Клиническая апробация способа иммунологического прогнозирования эффективности применения вспомогательных репродуктивных технологий

EDN:

Бесплодие в браке является актуальной медико-социальной проблемой в связи с низким естественным приростом населения. По данным Всемирной организации здравоохранения, каждый шестой человек в мире страдает от бесплодия1. Ведущей тактикой лечения бесплодия является применение вспомогательных репродуктивных технологий (ВРТ), из которых чаще проводится процедура экстракорпорального оплодотворения преовуляторных фолликулов и перенос дробящихся эмбрионов в полость матки (ЭКО). Эффективность ЭКО составляет примерно 37–39 % наступивших вследствие применения ВРТ беременностей. Низкая частота наступления беременности в программах ЭКО отмечается у женщин позднего репродуктивного возраста, что обусловлено снижением овариального резерва и качества ооцитов [1; 2].

В последние годы большое внимание уделяется изучению иммунных параметров при физиологическом и осложненном течении беременности, невынашивании, бесплодии. Для иммунологического прогнозирования эффективности применения ВРТ был разработан способ, использование которого актуально в репродуктивной медицине [3].

Цель работы – клиническая апробация способа иммунологического прогнозирования эффективности применения ВРТ.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

Предиктивную оценку показателей проводили в ходе когортного проспективного наблюдения на 80 женщин с первичным бесплодием в возрасте от 19 до 47 лет перед проведением процедур ВРТ в отделении вспомогательных репродуктивных технологий Перинатального центра Мордовской республиканской центральной клинической больницы. Исследование одобрено Локальным этическим комитетом Медицинского института Национального исследовательского Мордовского государственного университета (протокол № 123 от 30.01.2024 г.). Диагноз определяли на основании клинико-анамнестических данных, результатов ультразвукового исследования (УЗИ) матки и придатков, молочных желез. Критериями исключения из исследования служили: получение иммунотропных лекарственных средств, проведение вакцинации и наличие острых инфекционных заболеваний в течение 1 месяца и менее до начала исследования. После применения ВРТ обследуемых женщин распределяли в группы сравнения. 1 группу составили женщины с наступившей беременностью (n = 51), 2 группу – женщины с ненаступившей беременностью (n = 29). Статистически значимых возрастных межгрупповых различий не выявлено.

При первичном обращении до применения ВРТ при получении информированного согласия у женщин проводили забор 7 мл крови в утренние часы натощак из кубитальной вены в пробирку с активатором свертывания, отделяли сыворотку при центрифугировании на скорости 1500 об/мин в течение 10–12 мин.

Содержание в сыворотке крови антимюл-лерова гормона (АМГ), интерлейкина (IL)-18 и секс-стероид-связывающего глобулина (ССГ) определяли путем иммуноферментного анализа с использованием тест-систем производства ООО «ХЕМА» и АО «ВЕКТОР-БЕСТ». Выбор комбинации параметров патогенетически обоснован [3].

Согласно методу, описанному в патенте на изобретение, при комбинации значений:

– АМГ от 1,3 до 10 нг/мл включительно;

– IL-18 ≤ 175 пг/мл;

– ССГ ≥ 55 нмоль/л прогнозировали благоприятный исход применения ВРТ [3].

При статистической обработке результаты представляли в виде медианы (Me), 1 квартиля (Q1), 3 квартиля (Q3). Достоверными считали межгрупповые различия при уровне значимости ( р ) < 0,05.

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

Анализ сывороточных уровней АМГ, IL-18 и ССГ у обследованных женщин выявил изменения их содержания, зависящие от фертильности (таблица).

Была установлена диагностическая ценность исследования сывороточных уровней предложенных параметров в аспекте прогнозирования результативности применения ВРТ. У количества АМГ в предложенном диапазоне определилась чувствительность (Se) – 70,6 %, специфичность (Sp) – 37,9 %; у IL-18 – Se 100 %, Sp 41,4 %; у ССГ – Se 29,4 %, Sp 93,1 %. В свою очередь, детекция комбинации АМГ, IL-18, ССГ относительно благоприятного исхода процедуры ВРТ показала Se 78,4 %, Sp 62,1 %.

Для подтверждения целесообразности применения способа приводим клинические примеры.

Пример 1. Больная Ш., 47 лет, поступила на обследование и лечение 05.09.2023 г. (на 2 день менструального цикла) с жалобами на отсутствие зачатия.

В анамнезе 3 беременности, 2 из которых закончились родами, 3-я – выкидышем. Отсутствие зачатия беспокоит в течение 3 лет. Индекс массы тела – 26,17 кг/м2.

После проведенного обследования выставлен диагноз: бесплодие женское, связанное с отсутствием овуляции. Рубец на матке после консервативной миомэктомии. Узловой зоб 1 степени. Эутиреоз.

УЗИ матки и придатков от 05.09.2023 г.: в обоих яичниках по 3–5 фолликулов размером по 2–3 мм, признаки аденомиоза.

