Муниципальные выборы в Ростове-на-Дону в конце XIX в. в зеркале донской периодической печати (на примере газеты «Приазовский край»)

Развитие и оптимизация современной системы муниципального управления немыслимо без знания истории организации внутригородской жизни, условий и особенностей формирования городского общественного самоуправления, его политики в разных сферах коммунального хозяйства в конце XIX – начале XX вв., в эпоху индустриализации и урбанизации Российской империи. Процессы урбанизации наиболее активно развивались в крупных городах – многонаселенных центрах с развитыми экономическими функциями. К числу таковых относился и город Ростов-на-Дону, в конце 1880-х годов присоединенный (в составе Ростовского уезда Екатеринослав-ской губернии) к области Войска Донского. Присоединение сопровождалось ликвидацией уездного земского самоуправления, так как в области деятельность земства была приостановлена в 1882 г. В этих условиях городские думы и управы присоединенных городов Ростовского уезда оказались единственными центрами решения задач социокультурного развития городских территорий и значимыми очагами формирования гражданского общества. Городовое положение 1892 года существенно ограничило как самодеятельность городского самоуправления в решении проблем городского коммунального хозяйства, так и его электоральную базу, определенные в 1870 г.

В рамках статьи невозможно охватить весь массив публикаций с муниципальными сюжетами в большой ежедневной региональной газете «Приазовский край», которая к началу ХХ века вошла в пятерку самых крупных провинциальных газет России. Ее сотрудники регулярно присутствовали на заседаниях городской думы и целенаправленно отслеживали разные аспекты ее работы. Поэтому из мно- 220

жества газетных публикаций будут рассмотрены те, что касались муниципальных выборов как периодов наибольшей активности городских избирателей. Они содержат и характеристики поведения ростовского избирателя на муниципальных выборах, и интересные сведения о попытках редакции газеты сформировать сознательное и ответственное отношение электората к выбору гласных городской думы, и суммарные итоговые оценки деятельности городских думы и управы за период между двумя избирательными кампаниями.

Источниковую базу статьи образуют материалы газеты «Приазовский край» за 1893–1897 годы. С момента своего возникновения газета уделяла первоочередное внимание проблемам местного самоуправления, и из года в год публикации на эти темы становились разнообразнее и многочисленней. В первые годы существования газеты вопросам деятельности городской думы и управы нередко посвящались передовицы. В разделе «Местная хроника», как правило, излагался фактический материал: информация о повестке заседаний думы, о ходе муниципальных избирательных кампаний, о наиболее значимых решениях думы и распоряжениях управы и т. п. Оценки деятельности городской думы и управы, как и хода избирательных кампаний, регулярно давались ведущими газетных рубрик «Злобы дня», «О чем говорят», «Мелочи жизни», «В кодаке» и др. Первая из них существовала весь период издания газеты, менялись лишь ее авторы; прочие были авторскими колонками того или иного фельетониста и прекращались вместе с его сотрудничеством с газетой. Оценки деятельности гласных и членов управы содержались и в публикациях вне рубрик; чаще всего они носили ситуативный характер и излагали не столько позицию газеты или того или иного ее сотрудника, сколько оценки читателей. Как правило, это письма в редакцию, чьи авторы подписывались инициалами или псевдонимами. Исключением были открытые письма-обращения.

Факты, публиковавшиеся «Приазовским краем», отличались достоверностью. Этому работников газеты выучили жесткие условия ее издания, многочисленные судебные процессы, сопровождавшие ее всю четверть века издания. До 1906 г (эпоха предварительной цензуры) это были процессы о клевете или диффамации. Возбуждались они конкретными лицами разного социального статуса. Чтобы выиграть такой процесс, истцам надо было доказать, что факты, обнародованные газетой, не соответствуют действительности. На суде обычно выяснялось, что газету пытались привлечь к ответу не за искажение фактов, их-то никто из обиженных обычно не оспаривал, а исключительно из-за оценок этих фактов. И дело завершалось либо сделкой сторон, либо оправданием газетчиков. На фактическую основу публикаций «Приазовского края» такие процессы повлияли самым благотворным образом, превратив ее материалы в ценный и репрезентативный исторический источник для будущих историков.

