Клинико-инструментальные особенности диагностики грыж пищеводного отверстия диафрагмы

Автор: Семенякин И.В., Дибиров М.Д., Ерин С.А., Фомин В.С., Свитина К.А., Чупалов М.О., Кондратьев А.В.

Журнал: Московский хирургический журнал @mossj

Рубрика: Клинические исследования

Статья в выпуске: 2 (54), 2017 года.

Бесплатный доступ

Грыжи пищеводного отверстия диафрагмы являются крайне распространенным гастроэнтерологическим заболеванием, уступая по частоте встречаемости лишь желчнокаменной болезни и язвенной болезни желудка и двенадцатиперстной кишки. На сегодняшний день частота регистра- ции грыж пищеводного отверстия достигает значений в 26-50% в общей популяции. Несмотря на высокую частоту встречаемости пациенты дли- тельное время не получают адекватной терапии, а также не информируются о необходимости выполнения оперативного вмешательства. В данной работе приводится анализ литературы, посвященной проблеме клинико-инструментальной диагностики грыж пищеводного отверстия диафрагмы, а также изучаются возможности различных диагностических подходов. В работе декларируется обоснованность комплексной оценки и исключение монометодического подхода, что позволяет не только определиться с диагнозом, но и определить маршрутизацию пациента для обеспечения наи- более полноценного и своевременного лечения.

Еще

Грыжа пищеводного отверстия диафрагмы, клинико-инструментальная диагностика

Короткий адрес: https://sciup.org/142211715

IDR: 142211715

Текст научной статьи Клинико-инструментальные особенности диагностики грыж пищеводного отверстия диафрагмы

На протяжении последних двух столетий грыжи пищеводного отверстия диафрагмы привлекают внимание специалистов разных профилей по всему миру, однако, несмотря на значительные успехи медицины в последние 4-5 декад, остается много спорных и нерешенных вопросов диагностики данной патологии, что безусловно требует дальнейших активных действий.

Первые упоминания о хиатальных грыжах встречаются в работах французского хирурга A. Pare (1579 г.) и итальянского анатома G. Morgani (1769 г.) [1, 2]. Длительное время до открытия рентгенологических методов диагностики имелись лишь скудные описания единичных случаев грыж пищеводного отверстия диафрагмы, зато к 30-м годам XX века количество наблюдений выросло уже в десятки раз [3]. На сегодняшний день из всех диафрагмальных грыж хиатальные составляют до 98% [3–8], являясь самой частой патологией эзофаго-гастрального перехода доброкачественного генеза [9, 10]. И если в середине XX века частота выявления грыж пищеводного отверстия колебалась в пределах 3-33%, то уже в начале века текущего данная патология встречается у 26-50% пациентов [1].

Одним из факторов широкой распространенности хиатальных грыж является активное изменение социально- экономической структуры общества. В данном контексте следует понимать все растущую урбанизацию, ускорение ритма жизни, ухудшение питания, увеличение негативных стрессорных влияний среды, что, прямопропорционально влияя на здоровье населения, приводит к росту доли гастроэнтерологической патологии.

В связи с подобным ростом патологии желудочно-кишечного тракта хиатальные грыжи с вариативной клинической картиной и разнообразием проявлений занимают третье место, уступая лишь желчнокаменной болезни, а также язвенной болезни желудка и двенадцатиперстной кишки [5]. С другой стороны, рост выявленных случаев грыж пищеводного отверстия объясним достижениями медицины последних десятилетий, а именно совершенствованием диагностических концепций, широким внедрением эндоскопических, рентгенологических и ультразвуковых методов визуализации и применением малоинвазивных технологий оперативного лечения с хорошими и отличными отдаленными результатами [3, 11–15].

По сводным данным в нашей стране почти у каждого третьего взрослого имеются признаки хиатальных грыж, что так же коррелирует с мировыми показателями [16–18],

а с возрастом данный процент увеличивается до практически 50% у пациентов пожилого и старческого возраста [19]. При этом половой деморфизм характеризуется более частой встречаемостью патологии у женщин, чем у мужчин.

Исторически отмечены сочетания грыж пищеводного отверстия диафрагмы с иными хирургическими заболеваниями органов брюшной полости [20–22]. Известны, к примеру, триада Кастена (Casten), подразумевающая одновременное наличие хиатальной грыжи, хронического холецистита и пептической язвы двенадцатиперстной кишки, или триада Сайнта (Saint), включающая, помимо грыжи пищеводного отверстия, дивертикулез ободочной кишки и хронический холецистит. Знания о подобных клинических вариациях и сочетаниях являются крайне важным аспектом в комплексном планировании лечения. Игнорирование вышеприведенных данных может служить одной из основных причин неудовлетворительных исходов лечения, причем как при анализе непосредственных, так и отдаленных результатов по данным многочисленных исследований [23, 24].

Безусловно, наличие сочетанной патологии затрудняет и усложняет диагностику. По разным данным коморбидность диагностируется у практически 80% пациентов. В каждом шестом случае хиатальные грыжи сочетаются с двумя и более заболеваниями (триада Casten - встречается у 7,2% пациентов, триада Saint - у 3,2-0,5%, а изолированное сочетание с холелитиазом отмечается вплоть до 60% пациентов [25].

Рефлюкс-эзофагит выявляется у подавляющего большинства больных (45-80%) с грыжами пищеводного отверстия, что еще больше акцентирует злободневность проблемы, так как на фоне такого сочетания манифестируют многочисленные осложнения в виде воспалительных стриктур, язв пищевода, кровоточивости тканей, а также пищевода Барретта и малигнизации [26–31].

