Националистическое движение на территории Прибалтики (1917—1941 гг.)

Вооруженная борьба националистического подполья и созданных им бандитских формирований в Прибалтике охватила протяженный период с начала 20-х годов до 1956 года.

После Октябрьской революции 1917 года в Европе произошли серьезные геополитические изменения. Ранее входившие в состав Российской империи Польша, Финляндия, Прибалтийские страны стали самостоятельными государствами.

Истоки националистического подполья и бандформирований своими корнями уходят во времена иностранной интервенции и Гражданской войны в СССР 1918—1921 гг., когда под давлением Антанты советское правительство вынуждено было подписать мирные договоры с Прибалтийскими республиками, определившие их суверенитет.

В конце 1918 года в Литве было организовано буржуазное правительство под руководством М. Сляжявичуса. Активное участие в формировании литовского правительства приняло командование немецких войск, в то время оккупировавших большую часть территории государства [1].

К середине 1920-х годов в Литве активизировалась деятельность националистических организаций. Самой известной организацией являлся созданный в 1919 году «Союз Литовских стрелков» («Шаулю Саюнга»). В него входили в основном представители мелкобуржуазных слоев населения Литвы — сельская буржуазия, кулачество, мелкие городские торговцы. Основной целью его деятельности, в соответствии с Уставом, являлось обеспечение безопасности Литвы от возможных угроз. К 1940 году организация насчитывала до 60 тысяч членов и была построена по территориальному принципу. В каждом уезде был сформирован отряд, в зависимости от количества членов организации называвшийся полком или батальоном. Всего в Литве насчитывалось 20 таких отрядов. Каждый начальник отряда подчинялся непосредственно начальнику «Союза Литовских стрелков». На вооружении имелись самолеты, артиллерия, станковые и ручные пулеметы, другое стрелковое оружие. Во главе организации стоял полковник П. Саладжюс.

Основные задачи «Союза Литовских стрелков» заключались в подготовке кадров на случай войны, оказании содействия политической полиции в борьбе с революционными элементами, помощи литовской разведке в сборе сведений против Советского Союза и Польши.

Члены «Союза Литовских стрелков» были вооружены и имели специальную военную форму. Они активно занимались начальной военной подготовкой — изучали тактику партизанской борьбы, приемы владения оружием, проводили практические стрельбы под руководством кадровых офицеров литовской армии [1, с. 41].

18 ноября 1918 года Латвийский парламент (Народный совет), в который входили представители всех основных буржуазных партий, провозгласил «Латвийскую демократическую рес- публику» и создал временное буржуазное правительство во главе с К. Ульманисом. Это было слабое правительство, не имевшее ни международной поддержки, ни серьезного влияния внутри страны [1, с. 23].

В 1919 году по инициативе «Крестьянского союза» (правящая партия) и под прямым руководством президента страны доктора К. Ульма-ниса из числа резервистов была создана организация «Айзсарги», костяк которой составляли ветераны Освободительной войны. В первые годы своего существования она создавалась под благовидным предлогом борьбы с бандитизмом, хулиганством и другими криминальными проявлениями в стране, но фактически же эта организация представляла собой военизированную силу правительства для борьбы с революционным движением внутри страны.

Основными целями и задачами организации являлась активная борьба с коммунистической партией и революционным движением трудящихся масс Латвии. Также одной из задач «Айз-саргов» была подготовка к вооруженной борьбе с внешними врагами в случае начала боевых действий.

В организацию «Айзсаргов» в основном принимались крупные землевладельцы, промышленники, торговцы, представители интеллигенции, отставные офицеры, а также политически благонадежные рабочие и крестьяне. Верховным руководителем «Айзсаргов» являлся К. Ульманис, главным идеологом — бывший министр общественных дел Латвии А. Берьзиньш, начальником главного штаба «Айзсаргов» — генерал Праус [1, с. 43—44].

Организация «Айзсаргов» насчитывала в своих рядах до 40 тысяч человек (включая молодых «Айзсаргов» — «Яунсарги» и «Айзсардз» — женщин), в том числе командного состава — 3827 человек.

