Музеи и природные объекты: концептуальные основы взаимодействия

МУЗЕИ И ПРИРОДНЫЕ ОБЪЕКТЫ: КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ОСНОВЫ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ

Глазырина Ю.В.е

ГКБУК «Пермский краеведческий музей»*^

В статье рассмотрены основные направления междисциплинарного взаимодействия музеев и природных объектов, и приведена оригинальная классификация типов взаимодействия, предложенная автором (комплектование, изучение и предъявление музейных коллекций; распространение влияния музея на окружающие природные и природно-антропогенные ландшафты; экологический менеджмент музеев).

Ключевые С1лова: естественнонаучные музеи, природное наследие, природные объекты, антропоцен.

Природная среда, явления и процессы являются предметом изучения естественных наук; музеи сыграли ведущую роль в становлении естественных наук (в первую очередь, биологии, геологии и палеонтологии) в их современном понимании. Полагаем, что в настоящий момент можно выделить три основных направления взаимодействия музеев с природными объектами:

• (1)    комплектование, изучение, сохранение и предъявление природных объектов в форме музейных коллекций;

• ¹⁰ Глазырина Ю.В., 2016

• (2)    распространение физического и символического влияния музеев на окружающие природные пространства, принятие «ответственности» за них;

• (3)    экологический менеджмент музеев и создание модельных подходов к взаимодействию с окружающей природной средой.

Основные профессиональные стандарты и этические основы взаимодействия музеев и природных объектов закреплены в двух международных документах: Кодексе музейной этики Международного совета музеев (ИКОМ) и Кодексе музейной этики ИКОМ для естественнонаучных музеев. Разумеется, музеи, как и все хозяйствующие субъекты в Российской Федерации, руководствуются действующим законодательством в сфере использования природных объектов и природных ресурсов (закон «Об охране окружающей среды», закон «Об особо охраняемых природных территориях» и др.), но два вышеуказанных кодекса закладывают базовые универсальные стандарты, касающиеся исследования, сохранения и предъявления в музеях природного и культурного наследия.

Первое направление взаимодействия - комплектование, изучение, сохранение и предъявление природных объектов в форме музейных коллекций - претерпело существенные изменения за последние два века. В конце XVIII - начале XIX вв. музейные коллекции Старого и Нового Света стали оплотом становления многих естественных наук в их современном понимании (в частности, биологии, геологии и палеонтологии), послужили, по замечанию Мишеля Фуко, «началом того, что дает возможность, замещая анатомией классификацию, организмом - структуру, внутренним подчинением - видимый признак, серией - таблицу, швырнуть в старый, плоский, запечатленный черным по белому мир животных и растений целую глыбу времени, которая будет названа историей в новом смысле слова. К середине XX в., выполнив свою систематическую функцию и потеряв значение плацдарма передовых открытий, коллекции естественноисторических музеев оказались лишь «моментальным снимком» биологического и ландшафтного разнообразия Земли. Вместе с тем, этот «моментальный снимок» оказался критически важным как универсальный документ локального, регионального и глобального уровней, фиксирующий те изменения, которые происходят в геосферах Земли (прежде всего, биосфере) под влияниям деятельности человека. В начале XXI вв. естественнонаучные коллекции музеев в корне переосмысляются, превращаясь из средства фиксации природного разнообразия в средство отслеживания его изменения. Естественнонаучные музеи «находят себя в центре исследований, связанных с глобальными экологическими изменениями, сокращением биоразнообразия и роли человека в трансформации природных процессов». Сокращение биоразнообразия, климатические изменения, эволюция - процессы, которые фиксируются не только через статические данные исследований, но документируются и визуализируются через музейные коллекции.

Важным аспектом «музейной визуализации» изменений является предъявление в музеях позиции, которая коренным образом пересматривает роль человека как природной силы. Всего за 30 000 лет жизни на планете человечество инициировало такие серьезные преобразования в геосферах Земли, которые могут быть сопоставимы с действием природных процессов за несколько десятков и сотен миллионов лет. В связи с этим коллеги из нескольких музеев (в частности, музеев Японии и Швейцарии) ставят перед Международной стратиграфической комиссией вопрос о выделении нового подразделения геологического календаря - времени, когда человек стал геологической, биологической силой, сопоставимой с природными процессами, силой разрушительной для планеты. Предлагается назвать это время «антропоцен». В музейном контексте это предложение означает, что, например, четвертичный период (2,588 млн лет назад - по настоящее время) в коллекции будет представлен медальоном головы северного оленя, а период антропоцен -медальоном головы северного оленя, рога которого запутались в колючей проволоке. Этот пример образно демонстрирует, что время, когда человек начал существенно влиять на геосферы планеты даже на уровне музейного предметного ряда существенно отличается от времени его появления и времени «обитания мамонтов».