Актуальность рассматриваемой проблемы доказывается результатам исследований, проведенных Институтом Gallup (США) [32]: у почти половины респондентов хотя бы 1 раз в месяц регистрируются симптомы изжоги, а 7% отмечает ее постоянно. При этом каждый 5-6 человек прибегает к самолечению. Резюмируя данные исследования до 20% респондентов страдают тяжелым рефлюксом с развитием изъязвлений (2-7%), пищевода Барретта (10-15%), кровотечений (2%), стриктур пищевода (4-20%). При этом у 2/5 больных при скрининговом обследовании выявляется хиатальная грыжа, изжога и рефлюкс – у подавляющего большинства (86%), а у трети - анемия различной степени тяжести, как следствие хронической кровопотери [32–34].

Ранняя и точная диагностика диафрагмальных грыж непременно способствует улучшению качества лечения и выздоровлению больного, а начало диагностического поиска, безусловно, кроется в клиническом обследовании респондента [35], что включает в себя как сам осмотр, так и ряд специальных методик. Лабораторная и инструментальная диагностика продвигаются параллельно, а иногда и смещают на второй план традиционную клиническую диагностику, так как рутинные методы не всегда позволяют распознавать начальные проявления болезни.

Безусловно, фундаментальными основаниями клинического обоснования диагноза грыж пищеводного отверстия диафрагмы являются жалобы, анамнез жизни и заболевания, общий и локальный статус, а также специальные методы. При этом, из последних, следует особо выделить рентгеноскопию (-графию) пищевода/желудка, а также фиброэзофагогастродуоденоскопию [34]. Также весьма информативными следует признать эзофагоманометрию, суточную внутрипросветную рН-метрию и изучение желудочной секреции. Диагноз хиатальной грыжи может быть признан достоверным, при подтверждении его двумя объективными методами исследования, что доказывает неправомочность изолированного применения одного из вышеприведенных методов в диагностической концепции [36].

Среди наиболее частых клинических проявлений грыжи пищеводного отверстия диафрагмы следует признать синдром недостаточности кардии, проявляющийся гастроэзо-фагельным рефлюксом с развитием пептического эзофагита, выявляемого у 45-80% больных с аксиальными грыжами [37, 38].

Ярким и весьма частым клиническим симптомом является боль, выявляемая более чем у половины (до 84%) пациентов. При этом может отмечаться иррадиация болевых ощущений вверх - в шею, уши, плечи или спину. Боль за грудиной с иррадиацией, симулирующей стенокардию, выявляется у 10-11% больных [25]. По сводным данным дискомфорт и альгидный синдром отмечаются на уровне мечевидного отростка (35%), за грудиной (25%), в области сердца (20%), в зоне Шоффара (10%), на спине в точках Боаса и Опенховского (5%), в области шеи (5%) т.н. френикус синдром и др. [36]. Приблизительно у 15-20% больных боль локализуется в области сердца и принимается за стенокардию или даже инфаркт миокарда. Следует также учесть, что возможно сочетание грыж пищеводного отверстия диафрагмы и ИБС, что крайне затрудняет дифференциальную диагностику природы болей. В таком случае рекомендуется проведение провокационной пробы Бернштейна, предусматривающей ЭКГ-исследование до и после раздувания введенного в пищевод баллона. При получении положительного результата следует с большей долей вероятности склоняться к некоронарогенному генезу альгидного синдрома [36, 39–41].

В плане дифференциальной диагностики болей, возникающих при хиатальных грыжах, крайне важным является учет ряда обстоятельств:

  • 1)    болевой синдром чаще всего появляется после обильной еды, а также при физической нагрузке, подъеме тяжестей, при кашле, метеоризме, в горизонтальном положении;


  • 2)    болевой синдром исчезает или уменьшается после отрыжки, рвоты, глубокого вдоха, перехода в вертикальное положение, а также приема щелочей, воды;

  • 3)    болевой синдром редко бывает чрезвычайно сильным, чаще всего боль умеренная, тупая;

  • 4)    боль усиливается при наклоне вперед. Зачастую данный вариант альгидного синдрома именуется как симптом «завязывания носков» или «поза огородника».

Происхождение болей при хиатальных грыжах обусловлено, как правило, сдавлением нервных и сосудистых окончаний кардии и фундального отдела желудка в области пищеводного отверстия диафрагмы при миграции последних в грудную полость. Немаловажную роль играют и кислотно-пептическая агрессия желудочного и дуоденального содержимого, а также растяжение стенок пищевода при гастроэзофагеальном рефлюксе. Отдельно следует упомянуть гипермоторную дискинезию пищевода, развитие кардиоспазма, а в некоторых случаях развитие и пилороспазм.

При присоединении осложнений характер болей может меняться: при развитии солярита боли в эпигастрии становятся упорными, интенсивными, приобретают жгучий характер, усиливаются при надавливании на зону проекции солнечного сплетения, ослабевают в коленно-локтевом положении и при наклоне вперед. После приема пищи существенного изменения болевого синдрома не происходит. При развитии перивисцерита боли становятся тупыми, ноющими, постоянными, они локализуются высоко в эпигастрии и в области мечевидного отростка грудины. При ущемлении грыжевого мешка в грыжевых воротах (для па-раэзофагеальных грыж) характерны постоянные интенсивные боли за грудиной, иногда покалывающего характера, иррадиирующие в межлопаточную область.

