsorgo/cgiirbis_64.htm (дата обращения: 18.11.21).

• 21.    Павлов Е. В. К дефиниции самодийского компонента в этногенезисе предбайкальских бурят (по материалам этимологического анализа родовых этнонимов племени эхирит) // История и культура народов Сибири, стран Центральной и Восточной Азии : материалы IV междунар. науч.-практ. конф. Улан-Удэ, 2010. С. 356364.

• 22.    Тубчинов С. Д. Расселение сартулов в Центральной Азии // Мир Центральной Азии : материалы междунар. науч. конф. Т. 1 : Археология. Этнология. Улан-Удэ, 2002. С. 194-197.

• 23.    Алексеев Д. А. О «территориальных» диалектах бурят-монгольского языка // Материалы научной конференции по вопросам бурят-монгольского языка. Улан-Удэ, 1955. С. 74-96.

• 24.    Нанзатов Б. З. Средневековые татары и Приангарье (по данным «Сборника летописей» Рашид-ад-Дина) // Чингисхан и судьбы народов Евразии. Улан-Удэ, 2003. С. 99-102.

• 25.    Нанзатов Б. З., Содномпилова М. М. Этнический состав Аларской степной думы в XIX в. // Саяно-Алтайский и Байкальский регионы в общемонгольской истории на рубеже XXI века : материалы межрегион. науч. конф., посвящ. IX встрече хонгодоров. Улан-Удэ, 2013. С. 86-96.

• 26.    Румянцев Г. Н. Предания о происхождении аларских бурят // Этнографический сборник. Улан-Удэ, 1961. Вып. 2. С. 115128.

• 27.    Павлов Е. В. К проблеме генезиса и ранней этнической истории бурятских родов тэртэ и шошолок // История и культура народов Сибири, стран Центральной и Восточной Азии : материалы III междунар. науч.-практ. конф. Улан-Удэ, 2007. С. 228-338.