Некоторые вопросы правовой регламентации судебного заседания в гражданском процессе с использованием систем видео- конференц-связи

На протяжении многих лет в российском научно-юридическом сообществе идёт спор о том, имеет ли место в отечественной системе источников права правовой прецедент. Последние пятьдесят лет наблюдается общемировая тенденция на сближение романогерманской и англосаксонской правовых систем, что влияет и на взаимопроникновение источников права.

Такое состояние вещей делает данную тему не только актуальной для российских реалий, но и интересной с точки зрения анализа обеих правовых систем для выявления места и роли правового прецедента в каждой из них.

Как известно, в Российской Федерации, правовой прецедент официально не признаётся источником права. Именно поэтому в российском законодательстве нет определения этого термина. Профессор Бабаев раскрывает его так: «Прецедентом является такое юридически значимое поведение власти, которое имело место хотя бы один только раз, но может служить примером для последующего поведения этой власти» [1, с. 271]. Это достаточно широкое определение, например Цыганов В.И. даёт узкое, но более точное определение: «Правовой прецедент – это решение суда или административного органа по конкретному делу, которому придаётся характер правила, нормы» [2, с. 137]. Руперт Кросс характеризует прецедент как: «Пример или дело, которое принимается или может быть принято в качестве образца или правила для последующих дел, либо с помощью которого может быть подтверждён или объяснён какой-либо аналогичный акт или обстоятельство» [3, с. 7-8]. Таким образом, правовой прецедент – это решение уполномоченного органа государственной власти по определенному делу, которое становится источником права и образцом для решения последующих дел аналогичного характера.

В целом правовые прецеденты базируются на принципе stare decisis, что означает – «стоять на решённом». В правовой доктрине этот принцип определяется примерно следующим образом: уполномоченные органы должны следовать своим прецедентам, и не поднимать ранее разрешённые вопросы. Stare decisis определяет горизонтальный и вертикальный принципы прецедента. Согласно горизонтальному принципу, уполномоченные органы обязаны следовать своим прецедентам, а согласно вертикальному принципу, уполномоченные органы обязаны следовать прецедентам, изданным вышестоящим по закону органом. В разных правовых системах современности прецедент играет свою уникальную роль. Например, для правовой системы семьи общего права (такие страны как Англия, США, Канада Австралия и др.) прецедент имеет решающие значение, так как только там он признан как полноценный источник права, несмотря на то что зародился он в древнем Ри- ме. Вышеперечисленные страны являлись колониями Англии и переняли правовой опыт метрополии, тем самым и образовав отдельную правовую семью. Именно поэтому место и роль правового прецедента даже в рамках одной правовой системы может существенно отличаться. Но сначала необходимо сформулировать общие особенности прецедента, отличающие его от других источников права:

• 1)    Вследствие того, что в правовой семье общего права, где и применяется прецедент, суд имеет особое значение, так как судьи выносят решения или приговоры, которые могут стать нормой права, прецеденты имеют не равное значение, из-за того, что одни из них повторяют и закрепляют уже существующие нормы права, другие восполняют пробелы в законодательстве и создают новые нормы права, а третьи разъясняют, т.е. дают толкование.

• 2)    В прецедентном праве слабо развита система кодификации актов, а точнее, систематизация права практически отсутствует. Это подтверждается количеством неупорядоченно действующих прецедентов в Англии.

• 3)    Казуальный характер прецедента – прецедент исходит от конкретного дела, соответственно он крайне приближен к определенной жизненной ситуации.

• 4)    Вариативность. В следствии многообразия прецедентов правоприменитель может полагаться на любой из действующих прецедентов.

• 5)    Неписанный характер прецедента, что выливается в ряд особенностей:

• а)    Дата вступления в силу прецедента является трудноопределимой.

• б)    Особенность в способах публикации прецедента. В Англии, например, этим занимаются неофициальные издания, но они не всегда могут охватить всю полноту прецедентов.

Далее рассмотрим роль судебного прецедента в Великобритании и США. Хотя в Англии и существует так называемое, статутное право (от лат. statutum – нормативно-правовой акт, постановление), как справедливо рассудил знаменитый английский юрист Альберт Вэнн Дайси: «Самые чрезвычайные полномочия, которые даются или санкционируются статутами, не могут быть действительно неограниченны, так как они зависят от выраже- ний самого акта, а главное – от того толкования, какое дадут статуту судьи» [4, с. 414]. Рене Давид писал по этому поводу: «Результатом применения правила прецедента в данном случае является то, что положения английского закона тонут в конце концов в массе решений судебной практики, авторитет которых заменяет закон» [5, с. 321]. Из этого можно сделать вывод, что правовой прецедент занимает в английском праве важнейшую позицию. Что касается Соединённых Штатов Америки, принципиальное отличие их правовой системы от правовой системы Англии – кодификация. Так например, США имеет писанную конституцию, тем самым закрепляя принцип верховенства закона. Ещё одно существенное различие – территориальное устройство двух стран. Из-за того, что США является федерацией, у американских прецедентов существует иерархия: федеральные прецеденты и прецеденты штатов. Кроме того, каждый штат формирует свою уникальную систему прецедентов.

