К вопросу о «тайне предварительного расследования»
Журнал: Вестник Российского нового университета. Серия: Человек и общество @vestnik-rosnou-human-and-society
Рубрика: Юридические науки
Статья в выпуске: 4, 2026 года.
Бесплатный доступ
В статье рассматриваются проблемные вопросы, связанные с определением срока действия одного из общих условий предварительного расследования, касающегося неразглашения данных предварительного расследования. В правоприменении возникают вопросы, обусловленные несовершенством законодательного регулирования срока действия рассматриваемого правила после окончания производства по уголовному делу. Неоднозначно определяется не только период действия данного правила, но и круг лиц, подлежащих уголовной ответственности за разглашение данных расследования. В статье предпринята попытка определить проблемы законодательного характера, которые затрудняют правоприменение, и сформулировать конкретные предложения с целью единообразного толкования и применения на практике законодательных норм.
Короткий адрес: https://sciup.org/148334544
IDS: 148334544 | УДК: 343.13 | DOI: 10.18137/RNU.V9276.26.04.P.114
To the issue of the “secret of preliminary investigation”
The article addresses issues related to determining the duration of one of the general conditions for a preliminary investigation regarding non-disclosure of preliminary investigation data. In law enforcement, questions arise due to the imperfection of the legislative regulation of the validity of the rule in question after the end of the criminal proceedings. Not only the period of validity of this rule will be ambiguously determined, but also the circle of persons subject to criminal liability for disclosing investigation data. The article attempts to identify problems of a legislative nature that make law enforcement difficult and to formulate specific proposals in order to uniformly interpret and apply legislation in practice.
Текст научной статьи К вопросу о «тайне предварительного расследования»
В научной литературе и в практической деятельности органов предварительного расследования есть единообразное понимание того, что соблюдение принципа законности в уголовном судопроизводстве относится прежде всего к должностным лицам, осуществляющим этот вид деятельности, что подразумевает точное и неукоснительное исполнение предписаний закона. Однако то же самое требование относится и к гражданам, которые, будучи вовлечёнными в сферу уголовно-процессуального производства и получив определённый процессуальный статус, обязаны, наряду с предоставленными им правами, соблюдать и выполнять возложенные на них законом обязанности. Например, в соответствии со ст. 161 УПК РФ участники процесса не вправе разглашать данные предварительного расследования. Казалось бы, нет ничего сложного в понимании и уяснении этой обязанности, однако на практике не всегда всё так очевидно.
Среди общих условий предварительного расследования, устанавливающих базовые правила для процедуры предварительного расследования, есть такое правило, как недопустимость разглашения данных предварительного расследования. Статья 161 УПК РФ определяет условия для реализации этого правила и порядок его применения, а статья уголовного закона, являясь гарантом соблюдения этого правила, устанавливает уголовную ответственность, которая может наступить в случае его нарушения (ст. 310 УК РФ).
В соответствии с уголовным законом ответственности подлежит лицо, предупрежденное в установленном законом порядке о недопустимости разглашения информации, полученной в ходе расследования преступления. Разглашать информацию, касающуюся хода и результатов расследования, можно только с согласия следователя или лица, производящего дознание. Следует отметить, что законодатель не уточняет в тексте указанной нормы перечня лиц, к которым относится это правило, что позволяет предполагать достаточно широкий их круг. Таких лиц следует определять по двум правилам. Первое: этим лицам стали известны данные предварительного расследования в период производства по уголовному делу. Второе: они были предупреждены субъектом расследования о неразглашении этих данных и о наступлении уголовной ответственности по ст. 310 УК РФ.
Возникает вопрос: как долго должна длиться «тайна следствия»? Упоминание законодателя о необходимости получения согласия от субъекта расследования на возможность разглашения данных, полученных в ходе производства по уголовному делу, приводит к выводу о том, что правило о неразглашении материалов расследования распространяется только на тот период времени, пока материалы уголовного дела находятся у следователя или у дознавателя. Данной позиции придерживается Председатель Комиссии Совета ФПА РФ по защите прав адвокатов Генри Резник, который убеждён, что режим следственной тайны
116 Вестник Российского нового университета116 Серия: Человек и общество. 2026. № 4
прекращается с момента окончания предварительного следствия и передачи дела в суд, а также в случаях, предусмотренных ч. 4 ст. 161 УПК РФ1. Трудно не согласиться с данным высказыванием, учитывая, что ст. 161 УПК РФ размещена законодателем в главе 21 УПК РФ, определяющей общие условия именно этапа предварительного расследования.
Однако следует ли признать верным подобное толкование? Например, в уголовном законе законодатель не ограничивает наступление уголовной ответственности за действия, связанные с разглашением данных предварительного расследования, периодом досудебного производства. С точки зрения объективной стороны важен сам факт разглашения данных расследования лицом, который без согласия субъекта расследования распространил информацию, будучи ранее предупрежденным об уголовной ответственности (ст. 310 УК РФ). Когда именно, на каком этапе досудебного или судебного производства произошёл этот факт, законодатель не уточняет. В таком случае возможно предположить, что и значения этот момент не имеет для наступления уголовной ответственности? Главное, чтобы был установлен факт распространения данных предварительного расследования без соответствующего разрешения.
