Новые челобитные жителей Переславля-Залесского и его уезда из русского архива Яна Сапеги

DOI:

Цитирование. Тупикова Н. А., Тюменцева Н. Е. Новые челобитные жителей Переславля-Залесского и его уезда из русского архива Яна Сапеги // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4, История. Регионоведение. Международные отношения. – 2022. – Т. 27, № 3. – С. 164–178. – DOI:

Введение. Расширение документальной базы источниковедения на основе поиска и ввода в научный оборот новых данных по истории Смуты в России актуально, во-первых, по причине необходимости изучения фактологической стороны событий, происходивших в землях, на которых они разворачивались; во-вторых, в аспекте решения одной из важных задач современной науки – заполнения имеющихся «лакун» (насколько это возможно) в «реконструкции» исторических свидетельств, что затруднено из-за гибели артефактов во время пожаров и социальных потрясений; в-третьих, для создания банка данных с целью осуществления полномасштабных корпусных проектов. Смута начала XVII в., как известно, круто изменила ход истории стран Восточной Европы, прежде всего, русского народа. По этой причине продолжение работы по выявлению, описанию и опубликованию документов данного фонда как единственного дошедшего до нас документального комплекса неправительственного лагеря периода Смутного времени [1; 5; 6] открывает более широкие перспективы исследований, нежели любая хроника, летопись, сказание или записки сторонних наблюдателей, путешественников.

Материал и методы. Несколько лет назад шведский филолог-архивист Э. Лёфст-ранд обнаружила среди бумаг Смоленской приказной избы в Государственном архиве Швеции более 30 документов из архива Яна Сапе-ги – предводителя наемного войска, гетмана Лжедмитрия II. Среди оцифрованных и любезно предоставленных ею для изучения руководителю нашего проекта профессору И.О. Тюменцеву [8] оказалось немало копий, которые могли быть соотнесены с материалами фонда «3.6. Челобитные и отписки жителей Пе-реславля-Залесского и Переславского уезда», выделенного при реконструкции архива в «Разделе 3: Письма, отписки и челобитные из Замосковья и Поморья» [6; 13]. Новонай-денные, а потому неучтенные тексты сапе-жинских бумаг, которые планируется включить в дополненное издание, требуют рассмотрения с принятых в работе позиций, как и описанные ранее в предыдущих публикациях [9–12]. В процессе анализа используются эвристический метод, применяемый при поиске источников в архивном учреждении, приемы историографи- ческой и лингвоисточниковедческой интерпретации материала.

Для нумерации восьми рассмотренных в данной статье документов во избежание нарушения нумерации, присвоенной источникам в первом издании [5], используется следующая (известная по использованию в таблице Д.И. Менделеева) методика: для вводимого в состав фонда документа указывается номер предыдущего с добавлением буквенных литер русского алфавита «а», «б» и т. д., что позволяет сохранить и использовать прежнюю систему обозначений. Исходя из этого, рассматриваемые ниже тексты получают помимо уже имеющихся в реконструированном архиве порядковых номеров документов соответствующую дополнительную нумерацию, приводимую в круглых скобках. Таким образом, появляется возможность включить новые источники в основной массив опубликованных ранее сапежинских бумаг и рассматривать их в составе архивного комплекса.

Анализ. I. Общая характеристика Переславского фонда. Причины, по которым в сапежинском архиве отложилось наибольшее количество посланий жителей Переславского уезда, лежат в военно-политической плоскости, связанной с продвижением и успехами наемного войска Лжедмитрия II на захваченных территориях [14], с необходимостью решения определенных административно-управленческих и хозяйственно-бытовых вопросов, возникающих в повседневной жизни населения. Тушинские полковники Ян Петр Сапега и Александр Иосиф Лисовский, разгромившие правительственные войска в сражении у Рах-манцева 22 сентября (2 октября) 1608 г. и в Ростове Великом 15 (25) октября 1608 г. и полтора года осаждавшие Троице-Сергиев монастырь [1, с. 64–67], вплоть до весны 1609 г., когда, наконец, возникло антитушинс-кое движение земских ополчений, полностью контролировали Замосковные и Поморские города. Ближайшим к лагерям сапежинцев и ли-совчиков был Переславль-Залесский и его уезд. В «Дневнике» Сапеги [1] и других бумагах гетмана имеются многочисленные упоминания о взаимоотношениях между наемниками и местным населением, что позволило при реконструкции данного архива разграничить следующие группы документов Переслав- ского фонда по адресантам и хронологии: а) отписки и челобитные жителей из Переслав-ля-Залесского; б) челобитные из Александровской слободы и Слободской волости; в) челобитные из дворцовой Аргуновской волости; г) челобитные из дворцовой Закубежской волости; д) челобитные из дворцовой Окружной волости; ж) челобитные из Верхнедубенско-го стана; з) челобитные из Кинельского стана; и) челобитные из Никитского стана; к) челобитные из Рождественского стана; л) челобитные из Киржачского и других переславских монастырей [6; 13].

Восемь публикуемых челобитных включаются в следующие группы [13, с. 217–225]: « Отписки и челобитные жителей из Пере-славля-Залесского » – Челобитная посадских людей Я. Сапеге (№ 231а), Челобитная посадских – плотников Лжедмитрию II (№ 231б); « Челобитные из Александровской слободы и Слободской волости » – Челобитная попа Юрия Покровской церкви Александровской слободы Лжедмитрию II (№ 238а); « Челобитные из дворцовой Закубежской волости » – Челобитная попа церкви Пресвятые Богородицы Н. Васильева Лжедмитрию II (№ 246а); « Челобитные из дворцовой Окружной волости » – Челобитная игумена Покрова Пречистые Богородицы Антониевой пустыни Варлаама и Успения Пречистые Богородицы попа Андрея Лжедмитрию II (№ 248а), Челобитная игумена Антониевой пустыни Варлаама Лжедмитрию II (№ 248б); « Челобитные из Кинельского стана » – Челобитная крестьян посопного села Жердева Лжедмитрию II (№ 253а); « Челобитные из Рождественского стана » – Челобитная крестьян дворцового села Рождествено Лжедмитрию II (№ 258а).

