Начальный этап карабахского конфликта: официальная позиция сторон и ее отражение в центральной периодической печати

С обытия в Нагорном Карабахе, начало которых относится к позднесоветскому периоду, на протяжении последних 35 лет постоянно привлекают к себе внимание, переживая периоды спада и активизации. Еще несколько лет назад карабахский конфликт относился к числу «замороженных» [Ваал 2014: 323; Арбатова 2019: 96]. Однако события осени 2020 г. существенно изменили расстановку сил в регионе [Муханов, Скаков 2021; Крылов 2023: 192-194].

Причинами напряженной обстановки в Нагорном Карабахе стал целый ряд проблем, которые накапливались на протяжении длительного времени: это фактический конфликт армянского населения с руководством автономной области и Азербайджанской ССР, а также вопрос о принадлежности данной национальной территории [Ямсков 1991: 165-166]. При этом в его генезисе большую роль сыграло и обращение обеих сторон к историческому прошлому: и Армения, и Азербайджан ссылались на партийные решения первых лет советской власти [Маркедонов 2022: 124].

Чтобы попытаться разобраться в позициях сторон конфликта, можно обратиться к выступлениям представителей Азербайджанской ССР и Армянской ССР в ходе обсуждения партийных документов и на съездах народных депутатов. Обе стороны констатировали, что ситуация вокруг Нагорно-Карабахской автономной области была связана с накапливавшимися в течение десятилетий проблем, к которым относили «извращения в кадровой политике, которой были присущи клановость, землячество, угодничество, процветали приписки, злоупотребление служебным положением»¹. «Дружбой народов» подменяли все проблемы, а их обострение относили лишь к проискам экстремистов и коррупционеров². Обе стороны отмечали, что бóльшая часть вины лежит на бывшем руководстве Азербайджанской ССР и автономии, которые ущемляли жителей последней в правах³. Кроме того, существовало реальное несовершенство в руководстве межнациональными отношениями. На этом точки соприкосн овения в общем-то заканчивались.

Позиция азербайджанской стороны сводилась к следующему. Процесс перестройки вскрыл большинство проблем, существовавших в стране. К ним относились и проблемы межнационального взаимодействия, а в многотысячных митингах участвовали «не только те, кто хочет услышать ответ на наболевшие вопросы, но и те, за кем стоят влиятельные, антиперестроечные силы»1. Был сделан вывод, что невозможно решение вопросов в сфере межнациональных отношений путем давления и забастовок, призванных нарушить суверенные права республик2. Именно с выступлениями подобного рода связывалось затягивание разрешения конфликта3.

Постановление Верховного Совета Армянской ССР о присоединении Нагорно-Карабахской автономной области и ряда населенных пунктов Азербайджанской ССР к Армянской ССР усугубило и без того взрывоопасную обстановку в регионе. Это политическое решение стало одним из главных аргументов, приведших в результате к обстрелам азербайджанских сел, находившихся на границе с Арменией, что, в свою очередь, вынудило правительство Азербайджана обратиться к МВД СССР для выделения дополнительного военного контингента для размещения в приграничных районах4.

Большое внимание уделялось миграционным процессам в регионе, вызванным напряженностью: десятки тысяч людей оказались без работы и жилья. По оценке депутата П.А. Азизбековой, 165 тыс. азербайджанцев из Армении и 50 тыс. армян из Азербайджана были вынуждены покинуть места своего житель-ства5.

Первоначально руководство Азербайджанской ССР положительно оценивало действия центральных властей по введению особой формы управления в автономной области, подчинявшейся непосредственно Москве. Но развитие конфликта дало основание первому секретарю Компартии Азербайджана А.Н. Муталибову в 1990 г. прямо заявить, что позиция центра была непоследовательной: когда Е.К. Лигачев в Баку говорил о недопустимости изменения границ, А.Н. Яковлев в Ереване отмечал право народа на самоопределение. «Функционеры из центра, – отмечал он, – по сути дела превратили Азербайджан в полигон для обкатки непродуманных решений». Здесь же он называл военные формирования Армении «террористическими»6.

Правда, бывшее руководство Азербайджана в лице Г.А. Алиева отрицало какие бы то ни было претензии в свой адрес в период его руководства ЦК Компартии Азербайджана, указывая на отсутствие какой-либо межнациональной напряженности и на высокий уровень социально-экономического развития Нагорно-Карабахской автономной области – ее показатели опережали среднереспубликанские как Армении, так и Азербайджана7.