Организация строилась по территориальному принципу, охватывая все уезды Латвии. Всего в Латвии был создан 21 полк «Айзсаргов». Они дислоцировались по одному в каждом уезде, и три полка были расквартированы в Риге. Структура организации была военной. Члены организации объединялись во взводы, роты, батальоны и полки. Непосредственное руководство по военной организации, снабжению оружием возлагалось на военное министерство Латвии. Начальники полиции районов Латвии занимали должность командиров полков «Айз-саргов». Помощниками командиров являлись кадровые военные, прикомандированные из регулярной армии. Каждый член организации имел винтовку, пистолет и запас патронов. Помимо стрелкового вооружения имелась и артиллерия. Каждый «охранник» пользовался рядом привилегий, одновременно являясь резервистом национальных вооруженных сил. Помогая полиции, «охранники» в дни революционных праздников собирались в определенных пунктах для подавления возможных выступлений. Ими изучалась тактика уличных боев, осуществлялась охрана бастующих предприятий и штрейкбрехеров.

«Айзсарги» по роду своей деятельности были тесно связаны с полицией. В инструкции для «Айзсаргов» за 1938 год говорилось: «Задача организации — помогать органам государственной безопасности. Когда «Айзсарг» исполнял служебные обязанности, он приравнивался к сотрудникам полиции». Они выявляли и передавали сотрудникам политической полиции коммунистов, просоветски настроенных рабочих, привлекались для проведения обысков и арестов [1, с. 44].

В Эстонии, так же как и в других Прибалтийских странах, важную роль в общественнополитической жизни страны играли национально-патриотические организации. Наиболее массовой из них являлся «Кайтселийт».

«Кайтселийт» был преемником существовавших в 1917—1918 гг. в Эстонии общественных организаций «Омакайтсе» и «Бюргервер».

В 1917 году эстонские буржуазно-националистические элементы, испуганные нарастающим революционным движением и усиливающимся влиянием большевиков, провели ряд совещаний, в результате которых было вынесено решение о создании в г. Таллине организации «Омакайтсе» («Самозащита»), которая фактически являлась прародителем более известной организации «Кайтселийт».

Приказ о создании организации и Устав были выпущены 1 октября 1917 года за подписью бывшего коменданта крепости Петра Великого в пригороде Таллина П. Констанди [1, с. 46].

Аналогичные организации были созданы в Тарту, в уезде Харьюмаа, в ряде волостей, однако централизованного руководства ими еще не было. Во главе организации в Таллине были поставлены капитан дальнего плавания, впоследствии адмирал, И. Питка и Л. Ксерд [1, с. 47].

Организация «Омакайтсе» создавалась с целью борьбы с уголовной преступностью, членами ее могли быть все граждане Эстонии, независимо от национальности и вероисповедания, однако, в соответствии с Уставом, революционно настроенные рабочие и коммунисты в нее не принимались.

После Октябрьской революции по решению советских органов «Омакайтсе» была ликвидирована, однако ее руководство и наиболее активные члены, уйдя в подполье, продолжали вести борьбу с рабочим движением и советской властью.

Участники «Омакайтсе» организовывали вооруженные выступления против Красной Армии, чем оказали существенную помощь немецким войскам, вскоре занявшим всю Эстонию.

В феврале-марте 1918 года территория Эстонии была оккупирована немецкими войсками. Оккупировав Эстонию, командование немецкой армии ликвидировало «Омакайтсе» как национальную военную силу, представляющую опасность для немецкой армии.

Весной 1918 года после обнаружения в г. Таллине выпущенных коммунистической партией первомайских листовок немецкое командование вынуждено было разрешить восстановление организации самозащиты под названием «Бюр-гервер». Во главе ее был поставлен И. Литка, а от немцев для осуществления информационного воздействия был введен А. Вильде. На «Бюргер-вер» возлагалась задача по ведению борьбы с революционно настроенными рабочими и большевиками, их выявлению и розыску с последующей передачей немецким властям [1, с. 47].

