Лингвокультурологическая парадигма как теоретико-методологическая основа структурно-семантических исследований в языке

Организующим методологическим принципом приобщения к богатствам культуры является язык. С его помощью происходит национальное «членение» действительности на «сегменты». Человек формирует «картину мира» под влиянием языка, системы его единиц. Осознание необходимости комплексного подхода к единицам языка и культуры сформировало лингвокультурологическую парадигму, обусловливающую их взаимодействие в функционировании и отражающую этот процесс как целостную структуру единиц в единстве их языкового и культурного содержания при помощи системных методов и с ориентацией на новую систему ценностей [3]. Стремительное развитие данной парадигмы объясняется новым восприятием феномена культуры как семиотической системы, концентрирующей в себе необходимую обществу информацию и служащей средством ее получения. В рамках лингвокультурологических исследований предпринимается анализ моделей человеческого общения и путей материализации информации, т.е. ее фиксации, хранения и передачи членами общества [1]. Распространение подобных взглядов вызвало необходимость создания научной дисциплины, интегративной области научного знания, изучающей проявления культуры в языке и способы его интерпретации – лингво-культурологии.

Лингвокультурология, возникшая на пересечении культурологии, лингвострановедения, этнолингвистики и социолингвистики, взаимодействуя с ними, имеет свой интегративный аспект изучения проблемы язык и культура. Она ставит перед собой задачу системного представления единиц языка и культуры в их корреляции, работает на глубинном уровне семантики, с учетом системного и интегративного подходов к данным явлениям. Соотнося значения культурно детерминированных единиц с концептами национальной культуры, лингвокультурологический анализ дает им глубинную и объемную экспликацию. К примеру, фразеологическая серия со словом раб в метафорически связанном значении: раб страстей, раб желаний, раб привычек. Заложенная в этих сочетаниях культурная информация восходит к религиозному дискурсу и выражению раб Божий. В переносном значении слово раб указывает на зависимость человека от характера и обстоятельств.

Источником лингвокультурологической информации служит и сопоставление языковых систем, в которых лексические единицы и концепты предлагают различное членение окружающей действительности: трава и Gras, Kraut (нем. лекарственная трава ), ягоды и Вееrеп (вишня и черешня - Fruchte (нем.)) , костюм - Anzug и Kostiim (нем.).

Согласно И.Е. Герасименко, становление принципов лингвокультурологии и апробация ее методов совершается в ходе обсуждения вопросов о ее диахронических связях и взаимоотношениях в синхронном срезе с лингвистической семантикой, когнитивной лингвистикой, этнолингвистикой, лингвострановедением. Эффективным в этой связи оказывается анализ понятий языковая картина мира, лингвокультура, логоэпистема, концепт, языковая личность, дискурс и др.

Понятие лингвокультура точно обозначает особую предметную область лингвокульту-рологии, доказывая, что владение одним языком и социализация в рамках одной культурной общности выступают критерием объединения: структурная организация отдельных элементов знания о мире, инвариантная часть картины мира детерминируется типом взаимосвязи между языковыми и культурными объектами [7]. Лингвокультура - это инвариант в рамках дифференцированного подхода по различным параметрам (гендеру, возрасту и др.) культурно-языкового сообщества, общая среда, в которой формируются и функционируют концепты.

Ряд вопросов перешел в лингвокультурологию из лингвострановедения. Методика приобщения к иной культуре через язык основана на теории семантической структуры слова, в которой акцент делается на кумулятивной функции языка [2]. Достижением лингвострановедческой теории слова Верещагина и Костомарова явилось установление единиц, максимально нагруженных культурной спецификой и выступающих источниками информации о национальной культуре. К их числу относятся слово, фразеологизм и языковые афоризмы, необходимые для адекватного пользования изучаемым языком.