Исторически хорошо известен так называемый эпифре-нальный синдром, описанный в 1932 г. Bergmann и проявляющийся болью в области сердца, приступами бради- или тахикардии, ощущением аритмии, появлением головокружений, обмороков, коллапса. Возникновение синдрома, по-видимому, связано либо с натяжением ветвей блуждающих нервов, иннервирующих желудок и соседние с ним органы брюшной полости при пролабировании части желудка через диафрагмальное отверстие в грудную полость, либо с химическим раздражением слизистой пищевода в момент рефлюкса. Как правило этот синдром развивается или сразу после еды, или ночью, т.е. при обстоятельствах, способствующих желудочно-пищеводному рефлюксу [25].

Изжога является вторым по частоте после болей симптомом, регистрируясь при хиатальных грыжах в 47-64% случаев [36]. У некоторых больных изжога превалирует в ночное время, абсолютной зависимости симптома от высоты кислотности не выявлено, хотя больные с повышенной кислотностью справедливо чаще предъявляют жалобы диспепсического характера. Безусловно, ведущим механизмом развития изжоги следует считать недостаточность кардии с гастроэзофагеальным рефлюксом и активным воздействием на слизистую оболочку терминального отдела пищевода желудочного сока или дуоденального содержимого. В патогенезе данного симптома имеет значение повышенная чувствительность измененной воспалительным процессом слизистой оболочки пищевода к различным раздражителям, особенно к пептическому действию желудочного сока [25, 42].

Весьма часто на фоне хиатальных грыж выявляется отрыжка воздухом, что регистрируется у 30-51,5% пациентов [43, 44]. Этот феномен так же обусловлен недостаточностью кардии и в ряде случаев может являться даже единственным симптомом заболевания. Отрыжка зачастую может приносить некоторое облегчение, уменьшая чувство распирания в субксифоидальной области, однако, как правило, вслед за этим появляются жгучие боли за грудиной (рефлюкс). Изменение положение тела также способствует развитию подобной симптоматики, что проявляется у некоторых пациентов появлением или нарастанием срыгивания при наклоне туловища вперед [36].

Как проявление желудочно-пищеводного рефлюкса важным моментом следует считать срыгивание. При этом регургитация достигает глотки и ротовой полости, что отмечается практически у 25% респондентов. Чаще этот рефлюкс (кислой или горькой жидкостью, пищей) возникает внезапно при горизонтальном положении больного или при наклонах тела и не сопровождается тошнотой [25]. Подобное развитие симптоматики является в ряде случаев причиной аспирационного синдрома, что приводит к приступу кашля, вызывает неприятное чувство "першения" в горле, а иногда может осложниться более или менее продолжительной афонией в результате химического "ожога" голосовых связок [36, 45].

При развитии тяжелого рефлюкс-эзофагита частым симптомом следует считать дисфагию, характеризующуюся затруднением прохождения пищи в связи с развитием воспалительного отека, изъязвлениями слизистой оболочки, а также дискинезией и реже транзиторным ущемлением грыжи. Жалобы на дисфагию предъявляют 14-31% пациентов с различными видами пищеводных грыж [43]. Дисфагия, как правило, носит интермиттирующий характер, связанный с периодами «обострения» заболевания и развитием рефлекторного спазма пищевода. Постоянная или постепенно нарастающая дисфагия наблюдается при формирующейся пептической стриктуре пищевода. Изжога при этом уменьшается, а затем исчезает полностью, так как сама стриктура является барьером желудочно-пищеводного рефлюкса. Среди отличий дисфагии при хиатальных грыжах от раковой опухоли следует считать длительное интермиттирующее течение без признаков прогрессии, большая зависимость от качества и количества пищи, положения тела и

физических нагрузок, стрессовых ситуаций, а также дебют ближе к концу принятия пищи [34].

Дисфагия, тошнота, рвота, икота, анорексия, сухость или горечь во рту, жажда и другие симптомы объединяются в диспептический синдром хиатальных грыж.

Как важнейший в клинической картине целесообразно выделить анемический синдром, так как, нередко выступая на первый план, он маскирует остальные проявления грыж пищеводного отверстия диафрагмы. Как правило, анемия связана с повторными скрытыми кровотечениями из нижнего отдела пищевода или желудка, как следствие рефлюкс-эзофагита, эрозивно-геморрагической гастропатии, а иногда пептических язв нижнего отдела пищевода [5, 46, 47]. Геморрагический синдром отмечается в 10-20% наблюдениях, а при оценке результатов лабораторных исследований среди пациентов, страдающих тяжелым рефлюксом, у 30% выявляется анемия различной степени [30, 8].

Среди специальных методов исследования в диагностике хиатальных грыж на первом месте следует рассматривать традиционную рентгенологическую диагностику. Длительное время до широкого внедрения эндоскопии диагностика данной патологии целиком и полностью была во власти рентгенологических методов, характеризующихся довольно высокой диагностической ценностью, достигающей 71% [11,43,49,50]. В настоящее время методически правильное рентгенологическое исследование позволяет не только выявить, но и определить вид, размер, содержимое хиатальной грыжи, изучить функцию пищеводно-желудочного перехода и выявить наличие возможных осложнений [14].

В зависимости от способа регистрации и представления результатов исследования различают два общих метода: рентгеноскопию и рентгенографию. Рентгеноскопия - метод, основанный на получении рентгеновского изображения на экране, позволяющий определять взаиморасположение анатомических структур, локализацию и смещаемость патологических образований. Рентгенография - метод получения изображения на фотопленке или других, чувствительных к рентгеновскому излучению материалах, позволяющий зафиксировать, документировать и детально изучить изменения, выявленные при рентгеноскопии [11, 26, 50].

Критерием хиатальных грыж следует считать наличие эпифренально какой-либо части желудка в виде депо контрастной взвеси. Безусловно имеются и косвенные рентгенологические признаки: задержка контраста над кардией, уплощение свода желудка, деформация медиальной части газового пузыря, уплощение (расширение) угла Гиса, искривление или извитость дистального отрезка пищевода, а также рефлюкс [11, 51].

