Концепт «еда» в пословицах языка суахили

Объектом исследования являются пословичные тексты языка суахили, относящиеся к концепту «еда». Предмет исследования – специфика реализации концепта «еда» в пословицах и поговорках языка суахили. Материалом для исследования послужил не только паремиологический фонд языка суахили, являющийся частью древнейшего фольклорного пласта, но и личные материалы автора, записанные в ходе поездки на остров Занзибар. В данной статье автор рассматривает паремии, отражающие культурные особенности суахилийцев, раскрывающиеся через призму концепта «еда». Рассмотрение концепта «еда» сквозь призму паремий суахили обладает особой актуальностью, поскольку пища представляет собой базовую потребность любого человека и отражает аксиологическую систему суахилийцев. Одновременно с этим процесс приема пищи и все, что связано с ним, значительно различается у разных народов мира, что ярко репрезентировано в паремиях языка суахили. Исследуемый материал позволяет выделить как общенациональные поведенческие черты, так и сугубо национальные особенности, связанные с отношением к пище. Анализ паремий позволяет сделать вывод об основных культивируемых культурах (рис, бобовые), о традиционных блюдах восточноафриканской кухни (угали, похлебка), произрастающих плодах (бананы, ананасы), узнать о традиции суа-хилийцев есть руками и приносить угощения к общему столу, об уважительном отношении к гостям и многих других тонкостях, связанных с бытом жителей восточной Африки. Кроме того, пословицы суахили, затрагивающие концепт «еда», как и другие паремии, объективируют действительность, выступают в качестве прагматических рамок и норм поведения, транслируя общечеловеческие законы бытия.

ючевые слова

Пословицы; поговорки; суахили; концепт «еда»; лингвистика; Восточная Африка; паремиология.

V.S. Shatokhina (Moscow)

FOOD CONCEPT IN SWAHILI PROVERBS

bstract

A

The article is devoted to the specifics of the implementation of the concept “food” in the proverbs and sayings of the Swahili language. The material for the study was not only the paremiological fund of the Swahili language, which is part of the oldest folklore layer, but also the personal materials of the author, recorded during a trip to the island of Zanzibar. In modern linguistics, the division of proverbs into subject-thematic groups, which are based on a certain concept, is a popular approach to linguoculturological analysis. Consideration of the concept of “food” through the prism of Swahili proverbs is of particular relevance, since food is the basic need of any person and reflects the axiological system of the Swahilis. At the same time, the process of eating and everything connected with it differs significantly among different peoples of the world, which is vividly represented in the paroemias of the Swahili language. Swahili paroemias make it possible to single out both national behavioral traits and purely national features associated with the attitude of Swahili to food. It is important to mention that the results of the investigation may become essential for modern linguistics as far as Swahili proverbs are not studied well enough while East African region is becoming more and more popular nowadays. The analysis of proverbs allows us to draw a conclusion about the main cultivated crops (rice, legumes), about the traditional dishes of East African cuisine (ugali, stew), growing fruits (bananas, pineapples), learn about the Swahili tradition of eating with hands and bringing treats to the common table, about respectful attitude to the guests and many other subtleties associated with the life of the Swahilis and the relationship between them. At the same time, the Swahili proverbs that affect the concept of “food”, like all others, objectify reality, act as a pragmatic framework and norms of behavior, broadcasting the universal laws of being.

ey words

Linguistics; paremiology; proverbs; sayings; Swahili language; food concept; Eastern Africa; paremia; concept.

Пословицы и поговорки являются отдельными познавательными актами, выраженными в каждой языковой структуре по-особому. Поэтому их интерпретация может быть адекватной лишь при учете особенностей языкового общественного сознания, которые накладывают свой отпечаток на суахилийские пословицы и поговорки и составляют национальный языковой характер народа суахили.

Один из наиболее оптимальных для лингвокультурологических изысканий подход – деление паремий на предметно-тематические группы, в основе которых лежит определенный концепт. В данной статье мы рассмотрим языковую репрезентацию тематической группы «пища» в пословичных текстах языка суахили. Для современной бантуистики изучение пословиц и поговорок, в частности языка суахили, представляется особенно актуальным, поскольку данная область лингвистики является крайне малоизученной, в то время как употребление паремий очень популярно среди современных суахилийцев в различных видах дискурса. Концептуалогический подход с применением метода лингвокультурологического анализа позволяет нам не только сделать некоторые выводы о паремиалогическом фонде языка суахили в целом, но и обозначить особенности национального характера суахилийцев, познать их национальную картину мира. Дополнительную конкретику выводам придает применяемый автором количественный метод исследования паремий.

