Нормативно-правовое регулирование видов и деятельности субъектов пропаганды в отношении молодежи в Российской Федерации: социологический анализ

различных лиц и организаций, называемых ранее «идеологическими диверсантами» (Прозоров, 1986), а ныне – «субъектами общественной жизнедеятельности» (Елишев, 2019). Вне зависимости от наименования их суть заключается в активном использовании факта тотального погружения молодежи в виртуальную реальность, интернет- и гаджетозависимость, а также цифровые технологии для продвижения своих корыстных целей, направленных, естественно, отнюдь не на успешную социализацию, социальное становление и развитие молодого поколения.

Молодежь в представлении этих субъектов служит «объектом и ресурсом» (Елишев, 2019), который они широко используют. Многочисленные исследования показывают, что ей присущи социальная активность, повышенная восприимчивость, чувство нового, в том числе жажда быстрого переустройства мира, но также бескомпромиссность и горячность, нетерпеливость и бездумный критицизм (Дорцева, 2024; Дорцева, Родин, 2023; Осипов, 2020). При этом «неудовлетворенность жизнью проявляется нередко в форме негативного отношения к опыту и практической деятельности старшего поколения, жажде автономии и освобождения от внешнего контроля взрослых» (Прозоров, 1986; 4).

Известно, что любого рода антисоциальное, а более точно – деструктивное, информационно-пропагандистское воздействие, осуществляемое с помощью новейших электронно-цифровых технологий, неизбежно приводит к виртуализации молодежного сознания, оперирующего ложной, псевдонаучной картиной мира, основанной на антисистемных жизненных ориентирах, которые отличает негативистский, протестный и потребительский характер. Так, недавние опросы студенческой молодежи, проведенные при нашем непосредственном участии, показали, что практически все опрошенные (98,25 %) являются активными пользователями социальных сетей и мессендже-ров1. Ежедневно ими пользуются 92,98 % респондентов, несколько раз в месяц – 5,76 %. При этом 40,0 % молодых людей признались, что тратят на подобное общение в течение одного дня от 3 до 6 часов, 26,0 – от 2 до 3; 17,75 – находятся в постоянном режиме общения, а 10,5 % – от 1 до 2 часов. Результаты исследования также продемонстрировали, что почти три четверти (73,5 %) студентов, отвечая на вопрос «Как Вы считаете, повлияли ли социальные сети на Ваши жизненные ценности и приоритеты?», дали утвердительный ответ (Елишев, Дорцева, 2024).

При этом большинство студентов (86,9 %) отметили важную роль цифровых СМИ в системе современного информационного противоборства, а с утверждением, что «Интернет является эффективным инструментом ведения информационной войны», полностью согласились 52,25 % респондентов. Значительная часть представителей студенческой молодежи (69,44 %) отмечают, что сталкивались с такими явлениями, как пропаганда и контрпропаганда (лишь 16,67 % не сталкивались с этими феноменами). В то же время многие из них даже не подозревают, что так или иначе испытывают серьезное пропагандистское воздействие, и во многом именно поэтому они становятся мишенями деструктивной формы подобного влияния, с достаточной легкостью усваивают пропагандистские стереотипы и мифы. Данное обстоятельство актуализирует научное осмысление деятельности субъектов деструктивной пропаганды, особенно в социально-правовых аспектах.

Результаты . Существуют различные подходы к трактовке феномена пропаганды как в зарубежной, так и в отечественной социологии, при этом значительная часть из них имеет негативную коннотацию. Как отмечают ученые, «слова, часто используемые в качестве синонимов пропаганды, – вранье, искажение, обман, манипулирование, контроль над разумом, психологическая война, идеологическая обработка, болтовня, сфабрикованные материалы» (Джоуэт, О’Донелл, 2021). Часто встречается отождествление феномена пропаганды с простой манипулятивной технологией², а в последнее время ее заменяют термином «мягкая сила» (Гребенюк, 2022).