• II.    Челобитные из Переславля-Залес-ского. Два новых документа из Переславля-Залесского написаны в конце 1608 г. (№ 231а, 231б). В первом из них, который датируется около 27 декабря 1608 г. (6 января 1609 г.) и адресован Я. Сапеге, излагается просьба посадских людей Переславля-Залесского оставить у них приставом пана К. Корницкого (Кон-вицкого) и освободить от непосильных выплат за всякие кормы. Фигура Кшиштофа Кор-ницкого (Конвицкого), известного по источникам как участника похода 1604 г. в Россию

  Лжедмитрия I, воевавшего у гайдуков в чине ротмистра (гайдуки в Польше – легкая пехота) в составе гетманского полка Ежи Мниш-ка [14; 15], всплывает в нескольких документах канцелярии Я. Сапеги в конце 1608 г. в связи с Переславлем-Залесским [13]: в письме самого К. Корницкого (Конвицкого) о сборе продовольствия и фуража для войска и о ситуации в городе, написанном Я. Сапеге на польском языке (ЛНБ НАНУ. Ф. 103. Оп. 1. № 45) (№ 230), Отписке сына боярского И. Редрикова Я. Сапеге с жалобой на пана Корницкого (Конвицкого) (АСПбИИ РАН К. 124. Оп. 1. Ед. хр. 386) (№ 231) и в указанной челобитной жителей города (№ 231а), которые увидели в шляхтиче избавителя от своих бед. Основанием для датировки этих источников [13, с. 217–218] послужили результаты историографического анализа, позволяющие сопоставить хронологические данные о времени пребывания поляка в Переславле-Залесском и полученные в процессе архивного эвристического поиска (АСПбИИ РАН. К. 124. Оп. 1. Ед. хр. 386) [13, с. 217]. Известно, что пан Корницкий (Конвицкий) во время «революции» мая 1606 г., видимо, как человек, близкий к Мнишкам, избежал смерти и оказался в ссылке, скорее всего, в Галиче. Возвращаясь из плена в Тушино, он столкнулся с насилием и бесчинствами, которые чинили русские тушинцы, иноземные солдаты и их слуги на захваченных территориях, что побудило его попытаться навести порядок. В письме Сапеге, сообщая о выполнении порученного ему в городе дела, поляк не преминул написать о сложившейся обстановке.

Рассматриваемая бумага – Челобитная посадских людей Переславля-Залесского Я. Сапеге с просьбой оставить у них приставом пана К. Корницкого и освободить от непосильных выплат за всякие кормы (SRSRВ. E 8610. РЕА 54.1–2) (№ 231а) – содержит жалобу переславских старост на пограбивших их проезжих загонщиков, приказного из Тушина, учинившего «великие» поборы, и на двух шляхтичей из сапежинского войска – панов Загорского и Повала, которые поделили Переславль-Залесский на приставства и незаконно стали собирать «корм» на свои роты. Эта челобитная косвенно подтверждает сведения, изложенные о Корницком в Отписке сына бо- ярского И. Редрикова Я. Сапеге, где говорится о том, что польский пан, отобрав у царского приказного Ивана Редрикова окладные книги, намеревается взять все в свои руки и сам собрать необходимое для войска в Переславле-Залесском (№ 231). Кроме того, документ фиксирует тот факт, что сапежинцы делили в при-ставства не только русские села и деревни, но и захваченные города.

Из содержания челобитной следует, что старосты и посадские ухватились за К. Кор-ницкого как человека, пожелавшего навести порядок в их городе, и обратились к гетману со слезной просьбой оставить его в Переславле-Залесском приставом в надежде, что тот обеспечит им также защиту от поборов сапежин-цев. Эта просьба, судя по всему, удовлетворена не была, поскольку персона Корницкого (Конвицкого) в Переславле-Залесском больше не упоминается, а по прошествии трех месяцев переславцы в аналогичной ситуации стали умолять Сапегу оставить у них «воеводой» «для осадного времени» уже Прокофия Стад-ницкого, который «их бережет» (№ 232– 233) [13]. Как видно из приведенных документов, жители, не имея возможности примкнуть к земскому ополчению из-за близости от них войска наемников и расквартированных рот иноземцев, были вынуждены возлагать все свои надежды на поддержание хоть какого-нибудь порядка в городе с помощью «пришлых комендантов». Только появление у стен города правительственных сил под командованием кн. М.В. Скопина-Шуйского развязало им руки: город восстал и учинил кровавую расправу с захватчиками и их приспешниками из числа русских [1, с. 168–169, 428].

Еще один документ из первой группы источников – Челобитная посадских – плотников из Переславля-Залесского Лжедмитрию II – представляет значительный интерес (№ 231б), поскольку отражает необходимость со стороны тушинских властей, вынужденных считаться с мощным земским движением в Замосковье, идти навстречу населению в обеспечении различных нужд повседневной жизни. Так, в рассматриваемом документе излагается жалоба плотников, посланных для ремонта деревянной Переславской крепости, «ц(а)рю г(осу)д(а)рю и великому кн(я)зю Дмитрею Ивановичю всеа Руси» по поводу того, что живут они уже несколько недель у «г(осу)д(а)р(е)ва дела», а им переславские торговые люди «в посо(б) не даю(т)», хотя «жили здеся кузнецы, и оне давали и(м) по десяти дене(г) на д(е)нь». Со слов челобитчиков – Русинко, Савельева сына, «с товарищи» – становится также ясно, что в их дома на постой направили ратных людей («ратные лю(ди) ста-вя(т)ца»), и они у них «пью(т) и едя(т)», а «г(о-су)д(а)р(е)вы поса(д)цкие люди» им «на то(го) не пособляю(т)», и, таким образом, они содержат постояльцев за свой счет. Умоляя «цари-ка» проявить милость, вмешаться в ситуацию и учинить указ, чтобы работы по ремонту крепости оплачивались посадом, плотники свидетельствуют о попустительстве и безразличии тушинцев к фактам «вымучивания» с населения денег. Если иметь в виду содержание других документов (№ 226–237) [6; 13], в которых содержатся многочисленные свидетельства о поборах жителей под любым предлогом, можно с уверенностью предположить, что эти работы так и не были оплачены. В источниках отсутствуют сведения о том, какие последствия возымела данная жалоба.

• III.    Челобитные Переславского уезда. III. 1. Четыре челобитные Лжедмитрию II духовных лиц из церквей разных дворцовых сел и Антониевой пустыни – Челобитная попа Юрия Покровской церкви Александровской слободы (№ 238а), Челобитная попа церкви Пресвятые Богородицы Закубежской волости Н. Васильева (№ 246а), Челобитная игумена Покрова Пречистые Богородицы Антониевой пустыни Варлаама и Успения Пречистые Богородицы попа Андрея (№ 248а), Челобитная игумена Антониевой пустыни Варлаама с братиею (№ 248б) – рисуют состояние церковных храмов после захвата их загонщиками. Из содержания посланий становится ясно, что священники не могли осуществлять службы, и причиной этому было не только изъятие имущества, порча церковной утвари, но и учиняемое насилие над служителями, применяемые к ним пытки в тех случаях, когда некоторые из них не подчинялись новым хозяевам, успевали спрятать самое ценное и необходимое для совершения обрядов.