В контексте человеческой жизни особое значение придается отражению человеческих потребностей и ценностей. Ценности являются базовой категорией при построении языковой картины мира, причем набор ценностей, их иерархия во многом определяют культурный тип того или иного социума. Можно выделить моральные (дружба, любовь, материнство, справедливость, милосердие и т.д.) и утилитарные (абстрактные и материальные) ценности [Шатохина 2016, 85]. Последние включают в себя и базовую потребность человека – прием пищи. Именно поэтому концепт «еда» широко представлен в пословицах любого народа, в том числе и суахили.

Процесс потребления пищи является частью культурологической категории образа жизни. Кроме самого питания он включает в себя также элементы, сопровождающие этот процесс: труд или деятельность, направленные на добычу продуктов питания, отдых, темп и ритм жизни человека. Концепт «еда» с уверенностью может быть назван важнейшей частью культурно-бытового уклада жизни человека. По словам Н.Т. Петренко, «каждая этническая или религиозная общность людей в Восточной Африке имеет свои обычаи и традиции, но законы гостеприимства незыблемы для всех» [Петренко 2017, 41]. Паремиологические единицы, говорящие о гостеприимстве, тоже довольно часто отсылают нас к гастрономической тематике и раскрывают национальный характер народа суахили под особым углом, а потому представляют для нас большой интерес. Так, например, пословица “Mgeni hachomi chaza mtaani akanuka” (‘Чужеземец не варит устрицы по соседству, он потом плохо пахнет’) демонстрирует терпеливое и уважительное отношение к гостям. Данная паремия подразумевает, что гостям и иностранцам необходимо прощать незнание традиций местных жителей, а также содержит указание на привычное для суахилийцев блюдо морской кухни – устрицы или мидии, употребляемые чаще в готовом (не сыром) виде.

Стоит отметить, что концепт «еда» является довольно популярным среди лингвистов, занимающихся изучением различных языков мира [Никифорова 2022; Dakhlaoui 2012]. Это, вероятно, объясняется тем фактом, что бытовой аспект, к которому можно отнести и прием пищи, с одной стороны – неотъемлемая часть жизни любого человека, а с другой – хранит в себе черты, ярко характеризующие тот или иной культурный тип. В своей статье «Концепт “еда” в русской языковой картине мира (на материале пословиц и поговорок русского языка)» И.В. Семенова и Мэн Линьлинь называют бытовую сферу «исторически первичной» и «основополагающей, поскольку она изменяется медленнее других сфер и является в значительной мере основой их существования» [Семенова, Мэн 2014, 301]. Танзанийский лингвист А.М. Биубва (A.M. Biubwa) в своей диссертации на тему «Роль суахилийских пословиц в соблюдении традиций и обычаев занзибарцев» также выделяет прием пищи среди основных сфер культурных традиций, обозначенных в пословицах суахили, наряду с религиозными обрядами, свадебными традициями и другими [Biubwa 2018, 82].

Пословицы и поговорки, отсылающие нас к концепту «еда», часто содержат в себе экзистенциально-перцептивную метафору, вследствие чего легче воспринимаются и в среднем чаще остальных оседают в коллективной памяти. Значения в таких метафорах «выводятся на основе знаний, полученных при непосредственном восприятии объектов окружающего мира органами чувств – осязания, зрения, обоняния, вкуса» [Юдина 2006, 311]. Ярким примером является не слишком известная, но довольно яркая пословица “Vya wahindi haviliwi, vinaliwa kwa harufu” (‘Индийскую пищу не едят, ее едят только по аромату’). Упоминание индийцев в данной паремии не случайно. Они составляют существенную часть восточноафриканского общества, и на данном этапе истории можно сказать, что представители этого народа уже стали «своими» для суахилийцев. Однако, как видно из приведенной выше пословицы, не все так просто. Исторически индийцы всегда были более успешными и прозорливыми торговцами на африканских рынках, успешно занимались торговлей специями, текстилем, ювелирными изделиями и другими товарами. Данная паремия с помощью экзистенциально-перцептивной метафоры не только констатирует факт того, что индийская кухня очень ароматная, но и раскрывает тонкости взаимоотношений между суахилийцами и индийцами. По словам ре-спондента-суахилийца, у индийцев принято иметь много детей, поэтому в их больших семьях гости бывают нечасто, а если и попадешь к ним в гости, то вряд ли тебе что-то достанется кроме аромата специй.

По словам Ю.В. Вельдиной, в любой культуре имеются присущие только ей культурные значения, закрепленные в языке, моральных нормах, убеждениях, особенностях поведения и т.п. Национальная концептосфера складывается из концептов, которые имеют общечеловеческую ценность и на основе которых формируются национальные культурные ценности. Именно наличие общих, универсальных концептов обеспечивает коммуникацию между народами [Вельдина 2016, 1371].

В нашей статье мы попытаемся выделить на материале пословиц и поговорок суахили как общенациональные поведенческие черты, так и сугубо национальные особенности, связанные с отношением суахилийцев к пище.

