Коллекция железных наконечников стрел из собрания музея "Раритет" в Бишкеке

В числе наиболее распространенных находок предметов вооружения из состава ряда археологических памятников, которые можно отнести к культурам древних и средневековых этносов Тянь-Шаня и Семиречья, наиболее представительными являются железные наконечники стрел. Во время экспедиционных поездок в 2014–2016 гг. в Кыргызстан нам удалось ознакомиться с несколькими представительными коллекциями находок различных предметов вооружения, в том числе с железными наконечниками стрел, в Кыргызском национальном музее и нескольких городских и поселковых государственных и частных музеях, включая достаточно представительную коллекцию разнообразных железных предметов оружия дистанционного боя, хранящихся в собрании частного музея «Раритет» в Бишкеке.

Этот музей был создан и по настоящее время принадлежит известному кыргызстанскому бизнесмену, собирателю и любителю древностей В. В. Кадырову. С его согласия и при содействии кыргызских коллег нами были исследованы эти информативные археологические материалы. Их анализ может позволить уточнить хронологию и культурную принадлежность некоторых находок, определить типологический состав железных наконечников стрел, применявшихся на территории Притяньшанья в поздней древности, раннем и развитом Средневековье. К сожалению, места, откуда происходят эти находки, не были зафиксированы во время приобретения. Предположительно, большая их часть могла быть обнаружена в течение последних лет на территории Тянь-Шаня и Семиречья, в пределах Республики Кыргызстан.

Следует отметить, что история изучения оружия, происходящего с территории Кыргызстана, имеет давнюю традицию. Еще со второй половины XIX в. русские ученые и путешественники во время поездок на Тянь-Шань обращали внимание на вооружение кыргызов и изображения кыргызских воинов. Так, известный казахский ученый, служивший офицером в российских казачьих войсках, Ч. Ч. Валиханов в 1856 г. совершил путешествие на Тянь-Шань и оз. Иссык-Куль, где обратил внимание на погребальные комплексы кыргызских батыров, на которых иногда оставлялось их оружие [Валиханов, 1984. С. 330–331]. В следующем году экспедиционное путешествие на Иссык-Куль совершил известный российский ученый, географ П. П. Семенов, получивший в дальнейшем почетное наименование «Тян-Шанский». Он описал изображение кыргызского батыра на одном из мазаров [Семенов, 1946. С. 182–183]. Принимавший участие в работе этой экспедиции художник П. М. Кошаров зарисовал некоторые виды кыргызского оружия [Абрамзон, 1953. Табл. VII, 43; VIII, 45, 46]. По свидетельству еще одного из участников этой экспедиции И. Бардашева, в это время у кыргызов уже преобладало огнестрельное оружие [История Киргизской ССР…, 1984. С. 611]. В 1860-х гг. несколько экспедиционных путешествий на Тянь-Шань совершил известный тюрколог В. В. Радлов, исследовавший особенности языка и культуры кыргызов. Он отметил их особый «воинственный характер» [Радлов, 1989. С. 348].

В дальнейшем, со второй четверти ХХ в., рядом ученых велось уже специализированное изучение железных предметов вооружения, в том числе наконечников стрел, происходивших из археологических раскопок памятников древнего и средневекового населения Тянь-Шаня и сопредельных районов. В частности, некоторые предметы обнаружил во время раскопок и описал А. Н. Бернштам [1952. Рис. 76, 2 ; 79, 5 , 6 ; 135, 15 ]. Некоторые сведения об их использовании приведены в одном из обобщающих трудов по истории Кыргызстана [История Киргизской ССР, 1968. С. 72, 76, 85–87, 163–164]; в дальнейшем они были уточнены в следующем издании этой книги [История Киргизской ССР…, 1984. С. 161, 165. 169, 262]. В конце ХХ в. ряд исследователей из Кыргызстана и России собрали и проанализировали достаточно большие объемы разнообразных материалов по вооружению, включая и коллекции железных наконечников стрел средневекового населения тюркского и монгольского времени на Тянь-Шане и в Семиречье [Табалдиев, Солтобаев, 1995; Табалдиев, 1996. С. 43– 46, 120 – 121; Акматов, 2015].

В результате таких исследований был накоплен богатый опыт и созданы качественные методики изучения данной категории артефактов, что позволяет достаточно уверенно проводить историко-культурные определения новых материалов. В полной мере это относится и к коллекции, хранящейся в музее «Раритет».

