Клинический случай коморбидности болезни Лайма и синдрома раздраженного кишечника

This article is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License © Volgina I.M., Levina Y.M., 2025

Боррелиоз (или болезнь Лайма) является наиболее распространенным трансмиссивным инфекционным заболеванием в Северном полушарии, вызванным спирохетами Borrelia burgdorferi sensu lato [1]. Он проявляется разнообразными симптомами, затрагивающими кожную, опорнодвигательную, нервную и другие системы организма [2]. В то время как классические симптомы заболевания, такие как мигрирующая эритема, артрит и неврит лицевого нерва, достаточно хорошо изучены, гастроинтестинальные и психиатрические симптомы остаются менее исследованными и могут быть ошибочно интерпретированы как функциональные расстройства [3, 4]. При этом сложным для интерпретации и лечения состояния является одновременное присутствие нескольких заболеваний со схожей клинической картиной [5].

В литературе всё больше данных, что гастроинтестинальные симптомы боррелиоза могут быть важной составляющей клинической картины, особенно при хроническом течении заболевания [6, 7]. Известно, что влияние инфекции на желудочнокишечный тракт (ЖКТ) может осуществляться несколькими путями.

Так как Borrelia burgdorferi обладает тропизмом к нервной ткани, то ожидаемо поражается не только центральная нервная система (ЦНС), но и нервные клетки по всему организму, в том числе и в ЖКТ [8]. Энтеральная нервная система (ЭНС), которая контролирует моторную и секреторную функцию кишечника, состоит из нескольких важных нервных сплетений, включая Ауэрбахово и Мейснерово, которые играют ключевую роль в регуляции моторики и перистальтики. Влияние Borrelia на эти структуры является составной частью нейроборрелиоза и может вызывать [7]:

— Нарушение моторики кишечника, что проявляется в виде спазмов, вздутия и нерегулярного стула (диарея и запоры, также характерные для синдрома раздраженного кишечника (СРК)). В случае хронического нейроборрелиоза эти нарушения становятся стойкими [6].

— Нарушение секреторной функции: инфекция может изменять секрецию различных ферментов и гормонов, что приводит к нарушению переваривания и всасывания пищи.

— Хроническое воспаление: инфекционные агенты вызывают воспалительные процессы в кишечной стенке, что может нарушать барьерную функцию и способствовать развитию синдрома «дырявого кишечника» (leaky gut syndrome), при котором увеличивается проницаемость кишечной стенки для токсинов и антигенов [9].

— Повышенную чувствительность к растяжению стенки кишечника, что может быть причиной болей и вздутия в животе [4].

В результате длительного воспаления, вызванного персистенцией Borrelia , и нарушения барьерной функции кишечника может развиваться висцеральная гиперчувствительность. Это состояние характеризуется понижением болевого порога, когда даже нормальные физиологические стимулы, такие как растяжение кишечной стенки газами, воспринимаются как болезненные [5]. Развившийся в ответ на воспаление аутоиммунный ответ усугубляет болевой синдром [3, 7]. В результате происходит нарушение регуляции боли в ЦНС и повышение чувствительности кишечных ноци-цепторов [9].

Многокурсовая антибиотикотерапия, играющая ключевую роль в лечении боррелиоза, может усугубить уже существующие расстройства ЖКТ, нарушив баланс микробиоты кишечника [10, 11]. Антибиотики, особенно широкого спектра действия, уничтожают не только патогенные микроорганизмы, но и полезные бактерии, что нарушает нормальную микробиоту кишечника и вызывает синдром избыточного бактериального роста (СИБР) [12].

СИБР может способствовать:

— Избыточному росту патогенных и условнопатогенных микроорганизмов, таких как клостридии или кишечная палочка, что может усиливать воспаление и характерные симптомы.

— Нарушению пищеварения и всасывания питательных веществ, что приводит к диарее, метеоризму и дефициту витаминов и минералов.

— Повышению проницаемости кишечной стенки и развитию синдрома «дырявого кишечника», что способствует проникновению токсинов и антигенов в кровоток, вызывая воспаление и нарушение иммунного ответа [9].

При сочетании СРК и боррелиоза возникает двусторонний эффект, где инфекция Borrelia burgdorferi может выступать как триггер для усиления симптомов уже существующего СРК, а СРК может повышать уязвимость организма к инфекциям [4, 13].