В последние десятилетия широкое распространение получила мультиспиральная компьютерная томография (МСКТ) в дифференциальной диагностике грыж пищеводного отверстия диафрагмы и кардиоэзофагеальных опухолей [11, 34, 36, 52].

Важным достоинством МСКТ, в отличие от рутинных рентгенологического и эндоскопического методов исследования, является возможность оценивать не только саму исследуемую анатомическую область (грудную и брюшную полости), но и отдельные анатомические структуры (ножки диафрагмы и пищеводное отверстие), что, открывает дополнительные возможности в объективной оценке рисков и зоны «интереса» [50, 52, 53].

К характерным компьютерно-томографическим критериям хиатальных грыж следует относить увеличение расстояния между ножками диафрагмы более 1,0 см, наличие в пищеводном отверстии диафрагмы грыжевого содержимого, а также воздуха, жидкости или контрастного вещества в просвете пищевода. Применение подобной технологии, помимо диагностики, позволяет выполнить стадирование грыж, что в комплексе с иными методами исследования должно широкого использоваться в повседневной клинической практике [12, 36, 52].

Рентгенологические методики визуализации пищевода должны являться обязательным при наличии клинических признаков патологии данной зоны, при этом необходимо соблюдать принцип полипозиционности, а применение дополнительных методик в виде компьютерной томографии создают условия для топического объемного восприятия всей «зоны интереса», размеров грыжи, выявления рефлюкс эзофагита и его осложнений [11, 12]. Не оспаривая ценность и эффективность рентгенологического метода, следует отметить, что он имеет определенные пределы диагностической возможности и не всегда полностью удовлетворяет клиницистов при изучении пищевода. Данный тезис лишь подчеркивает необходимость использования всей линейки диагностического поиска и отхождение от мономето-дологического обследования больного. Большинство авторов предпочитают комплексное рентген-эндоскопическое и МСКТ-исследование пациентов с кардио-эзофагеальной патологией [36, 53, 54].

Для адекватной диагностики грыж пищеводного отверстия диафрагмы требуется четкая визуализация всей грыжевой полости, сопоставление границы перехода слизистой пищевода в слизистую желудка (так называемая Z-линия), а также контрактильного кольца, обусловленного давлением ножек диафрагмы (пролабирование слизистой желудка в пищевод) [55]. Помимо вышеуказанных нюансов требуется проведение нагрузочных проб, с целью выявления зияния или неполного смыкания кардии, определение желудочнопищеводного рефлюкса и осложнений в виде рефлюкс-эзо-фагита [31, 34]. Важно обнаружение эрозий в дистальном отделе пищевода и кардиальном отделе желудка, а также оценка моторики пищевода, желудка и 12-перстной кишки [55, 56].

Помимо визуализации, эндоскопическое исследование позволяет одновременно получать материал для гистологи-

ческого изучения слизистой дистального отдела пищевода [55, 57]. При этом можно обнаружить метаплазию плоского неороговевающего эпителия пищевода с появлением на его месте цилиндрического эпителия. При выявлении цилиндрического эпителия кардиального или фундального отделов желудка риск развития аденокарциномы пищевода минимален, однако при появлении тонкокишечного цилиндрического эпителия риск последующего возникновения аденокарциномы пищевода многократно возрастает [28, 31].

Классическим и весьма надежным методом выявления гастроэзофагеального рефлюкса, как верного «спутника» хиатальных грыж является рН-метрия пищевода, позволяющая в полной мере оценить частоту, продолжительность и выраженность рефлюкса [18, 58–62]. В настоящее время за счет своей простоты выполнения и высокой информативности в выявлении рефлюкса активно используется рН-зондовая проба, основанная на рН-метрии дистального отдела пищевода [60, 63]. Снижение рН в дистальном отделе пищевода ниже 4,0 расценивается как заброс желудочного содержимого (эпизод рефлюкса). При 12-часовой или суточной рН-метрии общая продолжительность эпизодов закисления более 5 мин указывает на гастроэзофагеальный рефлюкс, причем показатель свыше 6-ти и до 10-ти минут - на рефлюкс умеренной выраженности, а более - на резко выраженный [18, 60, 64]. Суммарная продолжительность времени, в течение которого рН в пищеводе менее 4,0, превышающая 1 ч в сутки или общее количество кислых рефлюксов более 50 в сутки достоверно позволяют верифицировать диагноз гастроэзофагеальнорефлюксной болезни [58].

Одним из перспективных, чувствительных, специфичных, и наименее инвазивных методов модно считать радиоизотопную динамическую эзофагосцинтиграфию с чувствительностью более 80% [60]. Для проведения методики используется введение изотопа per os, при этом обнаружение активности изотопа в проекции пищевода является следствием рефлюкса, либо расстройством моторики органа, а ретенция более чем на 10 мин указывает на замедление эзофагеального клиренса [60]. Вышеописанные методики исследования суточной рН и пищеводного клиренса позволяют выявить случаи рефлюкса до развития эзофагита, что весьма важно в плане ранней диагностики патологии [18, 63, 64].

Эзофагоманометрия по праву занимает особое место в выявлении изменений функционального состояния пищеводно-желудочного перехода, позволяя получать точные количественные и качественные данные о внутрипросветном давлении (гипертензии), миомоторике пищевода. Данная методика считается «золотым стандартом» в диагностике заболеваний пищевода, связанных с его моторной дискоординацией. В последние годы за счет бурного прогресса и развития антирефлюксной хирургии в лапароскопическом исполнении возрос и возродился интерес к манометрии [65]. Справедливости ради, следует указать на существенный недостаток эндоманометрического исследования в диагностике сочетанных заболеваний органов брюшной полости, где подобная методика малоэффективна [36].