В то же время проведенный нами анализ позволил более емко и достоверно обосновать генезис и сущность данного злободневного явления и одновременно процесса, типологизировать его формы, обозначить фокус и выделить наиболее важные и перспективные направления социологических исследований. На наш взгляд, феномен пропаганды подразумевает под собой целенаправленный коммуникативный процесс передачи конкретной аудитории с помощью специальных средств и методов определенной (часто сконструированной) информации, способной оказать системное управленческое воздействие на ее мнение, установки, в конечном счете – на мировоззрение и последующее поведение.

Создать более четкое представление о феномене пропаганды позволяет выделение ее сущностных, типических характеристик. Пропаганда – это и социально-политический феномен, и одновременно специфическая разновидность социального коммуникативного процесса, главную роль в котором получает элемент влияния или последствий коммуникационного воздействия, выраженных не только в изменении внутреннего состояния субъектов данного процесса, но и в их действиях.

Распространение пропаганды, в сущности, является особым информационным процессом, состоящим в передаче соответствующих сведений (сообщений), имеющих заданную интерпретацию, нацеленную на формирование необходимых пропагандисту установок и верований. Конечной целью пропаганда имеет устойчивое изменение поведения социума за счет трансформации его сознания в сфере восприятия определенных явлений. Объектом пропаганды может выступать конкретный индивид или сообщество людей, однако преимущественным ее объектом является массовое сознание с учетом его специфики у отдельных социальных и особенно социально-демографических групп. Неотъемлемым атрибутом процесса пропаганды служит контрпропаганда.

В социологической науке существует несколько неоднозначных и дискуссионных подходов к классификации типов пропаганды, в силу чего ни один из них не стал общепринятым. Более того, в научный оборот включаются новые, крайне слабо концептуализированные даже в политических науках ее виды: «пропаганда созидания, пропаганда стойкости и героизма, пропаганда просвещения, пропаганда разрушения, пропаганда разделения, пропаганда устрашения и пропаганда отчаяния»1.

Общеизвестным, достаточно распространенным, но весьма устаревшим, ставшим своеобразным «достоянием прошлого», является разделение пропаганды на «белую», «серую» и «черную». В настоящий момент более продуктивной и отвечающей современным реалиям выступает ее классификация по таким критериям, как цели и результаты воздействия, в соответствии с которыми пропаганду подразделяют на конструктивную и деструктивную.

Конструктивная, или позитивная, пропаганда выполняет две основные функции – воспитательную и информативную – и не преследует цели манипулирования сознанием индивидов. Как правило, она направлена на обеспечение стабильности в обществе, укрепление социальной гармонии, утверждение гуманистических убеждений в людях, формирование социально значимых качеств, объединение их вокруг общепризнанных ценностей (Рустамов, Тураева, 2020).

Пропаганда всегда деструктивна, если «связана с разжиганием розни, эскалацией социальных конфликтов, обострением социальных противоречий, формированием антигуманистических убеждений, погружением людей в трясину социального зла, конфронтацией друг с другом и аналогичными бесчеловечными интересами» (Рустамов, Тураева, 2020: 58–59). Деструктивная пропаганда нацелена на «разжигание социальной вражды, обострение социальных конфликтов, содействие усилениям противоречий в обществе и пробуждению низменных инстинктов у людей» (Патрахина, Шламова, 2015: 306).

Следует отметить, что в современном российском законодательстве, как и в науке, отсутствует единое общепринятое четкое определение понятия пропаганды, не говоря уже о различных ее разновидностях. Ни в одном из действующих нормативно-правовых актов не говорится ни о «белой», ни о «серой», ни о «черной» пропаганде, ни о выделяемых, например, М.В. Киселевым видах пропаганды. В то же время, исходя из анализа содержания действующих правовых норм, можно сделать вывод, что законодатель и государственные деятели, уполномоченные принимать соответствующие нормативно-правовые акты, несмотря на отсутствие четких формулировок, скорее на подсознательном уровне или на уровне здравого смысла придерживаются классификации, подразделяющей пропаганду на два вида – конструктивную (позитивную) и деструктивную (негативную).

