Ландшафтная концепция в дальневосточных работах профессора В.М. Савича в 1920–1930-е годы

Институт комплексного анализа региональных проблем ДВО РАН, ул. Шолом-Алейхема 4, г. Биробиджан, 679016, е-mail: ,

станции на Хингане данного института, директором Дальневосточного отделения Всесоюзного института растениеводства (1933 г.), директором-организатором Ботанического сада на ст. Океанская в пригороде Владивостока (1925–1933 гг.). В.М. Савич – ученик акад. И.П. Бородина и проф. Г.Ф. Морозова, соратник президента АН СССР В.Л. Комарова, был лично знаком с известными биологами П.Ю. Шмидтом и Н.И. Вавиловым [3, 4, 11, 16, 20].

В июне 1932 г. в г. Хабаровске на сессии ДВФАН В.М. Савич выступил с докладом «Перспективы растительной индустрии в борьбе за освоение ДВК» [4, 18]. Обозначенные в нем идеи освоения ботанического ресурсного потенциала региона построены на основе ландшафтной концепции географии – для разных категорий природных комплексов Дальнего Востока предлагалось развитие определенных видов сельского и лесного хозяйства, вовлечения биологических ресурсов. В данном случае под ландшафтной концепцией понимается объективное существование географических ландшафтов как сложных систем, генетически однородных частей географической оболочки, сформированных закономерным сочетанием компонентов природы. Анализ работ В.М. Савича актуален для понимания истории регионального ландшафтоведения и в целом отечественной географии, так как в довоенный период большинство исследователей не рассматривало ландшафты как объективно существующие географические объекты [9].

Цель данной работы – выявить направления использования ландшафтного метода в работах В.М. Савича, ориентированных на обоснование путей развития хозяйства Дальневосточного региона в 1920–1930-х гг. на основе освоения биолого-ресурсного потенциала.

В начале ХХ в. география находилась в кризисе в связи с отделением в самостоятельные научные направления геологии, геоморфологии, климатологии и других дисциплин. В научной литературе звучали дискуссии о содержании, целях и методах географии. Среди них особо выделяется выступление в 1913 г. Л.С. Берга на заседании Постоянной биогеографической комиссии ИРГО с докладом «Предмет и задачи географии» [2, 9]. Соглашаясь с научными взглядами немецкого ученого А. Геттнера, Л.С. Берг отметил, что география – это наука хорологическая. Она изучает размещение не отдельных явлений, а «всегда известную совокупность предметов и явлений в их взаимоотношениях. … География … – хорология взаимных группировок людей, животных, растений, форм рельефа и т.д. на земле. Что же представляют собою закономерные группировки предметов органического и неорганического мира на поверхности земли? Это есть ландшафты. Итак, география есть наука о ландшафтах» [2, с. 469].

К новой концепции географии как страноведения и ландшафтоведения проявили интерес ботаники и почвоведы. В частности, к ландшафтной концепции обращаются представители доку-чаевской школы. Среди них известный лесовод, основоположник фитосоциологии Г.Ф. Морозов, который разработал географическую классификацию типов лесных насаждений с иерархией: лесные зоны, районы, типы массивов, типы насаждений [9]. Свои научные представления он передавал на лекциях студентам Санкт-Петербургского Императорского лесного института. Таким образом, ландшафтная концепция использовалась В.М. Савичем в программных документах, научно обосновывающих вовлечение биологических ресурсов и освоение новых территорий Дальневосточного края (ДВК). В конечном итоге это влияло на управленческие решения в регионе. Например, по итогам специально созванной по инициативе партийных органов Первой конференции по развитию производительных сил советского Дальнего Востока (г. Хабаровск, 1926 г.) благодаря представленным научным данным краевые власти смогли сформировать несколько первых региональных планов развития. В.М. Савич входил в состав оргкомитета конференции, а также озвучил доклад о перспективах развития сельского и лесного хозяйства [12]. Его выводы о ресурсном потенциале и возможностях развития пчеловодства в Биробиджанском национальном районе (в настоящее время – Еврейская автономная область (ЕАО)) повлияли на планы организации Хинган-ского пчеловодного совхоза на западе современной ЕАО в районе сел Пашково, Радде, Башурово и Помпеевка [5, 15].