СРК является хроническим функциональным расстройством ЖКТ, которое проявляется болями в животе, вздутием и нарушениями стула (диарея, запоры) [5]. Одной из ключевых причин СРК является нарушение барьерной функции кишечника и дисрегуляция иммунного ответа, что может повышать восприимчивость к инфекции [13].

У пациентов с длительным СРК также наблюдается:

— Хроническое низкоинтенсивное воспаление слизистой кишечника, которое нарушает нормальную барьерную функцию и создает предрасположенность к системным инфекциям.

— Повышенная проницаемость кишечной стенки, что облегчает проникновение патогенов в организм.

— Сенсибилизация иммунной системы и повышенная реактивность на микроорганизмы, что может ухудшать клинические проявления боррелиоза.

Borrelia burgdorferi может не только непосредственно вызывать воспаление в ЖКТ, но и усиливать симптомы СРК. Инфекция может нарушать работу ЭНС, что усугубляет уже существующие расстройства моторики кишечника, имитируя механическую обструкцию [6, 8]. Это приводит к ускорению или замедлению транзита пищи по кишечнику, что усугубляет запоры или диарею; усилению болевого синдрома, связанного с висцеральной гиперчувствительностью; нарушению микробиома кишечника, что может ухудшать состояние и способствовать развитию СИБР [10, 11].

Morrissette и соавт. провели исследование с целью выявления микробиомного состава у пациентов с постлечебным синдромом болезни Лайма [11]. В исследование вошли пациенты, удовлетворяющие строгим критериям постлечебного синдрома болезни Лайма, а также две контрольные группы: здоровые доноры и пациенты из отделений интенсивной терапии (ОРИТ), что позволило частично контролировать влияние тяжёлого заболевания и антибиотикотерапии. Авторы обнаружили, что основными особенностями стали повышенная относительная доля рода Blautia и сниженная доля Bacteroides, а также другие изменения в составе микробиоты по сравнению с контрольными группами. Профиль микробиоты пациентов ОРИТ, подвергшихся интенсивной антибиотикотерапии, отличался от профиля постлечебного синдрома болезни Лайма, что указывает на то, что выявленные изменения не могут быть полностью объяснены лекарственной терапией. Согласно выводам исследования Morrissette et al., изменения микробиоты не доказывают того, что именно они вызывают симптомы и что дисбиоз может быть следствием хронического заболевания, лечения антибиотиками или изменений диеты. Также авторы обратили внимание, что у пациентов с постлечебным синдромом болезни Лайма жалобы со стороны ЖКТ, включая боли, метеоризм и изменения стула, встречаются достаточно часто. Тем не менее, обнаружение специфических изменений микробиоты позволяет предполагать, что у части пациентов может формироваться функциональная симптоматика ЖКТ, сходная с СРК, через механизмы дис-биоза, модуляции иммунного ответа и нарушения работы автономной нервной системы кишечника.

Поражение нервной системы при нейроборрелиозе является одним из ключевых аспектов, который приводит к нарушениям в функциональном состоянии ЖКТ. Воздействие Borrelia на нервные структуры организма вызывает различные неврологические симптомы, такие как астения, головные боли, когнитивные расстройства, депрессия и тревожные расстройства [3, 14].

В ответ на инфицирование Borrelia в ЦНС развивается воспаление, сопровождающееся высвобождением цитокинов и провоспалительных медиаторов, которые могут воздействовать на кишечник, что добавляет эффекты поражения ЭНС [7, 9]. Это нейровоспаление через ось «мозг-кишечник» может способствовать:

— Повышению чувствительности кишечных ноцицепторов, что усиливает болевые ощущения.

— Нарушению моторики кишечника и ухудшению симптомов СРК.

— Усилению воспаления в кишечной стенке, что приводит к дополнительным проблемам с перевариванием пищи и всасыванием.

