Междометия как маркер речевого выражения эмоций в хакасском языке

Из многочисленных определений междометия, на наш взгляд, наиболее полная характеристика данного явления содержится в Словаре лингвистических терминов: «…это часть речи, включающая неизменяемые слова, которые непосредственно выражают наши чувства и волеизъявления, не называя их. От знаменательных частей речи междометия отличаются тем, что они не обладают номинативной функцией (функцией называния), так как являются речевыми знаками, словами-сигналами, употребляемыми для кратчайшего выражения реакции человека на различные события реальной действительности или для выражения требования, желания, повеления. Междометия в своей основной функции не являются членами предложения и синтаксически не связаны с членами предложения…» [1, с. 323]. Междометия актуализируют субъективное отношение говорящего к действительности, его психическое и эмоциональное состояние, «[….] его реакцию на изменения в окружающем мире (особенно, на действия и поведение одушевлённых лиц). Эту роль междометий мы склонны определять как другую их функцию - эмоциональную (или эмоцио- нально-реактивную). Как следующую отдельную функцию мы бы определили случаи, когда междометия участвуют в актах этикета, в том числе - в актах волеизъявления (поддерживая, усиливая или смягчая градус напряжения в этом акте). Обязательное или почти обязательное сопровождение речи во многих актах этикета речи представляется вполне самостоятельной, особой функцией некоторых междометий. Наконец, в художественных текстах можно обнаружить междометия с преимущественно изобразительной функцией» [2, с. 61]. Из сказанного следует, что «звуковые оболочки», называемые междометиями, обслуживают три семантических сферы речи: эмоций и эмоциональных оценок, волеизъявлений, этикета. Далее, функции эмоциональных и эмоционально-оценочных междометий могут быть «семантически простыми (однозначными)» и «диффузными (многозначными)» [3, с. 290].

В тюркском языкознании междометия, помимо описания в грамматиках тюркских языков, получили системное описание в диссертационных работах С. Усманова [4], Ш.Ш.Сарыбаева [5], О.Чарыярова [6] и др., а также можно назвать отдельные работы З.Г.Ураксина [7], А.Д.Каксина [8, 9, 10, 11] и др. Однако, несмотря на относительную лингвистическую освещенность междометий в тюркских языках, многие вопросы еще остаются недостаточно разработанными, из-за чего в грамматиках еще имеются противоречия относительно их функциональных, семантических, синтаксических и грамматических особенностей.

Цель статьи заключается в выявлении и описании функционально-семантических особенностей хакасских междометий и глаголов со значением эмоции, используемых в одном контексте. Как показывает наш фактический материал, в конструкциях глаголов со значением эмоции часто используются междометия, по семантике соответствующие определённой ситуации, тем самым речи персонажей придаётся особая выразительность и наглядность. Отсюда можно делать вывод о том, что междометие является одним из основных средств отображения эмоций. Более того Л.Ю.Буянова, А.В.Ордули считают: «Междометия явились первичной, первозданной эмоционально-семиотической матрицей, на основе которой стали проявляться слова, и происходило это в процессе чувственного восприятия мира человеком» [12, с. 60].

Чаще междометия употребляются в предложениях с прямой речью. Прямая речь представляет собой передача чужих слов от лица говорящего. Ясное и четкое представление о прямой речи дает М.К.Милых: это форма чужой речи, которая вводится в текст авторской ремаркой и воспроизводит высказывание (или мысль) от того лица, которому оно принадлежит, сохраняя грамматические, личные, интонационные особенности. Формами прямой речи свободно передается индивидуальный стиль каждого говорящего и она производит впечатление восстановленной буквально [13, с. 57]. Структура конструкций с прямой речью складывается из авторской ремарки, где указан субъект речи и полной дословной передачи его речи.