Особняком стоит публикация пространного очерка «Вопросы городского самоуправления» в семи номерах «Приазовского края» в феврале-марте 1897 года1. Гр. Шрейдер представил весьма обстоятельный анализ условий формирования городского самоуправления по Положению 1892 года, а также и возможностей его в решении задач социокультурного развития городов в сравнении с городовым Положением 1870 года. Очерк этот интересен еще и потому, что спустя пять лет в столице отдельным изданием вышла большая работа Г.И. Шрейдера о российском муниципальном управлении2. Она является наиболее обстоятельным анализом условий его формирования и деятельности в пореформенную эпоху во всей дореволюционной литературе. Генетическая связь между публикацией в «Приазовском крае» и монографией несомненна, а примеры из деятельности ростовских думы и управы дополнены были сюжетами о работе муниципального управления и в других российских городах за 1893-1901 годы.

В рамках данного исследования были использованы следующие методы исторического исследования. Историко-генетический метод позволил проследить эволюцию газетных публикаций о формировании ростовского городского самоуправления в течение 18931897 годов, выявить степень влияния газеты на избирательные кампании, а также этапы взаимоотношений прессы и муниципальной власти. Историко-сравнительный метод помог сопоставить позиции «Приазовского края» во время муниципальных выборов разных лет, эффективность попыток газеты добиться от избирателей более сознательного и рационального, с точки зрения редакции, голосования. Историко-типологический метод позволил провести анализ форм репрезентации деятельности городского самоуправления в итоговых оценках ее газетой накануне выборов.

В специальной литературе проблема, которой посвящена данная статья, практически не нашла своего отражения. История муниципальных выборов в дореволюционном Ростове-на-Дону до сих пор не стала темой самостоятельного исторического исследования, хотя она представляет немалый интерес для изучения особенностей формирования городского социума в конце XIX – начале ХХ вв. Можно выделить две группы работ, где затронуты некоторые ее аспекты. Это работы историков и краеведов, а также исследования по истории донской периодической печати.

Работы, в которых фрагментарно освещается деятельность органов городского самоуправления Ростова-на-Дону в дореволюционный период, тоже немногочисленны. Некоторые аспекты форми- 222

рования и деятельности ростовских думы и управы на рубеже XIX– XX вв. охарактеризованы в упомянутой выше в книге Г.И. Шрейдера. Отдельные сюжеты социокультурной политики городских дум и управ отражены в краеведческой литературе3. В монографии Ф. И. Поташева, оригинальной по тематике и проблематике, достаточно подробно проанализирована деятельность И. С. Леванидова, преемника А. М. Байкова на посту городского головы, показана его роль в решении ряда городских проблем в этой должности и в качестве неоднократно выбиравшегося гласного думы4.

Исследования по истории периодической печати на Дону посвящены либо типологизации периодических изданий и характеристике основных этапов ее развития5, либо выявлению связей донской периодики с политическими партиями и их идеологическими платформами в начале ХХ в.6. Определенное внимание при характеристике политического облика того или иного издания уделено и освещению в нем местной проблематики. Это относится прежде всего к наиболее влиятельной и популярной краевой газете, каковой был «Приазовский край».

Принципиально важными и значимыми как для работников газеты, так и для ростовского городского самоуправления, было освещение на ее страницах выборов думских гласных. И эти значимость и важность актуализировались по мере роста влияния газеты, числа ее подписчиков и читателей. Оценка действий думы и управы на исходе очередного срока полномочий того или иного созыва и перечень первоочередных задач городского развития, которые формулировались на страницах газеты для городского избирателя, вызывали раздражение и неприятие у консервативно-патриархальных представителей гласных и членов управы, но игнорировать выступления газеты от выборов к выборам становилось практически невозможным.

«Приазовский край», первый номер которого вышел в сентябре 1891 года, лишь один раз освещал выборы городского самоуправления на основе Положения 1870 года, когда состав выборщиков формировался из всех городских налогоплательщиков. Полномочия думы и управы, избранных в 1892 г., просуществовали менее года в связи с принятием нового Городового Положения. Выборы городской думы 1892-1893 гг. отображены на страницах газеты как борьба за место под солнцем господ, баллотирующихся в гласные, привыкших рассматривать свое участие в городском самоуправлении как инструмент решения личных вопросов и удовлетворения таковых же потребностей, как «орудие спекуляции и эксплуатации городского населения»7. Конфронтация приобрела настолько острый характер, что результаты выборов по второму разряду были опротестованы теми, кто, выражаясь техническим языком выборов того времени, был «прокачен на вороных». В конце января 1892 г. результаты выборов в ростовскую думу и по второму, и по третьему разряду (средние и мелкие городские налогоплательщики) вообще были отменены8.