При обработке пословичных текстов было обнаружено 58 единиц, содержащих глагол -la ( ‘есть’ ), например, “Kula ni riziki” (‘Поесть – это потребность’), что можно сравнить с русской паремией «Каков ни есть, а хочется есть» . Интересно, что такой простой глагол позволяет взглянуть на базовую потребность в пище под разным углом: с одной стороны, пословицы дают понять, что без еды невозможно прожить (“ Kula ni faradhi kufa ni wajibu” – ‘Есть – это обязанность, умереть – это долг’), сравните с «Не до жиру, быть бы живу» , с другой стороны – напоминают, что пища является благом ( “Kula ni mshahara wa kazi” – ‘Поесть – это плата за труд’), что сопоставимо с русским « Поработаешь до поту, пообедаешь в охоту» , и нужно знать меру во всем ( “Kula uishi, usiishi kula” – ‘Ешь чтобы жить, не живи чтобы есть’), в русском – « Много есть не велика честь» .

Также среди обрабатываемых пословичных текстов была выявлена 31 единица, где употреблена лексема “chakula” (‘еда’), которая в свою очередь происходит от глагола -la (‘есть’), например, “Chakula chema hakihitaji kawa” (‘Хорошая еда не нуждается в крышке’; в русском – «Добрая весть, коли говорят “Пора есть”») или “Jamaa kubwa haina chakula kibaya” (‘В большой семье нет плохой еды’; в русском – «За общим столом еда вкусней»). Стоит отметить, что в африканском обществе чрезвычайно важное значение придается семейным связям. Существуют даже несколько лексем для обозначения термина семья: “ukoo” / “familia” (‘близкая родня’) и “jamaa” (‘все родственники, включая дальних и иногда даже умерших’). Как утверждают респонденты-носители языка суахили, в отличие от русской пословицы «В большой семье не щелкай клювом», суахилийская паремия транслирует не конкуренцию между членами большой семьи, а единство и дружественные взаимоотношения между родней, имея в виду традицию приносить к общему столу приготовленные своими руками блюда для того, чтобы разделить на общей трапезе.

Анализируя приведенные выше примеры и сопоставляя их с русскими вариантами, можно сделать вывод о высокой концентрации числа паремий, указывающих на необходимость усердного труда с целью получения пищи, на уважительное отношение к пище и пагубности переедания. В этом смысле суахилийские пословицы совпадают в идейном плане не только с русскими пословицами, но и с большинством паремиологических фондов других языков мира. Однако при более детальном изучении текстов паремий можно выделить и некоторые культурологические особенности, отличающие суахилийские пословичные единицы от всех остальных.

В русских паремиях особое место среди единиц, содержащих указание на концепт «еда», занимают пословицы, упоминающие хлеб, например: «Хлеб всему голова» ; «Хлеб – батюшка, вода – матушка» ; «Будет день будет и хлеб» и др. Нам удалось обнаружить около ста пословиц с лексемой «хлеб», и все они с уважением и любовью говорят о хлебе, поскольку с давних пор именно этот продукт был главным блюдом на русском столе, а потому часто отождествлялся с понятием «пища». Среди суахилийского паремиологиче-ского фонда было найдено лишь 5 пословичных единиц, содержащих лексему “mkate” ( ‘хлеб’ ), например, “Mkate mkavu wa nyumbani ni bora kuliko nya-ma ya shuwa ya ugenini” (‘Черствый хлеб дома лучше, чем мясное филе на чужбине’; сравним с « Свой хлеб сытнее» ), “Chembe na chembe mkate huwa” (‘Зернышко к зернышку вот и хлеб’; в русском – « Зернышко к зернышку – будет мешок» или « Курочка по зернышку клюет, да сыта живет» ). Вероятно, такое численное несоответствие связано в первую очередь с самой традицией потребления хлеба у суахилийцев: «Широко распространены, как и в Западной Тропической Африке, культуры корнеплодов (маниок, батат, ямс) и бананы; на возвышенных участках сеют зерновые (рис, кукуруза, просо и сорго) [Андрианов 1964, 123]. Пшеница не является столь популярным зерном среди жителей Восточной Африки, поскольку ее культивация довольно затруднительна в африканских условиях. Поэтому и хлеб в целом употреблять не принято, хотя в африканской кухне присутствуют мучные изделия, например “chapati” (что-то похожее на блины), “mandazi” (сладкие пирожки или круглые пончики), “sambusa” (несладкие пирожки треугольной формы), однако ни одно из этих наименований блюд в пословицах суахили не употребляется.

