Мегарегионы: теория и практика идентификации в пространстве мегаэкономики

Интенсификация трансакционных процессов на мегауровне глобалвной экономической системы (GES) все больше привлекает внимание зарубежных и российских исследователей. Действительно, органичное включение в мегаэкономику как специфическую, относительно обособленную систему транснациональных и межнациональных общественно-экономических отношений участников мирового производства, распределения, обмена и потребления, образующихся в особой сфере на высшем уровне глобальной экономики, будет во многом определять перспективы реализации конкурентных преимуществ национальной макроэкономической системы.

Особую значимость в контексте обеспечения конкурентоспособности страны на разных уровнях глобальной хозяйственной системы приобретает исследование процессов формирования и развития мегарегионов. Под мегарегионом в современной концепции мегаэкономики может пониматься современная форма институциональной организации непрерывного хозяйственного пространства, субъектно и объектно обособленного, специфицированного по процессам и результатам на уровне мегаэкономики. Мегарегион — мезоэкономическое пространство, институционально, организационно и информационно однородное и функционально обособленное для совместного обеспечения и обслуживания мировых потоков товаров и услуг посредством своих каналов и порталов заинтересованными хозяйственными субъектами, связанными общими проектами и процессами на основе территориальной концентрации и взаимодействия многообразных видов капитала.

Начало исследований процессов возникновения мегарегионов современные специалисты [11; 7; и др.] связывают с работами Ж. Гот-тманна [9], который в 1961 г. акцентировал внимание на феномене мегалополиса как крупной урбанизированной территории, идентифицированной им в регионе северо-восточного побережья США. Известный географ определил этот регион как «практически непрерывную полосу городских и пригородных территорий от южного Нью-Гемпшира до северной Виргинии и от Атлантического побережья до предгорий Аппалачей» [ibid., р. 3], отмечая в качестве отличительных особенностей региона его значительные размеры и новаторский потенциал.

Исследования Ж. Готтманна послужили в последующий период импульсом для многочисленных работ американских, канадских, британских специалистов, посвященных изучению роли развивающихся и переплетающихся городских агломераций, разрастающихся до мас- штабов крупных регионов, и возникновения новых категорий для их терминологического обозначения — город-регион (city-region), метрополисный регион (metropolitan region), ква-зиметрополисный регион (quasimetropolitan area), мегаполисный регион (megapolitan area), «мегарегион», «городской мегарегион», глобальный город-регион (global city-region) и др. [18; 21; 19; 11; и др.].

Американские исследователи Р. Ланг, Д. Дхавале и К. Ховорт, проводившие исследования метрополисных регионов в Институте метрополисов Технического университета штата Виргиния (США) для обозначения «очень плотно населенных аграрных территорий», использовали понятие «квазиметрополисный регион» [12], далее расширив его в рамках предложенной концепции «мегаполисной» географии до понятия «мегаполисного» региона. Исследователи характеризуют мегаполисные регионы как «кластеризованные сети метрополисных территорий, количество жителей которых превысило 10 млн чел. (или перейдет эту отметку к 2040 г.)» [11, р. 1]. В обобщенном виде основные признаки мегаполисного региона в трактовке этих исследователей включают: объединение по меньшей мере двух (но возможно и двенадцати) существующих прилегающих метрополисных территорий, образующих кластеризованные сети; количество жителей, достигающее 10 млн чел. к 2040 г.; естественный культурный регион с общей историей и идентичностью, схожими физическими характеристиками окружающей среды; связывает крупные центры через основные объекты транспортной инфраструктуры; образует функциональную городскую сеть, обеспечивающую движение потоков товаров и услуг; становится объектом крупномасштабного регионального планирования [11, р. 5]. Важным достоинством предложенного подхода можно считать анализ процессов формирования и функционирования мегаполисных регионов в сетевом и частично функциональном контекстах.

