Некоторые топонимы монголо-ойратского происхождения

Этимология некоторых топонимов казахской земли сохранилась в языке этого народа до наших дней во время джунгарского нашествия. Это связано с тем, что языкам свойственна идентичность или приспособленность заимствованных слов к казахскому языку (Баянаул, Кордай, Коргалжын), влияние национальных обычаев и традиций и политической ситуации в стране имеет большое значение в постановке названий земель и вод. Поэтому происхождение географических названий (топонимов), причины их названия с давних времен привлекают человечество. Изучая историю происхождения казахских степей, можно определить понятия казахской нации того времени. Например, в результате нашествия джунгар в XVIII в. название некоторых земель вошло в монгольский (калмыцкий) язык.

В последнее время в социальной сети все чаще упоминаются названия некоторых административных территорий, сел, населенных пунктов. В частности, в Северо-Казахстанской, Восточно-Казахстанской, Павлодарской и Алматинской областях обсуждаются предложения о приведении районов, областных центров в прежнее состояние. Ученые отмечают наличие на казахской земле более 200 топонимических названий, связанных с уйгурским, монгольским, татарским, калмыцким языками. Например, Шемолган, Каскелен, Кеген, Нарынкол, Арга-натты, Зайсан, Шалкар и др.

Топонимы монгольского происхождения, образовавшиеся в результате монгольского нашествия, можно найти и сегодня на карте Казахстана. Какими бы фонетическими, структурными изменениями эти топонимы не подвергались, они хранят информацию о природе, жизни, духовности. Например, слово Коргалжын означает 'свинец' на монгольском языке. В Кокшетауском манае Зеренда (дзерен) – 'антилопа, косуля'. Или Зер 'сайгак' и энд 'здесь' это может означать 'место, где сайгак был найден'.

Нура – происходит от монгольского слова нураа 'скала', часто встречается в монгольском языке как географический термин в составе составных «сложных» топонимов 'озеро Цагаан нуур'.

Несмотря на то, что территория Республики Казахстан огромна, некоторые топонимы повторяются. Удивительный факт, что названия рек ойрат-джунгарского периода находятся далеко друг от друга, такие названия, как Селеты, Улен-ты, Шидерты встречаются на западе и севере. Это не случайно.

Во-первых, топонимы Оленты, Булдырты, Ан-каты, Калдыгайты, Жымпиты, Шидерты расположены в пределах одного региона; во-вторых, все они имеют эквиваленты на монгольском языке; в-третьих, все эти топонимы являются древними топоформантами. Можно предположить, что на севере данные топонимы были распространены джунгарами, а на западе – калмыками. Какое значение имеет слово селета? Ученые, занимавшиеся этимологией казахского языка, выводят слово Селеты из монгольского слова чулуты, т. е. тасты по-казахски. По мнению Г. Конкашпаева, «причиной этому послужило глубокое ущелье, скалистое начало реки» [1]. А. Абдрахманов говорит: «Кроме того, названия Чулууты // Селеты-древняя версия слова ташты // тасты в других тюркских языках» [2].

Известный географ, топонимист Э.М. Мурзаев не совсем согласен с топонимическими определениями вышеупомянутых географических терминов. Например, все сомневаются в том, что названия, на которых стоит древний то-поформант, не являются заимствованными из монгольского языка. «Точно так же названия животных, птиц (зоонимы), населявших этот регион, отражаются в географических названиях территории области. Например: чайки, змеи, лося, зайцы, щуки, шошкалы, малые мальки и т.д.» [3].

Глубоко анализируя название населенного пункта Ерейментау в Акмолинской области, можно разобрать подробные теории и мнения истории происхождения топонима. Ереймен-тау – населенный пункт, расположенный в восточной части Акмолинской области и система гор. Ученый-географ Г. Конкашпаев в работе «Монгольские топонимы в Казахстане» [1] отмечает, что название состоит из двух монгольских слов эрэ 'мужской' и эмэ 'женский', и некоторые камни горы похожи на мужские и женские статуи [1, с. 91]. Г.А. Абдрахманов согласен с выводом Конкашпаева, в котором звук [е] в казахском языке переходит в цепь [е], а звук [н] в древнетюркско-монгольском языке указывает на явление произвольное. В то время как в народе слово Ермен, 'как легенда', не имеет языкового значения для перехода к Ереймскому типу, и это утверждение обозначается как «народная этимология» [2, с. 104].

Телгожа Жанузак, ссылаясь на приведенные выше определения, делает свой вывод: «Это старое название по происхождению, по условию постановки. Поэтому его происхождение и значение пока не совсем ясны. Мы предполагаем, что это имя должно быть составлено не из общих именных слов, а от имени известного героя или известного рода (этноним). Первая строчка названия-ер - "батыр", Ейская и ман – дополнительные личности. Сравни: КоБ+Эй, Кер+Эй, Ер+ман, Бек+ман и т.д.» [4, с. 165].