Типологический состав коллекции

По материалу, из которого они были изготовлены, весь набор наконечников стрел из состава анализируемой коллекции в количестве 13 экземпляров (см. рисунок) должен быть отнесен к одному классу – железных. По способу насада все они относятся к одному отделу – с черешковым способом насада. По сечению пера выделяется несколько групп. По форме пера в рамках каждой группы выделяется от одного до нескольких типов наконечников стрел.

Группа I – трехлопастные наконечники. Включает один тип.

Тип 1 – боеголовковые. Представлен единичной находкой. Длина пера 4,2 см, ширина пера 1,2 см, длина сохранившейся части черешка 1,1 см. Предмет со слегка затупленным, первоначально остроугольным, острием, выделенной удлиненно-ромбической, трехлопастной боевой головкой и цилиндрической, округлой в сечении шейкой с упором, а также с коротким, вероятно, обломанным черешком (см. рисунок, 1 ).

Группа II – плоские наконечники. Включает три типа.

Тип 1 – асимметрично-ромбические. Представлен единичной находкой. Длина пера 4 см, ширина пера 1,6 см, длина черешка 2,2 см. Предмет с тупоугольным острием, асимметричноромбическим пером, выделенным упором, коротким черешком (см. рисунок, 3 ).

Тип 2 – боеголовковые томары. Представлен единичной находкой. Длина пера 1,8 см, ширина пера 1,1 см, длина черешка 3,6 см. Предмет с тупым острием, уплощенной трапециевидной боевой головкой, выделенной короткой шейкой с упором, удлиненным черешком (см. рисунок, 9 ).

Тип 3 – томары. Представлен единичной находкой. Длина пера 2,4 см, ширина пера 1 см, длина черешка 2,1 см. Предмет с тупым острием, прямоугольным пером, укороченной зауженной шейкой с выделенным упором и коротким черешком (см. рисунок, 12 ).

Группа III – наконечники с линзовидным в сечении пером. Включает один тип.

Железные наконечники стрел из музея «Раритет»:

• 1    – с трехлопастным в сечении пером; 2 , 4 , 10 , 13 – с четырехгранным в сечении пером;

• 3 , 9 , 12 – с плоским в сечении пером; 5 , 7 – с круглым в сечении пером;

• 6 ,    11 – с трехгранно-трехлопастным в сечении пером;

8 – с линзовидным в сечении пером

Iron arrowheads from the Museum “Rarity”:

• 1    – with a three-bladed section; 2 , 4 , 10 , 13 – with a four-bladed section; 3 , 9 , 12 – with a plain feather;

5 , 7 – with a round section; 6 , 11 – with a triangular three-bladed section;

8 – with a lens-shape section

Тип 1 – боеголовковые. Представлен единичной находкой. Длина пера 3,4 см, ширина пера 1,4 см, длина черешка 4,3 см. Предмет с остроугольным острием, выделенной остроугольно-крылатой боеголовкой, вытянутой округлой в сечении шейкой с упором, удлиненным черешком (см. рисунок, 8 ).

Группа IV – трехгранно-трехлопастные наконечники. Включает два типа.

Тип 1 – удлиненно-ромбические. Представлен единичной находкой. Длина пера 4,3 см, ширина пера 1,4 см, длина черешка 1,9 см. Предмет с остроугольным острием, удлиненноромбическим пером, покатыми плечиками, коротким черешком (см. рисунок, 6 ).

Тип 2 – удлиненно-треугольные. Представлен единичной находкой. Длина пера 4,8 см, ширина пера 1,4 см, длина сохранившейся части черешка 0,9 см. Предмет с остроугольным острием, вытянутым, удлиненно-треугольным пером, прямыми плечиками, выделенным упором, коротким, вероятно, обломанным черешком (см. рисунок, 11 ).

Группа V – четырехгранные наконечники. Включает два типа.

Тип 1 – удлиненно-ромбические. Представлен двумя экземплярами. Длина пера 4,1 см, ширина пера 1,1 см, длина черешка 2,1 см. Предметы с остроугольным острием, удлиненноромбическим пером, покатыми плечиками, коротким черешком (см. рисунок, 2 , 13 ).