Подобный подход, в котором регионы крупных городов исследуются не только как «пространства мест» в контексте физического распределения исследуемых объектов, но и как «пространства потоков» (понятие, использованное еще в 1996 г. М. Кастельсом [5]) или «коммуникационных комплексов, связывающих эти места через транспортные системы или деловые сети» [22], применяет П. Тейлор.

Значительным вкладом в развитие этого направления исследований стало акцентирование внимания ученых на росте взаимосвязи и взаимозависимости между крупными городами-регионами и мировой экономикой. Опреде ляя крупные города-регионы, А.Дж. Скотт, Дж. Энью, И. Соджа и М. Сторпер подчеркивают, что они развиваются как основные средоточия прогрессивных видов экономической деятельности в своих национальных экономиках; осуществляют функцию территориальных платформ, с которых концентрированные группы производителей или сети участвуют в мировых рынках; а экономики таких городов-регионов в возрастающей степени связываются с мировыми рынками, стимулируя тем самым дальнейший рост, что, в свою очередь, стимулирует появление новых специализированных производителей в данной сети [20, р. 6, 11, 20]. В результате ученые делают важнейших вывод о том, что такие города-регионы становятся «двигателями глобальной экономики» [ibid., р. 7].

Категории «мегарегион», «мега городской регион», «городской мегарегион» начали использовать в категориальном аппарате исследования процессов развития крупных урбанизированных территорий Р. Акстелл, Р. Флорида, Дж. Харриган, А. Винейблз, Ш. Юсуф, И. Глэизер, К. Росс, Т. Гульден, Ш. Меллан-дер, а также специалисты американской Ассоциации регионального планирования (Regional Plan Association).

Модели возникновения и развития городов в рассматриваемом контексте получили отражение в работах Р. Акстелла и Р. Флориды [4]. Попытку выявить факторы, вызвавшие развитие метрополисных регионов США в мегарегионы (в большей степени это самые высокие темпы экономического роста, в том числе благодаря благоприятным природно-климатическим условиям; и в меньшей степени — рост населения и доходов), предпринял Э.Д. Глэизер [8].

Американские ученые Дж. Харриган и А. Винейблз считают, что «мега городской регион» предоставляет широкие рыночные возможности, стимулирует междисциплинарные исследования и взаимодействие между промышленными субсекторами, является более благоприятным для возникновения новых кластеров [10]. Эксперт группы Всемирного Банка Ш. Юсуф выделяет среди значимых характеристик «городских мегарегионов» [23, р. 1], помимо их размера: размещение привлекательных для инвесторов отраслей с высокой долей добавленной стоимости; концентрацию видов деятельности с интенсивным применением нового знания; получение преимуществ от эффекта масштаба; агломерированную экономику; локализацию и растущую концентрацию высококвалифицированных работников; полицентрический характер и относительно высокий уровень управления; высокий уровень инвестиций в транспортную инфраструктуру.

К числу пионерных попыток выделить конкретные мегарегионы в Северной Америке следует отнести урбанистические исследования, проводящиеся еще с начала 2000-х гг. в Ассоциации регионального планирования, старейшей американской независимой организации, осуществляющей проекты по совершенствованию инфраструктуры, обеспечению устойчивого роста и повышению качества жизни в метрополисном регионе Нью-Йорк — Нью-Джерси — Коннектикут.

Эксперты Ассоциации идентифицировали «возникающие мегарегионы» как крупные сети метрополисных регионов, причем каждый мегарегион охватывает тысячи квадратных километров. Мегарегионы в США, в их трактовке, очерчиваются уровнями отношений, которые в совокупности определяют общий интерес; этот общий интерес, в свою очередь, образует основу для принятия политических решений [3, с. 10-12].

Возникающие мегарегионы характеризуют пять основных категорий отношений, складывающихся в хозяйственном пространстве стран в рамках: природных и топографических систем; инфраструктурных систем; экономических взаимосвязей; структур расселения и землепользования; разделяемой культуры и совместной истории.