Классификации и категории геосистем, используемые в работах В.М. Савича. Владимир Михайлович был представителем прикладной науки, поэтому в его работах нет обоснований и определений используемой им ландшафтной терминологии. Однако в публикациях, посвященных развитию природопользования, определяются три классификации ландшафтов, которыми он оперировал [17–19]:

• 1.    Индивидуальная классификация геосистем ДВК. С современных позиций – это уровни природных зон и областей. В пределах ДВК выде-

• лялись растительные зоны тундры и тайги. В последней различались «подразделения» – области:

• -    Маньчжурская, характеризующаяся преобладанием смешанных лесов из кедра корейского ( Pinus koraiensis Siebold et Zucc.), дуба монгольского ( Quercus mongolica Fisch. ex Ledeb.), берез, кленов, лип и др. Отмечалось, что ее спецификой являлось наличие во флоре южных видов;

• -    Охотская – в основе ее растительного покрова елово-пихтовые леса из ели аянской ( Picea ajanensis (Lindl. et Gord.) Fisch. ex Carr. ( P. jezoen-sis (Lindl. et Gord.) Carr.)) и пихты белокорой ( Abies nephrolepis (Trautv.) Maxim.);

• -    Восточносибирская, «занимающая пространство гор с каменистыми склонами и заболоченными долинами. … Преимущественно лесная…» с преобладанием лиственницы даурской ( Larix Gmelinii (Rupr.) Rupr.) [18, с. 65; 18].

• 2.    Типологическая классификация с природными комплексами ДВК, которые соответствуют современным классам (горные и равнинные), подклассам (горные долины, пологие шлейфы горных хребтов и предгорные увалы), а также родам (речные и озерные долины – межгорные котловины) ландшафтов.

• 3.    По степени антропогенной трансформации. Л.С. Берг относит к культурным ландшафтам те, «в которых человек и произведения его культуры играют важную роль» [2, с. 469]. Говоря об освоении территорий ДВК, В.М. Савич отмечает, что «край должен прежде всего выявить культурный ландшафт и на его фоне разбросать социалистическую промышленность» [18, с. 60]. «Принявшись за новое большое дело в этом своеобразном крае,

мы должны прежде всего вооружиться наукой и географической картой» [18, с. 63]. Следовательно, можно предположить, что В.М. Савич использует понятие «культурный ландшафт», близкое к современному в классификации антропогенной трансформации ландшафтов, предложенной А.Г. Исаченко, в которых структура рационально изменена и оптимизирована на научной основе в интересах общества [10].

Стратегии и проекты, предложенные В.М. Савичем, по формированию культурных ландшафтов ДВК. Согласно современным представлениям исследователей, для регионов нового освоения, характеризующихся ресурсоориентированной экономикой, одной из задач региональной экологической политики является совершенствование территориальной отраслевой структуры хозяйства в соответствии с геосистемной организацией территории [13]. На начало XX в. В.М. Савич ставил схожие задачи освоения растительных ресурсов ДВК как вовлечения биологических ресурсов и формирования научно обоснованного сельского и лесного хозяйства на основе природной неравномерности территории. С целью «… показать образцы научно обоснованного хозяйства и полного использования потенциальных сил природы» [18, с. 62] им были предложены направления формирования хозяйства для разных природных комплексов, а также комплексный проект организации территории и «построения высококультурного хозяйства» Среднеамурской низменности [18, с. 69]. Направления освоения разных категорий горных ландшафтов ДВК представлены в табл.

Таблица

Предложения В.М. Савича по освоению горных ландшафтов Дальневосточного края

Table

Proposals by V.M. Savich for the mountain landscapes development in the Russian Far East

Категория геосистем	Направления освоения [18, с. 70]
Горные долины	«Комбинация пчеловодного, плодового, огородного хозяйства с полеводством могла бы превратить их в цветущие долины… при условии устройства водохранилищ»
Шлейфы горных хребтов и лесные увалы	«При небольшой мелиорации могут быть превращены в плантации табака, кукурузы, виноградники, плодовые сады и пр.». «Весьма благоприятны для пасек». «Под сельскохозяйственную культуру могут быть обращены без террасировки»
Склоны горных хребтов	«… маньчжурской зоны, пригодные для южных культур, будут заняты ими лишь после террасировки». Без устройства террас «еще надолго останутся под лесами, пасеками и в лучшем случае лесо-садовыми хозяйствами, плантациями ореха, бархата и др. ценных древесных пород, не требующих серьезного улучшения почвы и плантажа»
	«… В северной континентальной горной части края… культура под стеклом найдет себе наиболее благоприятную почву»