Среди пословиц суахили, содержащих концепт «еда», особенно колоритно выглядят те, которые указывают на традиционные блюда жителей Восточной Африки, например:

• –    “ugali” (‘угали’ – очень густая каша, гарнир к мясу, рыбе, овощам): “Pole pole ugali hupikwa” (‘Потихоньку угали и готовится’; ср. с русским: « Вода по капле камень точит» ), “Hakuna kula ugali kwa mikono miwili” (‘Невозможно есть угали двумя руками’, то же что в русском – « На двух стульях не усидишь» );

• –    “mchuzi” (‘похлебка’ – подлива, которая обычно подается к гарниру, часто готовится вместе с мясом или овощами): “Mchuzi sio chakula” (‘Похлебка – не еда’), “Wapishi wengi huharibu mchuzi” (‘Много поваров портят похлебку’);

• –    “chai na maziwa” (‘чай с молоком’): “Maziwa ya mbuzi hayadhuru chai” (‘Козьим молоком чай не испортишь’);

• –    “kitoweo” (‘соус / подлива’; под этой лексемой могут подразумеваться как специи, значение которых для африканской кухни очень велико, так и подлива, содержащая рыбу, мясо, овощи, нечто похожее на гуляш, обычно подают к гарниру): “Asiye chakula ana kitoweo” (‘У кого нет еды, есть подлива’);

• –    “wali” (‘отварной рассыпчатый рис’ – одна из наиболее популярных зерновых культур в восточноафриканской кухне): “Mgagaa na upwa hali wali mkavu” (‘Тот, кто усердно работает на океане, не ест сухой рис’, соответствует русскому: « Сладкая еда не приходит лежа» ), “Wali moja wapishi wengi” (‘Рис один, а поваров много’, то же что в русском – « У семи нянек дитя без глазу» );

• –    “ndizi” (‘банан’): “Watetea ndizi mgomba si wao” (‘Тем, кто спорит о бананах, пальма не принадлежит’, то же что в русском – « Делить шкуру неубитого медведя» ), “Mla ndizi husahau lakini mtupa ganda has ahau” (‘Тот, кто ел банан, забывает, а тот, кто бросил кожуру, – нет’, что соответствует русскому: « Око за око, зуб за зуб» );

• –    nanasi (‘ананас’): “Nanasi la Kitope ndani usimgawie Jirani” (‘Ананас из глубинки Китопе не дели с соседом’).

Смысл последней паремии, пожалуй, было бы трудно понять без помощи носителя языка. Как утверждает респондент-суахилиец, город Китопе на острове Занзибар особо славится сладкими ананасами, и если житель этого города поделится выращенным им плодом с жителем соседнего города, то рискует тем, что он будет постоянно у него просить угостить его еще или даже украдет фрукт (ср.: «Сделал добро, жди, что попросят еще» ).

Культура приготовления и употребления пищи суахилийцев значительно отличается от привычной нам, поэтому наименования кухонной утвари, которые можно встретить в пословицах языка суахили, также отличаются. Так, например, русскому уху привычны пословицы « Дорога ложка к обеду» , « Сухая ложка рот дерет» , но для суахилийцев подобные высказывания будут скорее исключением из правила, поскольку традиционно в африканском обществе принято есть руками, что также находит отражение в пословицах, например: “Mla kwa miwili hana mwisho mwema” (‘Тот, кто ест двумя (руками) плохо заканчивает’, ср. с русским: « За двумя зайцами погонишься – ни одного не поймаешь» ).

Довольно продуктивной лексемой среди пословичных текстов суахили стала лексема “chungu” (‘горшок’), поскольку традиционно африканцы использовали именно этот предмет кухонной утвари и, готовя на открытом огне, пускали в ход любой пригодный для розжига хворост. Подобные бытовые подробности также находят отражение в текстах пословиц: “Chungu kiinjike moto ukishawaka” (‘Горшок нужно ставить на очаг, когда он уже разгорелся’, ср. с русским: « Всему свое время» ); “Chungu cha mchana hakikosi kuni” (‘Для обеденного горшка и дрова найдутся’, ср. с русским: « Дорога ложка к обеду, а там и под лавку спрячешься» ).

Возвращаясь к универсальности ценностных ориентиров, репрезентируемых в паремиологических фондах различных языков мира, можно с уверенностью сказать о том, что пословицы и поговорки суахили, содержащие концепт «еда», объективируют ценностные ориентиры, выступая при этом в роли фреймовых структур и в совокупности составляя своего рода «прагматический фонд» или негласные правила поведения, проверенные временем [Антонова, Бредис, Владимирова и др. 2020, 98]. Метафорические образы, связанные с пищей, легшие в основу значительного количества суахилийских пословиц, транслируют общечеловеческие законы бытия. При этом главный акцент, выраженный данным разделом паремий языка суахили, заключается в следующем: чтоб жить в достатке и есть вдоволь, нужно усердно работать; жадность – это порок, а щедрость – благо; своя еда всегда вкусней чужой; во всем нужно знать меру.