Нелегальное обогащение работников предприятий Госкомитета радиоэлектроники СССР и Ленсовнархоза эпохи «хрущевской оттепели»

Уфимский университет науки и технологий, Уфа, Россия, ,

Ufa University of Science and Technology, Ufa, Russia, ,

Научная новизна исследования выражается в попытке конкретизировать механизмы организованных хищений дефицитных радиодеталей и полупроводников на предприятиях, подчиненных Государственному комитету Совета Министров СССР по радиоэлектронике (ГКРЭ СССР) и Ленинградскому совету народного хозяйства (Ленсовнархозу), в период децентрализации управления 1957–1962 гг. Исследование включает комплексный анализ эффективности мер, принятых советскими административно-хозяйственными органами для ограничения этих хищений. Анализ показал их временный экономический эффект, но не выявил возможности устранения коренных причин, способствующих развитию теневых экономических практик.

Практическая значимость исследования состоит в возможности использования его результатов для дополнения эмпирической базы сравнительного изучения теневой экономики в различные периоды существования Советского государства.

Административно-хозяйственные преобразования начала 1960-х гг., осуществлявшиеся в период руководства Н.С. Хрущёва, сопровождались не только попытками модернизации индустриально-мобилизационной модели (Артёмов, Водичев, 2025; Гапсаламов, 2023; Орлов, 2024; Подольский, Давыдов, 2016), но и непреднамеренным созданием лазеек для теневых экономических практик (Твердюкова, 2015; Хазиев, 2022; Хазиев, Уразова, 2024).

Прежде всего стоит отметить монографию Е.Т. Артёмова и Е.Г. Водичева, посвященную экономической стратегии «хрущевского десятилетия». Исследователи, оценивая соответствие принимавшихся мер стоявшим перед экономикой задачам, отмечают, что на практике они в основном свелись к перманентной перестройке структуры управления производством, разбалансировавшей экономику (Артёмов, Водичев, 2025). А.Р. Гапсалямов подчеркивает, что система, будучи инертной на всем протяжении реформ, шла по пути укрепления ведомственно-отраслевого управления (Гап-саламов, 2023). Исследователи С.И. Подольский и А.Ю. Давыдов склонны полагать, что замена отраслевого принципа управления экономикой территориальным принципом в целом оправдала себя (Подольский, Давыдов, 2016). В.В. Орлов выявляет в качестве определяющей тенденции развития системы управления прежнюю тенденцию к централизации (Орлов, 2024). В свою очередь, Р.А. Хазиев и А.И. Уразова сосредоточили свое внимание на формировании клана «хрущевских богатых», в том числе и из числа торговых работников, рассматривая его формирование в центре и на периферии как одно из проявлений новой экономической реальности эпохи (Хазиев, 2022; Хазиев, Уразова, 2024). Е.Д. Твердюкова анализирует проблему защиты потребителей от основных видов торгового обмана (Твердюкова, 2015). Современные историко-экономические исследования преимущественно направлены на изучение социально-экономических и управленческих мер, предпринимаемых партийно-государственными органами для улучшения качества жизни и сокращения теневого сектора экономики. Однако в отечественной историографии наблюдается недостаток исследований, посвященных неофициальным экономическим практикам советских граждан, таким как схемы хищений, поддельные документы и теневое посредничество, в контексте административно-хозяйственных изменений в СССР в начале 1960-х годов.

Исследование основывается на анализе широкого комплекса архивных документов, которые предоставляют возможность детально рассмотреть и конкретизировать применяемые «дельцами» схемы для личного обогащения. Методология исследования основывается на принципах критического анализа документов и деятельности работников предприятий ГКРЭ СССР и Ленсовнархоза в начале 1960-х гг. Структурно-функциональный метод позволил реконструировать схему нелегального обогащения «производственных несунов» эпохи «хрущевской оттепели» с точки зрения механизмов осуществления и координации теневой деятельности.

В период «хрущевской оттепели» внедрение децентрализованной модели управления экономикой привело к снижению контрольно-ревизионной деятельности вышестоящих органов. В результате указанных изменений произошло значительное расширение дискреционных полномочий региональных экономических подразделений. В условиях отсутствия действенных механизмов контроля и аудита это создало благоприятные условия для нецелевого использования материально-технических и финансовых ресурсов на местах. Особенно уязвимым сегментом экономики в этом контексте оказались предприятия, находившиеся в ведении ГКРЭ СССР и Ленсовнархоза. При этом режим секретности в этих организациях сочетался с недостаточным учетом материальных ценностей, что привело к возникновению масштабных организованных хищений.