Выборы по Городовому Положению 1892 г. состоялись в начале 1893 и почти повсеместно прошли вяло. В ходе избирательной кампании газета отмечала как апатию избирателей, число которых существенно сократилось в связи с переходом от налогового к имущественному избирательному цензу, так и отсутствие предвыборной агитации. Именно эту лакуну сотрудники ежедневной газеты и постарались заполнить, сформулировав свою задачу в виде шутки с большим привкусом горечи: «…выборная агитация фабрикуется у нас репортерами, все равно как весна фабрикуется в Петербурге дворниками»9. Страницы «Приазовского» в феврале-марте 1893 наполнены разнохарактерной информацией о грядущих выборах. Фельетонисты воспроизводили как факты, так и слухи, вроде того, что будущая городская дума будет иметь чисто армянский состав10. Однако основное внимание в публикациях газеты уделялось вопросам, связанным с определением мотивов участия в выборах, стремлениям того или иного лица (группы лиц) занять место в думе или управе. Анализируя ситуацию, обозреватель газеты отмечал, что «подкладка» заключается в том, что в приоритете «партий» не цель избрания наилучших хозяев города, радеющих о городском хозяйстве; что уже до выборов частным порядком решалось, кто и за кого будет голосовать11.

Апатия избирателей, из состава которых были исключены представители интеллигенции, платившие налог за более или менее комфортабельные квартиры, и мелкие городские предприниматели, и домохозяева, обусловила избрание в состав думы лишь 49 лиц вместо положенных 60; 23 из них были в составе прошлой городской думы12. Однако результаты выборов были отменены по распоряжению Областного по городским делам присутствия13. Повторные выборы назначили сначала на 7 апреля, а затем перенесли на 12 апреля. Список избирателей сократили более, чем на 70 человек. Большинство исключенных составили армяне и лица, выбравшие торговые документы после 1 января 1893 г.14. Последнее обстоятельство, очевидно, и стало формальным основанием для отмены результатов выборов. Торгово-промышленные документы на предстоящий год, как и гильдейские свидетельства, согласно нормам законодательства, следовало выбирать до 31 декабря текущего года. Не успевшие этого сделать временно утрачивали де юре статус предпринимателя.

На повторные выборы многие из выборщиков, не принадлежавших к «партиям» – группам лиц, заинтересованных в участии в управлении, не явились. Заноза (С.Я. Краев) обвинил неявившихся в безответственности, в результате которой многие перспективные кандидаты были забаллотированы15. Негодовал не только ведущий рубрики «Злобы дня». Повторные выборы породили массу недовольных отменой результатов первых выборов, что вылилось в подачу жалобы в общее собрание правительствующего сената16. Жалобы на отстранение от выборов поступали и от ростовских мещан17. Была отмечена на газетных страницах и муниципальная новация, которой на замечалось в думах прежних созывов – отказ избранных гласных от участия в думе после официального утверждения списков18.

По завершении избирательной кампании, в мае 1893 года газета опубликовала на своих страницах серию статей о неотложных нуждах города. Тон всей серии был задан передовицей газеты от 9 мая. Это обращение не столько к читателям, сколько к составу избранной («подновленной», по лексике статьи) городской думы. Главная городская проблема, по мысли редакции, это оздоровление санитарной ситуации в Ростове: «…санитария и гигиена – это начало и конец всякого мало-мальски добросовестного ведения городского хозяйства, это весь смысл городского благоустроения». После бедствий 1892 г., когда вслед за эпидемией сыпного тифа в Ростов пришла холера, также унесшая множество жизней, вполне уместным выглядит изложенное именно в передовице сомнение редакции в безопасности превращения генеральной балки в центре города в основной канал спуска жидких и твердых нечистот, как это намечалось планом управы по канализации городского центра19. Сюжет от этом нашел затем свое продолжение и в цикле последовавших статей.

Как неотложный ставился газетой вопрос о создании городского ассенизационного обоза по примеру уже существовавшей пожарной команды20. Поскольку ни дума с управой, ни городские специалисты на сомнения редакции по поводу превращения генеральной балки в канализационный коллектор никак не отреагировали, «Приазовский» почти полностью перепечатал из столичного журнала «Санитарное дело» статью проф. И. Скворцова о возможных вариантах канализации в Ростове21. Был поставлен и вопрос о необходимости фильтрации донской воды (управский план предполагал лишь отстаивать ее) во вновь сооружаемом водопроводе с тем, чтобы ее можно было использовать не только для технических нужд. Этого требовали как быстро росшие потребности города в чистой воде, так и низкое качество воды в водопроводе из Богатого источника из-за обилия в ней сернокислых солей22.

