Некоторые особенности оглашения показаний потерпевшего и свидетеля со стороны обвинения

Допрос является важнейшим следственным действием, производимым как в ходе досудебного, так и судебного производства.

Целесообразно проанализировать некоторые особенности допроса потерпевшего и свидетеля со стороны обвинения на обоих этапах, а также обратиться к вопросу оглашения их показаний государственным обвинителем в судебном следствии.

На досудебном этапе допросы участников уголовного судопроизводства производятся в

«вакууме». Органы предварительного расследования обладают публично-властными полномочиями, которые, в свою очередь, обеспечивают их широким уголовно-процессуальным инструментарием.

Почему мною употреблен термин «вакуум» и какое это имеет значение для судебного следствия?

Лицо, вовлеченное в уголовный процесс на досудебном этапе, предстает перед представителем государства, наделенным публично-властными полномочиями, обладающим специальными знаниями, являющимся участником со стороны обвинения.

Должностное лицо, осуществляющее допрос в ходе предварительного расследования, помимо вышеуказанного, располагает множеством тактических приемов, некоторые из которых фактически выходят за рамки уголовно-процессуального закона. В ряде случаев установить такой водораздел исключительно сложно. Вместе с тем, заверяя достоверность запротоколированной информации рукописной записью «с моих слов напечатано верно, мною прочитано», допрашиваемый может не в полной мере осознавать изменение, в частности, некоторых формулировок или словоупотребления в целом, но именно этот протокол может быть оглашен в ходе судебного следствия, когда, как показывает практика, в силу объективно-естественных или субъективно-личностных причин (например, истечения значительного количества времени или ретроспективных когнитивных искажений у допрошенного лица) восстановить объективную картину обстоятельств гораздо сложнее.

Поскольку следственное действие производится в условиях ограниченного круга лиц, а также априорного влияния (в некотором смысле давления) статуса должностного лица органа предварительного расследования на допрашиваемого, сторона обвинения, безусловно, имеет преимущество.

М.Е. Клюкова справедливо отмечает, что в силу отсутствия публично-властных полномочий у стороны защиты возникает «опасность создания обвинительного уклона в стадии предварительного расследования». По ее мнению, именно производство допросов скрывает в себе множество факторов, остающихся на мета-уровне, то есть в такой плоскости, которая очевидна лишь для участников произведенного допроса [2]. Однако именно такие обстоятельства влияют на содержание самого протокола в частности и порождают угрозу обвинительного уклона в целом.

Совершенно иная уголовно-процессуальная конъюнктура складывается при производстве допроса в ходе судебного следствия.

Судебное следствие есть ключевая стадия уголовного судопроизводства, что объясняется следующими факторами:

– во-первых, в полной мере раскрывается принцип состязательности сторон, поскольку сторона защиты одновременно с государственным обвинением участвует в исследовании доказательств, в частности, в режиме реального времени получает возможность задавать вопросы участникам уголовного судопроизводства во время допросов;

– во-вторых, именно в ходе судебного следствия доказательства, добытые в ходе предварительного расследования, исследуются непосредственно судом, который оценивает их при вынесении итогового решения по уголовному делу;

– в-третьих, в ходе судебного следствия допрос по существу тех же обстоятельств производится не должностным лицом органа предварительного расследования, а прокурором.

Таким образом, на момент допроса участников уголовного судопроизводства в материалах дела уже имеются протоколы, составленные в ходе предварительного расследования с учетом специфики, описанной ранее. По указанным причинам целесообразно остановиться на допросе потерпевшего и свидетеля со стороны обвинения.

В силу ч. 2 ст. 281 УПК РФ [1] при неявке в судебное заседание потерпевшего или свидетеля суд по собственной инициативе или по ходатайству стороны вправе принять решение об оглашении ранее данных ими показаний в следующих случаях: смерть потерпевшего или свидетеля; тяжелая болезнь, препятствующая явке в суд; отказ потерпевшего или свидетеля, являющегося иностранным гражданином, явиться по вызову суда; стихийное бедствие или иные чрезвычайные обстоятельства, препятствующие явке в суд; если в результате принятых мер установить место нахождения потерпевшего или свидетеля для вызова в судебное заседание не представилось возможным.

В этом случае стороне защиты не представляется возможным задать вопросы таким участникам и суд будет опираться на данные в ходе предварительного расследования показания.

Вместе с тем следует обратить внимание на ч. 3 ст. 281 УПК РФ [1], в соответствии с которой по ходатайству стороны суд вправе принять решение об оглашении показаний потерпевшего или свидетеля, ранее данных при производстве предварительного расследования либо в суде, при наличии существенных противоречий между ранее данными показаниями и показаниями, данными в суде.

Как показывает практика, оглашение показаний потерпевших и свидетелей со стороны обвинения в связи с существенными противоречиями уже является неотъемлемой частью судебного следствия. Какие обстоятельства скрываются за таким оглашением?

Во-первых, государственными обвинителями зачастую такие существенные противоречия не указываются, и это, в свою очередь, продиктовано своими причинами: показания, данные потерпевшим или свидетелем в ходе судебного следствия, не в полной мере отвечают доказательным ожиданиям прокурора и содержанию протокола допроса в предварительном расследовании, однако как таковых противоречий по существу не имеется и тем более не имеется противоречий существенных. Скорее, это указывает на невозможность правильной постановки вопросов государственным обвинителем и восполнения пробелов в показаниях. Понятия «противоречие» и «пробел» не тождественны. Пробел восполняется путем постановки логически верных и допустимо сформулированных вопросов. Пробел именно восполняется. Противоречие устраняется.

Во-вторых, когда существенные противоречия действительно имеют место, в подавляющем большинстве случаев протокол допроса оглашается в полном объеме, охватывая не только показания, подпадающие под определение «существенные противоречия», но и иную их часть. Такое «сплошное» оглашение крайне полезно для государственного обвинителя, поскольку вопросы, касающиеся иной части показаний, могут быть еще не заданы на момент оглашения, либо восполнение пробелов невозможно в силу причин, описанных выше.

Допрос является сложным многоуровневым следственным (судебно-следственным) действием, имеющим колоссальное доказательственное значение, требующим внимания к тактике, обстановке и уголовно-процессуальным требованиям, что влечет соответствующие сложности при оглашении.

Представляется, что защитникам следует крайне внимательно относиться как к самому оглашению показаний потерпевшего и свидетеля со стороны обвинения, так и к его основаниям.