Весной 1962 г. КГБ при Совете Министров СССР и МВД РСФСР провели мероприятия по разоблачению расхитителей радиодеталей с предприятий п/я (почтовый ящик) 2427 Госкомитета при Совете Министров СССР по радиоэлектронике и п/я 729 Ленинградского совнархоза. В ходе операции были арестованы техник А., монтажник Г. и шлифовщик М., работавшие на предприятии п/я 2427, а также электромонтер завода № 729 Т. Всего было арестовано 12 человек. Расследованием было установлено, что они, пользуясь отсутствием надлежащего учета и контроля за расходованием радиодеталей, похищали их и сбывали в торговую сеть через перекупщиков. По предварительным данным следствия, только на предприятии п/я 2427 было похищено полупроводников и радиоламп на сумму свыше 60 тыс. руб. У арестованных изъято 5000 радиоламп, 10 000 триодов, большое количество других радиодеталей и приборов1.

В ходе дальнейших следственных мероприятий было установлено, что на предприятии п/я 2427, находящемся в ведении Государственного комитета Совета Министров СССР по радиоэлектронике, имело место крупное хищение радиоэлектронных компонентов, включая триоды типов II403, II402, II401, радиолампы и иные радиодетали. Сотрудники указанного предприятия, А. и Г., используя отсутствие должного контроля за расходованием триодов для производственных и экспериментальных целей, при содействии руководителя группы отдела комплектации Я., неоднократно получали триоды со складов предприятия на основании поддельных документов в объемах, превышающих необходимые потребности. С 1960 по 1962 год данной группой было похищено триодов на сумму более 100 тыс. руб. (в новом масштабе цен). Аналогичные хищения радиоэлектронных компонентов в значительных объемах выявлены на предприятии п/я 729, подведомственном Ленсовнархозу. Кроме того, выявлено, что А. совместно с Л., начальником лаборатории отдела предприятия п/я 2427 и секретарем партбюро указанного отдела, похитил 10 тыс. метров магнитофонной ленты2.

Обращает на себя внимание облик некоторых арестованных, который достаточно объективно иллюстрирует процесс морального разложения советской интеллигенции в условиях нарастания потребительских настроений. Так, старший научный сотрудник института электромеханики В., бывший секретарь партийной организации одного из отделов института, имея семью, вел развратный образ жизни, содержал для этих целей специальную квартиру. Руководитель группы измерений Научно-исследовательского института редких металлов Б., оставив жену и детей, вступил в сожительство с зав. отделом радиодеталей магазина № 34. На квартире занимался изготовлением листовок религиозного содержания и серебряных нательных крестов3. По сути, советский ученый-радиотехник, расхищавший государственные радиодетали, параллельно производил религиозный контрабандный ширпотреб, обслуживая сразу несколько теневых ниш эпохи «хрущевского реформизма».

В ходе дальнейших следственных мероприятий было установлено, что к хищению и сбыту радиодеталей причастно более 60 человек. Однако по делу о хищениях радиодеталей было арестовано 19 человек, в том числе 10 непосредственных расхитителей радиодеталей, 5 дельцов-посредников и 4 работника государственной розничной торговли. У обвиняемых были изъяты наличные деньги в сумме 2400 руб., 16 тыс. штук триодов, 10 тыс. штук различных радиоламп. Наложен арест на их личное имущество, в том числе на автомобили и вклады в сберегательных кассах в сумме 2600 руб.4

Кражи такого масштаба стали возможными из-за недостаточного контроля за учетом материалов и комплектующих. При выдаче радиодеталей со склада их количество автоматически списывалось на производственные заказы, при этом последующий контроль за их фактическим использованием не осуществлялся. Количество выданных радиодеталей не проверялось. Важно отметить, что подобные нарушения происходили, несмотря на существующие ведомственные нормативные акты. В августе 1961 года Госкомитет по радиоэлектронике издал приказ об усилении контроля за сохранностью материальных ценностей. Однако, как показала проверка, этот приказ не был выполнен на 8 из 17 предприятий. Более того, эти недостатки в учете стали основой для выявления крупных хищений в НИИ885 и НИИ195. В процессе расследования были обнаружены новые группы расхитителей. Украденные детали не оставались без дела. Злоумышленники сотрудничали с «дельцами-посредниками», которые приобретали похищенное и сбывали похищенные детали через легальную торговую сеть Харькова, Орджоникидзе и других населенных пунктов5.

В Москве этими товарами снабжались сотрудники престижных магазинов «Москульторга» с номерами 12 «Пионер», 22, 34, 36, 41, 73, а также «Петровский Пассаж»1.