В перечне неотложных городских нужд особняком стоял лишь вопрос о сооружении объездного моста над местом пересечения путей Юго-Восточной и Владикавказской железных дорог, где товарным фурам и обозам, следовавшим от товарной станции Гниловская в город, приходилось простаивать часами из-за маневровых работ23.

Следующая предвыборная мобилизация «Приазовским краем» ростовских избирателей относится к началу 1897 года. Материалы газеты позволяют говорить о стремлении редакции воздействовать на избирателя-ростовца, сформировать его сознательное отношение к выборам думских гласных и рациональную оценку действий городского самоуправления за истекший период. С 19 февраля по 3 марта опубликован был цикл из шести статей Г. Шрейдера под общим названием «Вопросы городского управления». Преследовались при этом цели чисто просветительские: выяснить «кардинальные различия» между Городовыми Положениями 1870 и 1892 годов; добиться сознательной оценки городским избирателем действий дум и управ; определить критерии такой оценки. Для этого следовало выяснить, что в деятельности городского самоуправления «приходится ставить на личный счет избранников и что – на счет данных условий их деятельности»24.

Следующие статьи цикла были посвящены определению критериев этой оценки. Достаточно внятно изложив основы Положения 1870 г., автор подчеркнул, что оно базировалось на представлении законодателя о городском обществе как «самоуправляющемся союзе», состоящем из разных групп налогоплательщиков, имущественно заинтересованных (в большей или меньшей степени) в участии в органах самоуправления. А Положение 1892 г. преследует цель формирования «системы выборной администрации» в том или ином «городском поселении», ограничивая круг избирателей владельцами городской недвижимости – плательщиками городского оценочного сбора и владельцами торгово-промышленных заведений, выбиравшими исключительно купеческие свидетельства. Так, в списках 1897 г. в Ростове состояло 1224 избирателя, что больше, чем в 1893 г. (788 человек), но несопоставимо с выборами 1888 г., когда к выборам было допущено 5383 лица25.

К принципиально значимым отличиям Положения 1892 г. Шрейдер отнес выведение городских управ из-под контроля городских дум и подчинение их контролю местной администрации26. «В настоящее время городские управы в значительной степени эмансипированы от городских дум, снабжены гораздо большим, чем раньше, кругом самостоятельности, – словом, центр тяжести городского общественного управления перенесен из думы в управу, соответственно чему должна быть перемещена и ответственность перед на- селением за то или другое направление муниципальных дел». Дума, ставшая своего рода «советом при управе», по мнению автора, «не может ей ни особенно содействовать, ни особенно противодействовать». Городской управе, в свою очередь, «приходится служить одновременно двум господам: с одной стороны, воля и желания думы, с другой – дамоклов меч дисциплинарного взыскания», с чем также следует считаться при оценке ее действий27.

Еще один критерий оценки действий городского самоуправления, доступный мало-мальски образованному обывателю, был предложен Шрейдером в статье, опубликованной в первый день выборов. Он сопоставил доходные и расходные статьи ростовских городских бюджетов за 1892 и 1897 годы. Рост бюджетных доходов за пять лет на 55% был достигнут, по оценке автора, путем увеличения городских налогов, в то время как оптимальный вариант – это получение дохода от принадлежавших городу коммунальных предприятий. Таковых в Ростове в 1897 г. было только три: бойни, ассенизационный обоз и канализация. Доход бюджета от них на 1897 г. предполагался около 65 тыс. руб. (менее 10% бюджетных поступлений). «Следовательно, за четыре года ростовское городское управление почти ничего не сделало для того, чтобы выйти на тот путь увеличения городских доходов, который наиболее выгоден для обывателя и настоятельно рекомендуется городам известным циркуляром министра внутренних дел». А налоговые поступления сметой 1897 г. предполагались вдвое большие, чем в 1892 г. Шрейдер пошагово проследил рост налогов в городе, начиная с 1893 г. В итоге оказалось, что если в 1892 г. ростовец, в среднем, платил 2 рубля городских налогов, то к 1897 г. – уже 4 руб. Особых усилий со стороны городского управления для извлечения налогов из кармана обывателя, как правило, не требуется, но затраты на содержание управы за четыре года возросли, по подсчетам автора, на 44% по сравнению со сметой 1892 г. Долги городского управления за 1893–1896 гг. удвоились, а «городские деньги, затраченные на сооружения, на три четверти израсходованы непроизводительно». Преобладающая часть сооружений, сделанных за четыре года, не принесет городскому бюджету никакого дохода, а погашение долгов «сократит удовлетворение текущих городских нужд»28.