В хакасском языке междометия часто встречаются в прямой речи, сопровождае- мых глаголами со значением эмоции, более конкретно, это может быть глагол дрiн- «радоваться»: - О, изен, Конац ха-рындас! - opiH napFaH ол kisi (Хо, 52) - О, здравствуй, брат Конан, - обрадовался тот человек. - О-о, изен, изен! - аймах хустар брiндiлер (Ктн, 27) - О-о, здравст-вуй-здравствуй! - обрадовались разные птицы. – О, амды, абахай хыс, мини поларзыц (Ах, 73) - Шаман сильно радуется: - О, теперь, красавица, будешь моей. — Э-э, сыннац даа, Коншак, парац, - бргне napFaH Петька (Стож, 127) - Э-э, и вправду, Коншак, пошли, - обрадовался Петька. Хам чоо бр1нче: - У-у, ооллар, хысты соорзар апарыңар, – чахып турған Эдöт, хысты холFа киргенiне бр1н1п (О, 6) - Шаман сильно радуется: - У-у, парни, ведите девушку к саням, - приказывал Эдот, радуясь тому, что девушка попала к нему в руки. Здесь следует отметить, что в хакасском языке глаголы с положительной эмоцией крайне немногочисленны, что и объясняет их частотность в употреблении. Глаголы со значением радости уступают в численном соотношении антонимичным глаголам со значением печали: – Эх, хайдағ мындағ кiзiзер, – ачырғанған Орозмат (Д, 6) - Эх, какие же вы такие люди, - досадовал Орозмат. - И-ик, пу даа аттың ноо тузазы полар, хайдаң кил-ген, андарох парзын, - хомзы^ан оолах (Хп, 82) - И-ик, и от этой лошади будет ли какая-то польза, откуда пришла, пусть туда и идет, - огорчался мальчик. Как видим, в приведённых примерах междометия по функционально-семантическим параметрам соответствуют русским междометиям. Данные междометия могут выражать широкий круг эмоциональных переживания, порой и совершенно противоположных, поэтому реализация их значений зависит от конкретной контекстной ситуации и языковой оформленности.

Глаголы со значением удивления сопровождают прямую речь с междометиями хосханах, а и др.: - Хосханах, Афоня, а miri^ милисаа хаптыр салбаспыс, -тацнапча Хароол (Хт, А 95, № 2, 43) -Хосханах, Афоня, а это…милиция нас не поймает, - удивляется Хароол. - А-а, Икентай тайың, – чапсып парған Орал- дай, - изен, изен, ирт столзар (Хо, 26) -А-а, дядя Икентай, - удивился Оралдай, -здравствуй, здравствуй, проходи к столу. Междометие хосханах, насколько нам известно, характерно только для хакасского языка и его необычное для междометия словообразовательное происхождение пока еще остаётся неисследованным. Как лексическая единица данное междометие омонимизируется с лексемой хосханах «толстая кишка», однако происхождение такого феномена пока не выяснена.

Междометие йу-у является принадлежностью сагайского диалекта и, несмотря на свою частотность, он не зафиксирован в Хакасском-русском словаре [14]. Данное междометие в составе прямой речи может сопровождаться не только глаголами со значением негативной эмоции (например, - Йу-у , ам nuрдiрeрбiс, - min хорых napFaH Икочах (Хо, 50) - Йу-у , теперь нас побьют, - испугался Икочах), но и глаголами различной семантики: - Йу-у, хайди полды^, iчeчeeм! - хысхырча Кетрин - Ой, мамочка, что же случилось с тобой! - кричит Кетрин.