С этих позиций исследовательская группа Ассоциации выделила десять формирующихся мегарегионов: Каскадия [по существу трансграничный, через Сиэтл, Портленд (США) до Ванкувера (Канада)], Северная Каролина, Техасский треугольник, Южная Каролина, Аризонский солнечный коридор, Великие озера, Атлантический Пьедмонт, Флорида, Побережье Мексиканского залива.

Специалисты по проблемам мегарегионов из США и Канады Р. Флорида, Р. Акстелл, Т. Гульден и Ш. Мелландер утверждают, что мегарегионы можно охарактеризовать: как интегрированные комплексы, образуемые двумя или более сопредельными городами и окружающими их пригородами, причем передвижение рабочей силы и капитала в пространстве мегарегиона сопряжено с очень низкими издержками; генерирующие годовой продукт, оцениваемый в 100 млрд долл. США или больше; имеющие значительное население, большие рынки, значительные экономические мощности, осуществляющие существенную инновационную деятельность, располагающие высококвалифицированной рабочей силой [7, р. 3, 5-6].

Описывая специфику мегарегионов, эти авторы фактически подчеркивают синергетический эффект объединения городов и пригородов в мегарегион: «Так же как большой го род не просто большие окрестности, мегарегион не просто большой город — это “эмерджен-тное" образование с характеристиками, которые качественно отличаются от характеристик образующих их городов»; более того, «мегарегионы заняли место национальных государств в качестве экономических двигателей глобальной экономики» [7, р. 6, 4].

Для идентификации мегарегионов в глобальном хозяйственном пространстве этими исследователями было предложено использовать показатель «светового» (определяемого на основе оценки ночного светового излучения с той или иной территории) регионального продукта (Light-Based Regional Product, LRP) [ibid., р. 15, 16 — 22, 31], который, по их мнению, наиболее адекватно отражает экономическую активность исследуемых локусов мировой экономики. На основе разработанной методики были выделены 40 ключевых мегарегионов: по 12 — в Северной Америке и Европе, 13 — в Азии и 3 — в Южной Америке. В их число вошли как мегарегионы, расположенные в рамках одной национальной экономики, так и мегарегионы, охватывающие сопредельные регионы соседствующих национальных экономик, например, называемый Р. Флоридой «Tor-Buff-Chester» [6] мегарегион, простирающийся от Торонто (провинция Онтарио, Канада), через Буффало (штат Нью-Йорк, США) до Честера (штат Пенсильвания, США).

В связи с этим трудно согласиться с мнением указанной исследовательской группы о том, что мегарегионы являются «макроструктурами» [7, р. 3]. Совершенно очевидно, что такое трансграничное образование, например, как «Tor-Buff-Chester» (с населением около 22 млн чел. и оцениваемой примерно в 530 млрд долл. экономической активностью), которое охватывает сопредельные регионы двух стран, более корректно называть не макро-, а мегарегионом с позиций выделения основных и промежуточных уровней строения глобальной экономической системы, аргументированных выше, а также с позиций оценки значимости выполняемых таким масштабным мегарегионом функций.

В качестве синонимов использует понятия «мегагород-регион» и «мегарегион» ведущий специалист Центра качественного роста и регионального планирования (CQGRD) Технологического института штата Джорджия (США) профессор К. Росс. Мегарегионы определяются ею как связанные сети метрополисных центров и окружающих их территорий, которые совместно используют / взаимодействуют с помощью природных, экономических, инфраструктурных и социальных факторов и формируют основу для кооперации между юрисдикциями. Хотя мегарегионы как географически обширные территории различаются по актуальному размеру, демографическим характеристикам и конкурентным преимуществам, они похожи в том, что представляют собой агломерации родственных видов экономической деятельности, объединенные транспортными связями и культурными отношениями [16, р. 5, 13, 78, 106].