Нами уже отмечалось сочетание грыж пищеводного отверстия с язвенной болезнью желудка и 12-ти перстной кишки (до 23%), холециститом и желчнокаменной болезнью (до 12%). Известно также, что у практически 1/5 повторно беременных женщин обнаруживаются инструментальные или клинические признаки хиатальных грыж. В случае с ко-морбидными пациентами крайне перспективным видится применение ультразвуковой диагностики заболеваний пищевода и желудка, что изначально представлялось нереализуемым [66,67].

Руководствуясь работами Westra S.J. [68], описавших ультразвуковые признаки скользящей грыжи у детей, а также материалами Aliottа A. [69], доказавших правомочность ультразвуковой диагностики хиатальных грыж, получены объективные подтверждения сонографических критериев грыж пищеводного отверстия диафрагмы, доказана равноправность УЗ-диагностики скользящей грыжи наряду с традиционными рентгенологическим и эндоскопическим методами [3, 6, 70, 71]. Вывод о правомочности УЗИ был сделан в пользу пациентов, предъявляющих характерные для скользящих грыж жалобы, при нежелательности выполнения инвазивных диагностических методик и ввиду наличия противопоказаний [72].

Интересным и весьма информативным представляется так называемая методика эндосонографии, известная в клинической практике с 1957 года, когда Wild и Reid применили датчик ротационного типа, вводив его per rectum для диагностики рака прямой кишки. С 1980-х годов данная методика нашла свое место и в изучении патологии поджелудочной железы из просвета желудка или 12-ти перстной кишки [70], а последующее внедрение более прогрессивных ЭХО-эндоскопов дало возможность детально изучать строение стенок органов, в том числе пищевода и желудка. В случае развития рефлюкса и хронического эзофагита визуализируется утолщение стенок пищевода преимущественно за счет слизистого и мышечного слоев [70,71]. В последние годы данная методика нашла широкое применение в диагностике различных доброкачественных заболеваний верхних отделов желудочно-кишечного тракта, неоплазий: доброкачественные и злокачественные опухоли, хронический эзофагит, эзофагоспазм, ульцерогенные изменения, болезнь Менетрие (гипертрофическая гастропатия), варикозное расширение вен пищевода, дуоденальную дистрофию; а также в прогнозировании операций при имеющимся рефлюксе.

Резюмируя вышесказанное следует признать, что своевременное установление диагноза грыжи пищеводного отверстия диафрагмы и коморбидной патологии требует комплексного обследования, исключающего в XXI веке мо-нометодичный подход.

В последние годы ввиду роста доли оперативных вмешательств по поводу хиатальных грыж, в том числе с использованием малоинвазивных технологий [13, 37], назрела необходимость создания диагностического алгоритма, который позволит более рационально использовать различные методы исследования, сократить сроки обследования больных, а также выбрать оптимальный способ оперативного лечения на основании полученных данных.

Список литературы Клинико-инструментальные особенности диагностики грыж пищеводного отверстия диафрагмы

