Мировое соглашение. Только сделка или пятая процедура?

Важно отметить, что суды берут во внимание доказательства исполнимости сделки для достижения целей, поставленных институтов банкротства и потому требуют стороны раскрыть информацию о будущих соглашениях, влекущих восстановление платежеспособности должника и стать реальным элементом экономической системы страны [6]. Это важно ещё и потому, что декларирование условий о гашении реестровой задолженности перед конкурсными кредиторами носит лишь вероятностный характер, так как текущая задолженность ещё присутствует [7]. Таким образом, при отсутствии у суда мнения о том, что исполнение условий мирового соглашения действительно возможно, при анализе источников будущего поступления денежных средств, наступает правовой риск неисполнения условий данной сделки и потому утверждено не будет [8].

Правоприменители, при подготовке сделки к утверждению его арбитражным судом, преследуют ещё одну цель, которую, с полной уверенностью, можно назвать первой среди равных, в силу того, она в большей и полной мере отвечает истинным мотивам мирового соглашения. Здесь речь идет о правомочном интересе всех текущих и реестровых кредиторов на удовлетворение своих законных требований в размере большем, нежели если они могли бы получить такое удовлетворение, при отсутствии такой возрождающей (по своей правовой природе) процедуры, как мировое соглашение. То есть, цель данной сделки проста и очевидна, извлечение максимальной экономической сделки от неё. Стоит сказать, что суды также берут в должное внимание больший, чем законный, интерес кредиторов [9].

При подготовке данной сделки – кредиторам (особенно миноритарным) и утверждении – судам, важно учитывать потенциальное злоупотребление своими правами мажоритариев или иных заинтересованных лиц, например, при наличии включения, в качестве условия определенные преференции, направленные на снижение размера кредиторской задолженности, но с сохранение возможности получить в будущем прибыл больше чем долг [10].

Вопрос о разумности отдельных условий, безусловно, лежит на плечах кредиторов и должника, в первую очередь, но суд должен дать реальную правовую и окончательную оценку таким положениям мирового соглашения и принять соответствующее процессуальное решение, основанное на презумпции добросовестности [11].

Осуществляя процедурные моменты при подготовке мирового соглашения и стремясь к реализации его процессуальной цели – судебного утверждения, а также к его практической цели – исполнения условий в нем изложенных, следует соблюсти баланс интересов всех кредиторов, общества, должника, текущих и будущих выгод, соблюдая принципы разумности и добросовестности. Учитывая то, что мероприятия по подготовке и реализации такого правого статута требуют значительных материальных и нематериальных ресурсов, точка зрения о мировом соглашении, как об альтернативной процедуре несостоятельности (банкротства) вполне жизнеспособна и практически осуществима.