Марциаловский «след» в поэтическом наследии А.С. Пушкина

Статья посвящена выявлению в наследии А.С. Пушкина «марциаловского кода». При общепризнанной любви Пушкина к Марциалу, неоднократно упоминаемой как в пушкинистике, так и в различных научных и популярных источниках о Марциале, в творчестве Пушкина, включая его эпистолярные тексты, отсутствуют прямые свидетельства о его знакомстве с текстами Марциала. Настоящее исследование призвано восполнить данный пробел и указать на имплицитные отсылки к знаковым текстам эпиграмм Марциала, а также на усвоение Пушкиным паттерна эпиграммы, заложенного произведениями Марциала. Прослежено взаимодействие корпуса эпиграмм А.С. Пушкина с образцами эпиграмм Марциала, выявлена гомология тематики, структуры и художественных приемов (лаконизм, афористичность, «ударная» концовка). Указана функциональная общность использования эпиграммы как жанра репутационного действия: так же, как для Марциала, эпиграмма стала для Пушкина жанром морального изобличения, иронической критики теневой стороны культурной и политической жизни его эпохи. Доказано, что знаменитая эпиграмма «Rumpitur invidia» («Лопается от зависти») оказала влияние на трактовку А.С. Пушкиным темы зависти и мотива взаимоотношений поэта и его Музы в его драматургии и лироэпике. Проведенное исследование позволяет продемонстрировать рецепцию Марциала в творчестве Пушкина в двух ипостасях: это восприятие и переработка Пушкиным структуры и функций эпиграмматики, а также использование идеи о дуальности поэта и его Музы из программного стихотворения Марциала. Полученные результаты открывают дополнительные перспективы изучения творчества А.С. Пушкина и взаимодействия русской классической литературы с античной традицией.