Священник Покровской церкви в Александровской слободе, Юрий, описывает ситуацию поклепа, возведенного на него попом

Никифором, который вместе с ним вел службы, но при появлении загонщиков из иноземных рот «в те поры бега(л) и (з) женою и (з) де(т)ме» (№ 238а). Свидетельствуя, что казну и церковную утварь удалось сберечь от разграбления и спрятать («сосуды ц(е)рк(о)-в(н)ые серебряные, поти(р) да три блюда да зве(з)да да л(о)жица, да два(т)ца(т) четыре золоты(х), да пелены»), поп Юрий утверждает: «за ту ка(з)ну протопо(п) да я по(п) Юрье муки те(р)пеле велеке(и), а не оказа(ли)». В подтверждение этого челобитчик призывает в свидетели протопопа, вместе с которым пострадал. Однако более всего Юрий беспокоится, чтобы сбежавший и вернувшийся снова поп Никифор «не окарыстова(л)ся» и «впре(д) темь не поклепы(в)а(л)» его, Юрия, в присвоении церковной казны, поскольку распоряжаться церковной казной «воле(н) Бо(г) да г(осу)д(а)рь». Конечно, священник по наивности опрометчиво перечислил в своей челобитной спрятанные им и возвращенные в храм ценности, но об этом документы «молчат»; возможно, сохраненную казну постигла та же участь, что и в других разграбленных храмах на занятых тушинцами территориях.

В челобитной попа Никиты Васильева из церкви Покрова Пресвятые Богородицы из-за Тиболы в дворцовой Закубежской волости (№ 246а) описывается полное разорение храма и причины невозможности совершать службы: «то(т) хра(м) По(к)ро(ва) Бо(го)ро-ди(цы) разаре(н): книги и (з)вечи поиманы и (п)ре(с)то(л) поруша(н)». Жалоба Лжедмитрию II с изложением обстоятельств дела предваряет просьбу священника перевести его в храм Преображения Спаса в той же Закубеж-ской волости вместо попа Гаврилы, который укрылся с семьей в «г(осу)д(а)реве ц(а)рьс-каии и(з)мене на городе у (Т)рои(цы) в Се(р)-гееве и (з) де(т)ми своими со оружие(м)» и, видимо, был убит. Челобитчик рассчитывал также на разрешение воспользоваться «бесхозным» имуществом бывшего служителя церкви («ц(е)рьковнаю па(ш)нею и (х)леба(м) стоячи(м) и молочена(м) и животию рагатаю, чем то(т) по(п) Гаврило владе(л)»), на что необходимо было подтверждение «царика» в грамоте к волостному старосте: «вели мне быти у (П)рео(б)раже(н)я Спасова на то(го) [Гав]рилова место» и «пожалу(и), г(осу)д(а)рь, свою ц(а)рьскую грамоту к Закубе(ж)скому старосте Ку(р)бату Па(в)лову да Месаеду Па(в)лову ж да О(н)дрею Жюкову». Ранее найденные и опубликованные документы архива Сапеги, в частности, челобитная попа Никиты с просьбой разрешить убирать рожь, принадлежащую попу Гавриле (№ 246), содержит, как выясняется из новонайденного источника, продолжение этой истории: «царик» разрешил священнику перейти в церковь Преображения Спаса, но воспользоваться оставшимся от предшественника хлебом тот не смог, так как то, чем поп Гаврило владел, отобрал «на корм» своей роте пристав, пан Ба-рацкий [6].

Челобитная игумена Покрова Пречистые Богородицы Антониевой пустыни Варлаама и Успения Пречистые Богородицы попа Андрея Лжедмитрию II (№ 248а) содержит просьбу дать распоряжение архиепископу Галактиону, чтобы тот сделал все необходимое для возобновления церковной службы в разоренной обители. Священники, как ясно из содержания документа, после устроенного загонщиками и ратными людьми погрома поняли, что имущества им не вернут, и умоляли «царика» «дати ц(а)рскую грамоту к Су(ж)да(л)скому архиеписк(оп)у», чтобы тот «да(л) свято(и) ц(е)рко(в)ную (з) а(н)ти-мисы», дабы «ц(а)р(с)кое б(о)гомо(л)е бе(з) слу(ж)бы не было». Соотнесение фактов в данном и втором послании из Антониевой пустыни – Челобитной игумена Покрова Пресвятые Богородицы Антониевой пустыни Варлаама с братией Лжедмитрию II (№ 248б) – дает основание предположить, что челобитье Варлаама и Андрея предшествует посланию, автором которого был игумен Варлаам с братией, и, следовательно, жалоба Варлаама и Андрея может датироваться временем вскоре после установления власти сапежинцев в Переславском уезде, то есть второй половиной октября 1608 г., поскольку о бедах и напастях, описанных позже Варлаамом с братией, в ней ничего не сообщается.

Новые же беды, постигшие монахов обители, Варлаам и братия описали позже и более подробно (№ 248б). Излагаемые факты раскрывают обстоятельства, которые сопутствовали разграблению церкви и пустыни рат- ными и загонными людьми: после погрома обители взялись за монахов, у которых «вымучили» личное имущество; но этим не ограничилось – одновременно ограбили беспашен-ных бобылей, которые жили в монастырской Покровской слободке и «ко(р)милися о(т) дороге», то есть придорожным ремеслом и торговлей, за что платили обители. Результатом действий «государевых ратных и загонных людей» явилось то, что уцелевшие «бобылиш-ка», которые были «перемучены, переби(ты) и с о(г)немъ пере(з)жены», ушли в Окружную волость, оставив монахов без средств к существованию, да и сам монастырь, по утверждению челобитчиков, «вы(ж)гли и ц(е)рько(в) разорили», и Варлаама, игумена, «нищево и (з) бра(т)ею перемучили и переграби(ли)». А староста Окружной волости, Михайло Семенов, стал требовать «на корма» ратным людям с разоренной пустыни, с брошенной Покровской слободки и с бывших монастырских бобылей вместе с волостными крестьянами: «бобыли(ш)ко(в) Окружные волости староста Миха(и)ло Семено(в) с волощаны в ко(р)мы ра(т)нымъ люде(м) притягиваю(т) к себе к Окружно(и) волости и о(к)ладываю(т) дос-талны(х) покро(в)ски(х) бобыли(ш)ко(в) две-ма вы(т)ми». Оказавшись на грани полного уничтожения всего, что позволило бы слободке избежать запустения, а людям выжить, игумен умолял Лжедмитрия II вмешаться и избавить их земли от тройного налогообложения.