В частности, пункт 2 ст. 29 Конституции РФ содержит норму, запрещающую «пропаганду или агитацию, возбуждающую социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду»2, как и пропаганду «социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства»3. Иными словами, речь в данном положении Конституции РФ идет именно о деструктивной (негативной) разновидности пропаганды, а не о «черной» или «серой» ее разновидностях. В свою очередь, пункт 4 ст. 29 Конституции РФ содержит норму, дающую возможность каждому «свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом»4, за исключением государственной тайны. Можно предположить, что в этом положении Конституции РФ речь идет уже о конструктивной (позитивной) пропаганде, хотя она таковой не именуется.

В других действующих нормативно-правовых актах говорится о таких формах и разновидностях проявления деструктивной (негативной) пропаганды, как, например:

– «публичные призывы к осуществлению террористической деятельности, публичное оправдание терроризма и пропаганда терроризма» (ст. 205.2 УК РФ)1, включающие в себя в том числе «распространение материалов или информации, призывающих к осуществлению террористической деятельности либо обосновывающих или оправдывающих необходимость осуществления такой деятельности» (ст. 3 Федерального закона № 35-ФЗ «О противодействии терроризму»)2;

– «пропаганда исключительности, превосходства либо неполноценности человека по признаку его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии» (ст. 3 Федерального закона № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности»)3;

– пропаганда, изготовление, сбыт в целях пропаганды, приобретение в целях пропаганды, публичное демонстрирование «нацистской атрибутики или символики, либо атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения, либо атрибутики или символики экстремистских организаций, либо иных атрибутики или символики, пропаганда либо публичное демонстрирование которых запрещены федеральными законами» (ст. 282.4 УК РФ), а также схожие действия, которые «не содержат признаков уголовно наказуемого деяния» (ст. 20.3 КоАП РФ)4;

– «пропаганда нетрадиционных сексуальных отношений и (или) предпочтений либо смены пола, выразившейся в распространении информации и (или) совершении публичных действий, направленных на формирование нетрадиционных сексуальных установок, привлекательности нетрадиционных сексуальных отношений и (или) предпочтений либо смены пола или искаженного представления о социальной равноценности традиционных и нетрадиционных сексуальных отношений и (или) предпочтений, либо навязывании информации о нетрадиционных сексуальных отношениях и (или) предпочтениях либо смене пола, вызывающей интерес к таким отношениям и (или) предпочтениям либо смене пола» (ст. 6.21 КоАП РФ);

– «пропаганда педофилии, выразившейся в распространении информации, направленной на обоснование и (или) оправдание педофилии или формирование привлекательности педофилии, либо навязывании информации о педофилии, вызывающей интерес к педофилии» (ст. 6.21.1 КоАП РФ);

– пропаганда «жестокого обращения с животными, а также призывы к жестокому обращению с животными»; «производства, изготовления, показа и распространения пропагандирующих жестокое обращение с животными кино-, видео- и фотоматериалов, печатной продукции, аудиовизуальной продукции, размещение таких материалов и продукции в информационно-телекоммуникационных сетях (в том числе в сети Интернет) и осуществление иных действий, пропагандирующих жестокое обращение с животными» (ст. 12 Федерального закона № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»)5;

– пропаганда «либо незаконная реклама наркотических средств, психотропных веществ или их прекурсоров, растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества либо их прекурсоры, и их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества либо их прекурсоры, а также новых потенциально опасных психоактивных веществ», в том числе «с использованием информационно-телекоммуникационной сети Интернет» (ст. 6.13 КоАП РФ);

– злоупотребление свободой массовой информации с использованием СМИ в том числе в целях «распространения материалов, содержащих публичные призывы к осуществлению террористической деятельности или публично оправдывающих терроризм, других экстремистских материалов, материалов, пропагандирующих порнографию, насилие и жестокость, материалов, содержащих нецензурную брань, а также материалов, пропагандирующих нетрадиционные сексуальные отношения и (или) предпочтения, педофилию, смену пола»; а также «сведений о способах, методах разработки, изготовления и использования, местах приобретения наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, новых потенциально опасных психоактивных веществ, о способах и местах культивирования растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества либо их прекурсоры, пропаганда каких-либо преимуществ использования отдельных наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов или прекурсоров, новых потенциально опасных психоактивных веществ, растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества либо их прекурсоры, и распространение иной информации, распространение которой запрещено федеральными законами» (ст. 4 Закона РФ 2124-1 «О средствах массовой информации»); информации, содержащей «пропаганду, обоснование и (или) оправдание осуществления экстремистской деятельности» (ст. 56.2 Закона РФ № 2124-1 «О средствах массовой информации»)1;