Несколько иная риторика была характерна для представителей Армянской ССР и Нагорно-Карабахской автономной области. По мнению депутата из Нагорного Карабаха, автономная область «была превращена в сырьевой при- даток Азербайджана»1. Представители Армении искали правду в своем историческом прошлом. Истоки сложившегося положения они видели в практике периода культа личности и застоя, когда любые проявления национализма и межнациональной розни систематически замалчивались2. Отмечалось, что притеснения армянского населения Нагорного Карабаха длились десятилетиями, а сам он «был изъят незаконным образом из состава Армении» 3. Депутат от Степанокертского территориального избирательного округа Б.В. Дадамян прямо заявлял, что Нагорный Карабах – это «часть древнего армянского края Арцах», который по воле И.В. Сталина был передан Азербайджану4. «В Армении проблема Нагорного Карабаха стала общенациональной идеей»5, – отмечал первый секретарь Компартии Армении С.Г. Арутюнян.

Тогда же возник и ряд других давно назревших проблем. В частности, была обозначена ситуация с положением «древнего армянского края» Нахичевани, которая также входила в состав Азербайджанской ССР. Армянские политические функционеры отмечали, что в школах Нагорного Карабаха не преподавалась история Армении, а памятники истории и культуры подвергались сознательному уничтожению6. В этот период впервые на общегосударственный уровень вынесли дискуссию о признании геноцида армян в 1915 г., что было связано с решением Верховного Совета Армянской ССР и обращением последнего в Президиум Верховного Совета СССР7.

Указывалось на недостаточные усилия, приложенные предыдущим руководством Армении, к налаживанию диалога между республиками. Государственные органы попросту закрывали глаза на усиливавшееся межнациональное проти-востояние8. Десятилетиями, по мнению партийного руководства республики, в автономии ущемлялись права армянского населения9. Армения сталкивалась с противодействием при любой попытке налаживания отношений с Нагорным Карабахом: ни руководство Армянской ССР, ни интеллигенция не могли беспрепятственно посещать автономную область10.

Армянской стороне казалось упрощением видеть в событиях вокруг Нагорного Карабаха действия лишь вышедших из-под контроля экстремистских групп11. Они рассматривали проходившие митинги и демонстрации как недемократические формы стремления к демократии12.

На заседании бюро ЦК Компартии Армении отмечалось, что многие органы власти не проявили принципиальную позицию, в результате чего начались межнациональные столкновения, которые повлекли за собой перестановки в республиканских органах: 13 руководителей были исключены из партии, другие – сняты со своих постов с выговорами13.

Использу я лозунги перестройки, первый секретарь ЦК Компартии Армении

С.Г. Арутюнян пытался обосновать позицию армян Нагорного Карабаха как волеизъявление населения, а не «как посягательство Армянской ССР на территорию соседней республики», говоря о том, что суть спора не в территории, а в самоопределении1. И именно этот вопрос стал наиболее острым в разрешении конфликта.

Иначе, нежели азербайджанские политики, в Армении оценивали деятельность Комитета особого управления Нагорно-Карабахской автономной области. По их мнению, этот орган унаследовал все несовершенства, существовавшие до этого; он не смог донести до центра чаяния армянского населения, поэтому у людей появилось недоверие к этой структуре, что снова привело к обострению обстановки2. Первый секретарь ЦК Компартии Армении В.М. Мовсесян возлагал вину за неэффективность принимавшихся мер на центр, которым в решение проблемы «была положена ошибочная политика паритета, одинаковой вины». Однако, не вдаваясь в подробности, признавал и ошибки республиканской власти3.

Как показали дальнейшие события, никакие «декоративные» мероприятия и заявления об интернационализме и дружбе народов не могли остановить развитие межнациональной напряженности. Последовавший развал Советского Союза привел к окончательному слому любых сдерживающих факторов, что вылилось в Первую карабахскую войну, которая закрепила status quo территории бывшей Нагорно-Карабахской автономной области Азербайджанской ССР. Расстановку сил на Южном Кавказе существенно изменили события 44-дневной войны 2020 г., в результате чего фактически 2/3 территории непризнанной республики были заняты азербайджанской армией. Новый виток конфликта осени 2023 г. привел к тому, что военными и дипломатическими методами территория бывшей Нагорно-Карабахской автономной области была возвращена под контроль Азербайджана, а армянское население вынуждено было покинуть этот регион.