Для растительных зон и областей ДВК предлагались самостоятельные стратегии освоения и трансформации природных ландшафтов. Для тундры в дополнение к рыболовству и звероводству обосновывались перспективы оленеводства, овощеводства и кормового травосеяния, развития культуры ягодников и грибов. Для Восточносибирской области тайги – лесозаготовка, овощеводство, травосеяние, ягодники. Научного опыта выращивания зерновых культур в этих районах ДВК не было. Охотская область тайги должна была стать, по представлениям В.М. Савича, основным источником древесины. Растениеводство имело бы сопутствующее значение. Однако наиболее интересными и оригинальными были предложения по хозяйственному освоению Маньчжурской области тайги ДВК. Скорее всего, не без влияния природоохранных взглядов своего друга В.К. Арсеньева, В.М. Савич обосновывал необходимость формирования здесь «сплошного естественного сада полезных растений… с перспективой паркового и пасечного хозяйства, при которых основа растительного покрова сохраняется и получают покровительство лучшие представители растительного мира, как ценные древесные породы, плодовые, орехи, медоносы, лекарственные растения, декоративные и пр.» [7; 18, с. 64]. В этом полуестественном ландшафте предполагались рекультивационные мероприятия для повышения его производственного потенциала – рубки ухода, защита от пожаров, подсадка полезных древесных пород, подсеивание важных для развития пчеловодства трав. Кроме того, данная область рассматривалась как наиболее пригодная для растениеводства с выращиванием зерновых, масличных, плодовых, овощных, прядильных, кормовых культур, табака.

В 1927 г. В.М. Савич предложил Дальневосточному краевому управлению поддержать реализацию научного проекта по комплексному изучению Нижнеамурской прерии – Среднеамурской низменности. В него должны были включаться почвенные, геоботанические и мелиоративные исследования, а также анализ возможностей водного и энергетического хозяйства. Необходимость проведения данных работ обосновывалась несколькими пунктами:

• -    Трансграничная низменность рассматривалась как один из перспективных районов рисосеяния ДВК с ориентацией на экспорт;

• -    Необходимость сельскохозяйственного освоения будущей Еврейской автономии;

• -    Позитивное влияние на развитие приго-

• родных районов краевого центра Хабаровска;

• -    Укрепление обороноспособности страны благодаря мелиоративным мероприятиям и созданию транспортной и энергетической инфраструктуры [18].

По сути В.М. Савич предложил комплекс мероприятий для целенаправленного формирования культурного ландшафта Нижнеамурской прерии, который включал повсеместную осушительную мелиорацию, развитие рисосеяния с орошением полей, зарегулирование рек с созданием водохранилищ в их верховьях и развитием электроэнергетики, разработку месторождений торфа для сельскохозяйственных нужд, проектирование и создание новых путей сообщения, сельскохозяйственных и промышленных предприятий.

Однако краевое руководство не поддержало этот научный проект. Предложения В.М. Савича на Президиуме ДВФАН реализовать эти изыскания в 1933 г. также не получили дальнейшего развития. Возможные причины – это скудность финансирования Дальневосточного филиала Академии наук, а также участие научного сообщества в реализации программы так называемой Хин-гано-Буреинской проблемы. Ее целью было создание угольно-металлургической базы ДВК на основе буреинских месторождений угля и Кимкан-ского месторождения железной руды [21]. Задачи были обширные – от геологоразведочных работ до сельскохозяйственных исследований и проектирования предприятий, дорог, населенных пунктов. Коллектив под руководством В.М. Савича также был задействован в реализации этой программы. Создание им Биробиджанской научной станции в с. Помпеевка, изучение медоносов ЕАО и влияния пастбищного животноводства на долинные луга Малого Хингана отвечали задаче создания продовольственной базы будущего нового промышленного района [1, 8, 14]. Одним из результатов этих работ стало зонирование ЕАО по пригодности для развития пчеловодства в регионе, то есть научно обоснованные предложения использования биологических ресурсов ландшафтов.