– пропаганда «криминального образа жизни, потребления наркотических средств и психотропных веществ» (п. 52 Основ государственной политики по сохранению и укреплению традиционных российских духовно-нравственных ценностей, утвержденных Указом Президента РФ № 809)2.

Помимо этого, к формам и разновидностям проявления деструктивной (негативной) пропаганды фактически по смысловой нагрузке также относятся:

– «публичные действия, направленные на дискредитацию использования Вооруженных Сил Российской Федерации в целях защиты интересов Российской Федерации и ее граждан, поддержания международного мира и безопасности, в том числе публичные призывы к воспрепятствованию использования Вооруженных Сил Российской Федерации в указанных целях, либо на дискредитацию исполнения государственными органами Российской Федерации своих полномочий за пределами территории Российской Федерации в указанных целях, а равно на дискредитацию оказания добровольческими формированиями, организациями или лицами содействия в выполнении задач, возложенных на Вооруженные Силы Российской Федерации или войска национальной гвардии Российской Федерации» (ст. 20.3.3 КоАП РФ);

• – информация, причиняющая вред здоровью и (или) развитию детей, в том числе такая информация, содержащаяся в информационной продукции (п. 1 ст. 1 Федерального закона № 436-ФЗ «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию»)³;

  – «деструктивная идеология», «деструктивное идеологическое воздействие», «деструктивное информационное воздействие» на граждан РФ (Основы государственной политики по сохранению и укреплению традиционных российских духовно-нравственных ценностей, утвержденных Указом Президента РФ № 809), а также «внешняя идейно-ценностная экспансия» и «внешнее деструктивное информационно-психологическое воздействия» со стороны внешних и внутренних деструктивных сил (Стратегия национальной безопасности РФ, утвержденная Указом Президента РФ № 400)⁴.

В соответствии с п. 14 Основ государственной политики по сохранению и укреплению традиционных российских духовно-нравственных ценностей, утвержденных Указом Президента РФ от 9 ноября 2022 г. № 809, под деструктивной идеологией понимается «идеологическое и психологическое воздействие на граждан РФ», ведущее «к насаждению чуждой российскому народу и разрушительной для российского общества системы идей и ценностей, включая культивирование эгоизма, вседозволенности, безнравственности, отрицание идеалов патриотизма, служения Отечеству, естественного продолжения жизни, ценности крепкой семьи, брака, многодетности, созидательного труда, позитивного вклада России в мировую историю и культуру, разрушение традиционной семьи с помощью пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений»5.

О различных формах и разновидностях конструктивной (позитивной) пропаганды содержится упоминание, например, в следующих действующих нормативно-правовых актах: 1) Федеральный закон от 25 декабря 2008 г. № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», в ст. 3 которого упоминается об «информационно-пропагандистских мерах» по противодействию коррупции6;

• 2) Федеральный закон от 6 марта 2006 г. № 35-ФЗ «О противодействии терроризму», в ст. 2 которого содержится упоминание об «информационно-пропагандистских мерах» по противодействию терроризму; 3) Федеральный закон от 25 июля 2002 г. № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности», в ст. 5 которого содержится упоминание о профилактике экстремистской деятельности, посредством в том числе «пропагандистских мер, направленных на предупреждение экстремистской деятельности»; 4) Федеральный закон от 24 июня 1999 г. № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних», в ст. 18 которого содержится упоминание о «пропаганде здорового образа жизни»¹.