Датировка челобитной Варлаама с братией дается в соотнесении с ранее известным текстом Челобитной старосты Окружной волости Марковских лесов М. Семенова с товарищами Лжедмитрию II (№ 249) [6; 13], в которой говорится, что после грабежей загонных людей, панов и донцов, в декабре в волость приехали приказные – сын боярский переславец Федор Чернцов, рассыльщик Лукьян Степурин и целовальник Пятой Фролов, начавшие «править» на крестьянах «сошных денег сполна». Об этом сборе «посошных денег» в новонайденной челобитной ничего не сообщается, поэтому можно предположить, что данный документ появился, скорее всего, в ноябре 1608 г., то есть до приезда в Окружную волость Ф. Чернцова с товарищами.

• III.    2. Два последних публикуемых документа [№ 253а, 258а], пополнили существую-

• щие в составе архива Яна Петра Сапеги достаточно репрезентативные фонды Кинельского и Рождественского станов Переславского уезда [№ 252, 253, 254; №№ 256, 257, 258, 259] [6; 13]: из Кинельского стана – челобитье «ца-рику» крестьян посопного села Жердева (№ 253а), из Рождественского стана – послание Лжедмитрию II крестьян дворцового села Рождествено (№ 258а).

В Челобитной Лжедмитрию II крестьян посопного села Жердева (№ 253а) староста Вавилка Зиновьев и крестьяне повествуют о том, как к ним после разграбленья, учиненного государевыми загонными панами, казаками и донцами, явились «с(ы)нъ боя(р)скои Лево(н)теи Семено(в) да ро(з)сы(л)щи(к) Ива(н) прави(т) <...> г(осу)д(а)р(е)вых вы(т)-ны(х) дене(г)». Эти тушинские сборщики налогов в документах архива гетмана упоминаются впервые. Однако поскольку они собирали те же самые деньги, что Ф. Чернцов и В. Орлов с товарищами с других дворцовых волостей и сел Переславского уезда, можно датировать источник декабрем 1608 года.

В своем послании крестьяне обращаются к Лжедмитрию II не столько с собственно просьбой, сколько с объяснением той ситуации, которая в сложившихся условиях не позволяет им заплатить повытные: «А намъ, сирота(м) твои(м) г(осу)д(а)р(е)вым бе(д)ны(м) и розо-рены(м) кр(ес)тьяни(ш)ко(м), те(х) твои(х) г(о-су)д(а)р(е)вы(х) вытны(х) дене(г) платити не-че(м)». Данная челобитная выделяется среди других тем, что в ней уже в клаузуле зачина выражена скрытая жалоба на насилие над жителями села: «Ц(а)рю г(осу)д(а)рю и великому кн(я)зю Дмитрею Ивановичю всеа Руси бью(т) чело(м) и плачю(т)ца сироты тво(и) г(о-су)д(а)р(е)вы <...> бе(д)ные кр(ес)тьяне(ш)ка и ро(з)грабленые старосте(ш)ко Вавилка Зи-но(вье)въ и во (в)се(х) доста(л)ны(х) кр(ес)ть-яни(ш)е(к) <...>, которые остали(с) у разоре(н)я». В основной части раскрываются обстоятельства дела – унижение тех, кто является лучшим на селе работником, и опустошение земли: «секли твои г(осу)д(а)р(е)вы загонные люди паны до см(ер)ти лу(т)чи(х) кр(ес)тья(н) шти ч(е)л(о)в(е)к, и та и(х), г(осу)д(а)рь, па(ш)ня четыре выти стало пуста».

По поводу непосильных поборов пишут Лжедмитрию II Шестачко Софонов и все кре- стьяне в Челобитной крестьян дворцового села Рождествено (№ 258а). После принятого титулования и уничижительного зачина в основной части содержится изложение обстоятельств дела, которое включает описание ситуации и обоснование просьбы с перечислением конкретных сведений как о бесчинствах. Челобитчики говорят о тех, кто является сборщиками на «г(осу)д(а)р(е)въ оби-хо(д) дене(ж)ны(х) доходо(в)» – «осмидесе ру(б)ле(в) с сохи да с выти по ве(д)ру вина да па(н)ского стола по полутора ру(б)ля с сохи», и о физическом насилии над жителями села: «вы(с)жены и высечены и совсе(м) розорены и животи(шка) ныне и ста(т)ки по(и)манны <...> пити ести нечево».

Важной особенностью этого источника является вторая часть документа, которая содержит текст-оправдание увещевательного характера – сообщение о части собранного для «государя» дохода, что призвано смягчить «вину» крестьян в недоимке: «А собрали мы, сироты твое г(осу)д(а)р(е)вы, твои(х) г(осу)д(а)р(е)вы(х) дене(ж)ны(х) доходо(в) <...> шесть ру(б)ле(в) и шесть а(л)т(ы)нъ, а доста(л)ны(х) <...> взяти не на ко(м): ро(з)бре-ли(с) ро(з)но». Названные в челобитной приказчики – сын боярский В. Н. Орлов, К. А. Данилов и Я. Лозовский, присланные в село для сбора «государева дохода», неоднократно являлись за посошными деньгами в дворцовое село Рождествено в декабре 1608 г., о чем свидетельствуют другие имеющиеся в нашем распоряжении бумаги (№ 227–228) [6; 13]. Данное обстоятельство позволяет датировать тем же временем и документ, составленный от имени старосты Шестачка Софонова с товарищами.

Рассмотренные документы имеют характерные черты, присущие жанру челобитья, и включают три основные клаузулы: зачин и концовку с использованием традиционных формул титулования и приказно-деловой речи того времени; основную часть, в свободной форме излагающую суть жалобы, просьбы, обстоятельства сложившейся ситуации и т. д. В ряде документов ярко выражены приметы «акающего» старомосковского наречия, носителями которого являются писавшие.

При подготовке данных текстов к печати используются фотокопии найденных источни- ков, позволяющие привести некоторые палеографические характеристики каждого архивного документа, кроме возможности проанализировать водяные знаки.

Воспроизведение рукописей учитывает ряд сложившихся правил [2]. Передача сообщаемого в документе осуществляется современной графикой и буквами старой письменности «ерь» и «еръ»; имена собственные пишутся с прописной буквы. Сплошной текст разделяется на слова, которые передаются буква в букву, утраченные или пропущенные элементы восполняются в современном правописном виде. Восстановленные по смыслу лакуны (фрагменты, пострадавшие от механических и других повреждений, предположительное прочтение и под.) заключаются в квадратные скобки и включаются в текст в соответствии с правилами эдиционного восполнения, то есть передачи сообщаемого, «предопределяемого, “подсказываемого” написанным» [2, с. 15].