Вечером 10 ноября 1918 года командующий германскими войсками в Эстонии генерал Зе-кендорф вызвал к себе бывшего губернского комиссара буржуазного Временного правительства России Я. Поску, чтобы обсудить с ним возможность возобновления деятельности губернского земского совета и создания эстонского Временного правительства. В обстановке военного положения Германии утром 11 ноября 1918 года возникло буржуазное Временное правительство Эстонии во главе с лидером Аграрной партии К. Пятсом.

14 ноября 1918 года после отступления немецких войск по решению эстонского буржуазного правительства организация «Бюргервер» была переименована в «Кайтселийт». Согласно тому же решению в «Кайтселийт» должны были вступить все эстонские мужчины в возрасте от 17 до 60 лет.

В 1920 году после окончания боевых действий «Кайтселийт» в прежнем виде был ликвидирован и его местные организации превращены в так называемые «охотничьи группы», во главе которых были поставлены военные коменданты. Их основными задачами, в соответствии с заявлениями руководства, являлись подавление революционного движения и борьба с коммунистами [1, с. 48].

17 декабря 1924 года Й. Лайдонер утвердил устав «Кайтселийта», согласно которому эта организация распространяла свою деятельность на всю республику. При обучении кайтселийт-чиков особое внимание уделялось тактике уличных боев. Основная задача, поставленная перед «Кайтселийтом», заключалась, как и раньше, в подавлении революционного рабочего движения.

С появлением в Европе гитлеровской Германии, открыто провозгласившей экспансионистскую политику в отношении восточноевропейских государств, руководство Прибалтийских государств осознало уязвимость суверенитета своих республик и в 1939 году обратилось к руководству СССР с просьбой о введении войск. Речь, таким образом, шла об установлении вооруженного протектората СССР над республиками Прибалтики.

21 июля 1940 года Народные сеймы Литвы и Латвии приняли декларацию о восстановлении советской власти и обратились в Верховный Совет СССР с просьбой о принятии Литвы и Латвии в состав Советского Союза [2].

21 июля 1940 года Государственная дума Эстонии приняла декларацию о восстановлении советской власти и провозглашении Эстонии Советской Социалистической Республикой, 22 июля — о вступлении Эстонии в состав СССР [2, с. 22].

После принятия в 1940 году Прибалтийских государств в состав СССР на территории этих республик начинаются социально-политические и экономические преобразования (земельная реформа, национализация промышленности, коллективизация в сельском хозяйстве), ломавшие устоявшийся быт подавляющего большинства населения и прежде всего крестьянства, что привело к активизации националистического повстанческого подполья.

Главная цель, которую преследовали националисты, — не допустить «советизации» Прибалтики. Среди первостепенных задач бандформирований лидеры националистического подполья определяли:

• —    ведение активной вооруженной борьбы;

• —    призыв к неповиновению населения действиям органов советской власти;

• —    распространение клеветы по адресу советского правительства и Красной Армии;

• —    проведение антисоветской пропаганды среди населения;

• —    организацию и проведение террористических актов против представителей партии, власти органов, представителей НКВД — НКГБ, военнослужащих Красной Армии;

• —    срыв мобилизации мужского населения в Красную Армию, государственных хлебопоставок и сдачи конского поголовья для нужд армии;

• —    совершение диверсий на железнодорожных путях, автогужевых магистралях и организация нападений на воинские подразделения и транспорты.

С установлением советской власти в Прибалтийских республиках многие националисты ушли в глубокое подполье. С течением времени из этих лиц сформировались бандгруппы, начавшие вооруженную борьбу с советской властью. Особенно эти процессы активизировались в конце 1940 — начале 1941 гг. при непосредственном участии немецкой разведывательной и пропагандистской сети [1, с. 166].