Помимо этого, к формам и разновидностям проявления конструктивной (позитивной) пропаганды фактически по смысловой нагрузке также относятся пропаганда традиционных российских духовно-нравственных ценностей (Стратегия национальной безопасности РФ, утвержденная Указом Президента РФ от 2 июля 2021 г. № 400), «защита исторической правды, сохранение исторической памяти, противодействие фальсификации истории» (ст. 19 Основ государственной политики по сохранению и укреплению традиционных российских духовно-нравственных ценностей, утвержденных Указом Президента РФ от 9 ноября 2022 г. № 809).

Объектами как конструктивной, так и деструктивной пропаганды могут быть отдельный человек, социальная группа, общество, группа обществ или человечество в целом.

Субъектами пропаганды, т. е. действующими участниками-акторами, осознающими, формулирующими и реализующими при ее осуществлении собственные интересы, являются самые разнообразные личности, группы личностей, организации и институты. Для их полноценной классификации целесообразно взять за основу классификации субъектов политики2, государственных переворотов, революций (Елишев, 2017: 106–107) и манипулятивного воздействия (Елишев, 2019: 235) С.О. Елишева, систематизировав и применив его наработки для классификации субъектов уже пропагандистской деятельности.

Значимыми субъектами информационно-пропагандистской деятельности, как и субъектами политики, манипулятивного воздействия и государственных переворотов, являются отдельные личности , к которым относятся, например, не только личности национального лидера, государственного, религиозного, политического, общественного деятеля, о которых писал С.О. Елишев, но и отдельно взятые личности, в частности родители, учителя, преподаватели, священнослужители, работодатели, журналисты, писатели, музыканты, художники, лидеры общественного мнения, друзья и люди из ближнего круга общения, авторитетные личности, так называемые лидеры общественного мнения, блогеры.

Вторым не менее важным субъектом информационно-пропагандистского воздействия являются уже объединения личностей, к которым относятся, например, различные олигархические группы, группы по интересам (лобби-группы), «мировая закулиса», тайные сообщества с имеющимися у них ресурсами, подконтрольными им средствами массовой информации и пропаганды.

Большую роль в процессе пропагандистского воздействия играют социальная среда, в которой пребывает человек, а также та социальная (как реальная, так и виртуальная) группа, куда включается объект пропагандистского воздействия. К примерам такого рода социальных групп как субъектов пропагандистского воздействия относятся криминальные группы и сообщества, сообщества представителей субкультур, контркультур, антисистем, различные сетевые сообщества. Субъектами пропагандистского воздействия также являются традиционные и новые социальные страты, выделенные по различным основаниям.

Учитывая значимую роль, которую играют религиозные институты, конфессии и организации на жизнедеятельность общества, к субъектам пропагандисткой деятельности также относятся традиционные религиозные конфессии и нетрадиционные для того или иного общества типы религиозных организаций, например тоталитарные секты и деструктивные культы.

Знаковым субъектом пропагандистской деятельности, безусловно, является государство в лице должностных лиц, государственных органов, структур и подконтрольных ему средств массовой информации и пропаганды. Имеющие место постоянные противостояния различных государств позволяют говорить и о таких субъектах, как иностранные государства (в лице своих спецслужб и связанных с ними структур международных организаций, НКО и подконтрольных им средств массовой информации и пропаганды), а также непризнанные государства и сообщество наций, объединенное в ООН .

Обсуждение результатов. Таким образом, как показали исследования, основными субъектами конструктивного воздействия на молодежь, в том числе студенческую, могут быть отдельные личности, политические партии и движения, а также общественные объединения, традиционные религиозные конфессии и различные государственные структуры, осуществляющие целенаправленную молодежную политику. Главными субъектами деструктивного воздействия на молодежь, в том числе студенчество, «являются отдельные личности и олигархические структуры, политические партии и движения, а также общественные объединения и НКО, тоталитарные религиозные секты и деструктивные культы» (Елишев, 2019: 4).

Важнейшим субъектом деструктивной пропаганды на российскую молодежь традиционно выступают идеологи спецслужб иностранных государств и международных организаций, часто в лице так называемых агентов влияния, а в современной терминологии – иностранных агентов. Следует отметить, что в действующем российском законодательстве есть прямые упоминания о субъектах деструктивной пропаганды. При этом данные субъекты условно можно подразделить на внешние и внутренние, хотя деятельность их в значительной степени взаимосвязана, скоординирована и направлена против России и традиционных для нее духовно-нравственных и культурно-исторических ценностей.