Центральные органы власти отреагировали на выявленные злоупотребления достаточно жестко, но их меры имели преимущественно бюрократический характер. Ответственные работники отдела оборонной промышленности ЦК КПСС, возглавляемые И.Д. Сербиным, сочли необходимым поручить В.Д. Калмыкову, который тогда занимал пост Председателя Государственного комитета Совета Министров СССР по радиоэлектронике, и А.И. Шокину, Председателю Государственного комитета Совета Министров СССР по электронной технике, разработать и утвердить меры по усилению контроля и совершенствованию отчетности по полупроводниковым приборам и радиодеталям бытового назначения2.

31 мая 1962 года, в период проведения следственных мероприятий, направленных на выявление и устранение фактов хищений материальных ценностей, состоялось заседание Государственного Комитета Совета Министров СССР по радиоэлектронике. На нем, при участии представителей Госкомитета по электронной технике и ВСНХ, а также с привлечением руководителей предприятий ГКРЭ, были рассмотрены и утверждены меры по усилению учета и контроля за использованием и сохранностью полупроводниковых приборов, радиоламп и иных материалов бытового назначения. Эти указания были доведены до сведения совнархозов, предприятий и организаций.

В рамках принятых решений были предусмотрены следующие меры:

– Запрет на отпуск цехам и лабораториям материалов, не требующихся для текущего производства. Также было решено своевременно изымать излишки запасов из производственных подразделений и усилить учет и контроль за движением материальных ценностей бытового назначения.

– Повышение качества ревизий.

– Усиление режима и охраны на предприятиях, занимающихся производством радиотехнических изделий.

– Улучшение воспитательной работы с персоналом, повышение ответственности сотрудников за выполнение порученных задач, особенно среди сотрудников, работающих с материальными ценностями.

– Все случаи хищений и других злоупотреблений на предприятиях будут тщательно расследоваться с привлечением общественности. По результатам расследований будут приниматься меры для предотвращения подобных инцидентов в будущем3.

Для того чтобы обеспечить должный учет, сохранность и максимально возможное повторное использование радиотехнических узлов и образцов, а также их компонентов, приказом ГКРЭ № 84 от 23 мая 1962 года была утверждена специальная инструкция. Кроме того, приказом ГКЭТ № 72 от 29 мая 1962 года и распоряжением Всероссийского Совета народного хозяйства № Р1026 от 25 мая 1962 года были приняты дополнительные меры для предотвращения хищений. Руководящие сотрудники организаций Госкомитета по радиоэлектронике, которые не обеспечили надлежащий порядок в использовании, хранении и учете материальных ценностей, а также допустили ослабление режима и охраны на предприятиях, были подвергнуты строгим взысканиям4.

Планировалось в течение месяца провести детальную инвентаризацию материальных ресурсов в подразделениях. Излишки и неиспользуемые материалы предполагалось вернуть на склад снабжения, а также выпустить распоряжение о предотвращении накопления избыточных запасов в будущем5. В Государственном Комитете Совета Министров по электронной технике отмечали, что избыточный и необоснованный завоз на складские помещения предприятий, а также выдача в производственные и исследовательские подразделения остродефицитных электровакуумных и полупроводниковых приборов, радиодеталей, радиокомпонентов и специализированных материалов в значительной степени обусловлены установлением в технической документации на оборудование так называемого «отбора», что приводит к увеличению нормативов в 2–3 и более раза. В целях резкого усиления контроля за использованием указанных материалов предписывалось ввести запрет на применение «отобранных» компонентов и превышение нормативов сверх фактической потребности. Также повышались требования к расчетам и обоснованиям потребностей, наряду с этим устанавливался строгий контроль за корректностью составления расчетов. Кроме того, требовалось обеспечить планирование производства и определение потребностей в электровакуумных и полупроводниковых приборах, радиодеталях и радиокомпонентах в соответствии с постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 15 декабря 1961 года, с точным учетом номенклатуры и на основе прямых расчетов6.

В ответ на представление прокуратуры РСФСР по данному вопросу руководство предприятия п/я 3100 предоставило информацию о том, что благодаря принятым мерам по улучшению учета и контроля за расходованием радиодеталей, а также мобилизации запасов, превышающих нормативные, потребление полупроводников во втором квартале 1962 года снизилось на 31 % по сравнению с первым кварталом. Это эквивалентно экономии в размере 31,4 тыс. руб.1

В ходе расследования дела А., Г. и других, техническая экспертная комиссия обнаружила в цехах предприятий ценные радиодетали, которые, согласно документам, были списаны на производство и оплачены заказчиком. Эти детали были найдены на предприятии п/я 2427 на общую сумму 231 тыс. руб., на предприятии п/я 989 – на 55 800 руб. и на предприятии п/я 3100 – на 78 460 руб. (новыми деньгами)2.