Жители Прибалтийских республик рассматривались А. Гитлером, А. Розенбергом как «союзное население» в борьбе с большевиками. В неофициальных беседах немцы неоднократно подчеркивали, что приветствуют создание «Великой Эстонии» и «Великой Латвии». Именно в этот период на территории Латвии, Эстонии и Литвы начинают действовать подпольные националистические бандформирования. В докладах отделов и управлений НКВД и НКГБ отмечалось, что немецкое влияние среди прибалтийского населения очень велико, а «Абвер» в этот период подготовил специальные диверсионные группы для подрывной деятельности в Прибалтийских республиках с участием националистов [3]. Так, еще в марте 1941 года в Риге была «вскрыта и ликвидирована резидентура германской разведки в Латвии и связанная с ней антисоветская организация латышских буржуазных националистов «Тевиясс саргс» («Страж отечества»), ставившая своей задачей «объединение всех националистически настроенных латышей и подготовку вооруженного восстания» [4].

«Тевиясс саргс» объединил подпольные ячейки в более чем 16 населенных пунктах Латвии, выпустил 6 номеров газеты «Занётайс» («Вестник») и брошюру с речью гитлеровских идеологов о послевоенном устройстве мира. Основной целью «Стражей отечества» была подготовка к свержению советской власти. Для этого в ряде городов были созданы повстанческие отряды. В мае 1941 года в Латвии при активном участии немцев была создана антисоветская организация «Латвияс сарга», включавшая в себя латышей и «кулацкие, белогвардейские элементы». В 1940—1941 гг. националисты устраивали террористические акты против советского актива, поджоги, налеты на кооперативы и сельсоветы, убивали руководителей и сочувствующих советской власти, учителей, комсомольцев и членов ВКП(б), похищали имущество, угоняли скот, проводили диверсии, выпускали листовки с призывами к борьбе с советским строем, распространяли «анонимные письма террористи-чески-повстанческого содержания» [1, с. 167].

Руководство НКГБ СССР подчеркивало, что «с начала 1941 года наблюдается значительный рост убийств и бандпроявлений», при этом «большинство террористических актов остаются нераскрытыми». Бандитские группы на вооружении имели автоматы, винтовки, револьверы и пистолеты, гранаты, сигнальные ракеты, у многих были радиоаппараты Морзе, коды, шифры, средства для тайнописи, для координации действий и связи с немецкими органами. Некоторые имели отличительные знаки — нарукавные повязки и знамя. Члены бандформирований должны были вести активную борьбу с Советским государством, а в период военных действий между СССР и Германией выполнять «следующие задания: арестовывать всех комиссаров и других активных коммунистов; занимать центры компартии, но не уничтожать архив, освободить политзаключенных, заставить евреев покинуть страну… занять учреждения, предприятия, почты, телеграфы и крупные склады товаров… обрывать телефонные, телеграфные, электрические провода… уничтожать железные дороги… арестовывать и разоружать красноармейские отряды, милицию, агентов ГПУ, создавать панику» [4, с. 215—216].

Заместитель начальника внешней разведки НКВД СССР П. А. Судоплатов вспоминал, что «именно в это время мы напрямую столкнулись с деятельностью немецкой разведки в будущей полосе фронтовых операций… Чем дальше вместе с войсками мы продвигались на запад, тем ощутимее становилось непосредственное соприкосновение с вероятным противником… опирающееся на националистические и военизированные организации Прибалтики» [5].

Советские правоохранительные органы уже в 1940—1941 гг. на территории Пыталовского района впервые столкнулись с организованными «контрреволюционно-повстанческими террористическими группами». Ушедшие в лес создали небольшие отряды по 5—10 человек, объявили себя «айзсаргами», а в лесных массивах и отдаленных хуторах оборудовали бункера с оружием (в основном в это время использовались охотничьи ружья, обрезы либо винтовки, оставшиеся от времен Гражданской войны) и продуктами. Озлобленные на советскую власть проводили аресты и грабежи русских активистов, сжигали постройки, распространяли слухи о зверствах «красных» и о скорой помощи немцев, убивали советских активистов. Как вспоминал Ю., один из зажиточных крестьян Абренского уезда, «затаив злобу на советскую власть еще в 1939 году, мы создали группу «айзсаргов» из 8 человек, устраивали засады на дорогах, грабили советских активистов и арестовали к началу июля 1941 года 150 человек, которых мы хотели расстрелять и которых передали пришедшим немцам, а те их почему-то отпустили» [3, с. 14].