  • Алишихов Ш.А., Богданов Д.Ю., Алишихов А.М., Абдул-жалилов М.К. История развития диагностики и лечения грыж пищеводного отверстия диафрагмы. Эндоскопическая хирургия. 2012;18(3)64-70.
  • Хитарьян А.Г., Ковалев С.А. Профилактика развития рецидивов и осложнений после лапароскопических операций по поводу грыж пищеводного отверстия диафрагмы. Известия высших учебных заведений. Северо-Кавказский регион. Серия: Естественные науки. 2010;4:136-139.
  • Девяткин А.Я., Чугунов А.Н., Гурьев Э.Н. Возможности ультразвукового исследования с трехмерной объемной реконструкцией изображения в оценке состояния нижнего пищеводного сфинктера. Практическая медицина. 2012;5(60):143-146.
  • Хитарьян А.Г., Ковалев С.А., Кузнецов А.В. Обоснование использования эксплантатов при лапароскопической коррекции грыж пищеводного отверстия диафрагмы. Эндоскопическая хирургия. 2006;12(2):147
  • Чикинев Ю.В., Дробязгин Е.А., Беркасова И.В., Поршен-ников И.А. Актуальные вопросы хирургического лечения болезней пищевода и кардии. Новосибирск: Советская Сибирь, 2009.
  • Девяткин А.Я., Чугунов А.Н., Гурьев Э.Н. Применение ультразвукового исследования с трехмерной объемной реконструкцией изображения в диагностике грыж пищеводного отверстия диафрагмы. Практическая Медицина. 2012;9(65):146-150.
  • Lundell L. Antireflux surgery: efficacy, side effects, and other issues. Gastroenterol Hepatol. 2011;7(3):175-178.
  • Dallemagne B, Arenas Sanchez M, Francart D, Perretta S, Weerts J, Markiewicz S, Jehaes C. Long-term results after laparoscopic reoperation for failed antireflux procedures. Br J Surg. 2011;98(11):1581-1587 DOI: 10.1002/bjs.7590
  • Грубник В.В., Малиновский А.В. Лапароскопическая пластика гигантских грыж пищеводного отверстия диафрагмы принципиально новым сетчатым трансплантатом. Укр. журнал мало-инваз. эндоскоп. хир. 2013;17(2):25-28.
  • Müller-Stich BP; Mehrabi A; Kenngott HG; Fonouni H; Rei-ter MA; Kuttymoratov G; Nickel F, Linke GR; Wolf I; Köninger J; Gutt CN. Is a circular polypropylene mesh appropriate for application at the esophageal hiatus? Results from an experimental study in a porcine model. Surg Endosc. 2009;23(6):1372-1378. 0185-5 DOI: 10.1007/s00464-008-
  • Япарова Е.Д., Пантелеймонова И.Л., Романюха И.В. Некоторые особенности рентгенологической картины скользящих (аксиальных) грыж пищеводного отверстия диафрагмы и их диагностика у пациентов с гастроэзофагеальной рефлюксной болезнью. Здоровье. Медицинская экология. Наука. 2012;1-2(47-48):127-130.
  • Шарова Л.Е., Розенгауз Е.В., Холодова А.Е. Современные методы рентгенологической диагностики грыж пищеводного отверстия диафрагмы. СПб.: Санкт-Петербургская мед. акад. после-дипломного образования, 2010.
  • Юрасов А.В., Шестаков А.Л., Битаров Т.Т., Селиванова И.М. Способ формирования антирефлюксной манжетки при лапароскопической фундопликации в модификации РНЦХ. Хирургическая практика. 2015;1:38-43.
  • Allen BC, Baker ME, Falk GW. Role barium esophagography in evaluating dysphagia. Cleveland clinic j. of med. 2009; 76(2):105-111 DOI: 10.3949/ccjm.76a.08032
  • Yu CY, Ni YM. Diagnosis and surgical treatment of intrathoracic omental herniation through the esophageal hiatus. Chin. Med. J. 2013;126(1):194-95 DOI: 10.3760/cma.j.issn.0366-6999.20120266
  • Сигал Е.И., Бурмистров М.В. Результаты лапароскопических операций при грыжах пищеводного отверстия диафрагмы. Анналы хирургии. 2004;2:62-65.
  • Ерин С.А., Фомичев А.А., Шерудило В.И., Любарский В.И. Скрининг -обследование больных при грыжах пищеводного отверстия диафрагмы. Эндоскопическая хирургия. 2006;12(2):44-45.
  • Басиева З.К., Басиева О.О., Шавлохова Э.А. Диагностические особенности рефлюкс эзофагита у больных с гастроэзофагеальной рефлюксной болезнью в сочетании с сахарным диабетом. Фундаментальные исследования. 2013;12(2):172-175.
  • Грубник В.В., Малиновский А.В., Узун С.А. Лапароскопическая пластика грыж пищеводного отверстия диафрагмы: анализ отдаленных результатов в свете новой классификации и обзор литературы. Укр. жур. хир. 2012;19(4):34-40.
  • Вачев А.Н., Адыширин-Заде Э.Э., Габбазов А.Г., Андре-ев И.С. Симультанные операции при коррекции грыжи пище-водного отверстия диафрагмы. Казанский медицинский журнал. 2007;88(6):587-589.
  • Стрижелецкий В.В., Рутенбург Г.М., Шмидт Е.В., Аль-тмарк Е.М. Симультанные эндовидеохирургические операции у больных хроническим калькулезным холециститом, гастроэзофагеальной рефлюксной болезнью и грыжами пищеводного отверстия диафрагмы. Тихоокеанский медицинский журнал. 2008;(1):43-45.
  • Черноусов А., Хоробрых Т., Ветшев Ф., Мелентьев А. Хирургическое лечение желчнокаменной болезни, сочетанной с грыжей пищеводного отверстия диафрагмы. Врач. 2012;10:2-7.
  • Sohda M, Kato H, Sakai M, Suzuki S, Tanaka N, Sakai M, Sano A, Inose T, Nakajima M, Miyazaki T, Fukuchi M, Kuwano H. Combination of hiatal hernia with nonspecific esophageal motility disorder (NEMD) successfully treated with thoracic and abdominal surgery: report of a case. Int. Surg. 2010; 95(4):309-314.