Особенности скорописного письма в анализируемых источниках определили необходимость дополнительного обозначения в квадратных скобках «[так в ркп.]» случаев, представляющих собой описки, то есть ошибочные написания, обусловленные не лингвистическими основаниями, а невнимательностью писца, «ошибками внутреннего диктанта», «ошибками письма» и др., что ведет к искажению текста – ассимиляции, путанице, повтору или перестановке, мене букв и слогов, пропуску выносных и строчных букв в тех условиях, когда правомерно ожидать вынесения буквы из строки и т. д. [3, с. 74– 77; 4, с. 60]. Например, в Челобитной посадских людей Переславля-Залесского Я. Сапеге (№ 231а): вместо «за ко(р)мы» зафиксирована описка («ошибка письма») на основе повторения слога «за ко(р)комы»; в Челобитной попа церкви Пресвятые Богородицы Закубежской волости Н. Васильева Лжедмитрию II (№ 245а) встретился немотивированный повтор корневого слога – «ошибка внутреннего диктанта»: «бо(г)» во фразе «пожалу(и) меня, свое(го) нища-ва бо(г) бо(го)мольца» и др. Описки могут быть связаны с беглым характером письма, чрезмерными сокращениями и спецификой скорописи как «связного письма» без отрыва пера от бумаги при начертании букв.

Сокращенные написания различных типов (см.: [7, с. 176]) – в виде выноса над словом отдельных букв или слогов, а также написаний под титлом, сокращений конца слова или слога – раскрываются и вводятся в строку в круглых скобках. Для облегчения восприятия текстов используется современная пунктуация, деление на отдельные смысловые отрезки (предложения, фразы). В соответствии с содержанием документа допускается его членение на абзацы.

Результаты. Рассматриваемые источники показывают, как развеивались иллюзии жителей русских земель, захваченных тушинца-ми, относительно заявлений новой власти установить справедливые порядки. Все упования на «добрых» приставов и «воевод» к концу 1608 г. рассеялись как дым. В отчаянии крестьяне просили защиты у самого Лжедмитрия II, но, судя по всему, так ее и не получили.

Таким образом, архивные бумаги проливают свет на важные детали функционирования Тушинского режима в Замосковье. Они свидетельствуют, что местные земцы пытались искать избавления от тех бед и напастей, которые на них обрушились, как у гетмана Яна Сапеги, так и у «царика», но нашли спасение только после определенных успехов правительственного войска кн. М.В. Скопина-Шуйского, когда смели ненавистную власть.

В процессе многоаспектного анализа материала уточнены обстоятельства деятельности иноземцев в Переславле-Залесском и его уезде, условия, подготовившие свержение власти поляков на захваченных землях. Подлинные документы содержат также ценную дополнительную информацию о специфике и особенностях скорописного письма, которым владели разные слои населения, проживающего на данных территориях. Не подлежит сомнению, что челобитные необходимо рассматривать как достоверные формы фиксации сведений о происходивших событиях и их непосредственных участниках.

ПРИЛОЖЕНИЕ

(Публикуемые документы)

№ 231а. 1608 г. ок. декабря 27 (1609 г. января 6). – Челобитная посадских людей Переславля-Залесского Я. Сапеге с просьбой оставить у них приставом пана К. Корницкого (Кон/рвицкого) и освободить от непосильных выплат за всякие кормы.

Г(осу)д(а)рю его мости пану Я[ну Петру Павловичю Сопеге ста]росте кее(в)скому и ге(тману) [у]свяц-кому [размыто: и керепецкому-?] Пере(с)ла(в)ля Залеского поса(д)цкои старо(с)та Баженко Власо(в) и все поса(д)цкие лю(ди)шка чело(м) бью(т).

Прави(л), г(осу)д(а)рь, на на(с) на поса(д)цки(х) людишка(х) [размыто:...(д)... (х)] до(с)та(л)ны(х) вели-ки(х) ко(р)мо(в). А [размыто:...взяли -?] за (в)сяки(и) [размыто: корм-?] триста ру(б)ле(в), потому что ва(м) дати б[...]ь то[...]во. А н(о)неча, г(осу)д(а)рь, приеха(л) в Пере(с)ла(в)ль для приста(в)ства па(н) Зого(р)ско(и) да па(н) Повала. А [размыто: правя(т) -?], г(осу)д(а)рь, на на(с) на поса(д)цки(х) людя(х) а за (в)сякие [размыто: ко(р)мы о-?]смьсо(т) ру(б)ле(в). А мы, г(осу)д(а)рь, в велики(х) корме(х) [размыто: о(т) розны(х) о(т) - ?] прое(з)жи(х) людеи в коне(ц) поги(б)ли. А осми, г(осу)д(а)рь, со(т) ру(б)ле(в) за ко(р)комы [так!] плати[ти] на(м), сирота(м), нече(м). А которы(м) па(н)ски(м) приставо(м) ро(з)писаны бы(ли) по улица(м) [размыто: и те-?], г(осу)д(а)рь при(с)тавы у на(с) сиро(т) у поса(ц)ки(х) людише(к) жениш(ка) н(а)ши и детишка, о(т)нима-ючи у на(с), учали позори(ти) и на(м) сирота(м) и доста(л) в коне(ц) погину(ти).

Г(осу)д(а)рь, его мость па(н) Я(н) Петръ Па(в)лови(ч) смилу(и)ся над нами не ве(ли), г(осу)д(а)рь, на(с) на правеже замучити, вели, г(осу)д(а)рь, с на(с), с поса(ду), проти(в) мочи взя(ти) триста ру(б)ле(в) за (в)сякие кормы и вели, г(осу)д(а)рь, у на(с) в Пер(с)ла(в)ле по пре(ж)нему приста(в)ство(м) быти пану Ко(н/р -?)вицкому.

Г(осу)д(а)рь с(ми)лу(и)ся на(д) нами.

Примечание. Оригинал написан на 1 ставе гусиным пером светло-коричневыми чернилами крупным почерком. Текст поврежден, часть текста по верхней правой стороне сильно размыта и частично утрачена. Документ реставрирован. Был свернут свитком.

Источник: Stokholm. Riksarkivet. Skoklostersamlingen. Ryska brev (далее – SRSRB). E 8610. РЕА 54.1-2.

№ 231б. конец 1608 г. – Челобитная посадских – плотников из Переславля-Залесского Лжедмитрию II с просьбой издать указ о выделении переславским посадом денег на содержание плотникам, работающим «для царского дела».