Многие ученые (С.Г. Воркачев, В.В. Колесов, Ю.С. Степанов, В.И. Карасик и др.) утверждают, что базовым понятием лингвокультурологии является культурный концепт, подчеркивая идею комплексного изучения языка, сознания и культуры. Концепт как ментальное образование в сознании человека есть выход на концептосферу социума, т.е. на культуру, а как единица культуры есть фиксация коллективного опыта - достояния каждого человека [1]. Таким образом, концепт - базовая единица культуры, обладающая образным, понятийным и ценностным компонентами.

Становление лингвокультурологической парадигмы обнаружило новые перспективы разработки проблем гуманитарного знания на стыке нескольких направлений. Результаты, полученные в смежных областях (когнитологии, лингвострановедении, этнолингвистике), представляют собой необходимую часть лингвокультурологического описания. Приобрели важность культурно обусловленные знания, стоящие за языковым знаком: русское носить подразумевает одежду, прическу, усы или бороду, а аналогичное английское to wear допускает также употребление относительно косметических средств: Alice wanted to wear her favorite perfume that day. Дополнительная информация заключается в ассоциациях языкового коллектива. Посредством мыслительных процессов выделяется определенный признак: bath (англ.) ассоциируется с местом, служащим очищению, а баня (русс.) - очень душное помещение.

Язык обусловлен практическими потребностями человека. Поэтому в лексике преобладают фрагменты социального опыта, вытекающие из основной деятельности народа. Е.А. Огнева отмечает, что сопоставительный анализ художественных текстов выявляет наличие межъязыковой синонимии, представляющей собой различие лексических единиц одного и того же разряда по фонетической форме, парадигматике, синтаксическим связям, объему лексических понятий, но сходных частично или полностью по лексическим значениям. Существуют межъязыковые полные и относительные синонимы. Полные синонимы включают слова, соотносимые в одном из своих значений в двух или более языках: луна – moon (англ.) – lune (фр.) - luna (ит.); вторник - Tuesday (англ.) - mardi (фр.) - martes (ит.) и т.д. Ядро синонимов этой подгруппы составляют общенародные слова нейтрального стиля, не имеющие эмоциональной окраски. Относительные синонимы - слова, совпадающие по вещественносмысловому содержанию, но различающиеся по эмоционально-экспрессивной окраске [7].

Носители разных языков выражают отношение к окружающему с разной степенью сдержанности. В русском языке существует большое разнообразие уменьшительноласкательных суффиксов, дающее возможность выразить отношение к предмету разговора: -очк-/-ечк-, -оньк-/-еньк-, -ушк-/-юшк- (девочка, душенька, голубушка). Английский язык содержит лишь несколько подобных суффиксов (-ie- в словах birdie, girlie). В странах Запада доминирует убеждение Человек – хозяин Вселенной, т.е. обладает наивысшей формой разума и способен изменить мир. В языках этих стран имеется пласт слов с аффиксом self (сам). В культуре восточных стран доминирует представление о гармоничном сосуществовании человека с окружающим миром. Местоимение я в этих языках не пишется с заглавной буквы. Английское you значит сразу несколько местоимений: ты, вы и Вы, т.е. существует только одна форма обращения ко 2-му лицу ед. ч. В русском языке отчетливее прослеживаются отношения между людьми: ты в адрес близких и ровесников, Вы при уважительном обращении к собеседнику. Национальный менталитет влияет и на пунктуацию: в английской речи для обозначения интонационного членения и синтаксических групп на письме используется запятая, а в русской еще и восклицательный знак. Это свидетельствует о большей эмоциональности, даже в официальной переписке (Уважаемые коллеги! и Dear Sir/Madame,) [3].

Отсутствие развитой системы падежей и категории рода в аналитических языках не позволяет строить предложения со свободным порядком слов - в них нет окончаний, показывающих отношения между существительными. Данный факт лишает носителей некой выразительности, в отличие от синтетических языков (выражению all children like sweets (англ.) соответствует сразу несколько: все дети любят сладости, сладости любят все дети, любят все дети сладости).

Многочисленны также случаи несовпадения ассоциаций и образов у носителей разных культур при проведении параллелей между объектами: thin as a rake ( худой как грабли ) - худой как щепка , strong as a horse ( сильный как лошадь ) - сильный как бык , stupid as a goose ( глуп как гусь ) - глуп как пробка .