Аналитические статьи, опубликованные «Приазовским краем» в связи с муниципальными выборами, по своему содержанию достойны были помещения и на страницах столичных газет. Однако, вряд ли большинство читателей-ростовцев в 1897 г. способно было оценить их по достоинству. Возможно, что и самой редакцией они оценивались как публикации, сделанные с расчетом «на вырост» читателя. Самим сотрудникам газеты аналитический очерк Шрейдера и предложенные им критерии оценки действий муниципальных властей оказались очень полезны, о чем свидетельствовали публикации «Приазовского края» по муниципальным вопросам в последовавшие годы.

Реакция «отцов города», чьи действия (как в ходе избирательной кампании, так и по итогам четырехлетия) газета подвергла столь нелицеприятной критике, оказалась острой и, похоже, единственно возможной. Сотрудникам «Приазовского края» на время проведения выборов 1897 г. было запрещено входить в здание городской думы и присутствовать при процессе голосования. Редакция ответила профессионально и хлестко. Она опровергла (постатейно) правомерность ссылки управы на законодательство и не без сарказма заметила: «…представители печати, если не всегда и везде могут похвалиться сочувствием муниципалитетов, то нигде уже не наталкиваются с их стороны на серьезные препятствия при исполнении своих обязанностей. Таково общее правило; исключения составляют лишь немногие захолустья, приобретшие себе в этом отношении печальную известность. Тем более печально, что к исключениям этим нужно причислить и Ростов»29.

Впрочем, запрет не помешал появлению в газете подробных отчетов о каждом из дней выборов, проходивших с 4 по 7 марта, и объединенных общим названием «Выборы гласных ростовской городской думы на четырехлетие 1897–1901 гг.». Анализируя по итогам первого дня выборов список лиц, предложенных к избранию, Пикквик (он же зав редакцией Н. Розенштейн) отметил, что городская управа, чьи позиции упрочило Городовое Положение 1892 г., способствовала тому, чтобы в списки кандидатов в гласные не попали лица, ее критиковавшие30. За три дня голосования был избран 51 гласный вместо положенных 60, причем один из избранных сразу же от звания отказался31. Итоги выборов были опубликованы день спустя. В составе гласных преобладали купцы (30 из 50 гласных). Избрано было и 12 представителей интеллигенции из числа крупных домовладельцев32. Пикквик, резюмируя итоги четырехдневной «битвы у избирательных урн», отметил: «Партия центра (именитая купеческая плутократия) вышла из боя невредимой, а левая крайняя даже усилилась, взяв несколько новых позиций»33. Дополнительные выборы, прошедшие 18 марта, добавили к числу гласных еще 8 че-ловек34. Однако в начале апреля результаты выборов отменило областное по городским делам присутствие35. Причиной вновь стало участие в выборах лиц, не уплативших вовремя денежных сборов по торговым документам, а также допущение к выборам избирателей, имущество которых перешло во владение других лиц. Вслед за этим управа произвела проверку прав участия в выборах, исключив из списков избирателей около 150 чел.36.

Повторные выборы по времени растянулись почти на весь май. В первом туре их участвовало 296 избирателей (около 18% списочного состава и на четверть меньше, чем на выборах первичных). Избрано было 49 гласных37. Дополнительные выборы 23 мая добавили к списку еще 8 фамилий38. Пофамильный состав думских гласных почти не отличался от мартовского итогового списка, поэтому оценки состава городской думы 1897–1901 гг., сделанные на страницах газеты после первых выборов, вполне применимы были и к составу гласных, избранных в мае.

Подводя итоги, следует отметить, что публикации «Приазовского края» за 1893–1897 годы ярко характеризуют специфику муниципальных выборов в Ростове на рубеже XIX– XX веков, их электоральную базу, устремления различных групп избирателей, усложнение структуры активных выборщиков и обострение в этой связи конкуренции «партий» накануне и во время выборов.

Отчетливо прослеживается и роль «Приазовского края» в организации городских избирателей для активного и сознательного участия в муниципальных выборах и путем просветительской работы, и формулированием критериев рациональной оценки действий городской думы и управы, и поддержкой единичной и еще очень слабой активности в среде самих выборщиков.