  • Sandbu R, Sundbom M. Nationwide survey of long-term results of laparoscopic antireflux surgery in Sweden. Scand J Gastroenterol. 2010;45(1):15-20 DOI: 10.3109/00365520903342158
  • Пучков К.В., Филимонов В.Б. Грыжи пищеводного отверстия диафрагмы. М.: МЕДпрактика-М, 2003.
  • Черноусов Ф.А., Лишов Д.Е. Опыт хирургического лечения гигантских параэзофагеальных грыж пищеводного отверстия диафрагмы. Грудная и сердечно-сосудистая хирургия. 2007;2:43-46.
  • Абдуллаев, Б. А. Хирургическая тактика лечения грыж пищеводного отверстия диафрагмы, осложненных кровотечением: автореф. дис.. канд. мед. наук. -М., 2008.
  • Бурмистров М.В., Хасанов Р.Ш., Сигал Е.И., Муравь-ев В.Ю., Фаррахов А.З., Иванов А.И., Морошек А.А., Бро-дер И.А., Петров С.В., Ахмедов Т.Р. Комплексный подход в диагностике и лечении гастроэзофагеальной рефлюксной болезни, осложненной пищеводом Барретта, у больных с грыжами пищеводного отверстия диафрагмы. Медицинский альманах. 2010;1:110-113.
  • Miholic J, Hafez J, Lenglinger J, Wrba F, Wischin Ch, Schütz K, Hudec M Hiatal hernia, Barrett's esophagus, and long-term symptom control after laparoscopic fundoplication for gastroesophageal reflux. Surg. Endosc. 2012;26(11):3225-3231 DOI: 10.1007/s00464-012-2328-y
  • Suppa M, Colzi M, Magnanelli E, Migliozzi E, Negri S, Millarelli F, Coppola A. Impaired lung function and anemia from large hiatal hernia: a case report. Rec. Progr. Med. 2013:104(5):200-202 DOI: 10.1701/1291.14276
  • Rubenstein JH, Morgenstern J, Appelman H, Scheiman J, Schoenfeld P, McMahon LF Jr, Metko V, Near E, Kellenberg J, Kalish T, Inadomi JM. Prediction of Barrett’s esophagus among men. Am J Gastroenterol. 2013;108:353-62 DOI: 10.1038/ajg.2012.446
  • Малиновский, А.В., Грубник В.В. Дизайн проспективных рандомизированных исследований по лапароскопической пластике больших и гигантских грыж пищеводного отверстия диафраг-мы. Укр. жур. хир. 2012;4(19):121-129.
  • Carrott PW, Markar SR, Hong J, Kuppusamy MK, Koehler RP, Low DE. Iron-deficiency anemia is a common presenting issue with giant paraesophageal hernia and resolves following repair. J. Gastrointest. Surg. 2013;17(5):858-862 DOI: 10.1007/s11605-013-2184-7
  • Roman S, Kahrilas PJ. The diagnosis and management of hiatus hernia. BMJ. 2014;349:26-30 DOI: 10.1136/bmj.g6154
  • Василевский Д.И., Прядко А.С., Луфт А.В., Филин А.В., Кулагин В.И., Саблин О.А., Лукина А.С. К вопросу о показаниях к хирургическому лечению гастроэзофагеальной рефлюксной болезни и ее осложнений. Экспериментальная и клиническая гастроэнтерология. 2010;10:67-70.
  • Ганцев Ш.Х., Камалетдинова Ю.Ю. Совершенствование диагностики грыж пищеводного отверстия диафрагмы в онкологической клинике. Уфа: Новый стиль, 2006.
  • Allaix ME, Herbella FA, Patti MG. Laparoscopic total fundoplication for gastroesophageal reflux disease. How I do it. Journal of Gastrointestinal Surgery. 2013;17(4):822-828 DOI: 10.1007/s11605-012-2068-2
  • Makdisi G. Nichols FC, Cassivi SD, Wigle DA, Shen KR, Allen MS, Deschamps C. Laparoscopic Repair for Failed Antireflux Procedures. Ann thorac surg. 2014; 98(4):1261-1266. doi: 10.1016/j. athoracsur.2014.05.036
  • Brown CN, Smith LT, Watson DI, Devitt PG, Thompson SK, Jamieson GG. Outcomes for trainees vs experienced surgeons undertaking laparoscopic antireflux surgery -is equipoise achieved? J. Gastrointest. Surg. 2013; 17(7):1173-80 DOI: 10.1007/s11605-013-2211-8
  • Makarewicz W, Jaworski Ł, Bobowicz M, Roszak K, Jaroszewicz K, Rogowski J, Jastrzębski T, Jaśkiewicz J. Paraesophageal hernia repair followed by cardiac tamponade caused by ProTacks. Ann. Thorac. Surg. 2012;94(4):e87-89 DOI: 10.1016/j.athoracsur.2012.03.107
  • Sugumar H, Kearney LG, Srivastava PM. Pericardial tamponade: a life threatening complication of laparoscopic gastrooesophageal surgery. Heart Lung Circ. 2012;21(4)237-239 DOI: 10.1016/j.hlc.2011.08.002
  • Priego P, Ruiz-Tovar J., Perez de Oteyza J. Long-term results of giant hiatal hernia mesh repair and antireflux laparoscopic surgery for gastroesophageal reflux disease. J. Laparoendosc. Adv. Surg. Techniq. A. 2012; 22(2):139-41 DOI: 10.1089/lap.2011.0340
  • Михин И.В., Кухтенко Ю.В. Грыжи пищеводного отверстия диафрагмы. Волгоград: Изд-во ВолгГМУ, 2014.
  • Furnee E, Hazebroek E. Mesh in laparoscopic large hiatal hernia repair: A systematic review of the literature. Surg Endosc. 2013;27(11):3998-4008 DOI: 10.1007/s00464-013-3036-y
  • Chen D, Barber C, McLoughlin P, Thavaneswaran P, Jamie-son GG, Maddern GJ. Systematic review of endoscopic treatments for gastro-oesophageal reflux disease. Br J Surg. 2009;96(2):128-136 DOI: 10.1002/bjs.6440
  • Bello B, Herbella FA, Allaix ME, Patti MG. Impact of minimally invasive surgery on the treatment of benign esophageal disorders. World J. Gastroenterol. 2012;18(46):6764-70. doi: 10.3748/wjg.v18.i46.6764
  • Gebhart A, Vu S, Armstrong C, Smith BR, Nguyen NT. Initial outcomes of laparoscopic paraesophageal hiatal hernia repair with mesh. Am. Surgeon. 2013;79(10):1017-1021.