22 июня 1941 года началась Великая Отечественная война. С первых дней войны резко увеличилось число людей, ушедших в лес. «Лесные братья» довольно быстро организационно оформились по образцу военизированных формирований буржуазного периода и стали совершать нападения и диверсии в тылу Красной Армии. В первые дни июля были совершены нападения на советские учреждения и небольшие подразделения Красной Армии. «Лесные братья» захватили десятки волостных правлений, арестовали большое количество советско-партийных деятелей и бойцов истребительных батальонов. В «освобожденных от большевиков» районах они восстанавливали органы местного самоуправления периода буржуазных республик.

«Узнав 22 июня об объявлении войны и зачатке боевых действий Великой Германии против России, отпала от сердца каждого эстонца давившая его напряженность. Началась-то, наконец, война, которую ожидали как мессию», — писал начальник штаба «Омакайтсе» [6]. В первые же дни войны отряды «лесных братьев» составили довольно внушительную силу — только в трех приграничных с Псковскими землями районах Эстонии насчитывалось порядка 260 больших и малых отрядов [6, л. 69—70], которые ставили перед собой задачи по «дезорганизации тылов, разрушению мостов, линий связи, обстрелу красноармейцев и арестам советских активистов» [6, л. 70]. В ходе подобных боев Красная Армия (а в отчетах «Омакайтсе» — «неприятель») понесла ощутимые потери — 964 убитых, 146 раненых и 287 пленных [6, л. 74], было захвачено в плен 4919 человек. Самые большие отряды были созданы в Петсерима (Печорах), Тарту, Вы-ру и Вильянди, которые еще до наступления фашистов «установили связь с немцами и сумели завязать бои с истребительными батальонами и красногвардейцами в районе Печор и поднять восстание в Тарту» [6, л. 72].

Таким образом, приход к власти в 1940 году в Литве, Латвии и Эстонии правительств, ори- ентированных на Советский Союз, и последующее вхождение республик в состав СССР возродило антисоветское подполье и придало очередной импульс деятельности национальных бандформирований.

Становление и развитие бандитизма в Прибалтике, таким образом, явилось закономерным следствием присоединения этих территорий к СССР. В силу этого характер и содержание бандитской деятельности на территории Прибалтики определялись следующими основными мотивами.

Во-первых, произошла утрата национального суверенитета. Для определенной части населения вхождение в состав СССР означало восстановление доминирования общероссийской ментальности и ограничение национальных институтов.

Во-вторых, борьба бандформирований в Прибалтике с советской властью представлялась не только борьбой за государственный суверенитет и национальную независимость, но и борьбой с коммунистическим атеизмом, с безбожниками и врагами церкви.

Подъему националистического движения во многом способствовало и то, что на первом этапе борьбы с бандитизмом в Латвии, Литве и Эстонии практически отсутствовали территориальные органы НКВД — НКГБ (были только оперативные группы и войска НКВД по охране тыла, действовавшие в основном в районах, прилегающих к боевым порядкам частей Красной Армии). Вследствие этого действия бандитских формирований в большинстве своем носили открытый характер.

• 1.    Литвинов М. Ю., Седунов А. В. Шпионы и диверсанты: борьба с прибалтийским шпионажем и националистическими бандформированиями на Северо-Западе России. Псков, 2005.

• 2.    НКВД — МВД СССР в борьбе с бандитизмом и вооруженным националистическим подпольем на Западной Украине, в Западной Белоруссии и Прибалтике (1939—1956) : сб. док. / сост. Н. И. Владимирцев, А. И. Кокурин. М. : Объединенная редакция МВД России, 2008.

• 3.    Норин А. В. Внутренние войска в борьбе с националистическими бандитскими формированиями в западных областях СССР после Великой Отечественной войны. СПб., 2010.

• 4.    Органы государственной безопасности СССР в Великой Отечественной войне : сб. док. Т. 1. Накануне. Кн. 2. М., 1995.

• 5.    Судоплатов П. А. Разные дни тайной войны и дипломатии. 1941 год. М., 2003. С. 98, 103.

• 6.    ГАРФ. Ф. Р-9478. Оп. 1. Д. 452.