В рамках исследования, проведенного в Технологическом институте Джорджии под руководством К. Росс с участием Дж. Бэррингера, Дж. Янга, М. Ву, А. Даннера, Г. Веста, А. Аме-кудзи и М. Мейера в 2009 г., на основе использования математической модели для измерения функциональных отношений в мегарегионе в единицах товарных потоков были выделены 10 основных мегарегионов в пространстве США с входящими в них структурными единицами (метрополисами и графствами) [17, р. 30]. В их числе: Аризонский — включает два основных метрополисных центра в трех штатах на юго-западе США; Калифорнийский — пять основных метрополисных центров (четыре в Калифорнии и Лас-Вегас в Неваде); Каскадия — два метрополисных центра в двух штатах на северо-западе США; Центрально-равнинный — три метрополисных центра в двух штатах в центральной части США; Округ Колумбия — Виргиния — четыре метрополисных центра в округе Колумбия и штатах Виргиния и Мериленд; Флорида — четыре метрополисных центра на полуострове Флорида; Средний Запад — тринадцать метрополисных центров в девяти штатах на севере и в центре США; Северовосточный — шесть метрополисных центров в девяти штатах в этой части США; Пьедмонт — восемь метрополисных центров в пяти штатах на юго-востоке США; Техасский — четыре метрополисных центра преимущественно в штате Техас, а также несколько графств в Оклахоме и Луизиане.

По мнению К. Росс, предпринятые ранее подходы к идентификации мегарегионов (подходы Р. Флориды и его коллег, выделяющих 40 мегарегионов в Северной Америке, Европе, Азии и Южной Америке [7, р. 16 — 21]; Р. Лэнга и А. Нельсона, выделяющих 8 мегарегионов в США [13, р. 107— 126]; Ассоциации регионального планирования, выявившей 11 возникающих мегарегионов [3, р. 10—11]) основываются на идентификации мегарегионов на основе наложения характеристик населения и его прогнозируемого роста, географических и природных особенностей, культурных характеристик, а также контуров транспортных сетей. Отличительной чертой подхода CQGRD К. Росс считает выявление мегарегионов на основе опре деления их функциональных и операционных характеристик [17, р. 29 — 30]. Применение такого подхода, несомненно, является плодотворным, поскольку позволяет на основе изучения выполняемых мегарегионом функций оценить его роль в функционировании национальной и глобальной экономики. Однако, представляется, что профессору К. Росс не вполне удалось оценить потенциал методики идентификации мегарегионов Р. Флориды и его коллег, которая основывается в первую очередь на попытке оценить экономическую активность того или иного мегарегиона. Другое дело, что методика расчета LRP нуждается в более четком обосновании и подробной интерпретации для объективной верификации.

Изучение и осмысление описанных выше подходов, а также практики формирования и развития различных мегарегионов позволяет сделать обобщения относительно возможных типов мегарегионов, возникающих в пространстве GES.

Мегарегионы формируются в границах хозяйственного пространства:

• —    всех или части стран — участниц международного регионального интеграционного объединения (соглашения), либо части их территории;

• —    объединения приграничных макрорегионов двух и более сопредельных стран, совместно осуществляющих в ходе приграничного сотрудничества глобальные функции;

• —    отдельного региона (макрорегиона) страны, выполняющего функции, значимые в масштабах глобальной экономики. Их выполняет либо отдельный мегагород, либо срастающиеся в сплошные агломерации огромных масштабов несколько мегагородов, выполняющих глобальные финансово-экономические, информационно-инновационные, политико-правовые и социально-культурные функции в структуре и масштабе мировой экономики [1; 2].

По способу образования могут быть выделены два типа мегарегионов:

• —    мегарегионы, сформировавшиеся инициативно хозяйственными субъектами «снизу» вследствие длительного устойчивого воспроизводства и перспективности их сложившихся связей;

• —    мегарегионы, сформированные «сверху» вследствие совместной политики стран — участниц интеграционного союза для генерации новых и укрепления имеющихся эффективных связей их хозяйственных субъектов.

По количеству опорных центров мегарегионы могут дифференцироваться как: моноцентричные с одним генерирующим мегагородом; полицентричные с несколькими опорными центрами (мегагородами).