К внешним субъектам деструктивной пропаганды прежде всего относятся иностранные государства , к которым вполне обоснованно можно отнести 49 государств и территорий, совершающих в отношении Российской Федерации, российских юридических и физических лиц недружественные действия, в соответствии с утвержденным Распоряжением Правительства РФ от 5 марта 2022 г. № 430-р Перечнем данных государств и территорий, а также 47 иностранных государств и территорий, реализующих политику, навязывающую деструктивные неолиберальные идеологические установки, противоречащие традиционным российским духовно-нравственным ценностям, в соответствии с утвержденным Распоряжением Правительства РФ от 17 сентября 2024 г. № 2560-р Перечнем данных государств и территорий.

Иностранные государства в лице своих «специальных служб и организаций», а также «пропагандистских структур»1 активно осуществляют деструктивное информационное воздействие на российских граждан и российское общество, избрав в качестве приоритетных мишеней такого рода воздействия прежде всего системы традиционных для России духовно-нравственных и культурно-исторических ценностей. Как справедливо отмечено в п. 87 Стратегии национальной безопасности РФ: «Традиционные российские духовно-нравственные и культурно-исторические ценности подвергаются активным нападкам со стороны США и их союзников, а также со стороны транснациональных корпораций, иностранных некоммерческих неправительственных, религиозных, экстремистских и террористических организаций. Они оказывают информационно-психологическое воздействие на индивидуальное, групповое и общественное сознание путем распространения социальных и моральных установок, противоречащих традициям, убеждениям и верованиям народов Российской Федерации»2.

В п. 44 Стратегии национальной безопасности РФ конкретизированы цели деятельности данных субъектов: «Деструктивные силы за рубежом и внутри страны предпринимают попытки использования объективных социально-экономических трудностей в Российской Федерации в целях стимулирования негативных социальных процессов, обострения межнациональных и межконфессиональных конфликтов, манипулирования в информационной сфере. Не ослабевает активность разведывательной и иной деятельности специальных служб и организаций иностранных государств, осуществляемой в том числе с использованием подконтрольных им российских общественных объединений и отдельных лиц. Международные террористические и экстремистские организации стремятся усилить пропагандистскую работу и работу по вербовке российских граждан, созданию на территории России своих законспирированных ячеек, вовлечению в противоправную деятельность российской молодежи. Для распространения недостоверной информации, организации незаконных публичных акций широко используются возможности глобальных интернет-компаний»3.

Таким образом, к внешним субъектам деструктивной пропаганды, помимо иностранных государств, в соответствии с действующим российским законодательством также относятся транснациональные корпорации, иностранные некоммерческие неправительственные, религиозные организации, а также международные экстремистские и террористические организации. Законодательством Российской Федерации предусмотрено принятие ряда мер в отношении данных субъектов. Речь в этом случае идет об их возможном включении, например, в Перечень иностранных и международных неправительственных организаций, деятельность которых признана нежелательной на территории Российской Федерации, Перечень общественных и религиозных объединений, иных организаций, в отношении которых вступило в законную силу решение суда о ликвидации или запрете деятельности по основаниям, предусмотренным Федеральным законом от 25 июля 2002 г. № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности», Единый федеральный список организаций, в том числе иностранных и международных организаций, признанных в соответствии с законодательством Российской Федерации террористическими, а соответственно, и запрете деятельности на территории Российской Федерации.

В ст. 3.1 Федерального закона № 272-ФЗ «О мерах воздействия на лиц, причастных к нарушениям основополагающих прав и свобод человека, прав и свобод граждан Российской Федерации» содержится положение о том, что «деятельность иностранной или международной неправительственной организации, представляющая угрозу основам конституционного строя Российской Федерации, обороноспособности страны или безопасности государства… может быть признана нежелательной на территории Российской Федерации»1, а соответственно, подлежит запрету под угрозой привлечения к уголовной и административной ответственности.