К сентябрю 1962 года из цехов и отделов этого предприятия на склад комплектации было возвращено неиспользованных в производстве полупроводников и радиоламп на сумму 251 141 руб. 25 коп. Они были реализованы другими предприятиями различных и подготовлены к продаже на сумму 200 000 руб. (новыми деньгами)3. В третьем квартале 1962 года на предприятии п/я 2427 благодаря усилению контроля за использованием радиодеталей, по сравнению с тем же периодом 1961 года, была достигнута экономия в размере 142 тыс. руб. в пересчете на новые деньги4. В результате, только по двум предприятиям Госкомитета по радиоэлектронике (п/я 3100 и п/я 2427) за сравнительно небольшой срок (3–6 месяцев) 1962 года в результате принятых мер была достигнута экономия радиодеталей на сумму свыше 700 тыс. руб. (новыми деньгами)5.

22 декабря 1962 года завершились следственные действия и оперативно-розыскные мероприятия. Прокуратура РСФСР выявила множество фактов хищений дефицитных и дорогостоящих радиодеталей с режимных предприятий государственных комитетов Совета Министров СССР, связанных с производством радиоэлектронной, оборонной и авиационной техники, а также с некоторых совнархозов. В 1962 году было возбуждено 21 уголовное расследование, связанное с кражей радиодеталей. Эти хищения, совершаемые на предприятиях государственных комитетов, имели значительные масштабы и осуществлялись организованными преступными группами6.

Характерным примером является уголовное дело по обвинению А., Б., В., Г. и др. (всего 39 человек), расследование которого было завершено Прокуратурой РСФСР и 4 декабря 1962 года направлено для рассмотрения в Верховный Суд РСФСР7.

Следствие детально и достоверно установило все обстоятельства случившегося. Бывший сотрудник вычислительного центра Академии наук СССР Б. и экс-старший научный сотрудник Всесоюзного научно-исследовательского института Электромеханики Госкомитета Совета Министров СССР по автоматизации и машиностроению В., вступив в преступный сговор с рядом работников предприятий, организовали хищение радиодеталей и других ценностей с заводов и учреждений: п/я 2427 и 3100 Госкомитета Совета Министров СССР по радиоэлектронике, п/я 989 Госкомитета Совета Министров СССР по оборонной технике, п/я 12 и 31 Мособлсовнархоза, а также п/я 729 Ленсовнархоза8.

В ходе следствия у обвиняемых было изъято большое количество похищенных радиодеталей, в том числе свыше 10 000 триодов, 5000 диодов, 3000 радиоламп 50 типов, 3000 конденсаторов, 10 000 сопротивлений и других радиодеталей общей стоимостью 51 307 руб. Кроме того, изъяты ценные вещи, приобретенные на средства, полученные преступным путем (автомашины, золотые и серебряные изделия) и наложен арест на имущество на общую сумму 68 742 руб. 58 коп.9

Следствием было установлено, что расход высокочастотных триодов (II403, II402, II411) на научные и производственные нужды в целом по предприятию п/я 2427 в течение 1960–1962 гг. составил 12 794 штуки, а обвиняемые А. и Г. за этот период похитили 14 258 штук указанных триодов, то есть на 1464 штуки больше общего объема их расходования на производственные и научные нужды10.

Таким образом, масштабные хищения радиодеталей на предприятиях ГКРЭ СССР и Ленсов-нархоза ярко продемонстрировали системный кризис советской экономики в начале 1960-х годов. Неустойчивость и противоречивость административно-хозяйственных реформ Н.С. Хрущёва, а также ослабление централизованного контроля и дефицит дорогостоящих комплектующих создали условия для формирования устойчивых практик хищения и нелегального сбыта дефицитных материалов. Причины этого явления крылись не только в личной недобросовестности отдельных сотрудников, но и в фундаментальных недостатках системы планирования, учета и распределения материальных ресурсов. Хищения и «приписки», в свою очередь, были связаны с практикой завышения плановых показателей и нормативов. Меры по усилению контроля, хотя и приносили временный экономический эффект, но не устраняли причин, способствовавших сохранению теневых практик обогащения, связанных с особенностями советского хозяйственного механизма, которые были заложены в самом хозяйственном механизме советского государства.