В работе Schefte и Nordentoft (2015) представлен редкий, но показательный клинический случай, демонстрирующий поражение ЖКТ при хроническом нейроборрелиозе [1]. Пациентка 66 лет поступила с выраженными абдоминальными болями, хроническим запором и задержкой мочеиспускания. При визуализации выявлены признаки кишечной псевдообструкции без механической причины. Исследование ликвора показало повышение уровня белка, лимфоцитоз и интратекальное образование антител к Borrelia burgdorferi , что позволило установить диагноз хронического нейроборрелиоза. После курса антибактериальной терапии (цефтриаксон в суточной дозе 2 г в течение 21 дня) у пациентки наступило значительное клиническое улучшение [1]. Авторы объясняют возникновение псевдообструкции поражением автономной нервной системы кишечника в результате воспалительного процесса при нейроборрелиозе. Несмотря на единичный характер наблюдения, данное исследование имеет важное патофизиологическое значение. Оно демонстрирует, что инфекционное поражение нервной системы способно вызывать серьёзные гастроинтестинальные симптомы. Этот случай можно рассматривать как крайний вариант спектра нарушений моторики, где первопричиной является инфекционно-воспалительное воздействие на ЭНС. С клинической и концептуальной точки зрения наблюдение Schefte и Nordentoft (2015) открывает возможность рассматривать Borrelia burgdorferi как потенциальный триггер функциональных нарушений кишечника, включая СРК. Умеренные формы поражения ЭНС при боррелиозе, возможно, проявляются не тяжёлой псевдообструкцией, а хроническими функциональными расстройствами, характерными для СРК — болью, вздутием, нарушением стула, чувством неполного опорожнения. Данный клинический случай поддерживает гипотезу о том, что инфекционные факторы, особенно нейротропные патогены, могут играть роль в развитии или модуляции функциональных заболеваний кишечника [1, 6].

Нейроборрелиоз часто сопровождается депрессией, тревожными расстройствами и когнитивными нарушениями (так называемый «brain fog») [3, 15]. Эти психиатрические симптомы тесно связаны с тяжелыми гастроинтестинальными проявлениями. Известно, что депрессия и тревога могут:

• —    Усиливать висцеральную гиперчувствительность, так как ЦНС реагирует на стрессовые события и изменения в организме.

• —    Нарушать нормальное функционирование ЭНС, что приводит к ухудшению моторики кишечника и усугублению симптомов СРК при его наличии.

Исследование Savasta и соавт. (2020) представляет собой клиническое наблюдение редкого варианта течения боррелиоза у ребёнка — абдоминальная боль как первое проявление нейроборрелиоза (Lyme neuroborreliosis) [2]. Пациент мужского пола 9 лет, проживающий в эндемичном по боррелиозу регионе, на протяжении года страдал от упорной абдоминальной боли без объективных изменений со стороны ЖКТ. Обследование, включавшее ультразвуковое исследование органов брюшной полости, компьютерную томографию, эзофагогастродуоденоскопию и колоноскопию, не выявило патологических находок. На этом фоне постепенно присоединились неврологические симптомы — атаксия, снижение концентрации внимания и слабость в нижних конечностях. При проведении магнитно-резонансной томографии головного и спинного мозга выявлены воспалительные изменения — усиление контрастирования корешков черепных нервов (III, V, VII) и корешков поясничнокрестцового отдела, а также множественные очаги повышенного сигнала в белом веществе мозга. Исследование ликвора показало лимфоцитарный плеоцитоз (290 кл/мм3), повышенный уровень белка (587 мг/дл) и выраженный интратекальный синтез IgG и IgM к Borrelia burgdorferi. На основании клинико-лабораторных данных поставлен диагноз хронического нейроборрелиоза. Проведён курс антибактериальной терапии цефтриаксоном (в дозе 3 г/сут в течение 3 недель) с последующим приёмом амоксициллина. Уже через несколько недель наблюдалось значительное улучшение состояния, а через три месяца — нормализация состава ликво- ра. Спустя год пациент полностью восстановился, включая полное исчезновение абдоминальной боли. Хотя описанный случай не содержит признаков классического СРК (чередование стула, вздутие, тенезмы и т. д.), он важен как патофизиологическая модель и имеет существенное значение для понимания возможной связи между инфекцией, вызванной Borrelia burgdorferi, и функциональными нарушениями кишечника, включая СРК, где ключевую роль играют нейрогенные и автономные механизмы.

Также внимания заслуживает собственное клиническое наблюдение, описанное ниже. Согласие пациента на публикацию получено.

КЛИНИЧЕСКИЙ СЛУЧАЙ

Пациент 32 лет обратился для консультации гастроэнтеролога в 2017 г. с жалобами на частые неинтенсивные боли в животе без чёткой локализации, запоры, вздутие живота. Усиление симптомов связывал с эмоциональными нагрузками.

В анамнезе отмечал стрессы, неоднократные курсы антибиотикотерапии по поводу обострения хронического тонзиллита, ангины. К моменту осмотра данные жалобы беспокоили уже несколько лет. На колоноскопии: без выраженных изменений. Направлялся на электрогастроэнтеро-графию — выявлена дискинезия моторики кишечника по смешанному типу. В анализах крови, мочи и кала — без патологии.