Заключение

Ландшафтоведение как часть географии, по представлениям Н.М. Дронина [9], является больше наукой эмпирической, чем теоретической. В 1920–1930-е гг., находясь в начале своего развития, она характеризовалась преобладанием работ, в которых исследователи выделяли природные комплексы разнообразных категорий для разных частей страны [9]. Таким способом обосновывалось их объективное наличие. Однако методиче- ский и понятийный аппарат молодой науки еще не был разработан. Не существовало общепринятых критериев классификации, соотношений иерархических единиц, четких представлений о ландшафтной и морфологической структуре. Все это проявляется и в работах В.М. Савича, взявшего у своих учителей на вооружение ландшафтную методику. Деление ДВК на геоботанические зоны и области выполнено им совместно с коллегами (В.Н. Васильев, Г.И. Карев, И.В. Кузнецов, А.П. Саверкин) по сходству растительного покрова. Однако для двух иерархических уровней критерии деления четко не разводились – вместе использовались зональный, долготный и фактор высотной поясности для горных территорий. Кроме того, предложения В.М. Савича о развитии хозяйства в этих областях на основе биологического ресурсного потенциала сформулированы на основе не только состояния растительного покрова, но и качества почв, климатических условий, включая увлажнение рельефа, и даже экономической ситуации в приграничных странах. В учете взаимосвязи перечисленных факторов проявляется использование ландшафтного метода. Выделенные геоботанические единицы, таким образом, можно рассматривать в качестве комплексных природных. Аналогичная ситуация прослеживается и в классификации природных комплексов В.М. Савича на уровне, говоря современным языком, классов, подклассов и родов ландшафтов – критерии деления четко не разведены.

Краткое определение Л.С. Бергом культурного ландшафта в докладе «Предмет и задачи географии» [2] позволяет соотнести его с современным понятием «антропогенный» или «природно-антропогенный ландшафт». Как уже отмечалось, В.М. Савич в теоретическое осмысление не вдавался и даже с некоторым неприятием относился к «чистой» науке [6, 7]. Однако из его работ можно трактовать культурный ландшафт как:

• -    выявленный по качеству природных ресурсов и намеренно формируемый человеком под свои нужды;

• -    научно обоснованный;

• -    учитывающий природное разнообразие и природную неравномерность территории ДВК;

• -    ориентированный на сохранение ценных биологических ресурсов;

• -    учитывающий взаимосвязь компонентов и связей в структуре ландшафта на стадии проектирования его трансформации, освоения.

Следовательно, представления В.М. Савича схожи с одной из современных концепций куль- турного ландшафта как последней стадии трансформации природно-антропогенных геосистем с рационально измененной структурой и оптимизированной на научной основе в интересах общества А.Г. Исаченко [10]. В перечень наиболее значительных проектов В.М. Савича по формированию культурных ландшафтов в ДВК включаются: комплексное преобразование и освоение Среднеамурской низменности, использование хвойно-широколиственной зоны по принципу лесо-садовых хозяйств в полуестественном виде, комплексное освоение горных долин с обрамляющими их склонами. Хотя их реализация не была поддержана, отдельные представления о развитии сельского и лесного хозяйства ДВК, сформулированные В.М. Савичем с коллегами, могли быть учтены в перспективном планировании развития региона на пятилетку 1928 (1929) – 1932 (1933) гг. после проведения Первой конференции по развитию производительных сил советского Дальнего Востока, I Дальневосточной сессии всесоюзной Академии сельхознаук имени Ленина в г. Хабаровске в 1932 г. и других мероприятий.

Выводы

В работах В.М. Савича, посвященных развитию природопользования, выделяются три классификации ландшафтов ДВК: индивидуальная (природные зоны и области), типологическая (соответствует современным классам и подклассам), по степени антропогенной трансформации – культурные ландшафты. Однако критерии деления классификационных единиц четко не разведены, что соответствует уровню разработанности ландшафтной методологии 1920–1930-х гг.

Идеи освоения ботанического ресурсного потенциала региона построены на основе ландшафтной концепции – для разных категорий природных комплексов ДВК предлагалось развитие определенных видов сельского и лесного хозяйства, вовлечения ботанических ресурсов. В учете В.М. Савичем взаимосвязи факторов, состояния компонентов геосистем и связей между ними также проявляется использование ландшафтного метода.

Среди предложенных проектов по формированию культурных ландшафтов в ДВК масштабами выделяются: комплексное преобразование и освоение Среднеамурской низменности, использование хвойно-широколиственной зоны по принципу лесо-садовых хозяйств в полуестественном виде, комплексное освоение горных долин с обрамляющими их склонами. Однако они не нашли практическую реализацию.

Исходя из работ В.М. Савича, его понимание культурного ландшафта схоже с одной из современных концепций культурного ландшафта как последней стадии трансформации природно-антропогенных геосистем с рационально измененной структурой и оптимизированной на научной основе в интересах общества А.Г. Исаченко [10].

Исследование выполнено в рамках темы государственного задания ИКАРП ДВО РАН.