Следует признать, что имеет место некая несогласованность в формулировках двух законов: в уголовном и уголовнопроцессуальном. Указание в тексте УК РФ и УПК РФ на необходимость получения согласия субъекта расследования для разглашения данных расследования, безусловно, служит основанием к выводу о том, что речь в данном случае идёт именно о стадии предварительного расследования. Без сомнения, как только материалы уголовного дела передаются прокурору, в суд с итоговым процессуальным документом, то заканчивается стадия предварительного расследования, а вместе с ней прекращают своё действие и все правила, установленные для данного этапа уголовного судопроизводства. Соответственно, после того как уголовное дело уже «вышло» из производства следователя (дознавателя), то бессмысленно испрашивать какое-либо согласие у указанных должностных лиц, поскольку очевидно, что они уже не «хозяева» материалов уголовного дела и «тайна предварительного расследования» уже ими не охраняется. Но в таком случае возникают вопросы: кто из должностных лиц обязан следить за хранением «тайны следствия» после расследования? Как долго тайна предварительного расследования должна сохранять свой «тайный» характер? Нужно ли вообще хранить тайну?
Поставленные вопросы не праздные и имеют огромную актуальность в правоприменении. Достаточно привести в пример ситуацию с адвокатом адвокатского бюро Новосибирской области «Ковалёва, Бузюргин и партнеры» Владимиром Бу-зюргиным, в отношении которого СК РФ было возбуждено уголовное дело по ст. 310 УК РФ. В постановлении о возбуждении уголовного дела отмечалось, что адвокат В. Бузюргин, предупрежденный в установленном законом порядке о недопустимости разглашения данных предварительного следствия, разгласил их без согласия следователя. По версии следствия, в период с 15 августа 2022 года по 28 апреля 2023 года
К вопросу о «тайне предварительного расследования»
адвокат неустановленным образом передал копии материалов уголовного дела П., полученные им при ознакомлении с материалами дела в порядке, установленном ст. 217 УПК РФ, неустановленному сотруднику АО «Первый канал» для размещения в выпуске телепередачи «Мужское/Женское», вышедшей 28 апреля 2023 года и ставшей доступной для просмотра неограниченному кругу лиц1. Не вдаваясь в подробности данной ситуации, отметим, что некоторые материалы были переданы адвокатом в публичное пространство уже после окончания предварительного расследования. Именно на этом простом и очевидном факте и строит свою защиту адвокат В. Бузюргин.
Данный пример приведён в статье как иллюстрация актуальности имеющейся проблемы относительно «тайны следствия». Рассуждая на обозначенную тему, отметим, что в соответствии с уголовнопроцессуальным законом есть тайна предварительного расследования, и есть гласность судебного разбирательства. Где проходит граница между этими процессами? Где тайное становится гласным? И можно ли понимать гласность судебного разбирательства как разрешение на публичное (информационное) распространение информации о сведениях, полученных на предварительном следствии?
Следует отрицательно ответить на поставленные вопросы, поскольку об этом прямо указано в ч. 5 ст. 241 УПК РФ. В необходимых случаях испрашивается разрешение председательствующего судебного заседания. Следовательно, некая тайна относительно материалов и участников уголовного дела продолжает действовать и после предварительного расследования. При этом очевидно, что процедура судебного заседания не проходит публично в информационном пространстве. Открытость судебных процессов не следует отождествлять со вседозволенностью и правом на распространение информации о сути уголовного производства.
В аспекте рассматриваемых вопросов определённый интерес представляет соотношение таких понятий, как «тайна следствия» и «адвокатская тайна». Эти режимы пересекаются в сфере уголовного судопроизводства. Адвокатская тайна защищает доверительные отношения адвоката с доверителем. В соответствии со ст. 8 Федерального закона № 63 от 31 мая 2002 года «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»2, в предмет адвокатской тайны входят любые сведения , связанные с оказанием юридической помощи доверителю. Надо полагать, к любым сведениям следует отнести не только факт обращения гражданина за помощью к адвокату, но и само содержание оказываемой помощи, собранные доказательства (документы, фото, видео, переписка), содержание правовых советов, условия соглашения – фактически всё адвокатское производство по делу.
Важно отметить, что законодатель не устанавливает ограничения, сроков давности для «адвокатской тайны». Необходимость сохранять подобную тайну не прекращается даже после того, как помощь доверителю уже не оказывается. Очевидно, что в уголовном судопроизводстве
118 Вестник Российского нового университета118 Серия: Человек и общество. 2026. № 4
«адвокатская тайна» длится дольше, чем «тайна следствия». Нам видится в этом определённая несправедливость. Полагаем, что адвокат, участвующий в качестве защитника по уголовному делу, должен хранить не только «адвокатскую тайну», но и следственную [1, с. 210] даже после того, как расследование закончится. В этой связи считаем целесообразным изменить формулировку в ч. 3 ст. 53 УПК РФ и записать, что «защитник не вправе разглашать данные предварительного расследования без разрешения уполномоченных должностных лиц весь период защиты своего доверителя ( обвиняемого, подозреваемого, подсудимого)». Данная формулировка позволит чётко определять тот период времени, в течение которого будет действовать правило о неразглашении данных предварительного расследования (во всяком случае для защитника). Но более ценно то, что две тайны – «адвокатская» и «тайна следствия» – должны будут существовать вместе и одновременно.