Ц(а)рю г(осу)д(а)рю и великому кн(я)зю Дмитрею Ивановичю всеа Руси бью(т) чело(м) сироты твое г(осу)-д(а)р(е)вы ис Пересла(в)ля и(з) Залеско(го) плотники Руси(н)(ко – дописано сверху) Савелье(в) сын с товарыщи.

Живе(м), г(осу)д(а)рь, мы здеся че(т)вертую н(е)делю у твое(го) г(осу)д(а)р(е)ва дела и пересла(в)ские на(м) торговые лю(ди) в посо(б) не даю(т), а с нами (ж) г(осу)д(а)рь, жили здеся кузнецы, и оне давали и(м) по десяти дене(г) на д(е)нь, а мы же, г(осу)д(а)рь, и пре(ж) сего жили пя(т) н(е)дель, и поса(д)цкие на(м) люди не давали (ж) ниче(го) в посо(б). Да у на(с) же, г(осу)д(а)рь, твое г(осу)д(а)р(е)вы ратные лю(ди) ставя(т)ца и у на(с) пью(т) и едя(т), а твое г(осу)д(а)р(е)вы поса(д)цкие люди нам на то(го) не пособляю(т).

М(и)л(ос)т(и)вы(и) ц(а)рь г(осу)д(а)рь и велики(и) кн(я)зь Дмитреи Иванови(ч) всеа Руси, вели на(м) о то(м) сво(и) ц(а)рьско(и) ука(з) учини(ти), что(б) мы, сироты твое г(осу)д(а)р(е)вы в коне(ц) не поги(б)ли и з голоду не поме(р)ли.

Ц(а)рь г(осу)д(а)рь смилу(и)ся.

Примечание. Оригинал написан на 0,25 става гусиным пером коричневыми чернилами четким каллиграфическим почерком. Был свернут свитком.

Источник: SRSRB. E 8610. РЕА 43.

№ 238а. конец 1608 г. – Челобитная попа Юрия Покровской церкви Александровской слободы Лжедмитрию II с просьбой разрешить служить в церкви и защитить оставшееся церковное имущество от грабежей и поборов и от посягательства попа Никифора.

Ц(а)рю г(осу)д(а)рю и великому кн(я)зю Дмитриею Ивановичю всеа Руси бье(т) чело(м) и(з)вещае(т) тво(и) г(осу)д(а)рев нище(и) б(о)гомоле(ц) и(з) Але(к)са(н)дро(в)скее слободы Покрова Пре(свя)тые [Богородицы] по(п) Юрьи.

Остало(с), г(осу)д(а)рь, посли ро(з)бо(и)вны(х) ро(т)ны(х) люде(и) у Покрова Пре(свя)тое Б(огоро-ди)цы казны: сосуды ц(е)рк(о)в(н)ые серебряные, поти(р) да три блюда да зве(з)да да л(о)жица, да два(т)-ца(т) четыре золоты(х), да пелены. И за ту ка(з)ну протопо(п) да я по(п) Юрье муки те(р)пеле велеке(и), а не оказа(ли). А по(п) Никифоръ в те поры бега(л) и (з) женою и (з) де(т)ме, а н(о)неча, г(осу)д(а)рь, та ка(з)на цела.

Вели, г(осу)д(а)рь, зде(са) допроси(ти) протопопа. А впре(д), г(осу)д(а)рь, то(т) по(п) Некифо(ръ) меня покле(п)летъ – вери(ти) ему нелзе, чтоб ка(з)ною по(п) Никефо(р) [так в ркп.] не окарыстова(л)ся, а меня, г(осу)д(а)рь, впре(д) темь не поклепы(в)а(л), з ц(е)рк(о)в(н)о(и) ка(з)не воле(н) Бо(г) да г(осу)д(а)рь.

Ц(а)рь г(осу)д(а)рь, смелуи(ся) [так в ркп.].

Примечание. Оригинал написан гусиным пером темно-коричневыми расплывчатыми чернилами некрупным отчетливым почерком на 0,25 става. Был свернут свитком.

Источник: SRSRB. E 8610. РЕА 38.

№ 246а. 1608 г. середина осени. – Челобитная попа церкви Пресвятые Богородицы Закубежской волости Н. Васильева Лжедмитрию II с просьбой разрешить служить в церкви и защитить оставшееся церковное имущество от грабежей и поборов.

Ц(а)рю г(осу)д(а)рю и великому кн(я)зю Дми(т)рею Иванавичю всеа Руси бье(т) ч(е)ло(м) нищи тво(и) г(осу)д(а)ревь бо(го)моле(ц) по(п) Никита Васил(ев) с(ы)нь твое г(осу)д(а)ревы дво(р)цовые Закубе(жс)кие воло(с)ти о(т) По(к)рова С(вя)тыа Бо(го)роди(цы) и(з)-за Тиболы.

Служи(л) е(с)ми у По(к)рова Бо(го)роди(цы) и за тебя, г(осу)д(а)ря ц(а)ря и велико(го) кн(я)зя Дми(т)рея Ивановича всея Руси Бога молю. И нынеча, г(осу)д(а)рь, то(т) хра(м) По(к)ро(ва) Бо(го)роди(цы) раза-ре(н): книги и (з)вечи поиманы и (п)ре(с)то(л) поруша(н), и (м)не, г(осу)д(а)рь, твоему г(осу)д(а)реву бо(го)мо(л)цу у то(го) храму служи(ти) не мо(ч)на. М(и)л(о)ст(и)вы ц(а)рь (госу)д(а)рь и велики кня(зь) Дми(т)реи Иванави(ч) всея Руси пожалуи меня свое(го) нищава бо(го)мольца, вели мне бы(ти) у (х)раму у (П)реображе(н)ния [так в ркп.] Спасова то(е) жа Закубе(ж)ские воласти, о (с-?) о(т) [так в ркп.] то(го), г(осу)д(а)рь, храму о(т) Прео(б)раже(н)я Спасова по(п) Гаврила Ивана(в) с(ы)нь. В твоеи(и) г(осу)д(а)ре-ве ц(а)рьскаии и(з)мене на городе у (Т)рои(цы) в Се(р)гееве и (з) де(т)ми своими со оружие(м) [на сгибе: убит -?] из самапала.

М(и)л(о)ст(и)выи ц(а)рь г(осу)д(а)рь и велики кня(зь) Дми(т)реи(и) Иванови(ч) всея Руси, пожалу(и) меня, свое(го) нищава бо(г) [так в ркп.] бо(го)мольца, свои(м) ц(а)рьски(м) жалова(н)е(м), вели мне быти у (П)рео(б)раже(н)я Спасова на то(го) [Гав]рилова место и пожалуи г(осу)д(а)рь ц(е)рьковнаю па(ш)нею и (х)леба(м) стоячи(м) и молочена(м) и животию [так в ркп.] рагатаю, чем то(т) по(п) Гаврило владе(л). И пожа-лу(и), г(осу)д(а)рь, свою ц(а)рьскую грамоту к Закубе(ж)скому старосте Ку(р)бату Па(в)лову да Месаеду Па(в)лову ж да О(н)дрею Жюкову.

