Некоторые проблемы прокурорского надзора за органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность

SOME PROBLEMS OF PROSECUTOR'S SURVEILLANCE FOR ORGANS CONCERNING OPERATIONAL AND PERFORMING ACTIVITIES

Одним из основных направлений реализации полномочий прокуратуры является надзор за исполнением законов органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность. При обеспечении прокуратурой верховенства закона, зашиты прав и свобод человека и гражданина, а также охраняемых законом интересов общества и государства в оперативно-розыскной деятельности возникает немало проблем, которые до настоящего времени так и не были решены. Не секрет, что отступление от требований закона, необоснованные ограничения прав и свобод человека и гражданина при осуществлении оперативно-розыскной деятельности не редкость и носят достаточно распространенный характер.

Начать необходимо с того, что именно ст. 29 ФЗ «О прокуратуре Российской Федерации» определяет предмет надзора при осуществлении надзора за исполнение законов органами, осуществляющими оперативно -розыскную деятельность, дознание и следствие. Предметом надзора является соблюдение прав и свобод человека и гражданина, установленного порядка разрешения заявлений и сообщений о совершенных и готовящихся преступлениях, выполнения оперативно -розыскных мероприятий и проведения расследования, а также законность решений, принимаемых органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, дознание и предварительное следствие [1]. Из вышеизложенного можно увидеть, что ФЗ «О прокуратуре Российской Федерации» объединяет в качестве единого предмета надзора различные по своей природе элементы. Из этого следует, что прокурорский надзор за органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность является составной частью надзора за органами, осуществляющими следствие и дознание. В таком случае, надзор за органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность не является самостоятельной отраслью прокурорского надзора, при том, что данный вид прокурорского надзора имеет свою особую специфику и значение. Оперативно-розыскная деятельность является самостоятельным и специфическим видом деятельности, носит как гласный, так и негласный характер, организация и тактика оперативно-розыскных мероприятий и вовсе является государственной тайной. Таким образом, подобная конструкция ст. 29 ФЗ «О прокуратуре Российской Федерации» приводит к игнорированию сущности такого специфического и самостоятельного вида деятельности, какой является оперативно-розыскная деятельность, что в итоге выражается в отсутствии единой системы осуществления данного вида надзора.

Еще одной проблемой является отсутствие достаточно полных и подробно регламентированных полномочий прокурора по осуществлению надзорных функций за исполнением законодательства об оперативнорозыскной деятельности. В соответствии со ст. 30 ФЗ «О Прокуратуре Российской Федерации» полномочия прокурора устанавливаются уголовнопроцессуальным законодательством и другими федеральными законами. А ведомственные приказы (Приказы Генеральной прокуратуры РФ) могут только конкретизировать порядок и условия их реализации. Но на сегодняшний день УПК РФ не содержит в себе полномочий прокурора по надзору, за исполнением законодательства органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность. Ст. 37 УПК РФ, посвященная прокурору как субъекту уголовного процесса, не регламентирует объем прав прокурора при осуществлении надзора за законностью оперативнорозыскной деятельности [2]. В свою очередь ст. 21 ФЗ «Об оперативнорозыскной деятельности» определяет исключительно круг оперативно-служебных и учетно-регистрационных документов, которые могут быть истребованы и изучены уполномоченным прокурором, не раскрывая при этом способы выявления нарушений законности и акты реагирования на выявленные нарушения. Из сказанного следует, что ст. 21 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», которая посвящена прокурорскому надзору содержит в себе полномочия прокурора лишь частично [3]. Эти полномочия конкретизируются и дополняются Приказом Генеральной прокуратуры РФ от 15.02.2011 г., № 33 [4]. Кроме того ст. 21 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» содержит указание на осуществление прокурорского надзора за оперативно-розыскной деятельностью. Это влечет за собой выделение дополнительных задач прокурорского надзора, что отражается в ведомственных приказах. В итоге получается так, что с одной стороны, прокурору необходимо отвечать только за соблюдение и исполнение законов органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, а с другой - не подменяя в своей деятельности субъектом ведомственного контроля, применением средств прокурорского надзора и актов реагирования обеспечивая законность при решении задач оперативнорозыскной деятельности.

На практике, при проведении прокурорских проверок в поднадзорных органах, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, прокуроры используют полномочия, закрепленные в ст. 22, 27 ФЗ «О прокуратуре РФ». Существующая, таким образом, неопределенность и ограниченность полномочий прокурора является обстоятельством, негативно влияющим на его возможности как по принятию мер по защите прав и свобод человека и гражданина, так и установлению законности в оперативно-розыскной деятельности. кроме того, применение «общенадзорных» средств выявления и устранения нарушений законов в сфере оперативно-розыскной деятельности не является достаточно эффективным, поскольку не учитывает специфику деятельности оперативно-розыскных органов и обедняет арсенал средств прокурорского реагирования. В частности, уполномоченный прокурор не наделен правом самостоятельной отмены незаконных и необоснованных решений органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность. Для устранения нарушений, связанных с принятием незаконных и необоснованных решений, прокурор приносит протест. Дать указание о проведении оперативной проверки или разработки при установлении нарушений законности прокурор не уполномочен, так как право заведения дел оперативного учета относится к исключительной компетенции оперативно-розыскных органов, что следует из ст. 10 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности».

Следующая проблема связана с ограниченностью и низкой эффективностью актов прокурорского реагирования при осуществлении надзора за исполнением органами законодательства об оперативнорозыскной деятельности. Прокурор при надзоре за органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность может использовать только те акты прокурорского реагирования, которые предусмотрены ФЗ «О прокуратуре Российской Федерации». Такими актами являются: протест, представление, предостережение. Принесение протеста используется как акт прокурорского реагирования в случаях выявления необоснованного решения о заведении либо прекращении дела оперативного учета, другого незаконного решения органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность. Протест, как и представление приносится должностному лицу, уполномоченному устранить выявленные нарушения и сообщить об этом прокурору, принесшему протест. Представления вносятся на допущенные нарушения законодательства об оперативно-розыскной деятельности. Предостережение, как акт прокурорского реагирования может быть объявлено руководителю оперативного подразделения в случае выявления обстоятельств, которые могут привести к нарушению закона. Из вышеизложенного можно сделать вывод, что прокурор не имеет в своем распоряжении специальных мер прокурорского реагирования, которые были бы предназначены и адаптированы для применения в рамках надзора за органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность. Поэтому прокурор вынужден осуществлять прокурорское реагирование посредством общенадзорных актов прокурорского реагирования.

Подводя итог вышеизложенному можно с уверенность утверждать, что назрела необходимость более детального и тщательного анализа и изучения вышеприведенных проблем, внесение изменений в нормативное регулирование и практику осуществления прокурорского надзора за органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность. Также требует внимание, назревшая и ставшая очевидной необходимость развития научных исследований и дискуссий, посвященных отдельным отраслям прокурорского надзора. Более того, учитывая особую специфику и значение данного вида прокурорского надзора, имеет смысл задумать о придании ему статуса самостоятельной отрасли прокурорского надзора.