  • Haurani С, Carlin AM, Hammoud ZT, Velanovich V. Prevalence and resolution of anemia with paraesophageal hernia repair. J. Gastroint. Surg. 2012;16(10):1817-20 DOI: 10.1007/s11605-012-1967-6
  • Исмагилова Р.Р. Значение рентгенологических методов в определении показаний кооперации и оценке результатов хирургического лечения грыж пищеводного отверстия диафрагмы: автореф. дис.. канд. мед. наук. -М., 2005.
  • Синайская Е.И., Ротар С.Р., Клименко Г.А. Возможности рентгеноскопии в диагностике грыжи пищеводного отверстия диафрагмы. Бюллетень медицинских интернет-конференций. 2013;3(11):131-132.
  • Лишов Е.В., Перминов А.А. Анатомия пищеводно-желудочного перехода и диафрагмы как фактор выбора метода хирургического лечения грыжи пищеводного отверстия диафрагмы. Бюллетень Восточно-Сибирского научного центра СО РАМН. 2011;4(2):106-108.
  • Кулагин А.Л., Афанасьева Н.И., Юдин А.Л., Юматова Е.А. Возможности компьютерной томографии в диагностике грыжи пищеводного отверстия диафрагмы. Лучевая диагностика и терапия. 2016;3(7):15-24
  • Demirkol S, Balta S, Bozlar U, Samedli S, Cakar M, Sari S. Multimodality imaging of a hiatal hernia compressing the left atrium. Kardiol Pol. 2013;71(8):883 DOI: 10.5603/KP.2013.0210
  • Камалетдинова, Ю.Ю. Оптимизация диагностики предраковых заболеваний, рака пищевода и кардиальной части желудка на фоне аксиальной грыжи пищеводного отверстия диафрагмы: автореф. дис.. канд. мед. наук. -Уфа, 2006.
  • Уилкокс М.Ч., Муньос-Навас М., Санг Дж.Дж. Атлас эндоскопической гастроэнтерологии. М.: Практическая медицина, 2010.
  • Arafat FO, Teitelbaum EN, Hungness ES. Modern treatment of paraesophageal hernia: preoperative evaluation and technique for laparoscopic repair. Surg. Laparosc. Endosc. Percutan. Techniq. 2012;22(4):97-303 DOI: 10.1097/sle.0b013e31825831af
  • Lord RVN, DeMeester SR, Peters JH, Hagen JA, Elyssnia D, Sheth CT, DeMeester TR. Hiatal hernia, lower esophageal sphincter incompetence, and effectiveness of Nissen fundoplication in the spectrum of gastroesophageal reflux disease. J Gastrointest Surg. 2009;13(4):602-610 DOI: 10.1007/s11605-008-0754-x
  • Хруцкая М.С., Панкратова Ю.Ю. Дифференциальная диагностика при синдроме дисфагии. Лечебное дело: научно-практический терапевтический журнал. 2015;2(42):65-73.
  • Roman S, Poncet G, Serraj I, Zerbib F, Boulez J, Mion F. Characterization of reflux events after fundoplication using combined impedance-pH recording. Br J Surg 2007;94(1):48-52. doi: 10.1002/bjs.5532
  • Bell RC, Freeman KD. Clinical and pH-metric outcomes of transoral esophagogastric fundoplication for the treatment of gastroesophageal reflux disease. Sur. Endosc. 2011; 25(6):1975-84 DOI: 10.1007/s00464-010-1497-9
  • Arnold BN, Dunst CM, Gill AB, Goers TA, Swanström LL. Postoperative impedance-pH testing is unreliable after Nissen fundoplication with or without giant hiatal hernia repair. J. Gastrointest. Surg. 2011;15(9):1506-1512 DOI: 10.1007/s11605-011-1597-4
  • Herbella FA, Vicentine FP, Del Grande JC, Patti MG. Postprandial proximal gastric acid pocket in patients after laparoscopic Nissen fundoplication. Surg. Endosc. 2011;25(10):3198-201 DOI: 10.1007/s00464-011-1688-z
  • Sifrim D, Fornari F. Esophageal impedance-pH monitoring. Dig Liver Dis. 2008;40 (3):161-166 DOI: 10.1016/j.dld.2007.10.023
  • Kawamura O, Aslam M, Rittmann T, Hofmann C, Shaker R. Physical and pH properties of gastroesophagopharyngeal refluxate: a 24-h simultaneous ambulatory impedance and pH monitoring study. Am J Gastroenterol 2004;99(6):1000-10. 0241.2004.30349.x DOI: 10.1111/j.1572-
  • Zavala-Solares M, Valdovinos-Diaz MA. Clinical Images in Gastrology: high resolution esophageal pressure topography in the diagnosis of hiatal hernia. Rev. Gastroenterol. Mex. 2012;77(4):214-5 DOI: 10.1016/j.rgmx.2012.04.010
  • юльмамедов П.Ф. Лапароскопические операции у больных с ахалазией кардии в сочетании с грыжами пищеводного отверстия диафрагмы. Унiвер. Клiн. -2012;8(1):103-105.
  • Ханов, В.О. Миниинвазивные технологии в хирургическом лечении сочетанных заболеваний органов брюшной полости: автореферат дис.. д-ра мед. наук. -Уфа, 2008.
  • Westra SJ, Wolf BHM, Staalman CR. Ultrasound diagnosis of gastroesophageal reflux and hiatal hernia in infants and young children. JCU. 1990;18(6):477-485 DOI: 10.1002/jcu.1870180605
  • Aliotta А, Rapaccini GL, Pompili M, Grattagliano A, Cedro-ne A,Trombino C, DeLuca F, de Vitis I. Ultrasonographic Signs of Sliding, Gastric, and Hiatal Hernia: Their Prospective Evaluation. J. Ultrasound. Med. 1994;13(9):665-669 DOI: 10.7863/jum.1994.13.9.665
  • Митьков В.В. Практическое руководство по ультразвуковой диагностике. М.: Издательский дом Видар, 2011.
  • Khouzam RN, Akhtar A, Minderman D, Kaiser J, D'Cruz IA. Echocardiographic aspects of hiatal hernia: A review. J Clin Ultrasound. 2007;35(4):196-203 DOI: 10.1002/jcu.20312
  • Chau AM, Ma RW, Gold DM. Massive hiatus hernia presenting as acute chest pain. Int. Med. J. 2011; 41(9):704-705. 5994.2011.02551.x DOI: 10.1111/j.1445-
Еще
Статья научная