М(и)л(о)ст(и)вы(и) ц(а)рь г(осу)д(а)рь и велики кня(зь) Дми(т)ре Иванови(ч) всея Руси смилуися, пожа-луи, что(б) я, сирота твоя, волоча(с) по (д)вора(м), [размыто: з голаду - ?] не уме(р).

Ц(а)рь г(осу)д(а)рь, смилуися, пожалуи.

Примечание. Оригинал написан гусиным пером светло-коричневыми чернилами, в нескольких местах сильно размытых, неровным почерком. Края и один из сгибов надорваны, текст на сгибах частично утрачен. Был свернут свитком.

Источник: SRSRB. E 8610. РЕА 41.1-2.

№ 248а. конец 1608 г. – Челобитная игумена Покрова Пречистые Богородицы Антониевой пустыни Варлаама и Успения Пречистые Богородицы попа Андрея Лжедмитрию II с просьбой дать распоряжение Суздальскому архиепископу Галактиону дать все необходимое для возобновления церковной службы в разоренной обители.

Ц(а)рю г(осу)д(а)рю и великому кн(я)зю Дмитрею Ивановичю всея Русии бию(т) чело(м) нищие твое г(осу)д(а)р(е)вы б(о)гомо(л)цы Пересла(в)ско(го) уе(з)да Залеско(го) Покрова Пр(е)ч(ис)ты(е) Б(огороди)цы О(н)то(н)иво(и) пустыни игуме(н) Ва(р)ламище да с Во(з)инова Успениа Пр(е)ч(ис)ты(е) Б(огороди)цы по(п) Андреище.

Прие(з)жали, г(осу)д(а)рь, к на(м) твое г(осу)д(а)р(е)вы ра(т)ные заго(н)ные лю(ди) паны и казаки и твое, г(осу)д(а)рь, ц(а)р(с)кое б(о)гомо(л)е ц(е)ркви разори(ли): свечи и кн(и)ги поима(ли), и ризы, и кадилы, и престолы обнажили. И на(м), г(осу)д(а)рь, б(о)гомо(л)цо(м) твои(м) служи(ти) нево(з)мо(ж)но: ц(е)ркви не свещаны (з) а(н)тимисо(м) – взя(ти) негде.

М(и)л(ос)т(и)выи ц(а)рь г(осу)д(а)рь кня(зь) великии Дмитре(и) Иванови(ч) всея Руси, пожалу(и) на(с), б(о)гомо(л)це(в) свои(х), вели, г(осу)д(а)рь, [на сгибе: дати на(м) – ?] ц(а)рскую грамоту к Су(ж)да(л)скому архиеписк(оп)у, что(б) на(м) да(л) свято(и) ц(е)рко(в)ную (з) а(н)тимисы, что(б), г(осу)д(а)рь твое ц(а)р(с)кое б(о)гомо(л)е бе(з) слу(ж)бы не было.

Ц(а)рь г(осу)д(а)рь, смилу(и)ся пожалуи.

Примечание. Оригинал написан гусиным пером светло-коричневыми чернилами неровным почерком. Был свернут свитком.

Источник: SRSRB. E 8610. РЕА 39.

№ 248б. ноябрь 1608 г. – Челобитная игумена Покрова Пресвятые Богородицы Антониевой пустыни Варлаама с братией Лжедмитрию II с просьбой запретить властям дворцовой Окружной волости собирать корм и налоги с принадлежащей монастырю Покровской слободки.

Ц(а)рю г(осу)д(а)рю и великому кн(я)зю [Дмитриею Ивановичю] всея Руси бье(т) чело(м) нище(и) тво(и) г(осу)д(а)ре(в) б(о)гомоле(ц) и(з) Пересла(в)ского уе(з)да Залесково Покрова Прес(вя)тые Б(огороди)-цы О(н)то(н)евы пу(с)тыни игуме(н) Ва(р)ламищо з бра(т)ею.

Было, г(осу)д(а)рь, о(т)ца твое(го) г(осу)д(а)ря ц(а)ря и великово кн(я)зя Ивана Васи(л)евича всея Руси жалова(н)е к манастырю Покрова Пре(с)вятые Б(огороди)цы слобо(т)ка. А жыли, г(осу)д(а)рь, в не(и) бе(з)паше(н)ные бобылишка, ко(р)милися о(т) дороге. И те, г(осу)д(а)рь, бобыли(ш)ка о(т) твои(х), г(осу)д(а)-р(е)вы(х) о(т) ра(т)ны(х), о(т) заго(н)ны(х) люде(и) [вы-?](з)воеваны и перемучены, переби(ты) и с о(г)немъ пере(з)жены. И мона(с)тырь, г(осу)д(а)рь, вы(ж)гли и ц(е)рько(в) разорили, и меня нищево и (з) бра(т)ею перемучили и переграби(ли). И бобыли(ш)ка, г(осу)д(а)рь, о(т) ро(з)грому ра(т)ны(х) люде(и) ро(з)брели(сь) ро(з)но, а которые, г(осу)д(а)рь, бобылишка ещо в Покро(в)ско(и) слобо(д)ке маю(т)ца жыву(т), и те(х), г(осу)-д(а)рь, бобыли(ш)ко(в) Окружные волости староста Миха(и)ло Семено(в) с волощаны в ко(р)мы ра(т)нымъ люде(м) притягиваю(т) к себе к Окружно(и) волости и о(к)ладываю(т) досталны(х) покро(в)ски(х) бобыли(ш-)ко(в) двема вы(т)ми. А в платеже, г(осу)д(а)рь, за Покро(в)скимъ монастыре(м) с пу(с)та семь че(т)ве(р)те(и) с о(с)миною. А прежнимъ, г(осу)д(а)рь, пана(м), коимъ паномъ ко(р)м ше(л) с Окру(ж)но(и) волости, и мы темъ паномъ в ко(р)мъ плати(ли) особь О(к)ружно(и) волости.

Милостивы(и) г(осу)д(а)рь ц(а)рь и велики(и) кня(з) Дми(т)ре(и) Иванови(ч) всея Руси смилу(и)ся, вели сво(и) ц(а)рьско(и) ука(з) учинити, с чево намъ плати(ти), что(б) твое ц(а)рьское жалова(н)е Покро(в)ская слобо(д)ка от Окружново старо(с)ты Миха(и)ла Семенова и о(т) волоща(н) и досталь не запустела.