Историк, почетный гражданин г. Ерейментау Манап Бектасович Абдрашев сообщает, что на казахском языке нет слова ереймен из легенд, объясняющих его происхождение ближе, чем в творчестве Асана Кайгы. Народный певец XV в. выразил свое восхищение извилистостью гор: «...как таяла гора! – я не знаю, – сказал он». Таким образом он дал первоначальное название области. А легенды утверждают, что в ходе переписи населения допущена ошибка в документе [5].

Среди местных масс также существуют три различных мнения, связанных с этимологией слова Ерейментау. Первый, Ерейментау-горы Ереймен, названные в честь человека, когда-то жившего здесь. Второе мнение, сочетание двух слов 'седло' и 'дуб' дает словосочетание 'седло из дуба'. По словам аксакалов, береза Ерей-ментау отличается исключительным качеством, прочна, как дуб. Корни березы использовались казахскими мастерами для изготовления деревянной части седла. Третья легенда гласит,что слово имеет в связи с борьбой ерейментау-ских гор с джунгарскими захватчиками. Батыр Богенбай когда-то преследовал врага до этих гор. В одном из ущелий прошел бой Богенбая с джунгарским началом. После разгрома противника бойцы Богенбая бросились ловить вражескую лошадь. Вскоре в горах послышалось: «Ермен, ермен!» ('Мужчина с седлом! С седлом!'). С тех пор народ стал называть эти горы Ерейментау.

Библиотека «Каролина» в Упсальском университете в Швеции, считавшаяся старейшей библиотекой в Скандинавии, содержит оригинал ценной карты, подаренной в апреле 1743 г. известным артиллеристом Юханом Густавом Ренатом (1682 – 1744). Эту же карту переводили с джунгарского на русский язык А.В. Контев, В.Б. Бородаев [6]. На карте можно проследить горную систему под названием иерей чжидор. В русских географических произведениях данные этого хребта приводятся в книге Алексея Ираклиевича Левшина (1797 – 1879), опубликованной в 1832 г.: «...иремейские горы, простирающиеся с севера на юг, западные притоки примыкают к боковым ветвям ильдигского хребта, а с востока – к Бугульменским горам... В горах иремея протекает река Ишим» [7]. Петр Андреевич Слово-цов (1767 – 1843) объяснил, что Ишим «идет от гор Якши и Джаман-Нияза или от хребтов Иремей и Илдиги» [8]. Истоки Ишима действительно находятся в горах Нияз, которые Левшин рассматривал как южную часть иремейских гор, так как бухта расположена еще южнее.

Зеттисты, по мнению Мурата Уали и марала Томпиева [9], утверждают, что на казахской земле от джунгар осталось гораздо больше следов, чем известно. Однако с некоторыми примерами в своих исследованиях ученые не очень согласны. Например, название Тургай происходит от джунгарского слова торгхэ, а слово Сарыар-ка – от слова Сээр ар тал – 'Северная каменистая сторона' и в названиях рек-озер, в конце концов, почти все Тин - Тин-бары остались от ой-ратского языка.

На территории Республики Казахстан в числе земельно-водных названий, оставшихся непосредственно от джунгарского нашествия, – Шемолган, Боралдай и Каскелен. Если предположить, что топонимы Нарын, Маканжан и т.п. результат монгольского нашествия или общее одноименное название тюрко-монгольских народов, то топонимы Каскелен, Боралдай и Ше-молган образованы в честь двух джунгарских батыров. Против них воевал знаменитый батыр Шапырашты Наурызбай Куттымбетулы.

Шамал хан (Т. Ж. Б. – 1729) – джунгарский Хан (1723 – 1729), правивший в регионе Жеты-су. Стремясь к освобождению нации баскин, жестоко истреблял местных казахских жителей, выступавших против власти. Например, 90 казахов были погружены в реку с камнями на шее. В 1729 г., напав с 10 тыс. солдат на полчища хана Шапырашты (ныне – Карасайский район, с. Ша-малган), убили Наурызбай батыра Шамала [10].

Каскелен батыр (Т. Ж. б. – 1729) – главный герой Джунгарского правителя Шамал хана, тысяча голов. В 1723 г. участвовал в завоевании Семиречья. Во времена Актабан шубырынды, Алаколь суламы стал правителем интервала на восток от города Каскелен (здесь стояла крыша) до Нарынкола. Каскелен был застрелен в 1729 г. южнее озера Балхаш в бою из лука Наурызбай батыра [10].

Приведенные выше примеры взяты из энциклопедии «Жетысу». Однако в ней нет определения топонимов Боралдай, Мукыры. А по легенде в боях на кровавом фронте казахских и калмыцких рук в Боралдае сражаются батыр Калмыкии Боралдай и герой казахского Каскара. В бора-ле батыра называют «бык Калмак» как калмыки, так и казахи. Соперник боралды молодой казахский батыр Каскары, несмотря на то, что он намного моложе «быка калмыка» по возрасту и телосложению, в поединке победил Боралду и поставил там свой флаг.

Кеген в Алматинской области, в энциклопедии нет надписи «Жонгар Батыр», но и в народе, и среди ученых Кеген должен быть связан с именем Джунгарского батыра Гегена (Гэгэн).