Также данное междометие «может служить для выражения сильной степени удивления: - Йу-у, оорелер, истщер бе, ниме midi Арчол? - Ой, вы, [мои] подружки, вы слышали, что сказал Арчол? Говорящий обычно после использования данного междометия дает краткое разъяснение своего эмоционального состояния: данное разъяснение может состоять и одного слова, например, - Йу-у, адайым -Ой, [моя] собака, что обозначает, с собакой случилось что-то ужасное. В контекстах, где описывается физическая боль субъекта, обычно дается наименование частей тела: - Йу-у, азаFым - Ой, [моя] нога^ Йу-у, пазым. „ - Ой, [моя] голова. Йу-у, пилiм – Ой, [моя] поясница… Характерной особенностью таких контекстов является наличие аффикса исключительно 1 лица в составе существительного, выражающего ту часть тела, где концентрируется боль» [Каксин, 2016, с. 119]. Если некоторые междометия типа о, ах, э и др. в некоторой степени растеряли свои номинативные значения и могут употребляться в различных контекстах, то междометие йу-у относится к единице, репрезентирующей определённые эмотивные состояния. К междометию йу-у по своему звуковому составу приближено междометие ыйу-у, на которого впервые обратил внимание известный археолог, профессор Я.И.Сунчугашев [16]. В своей статье «О связи междометия ыйу хакасского языка с древнетюркским yju» автор, отмечая древнетюркское происхождение хакасского междометия ыйу, ссылается на статью С.Е.Малова: “В исследовании С.Е.Малова «Енисейская письменность тюрков» (М.-Л., 1952) приведен древнетюркский текст первого памятника Ча-куля:

Кадашым адырылдым, ыjу куiда кунчуjьм адырылдым, сaкiз оғлым адырылдым    ъцу (выделено нами -

Я.С.).

«От своих товарищей я отделился (т. е. умер).

Увы! От своих принцесс в теремах я отделился (т. е. умер). От восьми своих сыновей я отделился (т. е. умер). Увы!».

В примечании к переводу С.Е.Малов писал: «Слово ыjу для меня очень затруднительно перевести... Я перевожу по общему контексту: „увы”, „о горе!”». По нашему мнению, последнее точнее передает содержание поминального текста, если учесть наличие междометий современного хакасского языка: йо-йо, ыйу-ыйы, которые, как правило, употребляются для выражения глубокого горя, несчастья, а также присутствуют в поминальном плаче - сыыте. Сыыты с указанными выше междометиями до сегодняшнего дня сохранились у хакасов, носителей сагайского диалекта» [16, с. 97]. Мы подтверждаем мнение Я.И.Сунчугашева о том, что и на сегодняшний день междометие ыйу является несомненной составляющей в таком жанре, как сыыт «плач», при этом он может повторяться по всему тексту.

Глаголы со значением негативной эмоции (беспокойства, тревоги, досады и др.) также сопровождают прямую речь с междометиями йо, ой, эй, эке-ейе: - Йо, ниме пол парды полчаң? – сағыссырабысхан пай (Ах, 73) - Йо, [русск. ой], что же случилось? - стал тревожиться богач. - Ой, палам, палам, – сағыссырачаң iчезi, – кöр, аңдарыл пардың (П-о, 104) – Ой, [мой] ребенок, ребенок, – беспокоилась [обычно] [его] мама, – Смотри, не упади. Карло сағыссыраан: – Эй, сох оолағас, айлан! (По, 143) – Карло беспокоился: Эй, шалунишка, вернись! – Эке-ейе! – изi чохтанған Хоосха, пу чоохты истiп, – ÿзе алығ ниме ноо, пу Адай (П-о, 232) – Эке-ейе! – тревожилась Кошка, слушая этот рассказ, – Такой тупой тип оказывается эта Собака. – Экай-а, хайдағ мындағ хара тöрiп пардым – тiп ачырғанча (Хч, 98, 188, 1) – Экай-а, как же я такой черной родилась, – досадует она.

Таким образом, мы утверждаем мысль о том, что междометия выражают эмоции, но не называют их. Широкое использование междометий в составе прямой речи в хакасском языке служит для выразительности речи и эмоциональной насыщенности персонажей, показывая их отношение к описываемым событиям и ситуациям. Глагол со значением эмоции, представленный в авторской речи, лишь подтверждает эмоциональное состояние субъекта. Рассмотренная коммуникативная модель выражения эмоций показывает, что междометия и глаголы со значением эмоций сближаются по предметно-логическому значению в одном контексте.