По национальному составу участников можно выделить мегарегионы: национальные (внутренние), бинациональные и мультинациональные (трансграничные).

К числу значимых характеристик мегарегионов следует также отнести выполнение такой важной функции, как скрепление хозяйственного пространства территорий их аллокации в результате развития интегрированных рынков факторов производства, транспортной и коммуникационной инфраструктуры, систем землепользования, создания условий для кооперации между юрисдикциями, реализации скоординированных принципов и проектов в региональном планировании.

Действительно, как показывает американский и европейский опыт, институты и организации различных административных единиц страны (стран) в рамках мегарегиона вынуждены формально или неформально объединять усилия для осуществления согласованных действий по решению многочисленных вопросов, касающихся стратегического планирования регионального развития, совершенствования транспортно-коммуникационных систем, создания объектов транспортной и другой инфраструктуры. Так, в США результатом коллаборации 18 предпринимательских, государственных и общественных организаций мегарегиона Флорида стало создание в 2001 г. организации «MyRegion.org» [15], позволившей объединить усилия 86 городов и 7 графств в создании лучших условий для жизни и предпринимательства в будущем. Среди значимых проектов этой организации разработка предложений к Региональной водной стратегии Центральной Флориды; реализация инициативы «Как мы будем расти» по выработке общих взглядов на обеспечение экономического роста в мегарегионе.

Другим примером является создание в датско-шведском мегарегионе Эресунн специальной организации — Комитета Эресунна в качестве платформы для совместного достижения стратегической цели этого трансграничного проекта: не только развития торговли, но также формирования и консолидации функциональной территории с 3,5 млн жителей для упрочения предпринимательских сетей и кооперации между двумя регионами, увеличения производительности, развития инноваций и специализации, создания мощной экономики в агломерации на основе использования сравнительных преимуществ [14, р. 1 — 2].

В деятельности комитета реализуется принцип «управление без правительства» (“governance without government” [ibid., р. 5]), применение которого характерно для процессов современного управления развитием транс граничных мегарегионов. Этот принцип предполагает разработку и распространение правил и норм, определяющих практики поведения, роли и ответственность во взаимоотношениях участвующих организаций с целью эффективного решения коллективных проблем. Реализация этого принципа способствует скреплению хозяйственного пространства мегарегиона как в экономическом, так и в институциональном аспектах.

Таким образом, статус мегарегионов обусловлен их специфическими функциональными характеристиками, а также значением для конкурентоспособного, устойчивого и безопасного развития и взаимодействия включенных в их состав экономических систем всех уровней GES. При этом критериями выделения мегарегиона как объекта мегаэкономики выступают:

• —    системная целостность взаимодействующих субъектов и объектов хозяйствования, целевой функцией которой является создание и продвижение товаров и услуг на мировые рынки;

• —    высокая концентрация и достаточное многообразие видов капитала, соединенных на принципе дополнения в связанных процессах производства конечных продуктов;

• —    непрерывность, устойчивость и интенсивность взаимосвязи индивидуальных кругооборотов капиталов внутри системы и через нее с мировой внешней средой;

• —    комплексно развитая инфраструктура, способная поддерживать благоприятные условия и ресурсное обеспечение воспроизводства мегаэкономического образования;

• —    выполнение функции «скрепления» хозяйственного пространства территории аллокации мегарегиона, роста его непрерывности и однородности на основе повышения степени интегрированности экономики, совместного создания и эксплуатации инфраструктуры, осуществления консолидированного управления с использованием коллаборации.

Повышение конкурентоспособности экономики России требует активизации участия хозяйственных субъектов ее регионов в осуществлении международных потоков ресурсов, факторов и продуктов производства. Поэтому определение перспектив и необходимых предпосылок формирования в российском хозяйственном пространстве мегарегионов различного типа, увеличения масштабов их международного экономического взаимодействия, отражающих организационные изменения пространства хозяйственной системы общества под влиянием глобализации, становится актуальной научно-теоретической задачей и требует адекватного отражения в стратегиях развития российских регионов.