Некоторые аспекты участия служб и подразделений МВД Российской империи в охране памятников православной культуры

У частие МВД Российской империи в осуществлении охранных мероприятий по отношению к памятникам истории и культуры, и в частности, православных, было характерно еще для дореволюционного периода нашей истории. Министерство не только осуществляло сбор сведений об имеющихся в губерниях памятниках церковной старины, контролировало их сохранность, тесно взаимодействуя с Синодом и епархиальным начальством, но и принимало непосредственное участие в разработке общероссийского законодательства об охране памятников.

В XIX в. центральным аппаратом Министерства неоднократно издавались циркуляры и распоряжения – административные акты, разъяснявшие и конкретизировавшие порядок применения законов, устанавливавших нормы деятельности местной ад- министрации. Эти акты рассылались в губернии, частично публиковались в органах печати [1: с. 151]. Подобная деятельность являлась одной из важнейших форм руководства центрального министерского аппарата своими подведомственными учреждениями на местах.

В 1826 г. было издан ряд нормативных актов, заложивших правовые основы охраны памятников в России. Одним из ключевых стал именной указ императора Николая I от 30 мая 1826 г. «О доставлении описей достопамятных вещей». В нем было указано, что монарху «угодно иметь сведения о всех вообще вещах, принадлежащих императорской фамилии, какие только со времен императора Петра Великого, как достопамятные, поступили для хранения по разным казенным зданиям в государстве». Эта работа была возложена на Министерство, вследствие чего предписывалось «учинить со стороны МВД надлежащие распоряжения, дабы по губерниям составлены были описи всем подобным вещам, ныне в казенном ведомстве хранящимся, означив в оных, в каких именно местах оные находятся, с которого времени и по какому повелению туда поступили» [4: т. 1, № 376].

Выполняя волю монарха, управляющим МВД графом В.С. Ланским на места были разосланы циркуляры с распоряжением немедленно собрать по губерниям точные сведения об упомянутых вещах и как можно быстрее доставить их описи.

В июне 1825 г., Александр I, проезжая по Новгородской губернии, обратил внимание на убогий вид новой церкви в Чудове Яму. Император осведомился у А.А. Аракчеева, были ли фасады и план храма утверждены Строительным комитетом при МВД. Ответ был отрицательный. В результате «по высочайшему повелению» было подготовлено и 9 марта 1826 г. утверждено Положение Комитета министров «О правилах устроения церквей», включавшее нормы, которые следовало соблюдать при перестройке или починке церковных зданий. В соответствии с документом перестройка и ремонт церковных сооружений мог осуществляться как на государственные субсидии, так и за счет личных пожертвований. Статья 4 закона обязывала местных архиереев присылать в МВД точные планы и чертежи фасадов подлежащих реставрации храмов, с подробным описанием, что необходимо исправить. Проекты подлежали обязательному утверждению Строительным комитетом МВД. Согласно статье 7, губернские архитекторы должны были наблюдать за тем, как реализуется утвержденный Строительным комитетом план [5: № 53]. Это требование вело к тесному взаимодействию церковного руководства, заинтересованного в восстановлении или строительстве культовых сооружений, со службами и должностными лицами Министерства. Таким образом, забота о «памятниках старины», в том числе церковных, была возложена на МВД.

31 декабря 1826 г. был издан циркуляр, который предписывал немедленно начать сбор по всем губерниям следующих сведений: 1) в каких городах есть остатки древних замков и крепостей или других зданий древности и 2) в каком они находятся положении. Было строжайше запрещено разрушать такие здания. Ответственность за сохранность таких объектов возлагалась «на начальников городов и местных полиций» [5: № 54]. В отношении министра внутренних дел к обер-прокурору Синода от 7 января 1827 г. указывалось на то, что данный запрет целесообразно распространить и на церковные строения, «как то: монастыри, церкви и прочее» [5: № 55]. По мере поступления сведений из губерний Министерство было обязано докладывать о них императору.

Циркуляром было дано распоряжение о снятии с таких зданий планов и изображений фасадов в том положении, в котором они находятся; предписывалось отыскать в архивах губернских присутственных мест, в старых записях подробные сведения об упомянутых зданиях: «а) когда и кем строены или перестроены; б) по какому случаю или для какого намерения; в) если здания не полны, то сколько, когда и почему разрушено; г) из каких материалов строены; д) какие в них находятся достойные примечания вещи или части; е) в каком они теперь положении, в чьем ведении и, наконец, можно ли их поддержать починкою,не переменяя их древних планов и фасадов» [5: № 54]. Губернаторам предписывалось обязать губернских и городских архитекторов, чтобы они по мере открытия древних сооружений аккуратно составляли их планы и фасады.