На современном этапе развития наблюдается сближение системы общего и континентального права. Учёные называют этот процесс конвергенцией правовых систем. Алексеев С.С. определяет это как: «внешнее проявление более глубоких процессов, преобразующих мир права, которые могут быть названы правовой конвергенцией» [6, с. 514515].

Конвергенция правовых систем обуславливается рядом закономерностей, среди которых: процесс глобализации, сходства в системах управления и экономическая связь государств, но препятствуют ей общекультурные и исторические особенности развития стран.

Советская правовая наука отвергала и осуждала правовой прецедент. Например, Новицкий И.Б. писал: «Бесспорно, что двух тождественных по фактическому составу дел не бывает <...> в советском государстве не может быть места для «судебного прецедента». Советский суд является проводником и стражем социалистической законности» [7, с. 127].

Однако введение в правовую систему РФ правового прецедента и придание ему принципа обязательности через нормативноправовой акт – вопрос наиболее острый для российской правовой действительности. В

126 статье конституции РФ указано, что Верховный суд «дает разъяснения по вопросам судебной практики» [8]. К сожалению, в данной статье не обговаривается, являются ли такие разъяснения ВС РФ обязательными для исполнения. Например, в ГПК РФ в ст. 198 закреплено: «В мотивировочной части решения суда могут содержаться ссылки на постановления Пленума Верховного Суда РФ» [9].

Аналогичные статьи можно найти в АПК РФ и КАС РФ, ведь как уже было сказано выше, одна из функций правового прецедента – скорейшее устранение пробелов в законодательстве.

Следует определить трудности использования прецедента в российской системе права. Такими трудностями могут стать:

• 1)    Структура отечественной судебной системы. Одни и те же нормы права могут толковать разные суды. Неопределённым остаётся подход к толкованию. К примеру, в системе судов общей юрисдикции могут сформироваться уникальные подходы к толкованию норм, так и в системе арбитражных судов могут быть сформированы свои подходы. Без решения данной проблемы при признании прецедента как источника права на официальном уровне может возникнуть правовая путаница.

• 2)    Взаимосвязь прецедента и закона. Как уже было сказано ранее, в системах общего права прецедент связан с законом. Это обусловлено историческим фактом развития англо-саксонской системы права. В России такого развития не было, как тогда, учитывая этот факт прецедент будет взаимодействовать с законом?

Кроме того, профессор Сергей Борисович Поляков описывает в своей статье недостатки российского прецедентного права, аргументируя это следующими фактами:

• 1)    В российской правовой системе не существует такого органа, который мог бы пересмотреть судебные решения, которые по своей сути изменяют нормы, устанавливаемые законом.

• 2)    На текущем историческом этапе судебные акты постоянно и неоднократно нарушают режим законности.

С.Б. Поляков пишет: «В настоящем времени, в российской правовой системе судебный прецедент существует, но не столько как форма права, сколько как форма произвола, фактор неопределенности в праве» [10, с. 40]. Выводы профессора рациональны и аргументированы. Если правовой прецедент уже de facto существует как источник права в России, необходимо это признать и закрепить. Ввести контроль за их исполнением и изданием для того, чтобы избежать нарушений. Очевидно, это потребует громадной работы и ресурсов, но ради чего? Несомненно, ради бенефиций, которые даёт прецедент.

Достоинства, которые даёт прецедентная система, можно описать следующим образом:

• 1)    Правовой прецедент позволит обеспечить высокую степень правовой определённости – то есть последовательное развитие права без резких революционных скачков. Хотя с таким мнением не согласен председатель Конституционного суда Российской Федерации В.Д. Зорькин [11, c. 42].

• 2)    Правовой прецедент позволит оперативно закрывать сформировавшиеся вследствие стремительного развития общественных отношений пробелы в законодательстве.

В России сложилась уникальная ситуация: с одной стороны, де-факто, прецедент (решения высших судов по конкретным делам) осуществляет свои функции как источник права, с другой стороны, официально он так и не признан. Очевидно, что для России официальное признание прецедента как источника права – фундаментальная задача, решение которой позволит воспользоваться всеми плюсами прецедентного права. При этом нельзя забывать и о проблемах, которые несет с собой прецедент, например, возможный конфликт закона и прецедента, слабая системати-зированность и казуистичность прецедентов.