По состоянию на начало 2025 г. на территории РФ запрещена деятельность 197 нежелательных иностранных и международных некоммерческих неправительственных организаций. Однако понятно, что еще большое количество такого рода организаций продолжают деструктивную деятельность в стране, активно взаимодействуя с внутренними для России субъектами деструктивной пропаганды, часто имеющими статус иностранных агентов.

В соответствии со ст. 1 Федерального закона «О контроле за деятельностью лиц, находящихся под иностранным влиянием», «под иностранным агентом понимается лицо, получившее поддержку и (или) находящееся под иностранным влиянием в иных формах и осуществляющее деятельность, виды которой установлены статьей 4 настоящего Федерального закона… Иностранным агентом может быть признано российское или иностранное юридическое лицо независимо от его организационно-правовой формы, общественное объединение, действующее без образования юридического лица, иное объединение лиц, иностранная структура без образования юридического лица, а также физическое лицо независимо от его гражданства или при отсутствии такового»².

В соответствии с п. 6 ст. 2 Федерального закона № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях», некоммерческой организацией, выполняющей функции иностранного агента, признается «российская некоммерческая организация, которая получает денежные средства и иное имущество от иностранных государств, их государственных органов, международных и иностранных организаций, иностранных граждан, лиц без гражданства либо уполномоченных ими лиц и (или) от российских юридических лиц, получающих денежные средства и иное имущество от указанных источников (за исключением открытых акционерных обществ с государственным участием и их дочерних обществ) (далее – иностранные источники), и которая участвует, в том числе в интересах иностранных источников, в политической деятельности, осуществляемой на территории Российской Федерации»³. В ст. 4 данного закона к видам деятельности иностранного агента, в частности, относятся политическая деятельность, целенаправленный сбор сведений в области военной, военно-технической деятельности Российской Федерации, распространение предназначенных для неограниченного круга лиц сообщений и материалов и (или) участие в создании таких сообщений и материалов , а также иные виды деятельности, установленные в указанной статье.

Среди форм политической деятельности, обозначенных в п. 5 ст. 1 Федерального закона № 255-ФЗ, непосредственно связаны с деструктивной пропагандой следующие:

• –    участие в организации и проведении публичных мероприятий в форме собраний, митингов, демонстраций, шествий или пикетирований либо в различных сочетаниях этих форм, организации и проведении публичных дебатов, дискуссий, выступлений;

• –    распространение, в том числе с использованием современных информационных технологий, мнений о принимаемых органами публичной власти решениях и проводимой ими политике;

• –    формирование общественно-политических взглядов и убеждений, в том числе путем проведения опросов общественного мнения и обнародования их результатов или проведения иных социологических исследований⁴.

К видам деятельности, указанным в ч. 1 ст. 1 Федерального закона № 255-ФЗ, относятся в том числе распространение предназначенных для неограниченного круга лиц печатных, аудио-, аудиовизуальных и иных сообщений и материалов (в том числе с использованием информационно-телекоммуникационной сети Интернет) и (или) участие в создании указанных сообщений и материалов5.

Выводы . Анализ показал, что внутренними субъектами деструктивной пропаганды в Российской Федерации являются подконтрольные спецслужбам иностранных государств и иным внешним субъектам деструктивной пропаганды отдельные личности, группы личностей (т. е. фактически представители пятой колонны и «агенты влияния» со стороны внешних акторов), российские общественные объединения и организации различных организационно-правовых форм и направлений деятельности, к сожалению не всегда имеющие статус иностранных агентов, а также криминальные группы и сообщества, экстремистские и террористические организации.

Данная классификация, безусловно, не носит универсального характера и не претендует на завершенность, однако в то же время она однозначно указывает на пробелы в российском законодательстве в сфере регулирования деятельности различных субъектов пропаганды, а также необходимость систематизации российского законодательства в данной области. В частности, речь идет о необходимости четкого нормативно-правового закрепления понятий «пропаганда», «конструктивная пропаганда», «деструктивная пропаганда» в современном российском праве для совершенствования механизмов борьбы с деструктивной пропагандой, субъектами, ее осуществляющими, и для обеспечения национальной безопасности Российской Федерации.