Вредные привычки отрицал. Эпидемиологический анамнез, анамнез жизни — без особенностей.

При объективном осмотре состояние удовлетворительное. Кожные покровы физиологической окраски, чистые. Гемодинамика стабильна. Язык чистый, влажный. Живот подвздут, мягкий, болезненный по ходу толстой кишки. Симптомы раздражения брюшины отрицательные. Печень, селезёнка не увеличены.

Стул — нерегулярный, запоры по несколько дней.

Был выставлен диагноз: Синдром раздраженного кишечника с преобладанием запоров.

Рекомендовано лечение: водный режим (не менее 2000 мл жидкости в сутки), коррекция образа жизни — соблюдение режима сна и бодрствова- ния, питания, кардионагрузка. Назначался курс терапии: мебеверин в дозе 200 мг 2 раза в день утром и вечером за 30 минут до еды 14 дней, пробиотики до 3 месяцев, вегетотропная терапия (антитела к мозгоспецифическому белку S-100 аффинно очищенные) в течение 2 месяцев.

На контрольном осмотре через 3 месяца терапия с положительным эффектом: боли, вздутие, запоры уменьшились.

При осмотре — минимальное вздутие живота, при пальпации боли нет. По органам в остальном без динамики. Пациенту рекомендован здоровый образ жизни, без лекарственных назначений.

В дальнейшем неоднократные обращения по поводу ухудшения самочувствия на фоне эмоциональных нагрузок и нарушения образа жизни — режима питания, сна и бодрствования. Назначались курсы спазмолитической, вегето-тропной терапии с добавлением пробиотиков с положительным эффектом. В итоге в 2018 году на контрольном визите снова даны рекомендации по коррекции образу жизни, пациент планировал переезд за границу.

Следующее обращение на телемедицинскую консультацию (к тому моменту пациент уже постоянно проживал в Европе) в 2021 году, на которой пациент жаловался на усиление болей в животе и вздутия. Отметил нарушение образа жизни, эмоциональные нагрузки. Также в июле 2021 года пациент отметил появление эритемы в области подколенной впадины с распространением по правой ноге до паховой области, неинтенсивную боль в ней, не связанную с движением, жжение, локальное повышение температуры кожи. Обращался за медицинской помощью по месту жительства (результаты не представлены). Пациенту был назначен крем «от аллергии», лабораторные исследования не проводились. Не исключался предшествующий укус клеща, поэтому через 9 дней был назначен курс доксициклина в дозе 100 мг 2 раза в день в течение 14 дней, затем ещё 7 дней, лечение с высокой эффективностью — симптомы регрессировали. 30.09.2021 случилось внезапное ухудшение самочувствия — возникло головокружение за рулём, жар, слабость, появилась интенсивная головная боль, которая с того момента стала постоянной.

Обращался к терапевту по месту жительства, назначено обследование. В анализах выявлялась лейкопения (от 2,59 до 3,1×10⁹ /л), нейтропения (до 1,34 тыс/мкл), тромбоцитопения (до 178×10⁹/л). Обнаружены лабораторные признаки инфекции, вызванной вирусами герпеса 6-го и 7-го типов, Anti-Borrelia IgG 52,4 ОЕ/мл (референсные значения менее 10 ОЕ/мл), Anti-Borrelia IgM 20,3 ОЕ/ мл (референсные значения менее 18 ОЕ/мл), АЛТ 74 Ед/л, обнаружен антиген Borrelia burgdorferi .

Инфекционистом по месту жительства выставлен диагноз: Боррелиоз. Рекомендовано лечение доксициклином 200 мг по схеме. Лечение без выраженного эффекта, в связи с чем обратился на телемедицинскую консультацию инфекциониста в России. По поводу боррелиоза назначено лечение кларитромицином в дозе 250 мг 3 раза в день в течение 1 месяца, флуконазолом в дозе 150 мг 1 раз в день в течение 7 дней, адеметионином, пробиотиками и антигистаминными длительно.

В качестве второго мнения обратился за телемедицинской консультацией инфекциониста другой клиники. Высказано мнение, что данных за нейроборрелиоз нет, рекомендовано наблюдение невролога, инфекциониста. Терапия не назначена.