Т а б л и ц а. Сывороточные уровни параметров у обследованных женщин

T a b l e. Serum levels of parameters in the examined women

Показатели / Parameters		1 группа (n = 51) / 1 group (n = 51)	2 группа (n = 29) / 2 group (n = 29)
АМГ, нг/мл / AMH, ng/ml	Me [Q1; Q3]	4,15 [2,3; 5,3]	7,1 [3,45; 10,7] *
	5–95 ‰	1,3–10	2,7–13,5
IL-18, пг/мл / IL-18, pg/ml	Me [Q1; Q3]	120 [100; 140]	176 [145; 267]*
	5–95 ‰	68–175	132–325
ССГ, нмоль/л / SSBG, nmol/l	Me [Q1; Q3]	40 [27; 55]	28 [22; 36]*
	5–95 ‰	21–82	18–54

Примечания : *– отличия от 1 группы при р < 0,05; АМГ – антимюллеров гормон, IL-18 – интерлейкин (IL)-18, ССГ – секс-стероид-связывающий глобулин.

Notes : * – differences from group 1 at p < 0.05; AMH – ant-Müllerian hormone, IL-18 – interleukin (IL)-18, SSBG – sex-steroid-binding globulin.

Источник: таблица составлена авторами.

Source: the table is compiled by the authors.

УЗИ молочных желез от 05.09.2023 г.: признаки фиброзной диффузной левосторонней мастопатии.

Иммунологическое исследование от 06.09.2023 г.: количество AМГ – 1,3 нг/мл, IL-18 – 145 пг/мл, ССГ – 103 нмоль/л.

После проведения ЭКО зафиксировано наступление беременности, что полностью соответствовало прогнозируемому результату.

Пример 2. Больная Н., 31 год, поступила на обследование и лечение 11.12.2023 г. (на 3 день менструального цикла) с жалобами на отсутствие зачатия в течение 1 года.

В анамнезе беременность отсутствует, 1 протокол ЭКО с отрицательным результатом. Индекс массы тела – 31 кг/м2.

После проведенного обследования выставлен диагноз: бесплодие женское, связанное с отсутствием овуляции. Диффузная кистозная мастопатия. Ожирение 1 ст. Гиперхолестеринемия.

УЗИ матки и придатков от 11.12.2023 г.: в правом яичнике 7 фолликулов размером до 7 мм, в левом яичнике 5 фолликулов размером до 8 мм, признаки аденомиоза.

УЗИ молочных желез от 11.12.2023 г.: мелкая солитарная киста правой молочной железы.

Иммунологическое исследование от 12.12.2023 г.: количество AМГ – 10 нг/мл, IL-18 – 133 пг/мл, ССГ – 117 нмоль/л.

После проведения ЭКО зафиксировано наступление беременности, что полностью соответствовало прогнозируемому результату.

Пример 3. Больная А., 31 год, поступила на обследование и лечение 05.02.2024 г. (на 2 день менструального цикла) с жалобами на отсутствие зачатия.

В анамнезе 1 замершая беременность раннего срока, 3 протокола ЭКО с отрицательным результатом. Отсутствие зачатия беспокоит в течение 7 лет. Индекс массы тела – 27,71 кг/м2.

После проведенного обследования выставлен диагноз: бесплодие женское. Эндометриоз матки. Субклинический гипотиреоз в стадии медикаментозной компенсации. Диффузная кистозная мастопатия.

УЗИ матки и придатков от 05.02.2024 г.: в правом яичнике 12 фолликулов размером до 6 мм, в левом яичнике 10 фолликулов размером до 6 мм, признаки поликистозных яичников.

УЗИ молочных желез от 05.02.2024 г.: признаки мелких кистозных включений молочных желез.

Иммунологическое исследование от 06.02.2024 г.: количество AМГ –16,2 нг/мл, IL-18 – 325 пг/мл, ССГ – 19 нмоль/л.

После проведения ЭКО зафиксировано ненаступление беременности, что полностью соответствовало прогнозируемому результату.

Пример 4. Больная П., 35 лет, поступила на обследование и лечение 18.03.2024 г. (на 2 день менструального цикла) с жалобами на отсутствие зачатия.

В анамнезе беременность отсутствует, двусторонний гидросальпинкс, гиперплазия эндометрия, 2 протокола ЭКО с отрицательным результатом. Отсутствие зачатия беспокоит в течение 5 лет. Индекс массы тела – 23,37 кг/м2.

После проведенного обследования выставлен диагноз: бесплодие женское, трубно-перитонеального генеза. Фиброаденома левой молочной железы.

УЗИ матки и придатков от 18.03.2024 г.: в правом яичнике 8 фолликулов размером до 7 мм, в левом яичнике 10 фолликулов размером до 7 мм, признаки диффузных изменений структуры матки по типу эндометриоза.

УЗИ молочных желез от 18.03.2024 г.: фиброаденома левой молочной железы.

Иммунологическое исследование от 19.03.2024 г.: количество AМГ –1,15 нг/мл, IL-18 – 183 пг/мл, ССГ – 29 нмоль/л.

После проведения ЭКО зафиксировано ненаступление беременности, что полностью соответствовало прогнозируемому результату.

ОБСУЖДЕНИЕ И ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Разработанный способ иммунологического прогнозирования эффективности применения ВРТ предусматривает сочетанное определение в сыворотке крови количества АМГ, IL-18 и ССГ для предикции благоприятного исхода применения ВРТ. Успешная апробация способа в когорте женщин с первичным бесплодием указывает на возможность использования способа для иммунодиагностики, прогнозирования исхода процедуры ВРТ, улучшения демографических показателей. Применение способа может способствовать персонализированному определению шансов наступления беременности и оценке целесообразности проведения ЭКО, оптимизации тактики ведения пациенток.