В число названных джунгарами входят Шон-джи, Мукуры, Кордай и т.д. топонимы – это названия эпохи Актабан шубырынды, Алаколь Сулама. Очевидно, что со временем имена адаптировались к языку местного населения и остались в устах страны. Иногда звучат предложения об изменении топонимов, названных джунгарскими именами. Подобные предложения принимаются не всеми коренными массами. К примеру, переименовывая ономастический комитет, местные жители выступают против этого. Под предлогом, что нужно переименовать место, где жители родились и выросли, как эквивалент слова Му қ ыры.

Как пишет Казыбек Бек Тауасарович [11] из Шапырашты, подвергшийся сильному скрежету среди ученых: «Суан Батыр Багай убил Калмыцкого батыра Мукура и отомстил ему. Теперь место, где убили того же Багая Мукура, было названо сегодня Мукуром».

В ходе анализа топонимов было обнаружено, что монголо-казахско-джунгарские языки близки друг другу. Даже в настоящее время существует немало топонимов, встречающихся как у народов Монголии и монгольского происхождения, так и у нас. На фоне каких исторических событий они появились неизвестно.

В своей работе «монголо-казахский словарь» [12], опубликованной в 1984 г., монгольский казахский ученый Базылхан Бухатович, затрагивает идею о том, что корни монгольского языка имеют тюркское происхождение. Значение труда Базылхана Бухатовича в том, что он научно обосновал исторические корни казахского и монгольского языков. Например: если сравнить слова в данном словаре, то получается, что 3 тыс. слов в двух языках имеют один и тот же корень, а 1 500 слов в казахском и монгольском языках – общий корень. Количество слов, корень которых образован одним словом, составляет около 24 тыс. И хотя корень не одинаковый, в названии не так много слов, близких по звучанию, сходству, одному способу выражения. Следовательно, существует 60 %-ное сходство, присущее древним тюркам.

Доктор исторических наук, выдающийся ученый Зардыхан Кинаятулы также высказывает сходные с идеей Б. Букатулы идеи: «...в структуре предложения “Тайная история” ('Тайная хроника монгола' – ред.) прочно сохранилась древ-нетюркско-монгольская стилистика. История обсуждаемых названий земель и вод глубока, не все можно назвать ни монгольскими, ни ой-ратскими, ни тюркскими. Ученые областей ономастики, топонимики до настоящего времени не могут прийти к общему консенсусу по некоторым именам.

В заключение можно утверждать, что есть множество географических местностей, происхождение которых идет от монголо-ойратских слов. На это повлияли разные исторические события. Менять их названия на родной язык или нет – это выбор каждой местности. Но важно знать историческое происхождение названия родного города, страны. В статье написан только исторический и историографический анализ, авторы не призывают менять наименования местности.

• • Литература

  • 1.    Конкашпаев, Г. Географические названия монгольского происхождения / Г. Конкашпа-ев // Известия АН КазССР. Сер. филол. Вып. (II) 1. – Алма-Ата, 1959.

  • 2.    Абдрахманов, С.А. Топонимика Казахстана: транслитерация и этимология названий / С.А. Абдрахманов. – Алматы, 2012. – 182 с.

  • 3.    Мурзаев, Э.М. Очерки топонимики / Э.М. Мурзаев. – Москва: Изд-во «Мысль». – 1974.

  • 4.    Жер-су атаулары (этимологиялы қ аны қ тама-лы қ ) / Т.Жан ұ за қ . – Алматы: « Ө нер», 2011. – 496 б.

  • 5.    Газета «Акмолинская правда». Ерейментау-ский район. – 2016 г.

  • 6.    Контев. А.В. Верхнее Обь-Иртышье на ойрат-ской карте Джунгарии первой трети XVIII века / А.В. Контев, В.Б. Бородаев // Социально-экономические и этнокультурные процессы в Верхнем Прииртышье в XVII – XX веках: сборник материалов Международной научной конференции. – Новосибирск: Параллель, 2011. – С. 5 – 11.

  • 7.    Левшин, А.И. Описание киргиз-казачьих или киргиз-кайсацких гор и степей / А.И. Левшин. – Алматы, 1996. – С. 49.

  • 8.    Соловцов, П.А. Историческое обозрение Сибири / П.А. Соловцов. – Новосибирск, 1995. – С. 434.

  • 9.    Газета «Ветер Странствий», № 53 / Мурат Уали, Марал Томпиев «Живые свидетели прошлого». – URL: http://veters.kz/zhivye-svideteli-proshlogo/

  • 10.    Энциклопедия Жетісу. – Алматы: Издание «Арыс», 2004. – 712 c.

  • 11.    Т ү п-т ұқ ыйаннан ө зіме шейін / Шапырашты, Қ азыбек бек Тауасар ұ лы. – Алматы: Жалын, 2008. – 1085 c.

  • 12.    Базылхан, Б. Монголо-казахский словарь / Б. Базылхан. – Улан Баатар, 1984. – С. 444.