В связи с отсутствием назначений пациент обратился к третьему инфекционисту, который рекомендовал доксициклин в дозе 100 мг 3 раза в день 21 день, инозин пранобекс в дозе 500 мг по 2 таб. 4 раза в день по схеме 1,5 месяца, меглюмина акридонацетат в дозе 150 мг по 4 таб. 1 раз в сутки по схеме 1 месяц, интерферон альфа в дозе 3 млн Ед 1 раз в сутки со снижением дозы в течение 30 дней, гидроксизин 3 месяца, витамины группы В.

Терапия без выраженного эффекта, обратился за консультацией к терапевту по месту жительства. Назначалось лечение биологически активными добавками (БАДами), витаминами группы В, витамином D, кветиапином, мелатонином и др. Лечение без выраженного эффекта.

В связи с нарастающей слабостью, головной болью и головокружением обратился к неврологу. Назначено дообследование — магнитнорезонансная томография (МРТ) головного мозга, шейного отдела позвоночника и эхоэнцефало-графия. На МРТ головного мозга выявлена киста шишковидного тела небольших размеров без признаков объёмного воздействия на прилежащие анатомические структуры и нарушения ликвородинамики. На МРТ шейного отдела позвоночника визуализировались начальные проявления дегенеративно-дистрофической болезни позвоночника: минимальная дегидратация межпозвоночных дисков; минимально выраженная патологическая дугообразная кифотическая деформация шейного отдела позвоночника. На эхоэнцефалографии значимого смещения М-ЭХО не выявлено, желудочки не расширены, коэффициент пульсаций 33 (норма не более 20%); эхографических данных, указывающих на смещение срединных структур головного мозга, не выявлено, косвенные признаки внутричерепной гипертензии. Были рекомендованы кломипрамин в дозе 25 мг, габапентин в дозе 300–600 мг, вортиоксетин в дозе 5 мг, амитриптилин в дозе 25 мг, алимемазин в дозе 5 мг по схеме.

Инфекционистом по месту жительства на основании данных обследования также подтвержден диагноз боррелиоз. Назначен курс цефтриаксона и реамберина в течение 3 недель. Терапия с минимальным эффектом.

По итогам консультации гастроэнтеролога назначен курс спазмолитической терапии мебеверином в дозе 200 мг 2 раза в день в течение 14 дней, пробиотики. Далее за помощью не обращался, эффект от терапии считал удовлетворительным.

Далее согласно дневнику самонаблюдения в 2022 году беспокоили жалобы на постоянные неинтенсивные боли в животе без чёткой локализации, постоянную сдавливающую головную боль разной интенсивности, подёргивания мышц лица, диффузные подёргивания «под кожей» правой ноги, периодические боли в суставах и мышцах (связывает с лечением цефтриаксоном), бессонницу до 3 ночей подряд, учащённое сердцебиение, смешанную одышку.

В тот же период перенес коронавирусную инфекцию в лёгкой форме. Лечение не назначалось.

В 2023 году жалобы на усиление головной боли и боли в животе, которые стали постоянными. Также беспокоило снижение работоспособности.

При обследовании IgM к боррелии оставался положительным. Сохранялась лейкопения 3,0– 3,7×109/л, нейтропения 1,47–1,5 тыс/мкл.

Докторами по месту жительства (инфекционистом и терапевтом) отменена антибиотикотера-пия, в качестве снотворного средства назначен дисульфирам 8–10 мг, на котором наблюдалось небольшое улучшение сна и самочувствия, но при увеличении дозы до 50 мг — резкое ухудшение, заключающееся в усилении головокружения. За это время отмечает выраженный эмоциональный стресс, связанный с проблемами личного характера. Из-за болей в животе отмечает снижение физической активности, но определенная физическая активность сохраняется (бассейн, сауна, дыхательные и релаксационные практики).

Проводились инфузии на дому (глутатион, селен, витамин С, витамины группы В, альфа-липоевая кислота, магний, депротеинизированный гемодериват крови телят), которые принесли временное облегчение в виде уменьшения интенсивности симптомов. Назначались БАДы: магний, фолиевая кислота, куркума, пропионат, берберин, кверцетин, таурин, монолаурин, ниацин, L-аргинин, витамин D3+K2, пробиотики и другие. На фоне приёма БАДов отметил усиление болей в животе. Терапев- том по месту жительства в связи с болями в животе назначены мебеверин, гуминовые кислоты, пробиотики, сахаромицеты, акация (с невыраженным эффектом).