Что охраняет «тайна предварительного расследования»? Законодательного перечня нет. Уместно предположить, что предметом «тайны следствия» являются все сведения, полученные в ходе расследования преступления, имеющиеся в материалах уголовного дела не только на бумажном носителе, но и в виде аудиозаписей, на иных носителях, в виде объектов материального мира и т. д. Тайной следует считать и те отношения, которые складываются между субъектом расследования и его участниками, слова, сказанные не только «под протокол», советы и т. д. Всё, что происходит в период производства предварительного расследования должно охватываться «тайной следствия».
Можно задаться вопросом: зачем законодатель установил тайну предварительного расследования? С какой целью? Раз- думывая над ответами на поставленные вопросы, можем предположить, что законодатель исходил из того, чтобы не навредить интересам предварительного расследования, не нарушить права и законные интересы граждан – участников уголовного дела. Очевидно, что подобные задачи остаются актуальными и после предварительного расследования, поскольку производство по уголовному делу продолжается и далее (если только уголовное дело не было прекращено в ходе досудебного производства). Когда предварительное расследование заканчивается, а материалы уголовного дела передаются в суд, то виновные лица ещё не установлены, приговора ещё нет. Разве разглашение данных предварительного расследования до суда не может навредить процедуре судебного исследования доказательств, помешать объективному правосудию? Может. В этом случае закономерен вопрос: зачем ограничивать «тайну следствия» этапом предварительного расследования? Более того, материалы уголовного дела могут быть направлены на дополнительное расследование или прокурором, или судом. Что делать с тайной следствия? Она должна возобновиться и начаться вновь? Надо ли повторно предупреждать заинтересованных участников уголовного дела о неразглашении в порядке ст. 161 УПК РФ? В юридической литературе есть рассуждения по данному поводу. С одной стороны, участников уголовного дела можно не предупреждать о сохранении в тайне данных предварительного расследования повторно, если они были предупреждены об этом ранее. С другой стороны, поскольку после возобновления расследования возобновляются все те правила, которые были и ранее, то, возможно, предупреждение о неразглашении следует продублировать, поскольку появляются новые материалы и новая информация [2, с. 114].
К вопросу о «тайне предварительного расследования»
Если исследовать рассматриваемый вопрос по УПК стран СНГ, то следует признать, что во всех законах постсоветского периода «тайна следствия» закреплена повсеместно. Другое дело, что имеют место некоторые различия. Например, по УПК Азербайджана предусмотрена ответственность за разглашение данных расследования для властных субъектов. Аналогичного положения нет в УПК РФ, что может быть поводом для раздумий. Кроме того, наряду с субъектом расследования давать разрешение на разглашение данных расследования вправе и прокурор, и судья (ст. 222 УПК Азербайджанской Респуб-лики)1. Данное положение представляется целесообразным с той точки зрения, что производство по уголовному делу проходит разные стадии судопроизводства, и разные должностные лица в тот или иной период имеют уголовное дело в своем производстве. Логично, что испрашивать разрешение на разглашение каких-либо материалов следует именно у того должностного лица, которое «владеет» уголовным делом в настоящий момент.
Казахстанский законодатель предусматривает возможность распространения данных предварительного расследования только с согласия прокурора (ст. 201 УПК РК)2. Представляется, что и такой подход законодателя обоснован, поскольку прокурор является представителем органов государственной власти, который следит за соблюдением законов в стране и является активным участником на всех этапах судопроизводства. Однако при этом отмечается, что, например, уголовная ответственность за разглашение данных закрытого судебного заседания может наступить при условии, если это имело место без согласия суда (ст. 423 УК Казахстана)3.
Таким образом, очевидно, что необходимо совершенствование действующего правового регулирования применения правила о неразглашении данных предварительного расследования в Российской Федерации. Многие вопросы вызывают неоднозначное толкование в правоприменении. Полагаем целесообразным внести дополнения в ст. 161 УПК РФ и ст. 310 УК РФ положением о том, что данные предварительного расследования не подлежат разглашению вплоть до вступления в силу итогового процессуального решения по уголовному делу (постановление о прекращении, приговор), а в случае необходимости получать разрешение на разглашение данных предварительного расследования следует у того должностного лица, у которого уголовное дело находится в производстве в конкретный мо-
120 Вестник Российского нового университета120 Серия: Человек и общество. 2026. № 4
мент. Полагаем, что данное положение отчасти снимет ряд проблемных вопросов, которые рассматривались в статье, а тема о «тайне предварительного расследования» останется актуальной и открытой для обсуждения.