Ц(а)рь г(осу)д(а)рь, смилу(и)ся.

Примечание. Оригинал написан на одном ставе гусиным пером черными чернилами растянутым ровным почерком. Часть первой строки документа в правой верхней стороне размыта и утрачена. Был свернут свитком.

Источник: SRSRB. E 8610. РЕА 40.1-2.

№ 253а. 26 декабря 1608 г. (5 января 1609 г.). – Челобитная Лжедмитрию II крестьян посопного села Жердева Переславского уезда с просьбой освободить их от сбора обыскных денег из-за крайнего разорения от загонных людей.

[на сгибе: Ц(а)рю г(осу)д(а)рю и великому кн(я)зю Дмитрею Ивановичю всеа Руси – ?] бью(т) чело(м) и плачю(т)ца сироты тво(и) г(осу)д(а)р(е)вы Переславско(го) уе(з)да твое(го) г(осу)д(а)р(е)ва посопного села Же(р)дева бе(д)ные кр(ес)тьяне(ш)ка и ро(з)грабленые старосте(ш)ко Вавилка Зино(вье)въ и во (в)се(х) дос-та(л)ны(х) кр(ес)тьяни(ш)е(к) место села Же(р)дева, которые остали(с) у разоре(н)я у твои(х) г(осу)д(а)р(е)-вы(х) у заго(н)ны(х) пано(в) и у казако(в) у донцо(в).

Во ныне(шнем), г(осу)д(а)рь, въ 117-м го(ду) после Рож(дес)тва Х(ристо)ва на друг(ои) н(е)д(е)ле во фто(р)никъ прие(з)жали, г(осу)д(а)рь, к на(м) ис Переславля тво(и) г(осу)д(а)р(е)вь с(ы)нъ боя(р)скои Лево(н)-теи Семено(в) да ро(з)сы(л)щи(к) Ива(н) прави(т) на на(с), сирота(х) твои(х), твои(х) г(осу)д(а)р(е)вых вы(т)-ны(х) дене(г). А намъ, сирота(м) твои(м) г(осу)д(а)р(е)вым бе(д)ны(м) и розорены(м) кр(ес)тьяни(ш)ко(м), те(х) твои(х) г(осу)д(а)р(е)вы(х) вытны(х) дене(г) платити нече(м): остали(с) д(у)шею да тело(м), вконе(ц) по-ги(б)ли. Да у на(с) же, г(осу)д(а)рь, мучас, секли твои г(осу)д(а)р(е)вы загонные люди паны до см(ер)ти

Н.А. Тупикова, Н.Е. Тюменцева. Новые челобитные жителей Переславля-Залесского и его уезда лу(т)чи(х) кр(ес)тья(н) шти ч(е)л(о)в(е)к, и та и(х), г(осу)д(а)рь, па(ш)ня четыре выти стало пуста. И взя(ти), г(осу)д(а)рь, [на сгибе: не на ком.

Ц(а)рь г(осу)д(а)рь, смилу(и)ся пожалуи -?].

Примечание. Оригинал написан на 0,5 става гусиным пером коричневыми чернилами четким ровным почерком. Первая и последняя строки документа скрыты в сгибе. Был свернут свитком.

Источник: SRSRB. E 8610. РЕА 44.

№ 258а. декабрь 1608 г. – Челобитная крестьян дворцового с. Рождествено Переславского уезда Лжедмитрию II с просьбой освободить их от непосильных поборов из-за их крайнего разорения.

Ц(а)рю г(осу)д(а)рю и великому кн(я)зю Дми(т)рею Ивановичю всея Русии бию(т) чело(м) и плачю(т)ца сироты твое г(осу)д(а)р(е)вы Пере(с)ла(в)ско(го) уе(з)да Зале(с)ко(го) твое(го) г(осу)д(а)р(е)ва дво(р)цового села Рож(дест)веного старо(с)ти(ш)ко Шеста(ч)ко Софоно(в) и во все(х) кр(ес)ть(я)н место села Рож(дес)тве-но(го).

Присла(н) к на(м) тво(и) г(осу)д(а)р(е)въ збо(р)щи(к) Василе(и) Орло(в) да па(н) Я(н) Федорови(ч) Ла-зо(в)ски(и). А прави(т) на на(с) на сирота(х) твои(х) г(осу)д(а)р(е)вы(х) на тво(и) г(осу)д(а)р(е)въ обихо(д) дене(ж)ны(х) доходо(в) тво(их) осмидесе ру(б)ле(в) с сохи да с выти по ве(д)ру вина да па(н)ского стола по полутора ру(б)ля с сохи. И мы, сироты твое г(осу)д(а)р(е)вы, вы(с)жены и высечены и совсе(м) розорены и животи(шка - дописано сверху) ныне и ста(т)ки по(и)маны – взя(т) сирота(м) твои(м) г(осу)д(а)р(е)вы(м) негде, пити ести нечево. И живее(м) твое г(осу)д(а)р(е)вы кр(ес)тьяни(ш)ка немногие. Иные ро(з)брели(с) ро(з)но.

М(и)л(осе)рды(и) г(осу)д(а)рь ц(а)рь и велики(и) кн(я)зь Дми(т)ре(и) Иванови(ч) всея Русии, пожалу(и) на(с), сиро(т) свои(х) г(осу)д(а)р(е)вы(х), не вели на правеже замучити в доста(л)ны(х) дене(ж)ны(х) доходо(в). А собрали мы, сироты твое г(осу)д(а)р(е)вы, твои(х) г(осу)д(а)р(е)вы(х) дене(ж)ны(х) доходо(в) с на(с) сиро(т) твои(х) г(осу)д(а)р(е)вы(х) шесть ру(б)ле(в) и шесть а(л)т(ы)нъ, а доста(л)ны(х) твои(х) г(осу)д(а)р(е)вы(х) де-не(ж)ны(х) доходо(в) взяти не на ко(м): ро(з)брели(с) ро(з)но.

Ц(а)рь г(осу)д(а)рь и велики(и) кн(я)зь Дми(т)ре(и) Иванови(ч) всея Русии, смилу(и)ся по(жа)лу(и).

Примечание. Оригинал написан на листе в 4° гусиным пером светло-коричневыми чернилами неровным почерком. Был свернут свитком.

Источник: SRSRB. E 8610. РЕА 47.

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ

АСПбИИ РАН – Архив Санкт-Петербургского института истории Российской академии наук.

ЛНБ НАНУ – Львівська наукова бібліотека Національної академії наук України.

SRSRВ – Stokholm. Riksarkivet. Skoklo-stersamlingen. Ryska brev.