Одним из испытанных временем источников культурологической информации являются пословицы и поговорки. В них сконцентрированы жизненный опыт, система ценностных ориентаций, создающие представление о национальном характере: An Englishman's house is his castle - Дом англичанина - его крепость (русс.: В своем доме - каждый сам себе хозяин ); A constant guest is never welcome - Постоянному гостю не рады (русс.: Пища без воды и еда без соседа - грешны ) [6].

По мнению З.З. Чанышевой, сопоставительные лингвокультурологические исследования помогают преодолеть узость традиционных контрастивных исследований и вывести их в сферу культуры. Анализ языка дает доступ к концентрированному выражению культуры в знаках иной семиотической системы. Встает задача локализации национально-культурного компонента в содержании единиц языка. Локализовать культурный компонент на периферии денотативного значения сложно - в словарных дефинициях эта культурная специфика часто отсутствует. Словарные соответствия в большинстве случаев оттеняют национально-культурную смысловую специфику сравниваемых единиц, образуя ложные эквиваленты ( общественная жизнь и social life ). В коннотативном значении локализация культурного компонента еще менее возможна: ambitious (англ.) имеет положительную коннотацию, а русское амбициозный -положительную ( план ) и отрицательную ( человек) . Культурный компонент имеет значительный вес в области метафорических значений, развивающихся в межкультурном пространстве в результате заимствованного перевода ( public relations - связи с обще-ственностью/PR/пиар ) . Культурная коннотация имеет особую значимость в семантике фразеологических и паремиологических единиц. Ее учет необходим во избежание появления псевдоэквивалентов: Вливать молодое вино в мехи старые и Put new wine into old bottles.

В лингвокультурологических исследованиях изучаются явления, несущие смысловой заряд. Например, символика цветообозначений включает универсальные, региональные, этно-культурно-маркированные ассоциации. В ней переплетаются разные смысловые составляющие: Le Rouge et le Noir (роман Ф. Стендаля со сложной символикой красного и чёрного); Our future is black (Дж. Болдуин о возможном наступлении власти ‘чернокожих’); The Black and the Green (символика государственного флага Ливии) [9].

Концентрированной формой выражения, сохранения и передачи ценностносмысловых коннотаций являются коды культуры. Модель многоэтапного лингвокультурологического семиотического анализа представляет процедуру смысловой интерпретации, в которую на всех этапах включается сопоставительный ракурс. Результаты сопоставления выявляют специфику значения: пожать/тряхнуть/повести и т.д. плечами /плечом и shrug an indifferent/scornful/stubborт shoulder(s). Анализ осуществляется на примере невербальных кодов двух культур, что позволяет выделить проблемные зоны: частичные расхождения и культурные семиотические лакуны. Трудна задача смыс- ловой интерпретации этноконнотаций, когда мы сталкиваемся с чем-то отсутствующим в своей среде: He knew he was supposed to wear a monkey suit–- коннотации, ассоциируемые со знаком обезьяний костюм, связаны со знанием британского дресс-кода, согласно которому необходимо прийти в смокинге, если в приглашении имеется фраза Black Tie. В ходе сопоставительного лингвокультурологического анализа осуществляется интерпретация этнокультурных смысловых коннотаций в терминах знаков соответствующих кодов культуры.

В данной работе мы рассмотрели основные предпосылки установления линво-культурологической парадигмы и обосновали причины ее роли в современной научноисследовательской мысли. Нами было доказано значение культурнообусловленных явлений при в анализе структуры и семантики единиц языка, лежащих в основе процессов номинации и вербализации. Путем сопоставительных лингвокультурологических процедур раскрывается национальная идентичность народов, вследствие учета особенностей культурного и исторического развития. Таким образом, лингвокультурологическая парадигма прочно и надолго закрепилась в системе современных лингвистических исследований, одновременно вписываясь в рамки действующей антропоценрической парадигмы.