В 2024 году отмечал усиление головокружения, ощущение давления на глаза. Данные жалобы значительно усилились во время полёта на самолёте. Позже при повторном полёте повторение ситуации. В тот момент появился страх полётов, отказался от них.

В анализах сохранялся повышенный уровень IgM к боррелии, лейкопения 3,2×109/л, нейтропения 1,13 тыс/мкл. Продолжается лечение БАДами. В связи с сохраняющимися болями в животе обратился к гастроэнтерологу по месту жительства. Проведено дообследование: эзофагогастродуоденоскопия — без особенностей, колоноскопия — геморрой 1–2 ст. Рекомендовано лечение панкреатином, мебеверином, амитриптилином, БАДами и травяными сборами. Терапия без выраженного эффекта. Было две повторных попытки назначения дисульфирама, также непереносимость при достижении дозы 40–50 мг.

При обращении на телемедицинскую консультацию в 2025 году продолжают беспокоить постоянное вздутие и неинтенсивные боли в животе без чёткой локализации. Со слов, ухудшение самочувствия выраженно прогрессировало — усиливалась слабость, нарастала интенсивность головной боли и боли в животе. Терапия по месту жительства не имела должного эффекта, чем и вызвано текущее обращение.

Также известно, что в связи с нарастанием симптомов и отсутствием в связи с ними возможности осуществлять трудовую деятельность пациент пытался добиться оформления инвалидности по месту жительства, в которой ему было отказано.

В обследованиях сохранялся повышенный уровень IgM к боррелии, лейкопения 2,7–2,8×109/л, нейтропения 1,05–1,13 тыс/мкл, снова появилась тромбоцитопения 148×109/л.

С января 2025 г. в связи с нарушением сна и тревожностью терапевтом по месту жительства назначены амитриптилин в дозе 10 мг, диазепам в дозе 9 мг с положительным эффектом. Однако попытки уйти от психофармакологии были безуспешны.

В июне 2025 г. врачом по месту жительства в качестве лечения рекомендован фитопротокол Бюхнера, на фоне которого возникла интенсивная боль в животе, в связи с чем пациент от него отказался. Осенью 2025 г. врачом по месту жительства назначен курс из 44 БАДов, на фоне которого также стали усиливаться боли в животе.

По результатам консультации назначено лечение: ребамипид в дозе 100 мг по 1 таблетке 3 раза в день после еды 3 месяца (можно принимать длительно — год и более), клетчатка из семян подорожника яйцевидного в дозе 5 г по 1 саше 2 раза в день утром и вечером после еды 3 месяца, комбинированный препарат антитела к человеческому фактору некроза опухоли альфа аффинно очищенные + антитела к мозгоспецифическому белку S-100 аффинно очищенные + антитела к гистамину аффинно очищенные по 2 таблетки 2 раза в день рассасывать под языком 3 месяца, сульфасалазин в дозе 500 мг по 1 таблетке 3 раза в день после еды 1 месяц, энтеральное питание с противовоспалительным эффектом в разведении 50 г на 210 мл воды 1 раз в день. Также рекомендовано обследование и лечение у инфекциониста.

Через 1 месяц терапия с положительным эффектом. Однако симптомы сохраняются и эффективность лечения пациента нельзя признать удовлетворительной, в связи с чем пациент нуждается в подборе терапии консилиумом в составе терапевта, гастроэнтеролога, инфекциониста и психиатра, что и было предложено пациенту. Кроме того, по месту жительства проведение консилиума невозможно (со слов пациента), в связи с чем он стал планировать приезд в Россию.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Данный клинический случай представляет собой коморбидность хронической нейроборрелиозной инфекции и предшествующего СРК, где нарушения моторики кишечника и гиперчувствительность могут быть проявлениями каждого из данных заболеваний. Он заслуживает внимания из-за сложности разграничения симптомов СРК и боррелиоза, разных подходов к лечению данных заболеваний по всему миру, а также трудностей организации здравоохранения и жизненной ситуации пациента. Описанное наблюдение иллюстрирует взаимодействие между персистирующей инфекцией, дисфункцией ЭНС и обострением ранее существовавшего функционального расстройства ЖКТ. Это сочетание расстройств приводит к выраженному ухудшению качества жизни и инвалидизации, что свидетельствует о необходимости дальнейших исследований в данном направлении.

Финансирование: Авторы заявляют об отсутствии финансирования.