Тип 2 – боеголовковые. Представлен двумя экземплярами. Длина пера 3,5 см, ширина пера 1,2 см, длина черешка 2,4 см. Предметы с остроугольным острием, выделенной боевой головкой с покатыми плечиками, укороченной цилиндрической шейкой с упором, коротким черешком (см. рисунок, 4 , 10 ).

Группа VI – с округлым в сечении пером. Включает два типа.

Тип 1 – удлиненно-ромбические. Представлен единичной находкой. Длина пера 4,2 см, ширина пера 1,2 см, длина черешка 7 см. Предмет с остроугольным острием, удлиненноромбическим пером, выделенным упором, удлиненным, слегка изогнутым черешком (см. рисунок, 5 ).

Тип 2 – полуовальные. Представлен единичной находкой. Длина пера 2,2 см, ширина пера 1,2 см, длина черешка 2,7 см. Предмет с полукруглым острием, полуовальным пером, выделенным упором, удлиненным черешком (см. рисунок, 7 ).

Таким образом, в составе данной коллекции было выделено 6 групп предметов, в каждой из которых по форме пера наконечника выделяется от одного до трех типов.

Хронология распространения и функциональное назначение наконечников стрел из состава исследуемой коллекции

Наблюдаемые различия в сечении и форме пера предметов из состава коллекции, вероятнее всего, обусловлены определенными периодами их распространения на территории При-тяньшанья, а также культурной принадлежностью и функциональным назначением разных типов стрел.

В предшествующие годы отдельные находки железных наконечников стрел, наряду с бронзовыми, были известны на Тянь-Шане в составе сопроводительного инвентаря археологических памятников сакской культуры раннего железного века [Ташбаева, 2011. С. 70, 160–161]. В дальнейшем, в течение ряда столетий, разнообразные железные наконечники стрел получили значительно более широкое, практически повсеместное, распространение в предметном комплексе археологических памятников кенкольской культуры гуннского времени на территории Притяньшанья и сопредельных регионов Семиречья [Кожомбердиев, Худяков, 1987. С. 81–86]. Такие изделия различных форм, среди которых преобладали стрелы с трехлопастным сечением пера, были широко распространены на территории региона в древнетюркскую эпоху [Табалдиев, 1996. С. 43–46]. В археологических памятниках развитого и позднего Средневековья (в XI–XIV вв.) на Тянь-Шане преобладали железные наконечники стрел с плоским сечением пера [Табалдиев, Солтобаев, 1995; Табалдиев, 1996. С. 120–121; Акматов, 2015]. Они продолжали применяться кыргызскими воинами в позднем Средневековье и в Новое время.

В составе исследуемой коллекции выделяется наконечник с трехлопастным сечением пера боеголовковой формы (см. рисунок, 1). Точных аналогий ему в изученных ранее археологических материалах с территории Кыргызстана не выявлено. Однако трехлопастные боего- ловковые наконечники с остроугольным острием, удлиненно-ромбическим трехлопастным пером, покатыми плечиками и короткой шейкой с упором представлены в составе комплекса стрел кенкольской культуры гуннского времени [Кожомбердиев, Худяков, 1987. С. 81]. Выскажем предположение, что данная находка также может относиться к комплексу предметов вооружения дистанционного боя кенкольской культуры.

К оружейному комплексу предметов кенкольской культуры в составе анализируемой коллекции можно, предположительно, отнести также железные стрелы с трехгранно-трехло-пастным сечением пера (см. рисунок, 6 , 11 ). Подобный наконечник с пером удлиненно-ромбической формы находит аналогии среди близких по форме стрел, обнаруженных в процессе раскопок памятников гуннского времени Акчий-Карасу, Торкен и Джал-Арык в Кыргызстане; другой железный наконечник с трехгранно-трехлопастным пером удлиненно-треугольной формы и выделенным упором также имеет аналогии среди подобных стрел, происходящих из материалов раскопок тех же памятников кенкольской культуры [Там же. С. 81-82].

Наконечник с плоским пером асимметрично-ромбической формы (см. рисунок, 3 ) относится к числу наиболее распространенных форм в степном поясе Евразии в развитом Средневековье. В Центрально-Азиатском историко-культурном регионе повсеместное распространение подобных стрел принято связывать с военной экспансией монголов в эпоху завоеваний XIII-XIV вв. н. э. [Акматов, 2015. С. 194]. Однако на территории Кыргызстана подобные стрелы получили определенное распространение еще с рубежа развитого Средневековья [Табалдиев, 1996. С. 122; Рис. 38]. Имеется достаточно оснований, чтобы отнести эту находку к развитому Средневековью.