14 декабря 1827 г. выходит очередной циркуляр МВД «О сохранении древних зданий по губерниям» [4: т. 2, № 1613], в котором разъяснялись вопросы реставрации архитектурных и исторических памятников. В соответствии с документом, если губернская администрация признавала необходимым исправить древнее сооружение, она должна была предварительно прислать в МВД планы, фасады и сметы на эти работы с обстоятельным описанием повреждений или ветхостей, а также с разъяснениями, для чего именно нужны подобные изменения.

Перепискас местными органами государственного управления, а также с иными правительственными ведомствами (и, прежде всего, со Святейшим Синодом) по вопросам сбора сведений и сохранности «древностей» была отнесена к ведению Департамента общих дел МВД. Отдельные полномочия в указанной сфере осуществлялись другими департаментами Министерства. Так, в тех случаях, когда древнее здание, угрожающее разрушением, находилось в черте какого-либо города, дело подлежало рассмотрению в Хозяйственном департаменте; в Центральный статистический комитет поступали сведения этнографического характера [2: с. 55]. Принимал участие в деятельности по сохранению старинных зданий и Департамент полиции исполнительной, на который возлагался надзор за общим благоустройством. Разделение функций по охране «памятников древности» между отдельными структурными подразделениями Министерства нарушало единство руководства и замедляло принятие необходимых мер.

Во второй половине XIX в. Министерство продолжает обращать пристальное внимание губернских органов на сохранение памятников старины. При этом МВД осуществляет данную деятельность в тесном взаимодействии как со Святейшим Синодом и епархиальным начальством, так и с новыми государственными и общественными учреждениями, воз- никшими в процессе либерально-демократических реформ 1860–1870-х гг. XIX в. Примером подобного взаимодействия может служить циркуляр Центрального статистического комитета от 27 апреля 1863 г. за № 63 «О доставлении сведений о памятниках древностей российских, к отечественной истории и жизни народов относящихся», который был подготовлен по просьбе ИАК. Министерством было поддержано предложение Комиссии о привлечении к работе по сбору сведений о памятниках губернских и областных статистических комитетов, которые по составу и кругу своих действий располагали необходимой информацией. Однако в связи с большой загруженностью подразделений и служб МВД в период проведения комплексных государственных преобразований, осуществление которых во многом было возложено на Министерство, а также – низкой исполнительской дисциплины на местах, работа по сбору сведений о памятниках старины осуществлялась крайне медленно. Губернские правления либо вообще игнорировали указания МВД и не предоставляли информации, как это было, например, с Вологодской, Ярославской, Киевской, Херсонской и некоторыми другими губерниями, либо ограничивались формальными отписками, указывая, что памятников древности во вверенных им местностях не имеется, хотя существование таковых не подлежало сомнению.

Во второй половине XIX в. к деятельности по сохранению памятников старины активно подключается общественность, начинают функционировать общественные организации, научные общества, занимающиеся изучением и охраной отечественного историко-культурного наследия. МВД осуществляло разрешительную и контролирующую деятельность по отношению к подобным организациям. А так как данное направление общественной жизни не вызывало подозрения и даже в определенной степени инициировалось властью, Министерство старалось всячески содействовать работе этих обществ. Так, например, в своих циркулярах и распоряжениях Министерство неоднократно поддерживало работу ИАК. В соответствии с циркуляром от 31 июля 1882 г. местным полицейским властям предписывалось представлять находки, имеющие археологическую и культурно-историческую ценность, через губернское руководство в Археологическую комиссию. Целый ряд циркуляров (например, от 31 мая 1884 г., от 27 ноября 1886 г.) требовали от местных властей строго соблюдать запрет на производство раскопок в казенных, церковных и общественных землях, без получения разрешения ИАК [3: с. 53]. Неоднократность таких указаний, а также постоянное напоминание о необходимости выполнять прежние циркуляры свидетельствуют о недобросовестности исполнения распоряжений Министерства на местах, что, несомненно, затрудняло сохранение памятников старины.

Таким образом, в XIX в. достаточно активно осуществлялась деятельность служб и подразделений МВД Российской империи по охране памятников православной культуры.