Второе направление - распространение влияния музеев на окружающие природные пространства, принятие «ответственности» за них - реализуется в двух основных форматах: символическом и физическом. Символическое заключается в том, что музеи способны переводить природные объекты из категории «ресурсов» в категорию «наследия»; в первом случае он будут восприниматься как источник получения блага, о втором - как объект охраны. Кодекс музейной этики ИКОМ закрепляет статус музея как «агента влияния», создающего возможности для признания, понимания и использования природного наследия. В качестве пояснения этой экспертной роли музеев можно привести пример из опыта формирования палеонтологической коллекции: окаменелость древнего морского организма (коралла, мшанки или брахиоподы), лежащая на берегу уральской реки, с точки зрения хозяйствующих субъектов, отдельного человека или местного сообщества находится в категории «природного ресурса» и будет считаться гравием для подсыпки дорог до тех пор, пока не перейдет в поле внимания ученых и музейных сотрудников, и окажется в витрине музея как «свидетель» доисторического прошлого региона. В случае исключительной (уникальной или типологической) значимости территория, где были совершены находки, может получить статус особо охраняемой, и попасть в сферу ответственности соответствующих охранных ведомств или местного сообщества.

Примером «физического» влияния музеев на природные и антропогенные комплексы являются музеи под открытым небом, музеи-заповедники, расположенные за пределами городов и формирующие особый приро дно-антропогенный ландшафт, значимый с культурной, исторической или природоохранной точки зрения. В широком смысле к ним относятся архитектурно-этнографические музеи, экомузеи, мемориальные музеи-усадьбы, а также музеи при государственных природных заповедниках, национальных парках и других особо охраняемых природных территориях. Например, в усадьбах писателей (музей Л.Н. Толстого «Ясная Поляна» в Тульской области, музей А. С. Пушкина «Михайловское» в Псковской области и т.д.) объектом сохранения являются не только исторические здания и сооружения, но и природно-антропогенная среда, тот ландшафт, который был сформирован под влиянием деятельности человека в прошлые исторические эпохи, и сейчас является предметом изучения и консервации.

Особое место в категории музеев-заповедников занимают «живые музеи» - экомузеи. Этот термин был введен французским музеологом Ю. де Варином в 1971 г. для обозначения средового типа музеев, которые нацелены на решение насущных социальных, экономических, культурных проблем местного сообщества на основе его активного включения в работу по сохранению и использованию всех видов своего наследия (в том числе, природного наследия). Природные объекты в таких музеях не изымаются из хозяйственного оборота, а являются основой для самоподдержания и самовосстановления всей природно-антропогенной системы. К сожалению, в российской практике экомузеи не получили широкого распространения, в то время как во Франции, Канаде, Португалии они стали ведущими учреждениями, позволяющими в корне пересмотреть подходы к сохранению природного и культурного наследия без его тотальной консервации. Среди немногих российских музейных примеров - Выштынецкий эко лого-исторический музей (Калининградская область); в некоторой степени аналогом такого типа взаимодействия являются хозяйственные циклы коренных и малочисленных народов на особо охраняемых природных территориях.

Третье направление взаимодействия природных объектом и музеев - экологический менеджмент музеев и создание модельных подходов к взаимодействию с окружающей природной средой - представляет сравнительно новый опыт для мировой практики. Полагаем, что его целесообразно выделить в отдельное направление взаимодействия музеев с природными объектами в связи с тем, что музеи как агенты «мягкой силы» формируют устойчивое положительное представление о «зеленых» технологиях с одной стороны, и, с другой стороны, вынуждены использовать их сами. Конференция ООН по окружающей среде и развитию 1992 года инициировала создание системы международных стандартов в области экологического менеджмента, а с середины 1990-х музеи Великобритании, а затем и других стран, стали разрабатывать собственные экологические и природоохранные программы, а также инициировали разработку принципов снижения негативного воздействия на окружающую среду путем введения дифференцированных стандартов хранения музейных коллекций. Эти вопросы оказались на повестке ведущих музеев мира в связи с экономическими факторами, и с необходимостью поддержания особых условий для хранения музейных коллекций; они проявляется на всех уровнях музейного взаимодействия: от «зеленых» музейных зданий до экологической маркировки. Экологически эффективные мероприятия музеев - не только комплексные, но и «точечные» - являются одновременно экономически эффективными.