Наконечник с тупым острием, плоской трапециевидной боеголовкой и короткой шейкой с упором (см. рисунок, 9 ) не находит точных аналогий среди стрел с плоским пером на Тянь-Шане и в Семиречье. Не удалось проследить подобную форму и среди плоских наконечников стрел на сопредельных территориях. Определить хронологию бытования данной стрелы трудно. Возможно, она относится к развитому Средневековью. Вполне вероятно, что это поисковая, опытная форма, не получившая в дальнейшем развития.

Наконечник с тупым острием, плоским пером, зауженной короткой шейкой и выделенным упором (см. рисунок, 12 ) находит, хотя и не вполне точные (без характерного выделенного упора), аналогии среди уплощенных томаров, обнаруженных при раскопках одного из погребальных комплексов развитого Средневековья в Кыргызстане [Табалдиев, 1996. С. 120; Рис. 43, 6 , 7 ].

Своеобразный железный наконечник с остроугольным острием, выделенной боеголовкой линзовидного сечения и удлиненной шейкой (см. рисунок, 8 ) не находит точных аналогий среди стрел, распространенных на Тянь-Шане и в Семиречье. В качестве отдаленной аналогии этой находке можно указать на железный наконечник стрелы с линзовидным сечением пера, происходящий из памятника развитого Средневековья на Тянь-Шане [Там же. Рис. 43, 5 ]. На этом основании данный наконечник можно отнести предположительно к развитому Средневековью.

Наконечники с округлым в сечении пером двух достаточно редких форм (см. рисунок, 5 , 7 ) не имеют точных аналогий в предметном комплексе культур средневековых кочевников Кыргызстана. Однако стрелы с округлым сечением пера наконечника несколько иных конфигураций были известны у древнетюркского населения на Тянь-Шане в раннем Средневековье [Там же. Рис. 5, 3 ; 8, 6, 7 ]. На этом основании можно предположить, что оба предмета относятся к раннему Средневековью.

В коллекции имеются наконечники стрел с четырехгранным сечением пера (см. рисунок, 2, 4, 10, 13). Среди широкого спектра различных форм таких изделий, находившихся в арсенале средств ведения дистанционного боя у древнего и средневекового населения Кыргызстана, удалось обнаружить достаточно близкие по своим формальным признакам железные наконечники с четырехгранным сечением пера, которые были представлены в наборе стрел кенкольской культуры гуннского времени [Кожомбердиев, Худяков, 1987. С. 84-85]. В ран- нем и развитом Средневековье в Центрально-Азиатском регионе стрелы с четырехгранным сечением пера имелись на вооружении у древнетюркских воинов, а также в комплексе средств ведения дистанционного боя у енисейских кыргызов, киданей и монголов.

Заключение

Предпринятый опыт изучения коллекции железных наконечников стрел из собрания музея «Раритет» наглядно продемонстрировал, что, несмотря на отсутствие каких-либо определенных сведений об условиях местонахождения данных предметов, они могут быть привлечены к проведению формально-типологического анализа. В результате поиска аналогий выделенным формам стрел среди ранее изученных наконечников разных археологических культур на территории Тянь-Шаня, Семиречья и всего Центрально-Азиатского историкокультурного региона удалось выделить некоторые типы стрел, которые были характерны для предметных комплексов археологических культур гуннского времени, а также для последующих исторических периодов раннего и развитого Средневековья в пределах Притяньша-нья. В дальнейшем эти находки разнообразных по сечению и форме наконечников стрел, хронологию и культурную принадлежность которых удалось определить или уточнить на основании выявленных аналогий среди датированных материалов, могут использоваться для характеристики комплексов средств дистанционного боя, происходящих из памятников археологических культур гуннского времени, а также из состава оружейных наборов второй половины I – начала II тыс. н. э. на территории Кыргызстана и сопредельных регионов Центральной Азии.

Valikhanov Ch. Ch. Dnevnik poezdki na Issyk-Kul’ 1856 g. [Journal of a Trip to Lake Issyk-Kul in 1856]. In: Valikhanov Ch. Ch. Sobranie sochinenii [Collected Works]. In 5 vols. Alma-Ata, 1984, vol. 1, p. 306–357. (in Russ.)

Материал поступил в редколлегию

Received

14.01.2020